Глава 21

Я поверила сразу.

Все один к одному: аура тетки Мэри в доме Трента; «подарки от любовников»; роскошный образ жизни…

По здравом размышлении, Мэри куда больше подходила роль преступницы, чем жертвы. Это вам не святоша Мэйбл, которая всецело зависела от чужого мнения! Мэри на других было наплевать — до тех пор, пока плевать она могла с высоты богатства и положения.

— Кажется, — проговорил инспектор Харди в наступившей тишине, — нам стоит переговорить с мисс Мэри.

— Послезавтра у них юбилей… — заметила Рэйчел невпопад, и Харди — как жених, а не только инспектор — взял ее за руку.

— Тебе лучше остаться здесь, — сказал он, и от заботы на лице обычно суховато-сдержанного инспектора мне сделалось неловко.

Рэйчел прикусила губу.

— А как же… — она покосилась на лишних свидетелей, если можно было считать таковыми Оливера с Фло, и закончила осторожно: — Мой талант? Разве он вам не пригодится?

— Пригодится, — инспектор был честен. — Но ведь как-то раньше справлялись, верно? А тебе лучше пока заняться…

Он замялся, и на подмогу пришла Элизабет.

— Платьем! — вставила она решительно. — Дорогая, нам ведь нужно выбрать свадебное платье. А к нему перчатки, букет, костюм для жениха…

— У меня есть костюм! — заявил несколько побледневший инспектор Харди, должно быть, вообразив себя в роли портновского манекена.

И не без причин. Элизабет всегда обожала окружать других заботой, только порой в этом было чуть больше «окружать», чем «заботы». Редко, