Глава 23
Голова не просто болела – ее разрывало от боли, которая пульсировала в такт ритмичному жуткому грохоту, что оказался моим же пульсом. О том, чтобы открыть глаза было даже страшно подумать, но в рту все так пересохло, что если я срочно не раздобуду хоть глоток воды, точно рискую умереть от обезвоживания. К тому же, ещё и мочевой грозил вот-вот лопнуть. Разлепила ресницы и тут же схватилась ладонями за виски, убеждаясь, что у меня нет в голове сквозной дыры от уха до уха.
– Мамочки… – просипела, еле шевеля пересохшими губами, и чуть ли не подпрыгнула с перепугу, ощутив движение рядом.
– Чего ж ты дерганная такая? – пробормотал хриплый мужской голос в темноте. Знакомый голос. – Что, сушняк? Башка трещит? Ща исправим.
Я вытаращилась на Лихо, который приподнялся на локте, потянулся к прикроватной тумбе, продемонстрировав мне не только мускулистую широкую спину, но и ямочки над ягодицами, набулькал в стакан минералки и развернулся, протянув желанную жидкость и блистер с таблетками. Я трясущейся рукой поднесла стакан ко рту, жадно выпила половину и только потом закинула в рот пару таблеток, допив остальную воду уже помедленнее, одновременно позволяя разуму подгружать в сознание воспоминания о вчерашних событиях. Коих было, прямо сказать, до фига.
Я узнала, что дылда и его компания оборотни. И что я тоже скоро им стану с высокой степенью вероятности. Руслан убил Чазова. Руслан похитил меня и хотел продать в какую-то мерзкую лабораторию на опыты. Макс убил Руслана и ещё троих мерзавцев и освободил меня. Макс привез меня сюда, где бы это ни было, напоил. Я переспала с Максом. Все? Ничего не забыла? А, мелочь. Моя жизнь кончена, потому что в клинике лежит труп, который наверняка уже кто-то обнаружил, и меня, сто процентов, посадят за убийство.
Абсолютно все это было ужасно, но думать получалось пока только о том, как же трещит голова, и что мне срочно нужно в туалет.
– Падай обратно, – между тем велел Лихо, сам следуя своему указанию. Вытянулся рядом, заложив руки под голову и, рисанувшись ещё великолепным рельефом бицепсов, груди и пресса, который можно было охарактеризовать понятием «в самый раз», то есть не чересчур и ничего ни прибавить, и закрыл глаза. – Я лег всего час назад, спать охота – трындец.
– Туалет где? – спросила его, умудрившись уже не каркать.
Мужчина, не открывая глаз, указал на одну из двух дверей. Я, как можно аккуратнее, перелезла через него, следя за тем, чтобы не коснуться его тела, но только встала на ноги и вскинула голову увидела, что глаза Лихо таки открыл и самым наглым образом пялится на меня. А на мне из всей вчерашней одежды только светло-голубые носки.
Дернула с него одеяло, заворачиваясь в него, но положения это особо не улучшило, потому что Макс был под ним тоже совершенно обнажен и возмутительно возбужден. И, в отличии от меня, его ничего не смущало, судя по широкому наглому оскалу усмешки.
– Слушай, нам надо будет кое-что прояснить, но сначала я в туалет или порвусь, – быстро пробормотала, отводя глаза от как раз поприветствовашего меня резким кивком мужского достоинства и шагнула.
Сразу запуталась в одеяле и наверняка бы навернулась, если бы Макс опять молниеносно не вскинулся и не поймал за локоть, удержав.
– Одеяло-то оставь. Чего я там не видел ещё, – сказал он, отбирая у меня постельную принадлежность, а я почему-то глянула на свои ступни в носках. Макс сделал то же самое и хмыкнул. – А, ну если только это. Ну так исправим.
– Ничего никто не будет исправлять, – разозлилась я, мигом забыв о смущении и почти бегом унеслась в санузел, буквально физически ощущая бесстыдный взгляд на своем… тыле.
Воспользовавшись туалетом, я ещё и под душ залезла, чтобы хоть как-то взбодриться и дать себе время собраться морально. Тошнило, но не критично. Сроду так не случалось напиваться, все же я не любительница крепкого алкоголя, тем более в подобных количествах и теперь понимаю, что не мое это в принципе…
София, твою ж так-раз так! Ты о чем думаешь? Как будто в тюрьме, в которой ты скоро окажешься, будут алкоголь на выбор предлагать!
Поелозив по зубам пальцем с пастой, я выполоскала рот, рвано выдохнула, глянув в зеркало на растрепанную образину с шальными глазами, и вышла обратно в комнату. Естественно тут же напоровшись на прямой взгляд Макса, который ко всему прочему ещё и носом потянул, принюхиваясь.
– Я могу одолжить у тебя какую-нибудь одежду?
Конечно, если бы он предложил меня отвезти до клиники, было бы идеально, но в планы Лихо явно не входил скорый подъем… разве что одного бескостного органа.
– Нафига? – совершенно безразлично, как мне показалось, спросил он.
– Не голой же мне до дома добираться!
– Нафига? – повторил он свой вопрос, начав раздражать меня.
– Потому что у меня там такие проблемы, что ты себе и представить… – сорвалась я, но тут же осеклась. – То есть… спасибо тебе огромное за то, что пришел и спас, хоть я и не понимаю, как это вышло, но мне нужно возвращаться в клинику и разбираться ещё с очень-очень серьезными неприятностями. Поэтому одолжи мне, пожалуйста, что-то из одежды, и я…
– Да нафига же, если я твоего барахла два огромных баула припер! – тоже не выдержал Макс и указал на пару громадных черных сумок, действительно притулившихся у стены в дальнем углу. – Не, я не против, конечно, можешь и мое носить. Теперь же все мое – твое.
– А сразу нормально ты сказать не мог? – вспылила я. – Откуда я знать могла… Стоп, а зачем ты все это привез сюда?
Чтобы набить под завязку два таких сумаря надо было всю мою одежду сгрести. Не такая уж я шмоточница по жизни.
– Ну не голой же тебе в самом деле по дому шастать, – практически повторил мои слова дылда. – А откуда я знал, что ты захочешь надеть. Вот и взял все, что нашел. Ну кроме одной гадкой ярко-розовой резиновой штукенции с десятью режимами вибрации. Но она тебе больше и нахрен не нужна. Вибрировать не могу, но и без этого нормально справля…
– Слушай, Макс, давай все же проясним, – я быстро подошла к сумкам, расстегнула молнию и принялась копаться, разыскивая белье нижнее в первую очередь. – То, что вчера между нами случилось, не повторится.
– Однозначно, – запросто согласился Лихо, и я облегченно вздохнула, обрадовавшись тому, что парень не придавал особого значения нашему спонтанному сексу. Хотя… у него одноразовых приключений наверняка много, так что… Стало чуть обидно, но я отогнала эту мысль. Не о том думать надо, не о том. – Первый раз-то никогда не повторяется.
– Что? – вскинула я голову, только закончив застёгивать бюстгальтер и напоролась на острый и тяжелый взгляд Лихо, от которого мигом по спине изморозь промчалась.
Сразу подумалось о хищном звере, что наблюдает за заранее обреченной жертвой, просто выбирая момент для успешного нападения.
– Первый раз, говорю, он только раз и случается, – с очередной жутковатой усмешкой повторил Макс. – А ты куда собираешься-то?
– Ну… по факту в полицию сдаваться, получается, – вынуждена была признаться я.
– Это ещё на хрена?!
Лихо сел резко и нахмурился, зыркнув из-под своей растрёпанный сейчас длинной челки. Блин, я же его вчера за нее…
– У меня труп бывшего в клинике. С перерезанным горлом. И все кровью залито.
– Херня, – махнув рукой, тут же расслабился Лихо.
– Херня?! – опешила я. – Может, для тебя труп и херня, но не для меня.
– Нет там уже никакого трупа. И кровищи нет, – сказал дылда и смачно зевнул, бессовестно потянувшись, как громадный кот, отчего одеяло опять сползло до очень критичного положения. – Так что кончай суетиться, падай обратно в постель и давай ещё поспим. Говорю же – всего час, как вернулись мы с Демой.
Я рот открыла. Закрыла, осознавая, что значили его слова.
– Ты… вы… Труп убрали? – наконец смогла сгенерировать нечто членораздельное.
– Убрали, все вымыли и вывезли.
– А… куда?
– Тебе на кой эта информация? Хочешь могилку навещать с букетиками? Так я против.
– Но… почему?!
– В смысле? Оно мне надо, чтобы ты туда таскалась?
– Да нет же! Почему вы это сделали, ведь вы ни при чем там были.
– Ты-то при чем, вроде как, – Лихо посмотрел на меня так, будто я совсем уж элементарных вещей не понимаю. – А Дема со мной за компанию.
– Офигеть. За компанию трупы вывозить и следы преступления заметать, – пробормотала я в шоке. – Такого в моей жизни ещё не было.
– Приятно слышать, что я таки смог на тебя произвести впечатление, – самодовольно осклабился Макс и повелительно хлопнул ладонью по матрасу.
– Ещё какое. Ты меня спас… уже дважды выходит. Спасибо.
– Обращайся. И благодарить не стоит, давай лучше продолжим укреплять дружбу наших организмов.
– Макс! Ну я же сразу сказала – вчерашнее мы повторять не станем!
– Легко! Мы всего-то миссионерку попробовали…
– Да, Макс, же! Я тебе очень благодарна, но нет. Это… то, что было вышло на стрессе и эмоциях, мне теперь неловко и… я не веду себя так. Короче, больше никогда.
– Ты сейчас абсолютно серьезно? – мгновенно посерьезнел и даже напрягся дылда.
– Ещё как!
– Ну охренеть тогда перспективка у нас с тобой образуется, – мужчина резко сел, спустив босые ступни с кровати и уставился на меня исподлобья. – Никакого секса больше в жизни.
– Что? – я даже нервно хохотнула, услышал такое. – Почему это?
– Потому что это будет невозможно.
– Да почему?
– Я ни с кем больше не смогу, а тебе не дам. Замочу любого, кто близко подойдет.
– Ты рехнулся? Что это ещё за безумие?
– Это, детка, не безумие, а наша природа. Мой зверь признал в тебе пожизненную пару. Так что, пока я жив, я – твой. Но я не делюсь.
– Это… точно безумие какое-то. Я не согласна… не собираюсь я… Чушь! Какая ещё, блин, пара! Я не давала согласия.
– Ха! А я прям каждый вечер перед сном Богу о таком молился, можно подумать, – Макс явно разозлился и снова стал похож на того самого, изначального опасного психа. – Если ты думаешь, что я в восторге от того, что теперь до смерти к тебе прихреначен намертво, то ошибаешься. Мне, трындец как, нравилось бегать свободным кобелем, но обратно не отмотаешь. Конец, понятно? На-бля-всегда!
Я так и застыла с футболкой в руках, осмысливая, что сейчас услышала. Самое ужасное, что откуда-то знала – Лихо ни словом не соврал. Все так и есть. Гнев вскипел и потребовал немедленного выхода.
– Ты! Это ты во всем виноват! – ткнула я в сторону Макса дрожащей рукой. – Если бы не ты, если бы не припёрся ко мне, то ничего бы из этого ужаса в моей жизни не случилось! Ещё теперь и не избавиться от тебя никогда? Да не бывать этому. Иди ты к черту!
– Ну вот, а пять минут назад ты меня благодарила за спасение жизни. Женщины, ни грамма постоянства! – с недобрым ехидством ответил дылда, беся ещё больше.
– Да пошел ты, ясно! И твой Дема тоже! Если бы не вы, то меня не нужно было бы ни от кого спасать. С самого начала! Я одеваюсь и сваливаю отсюда и не смейте ко мне опять приближаться!
– Охеренная идея свалить за шесть дней до первого переворота и учитывая, что убийца твоего оленя благородного может бродить где-то, снова выслеживая тебя.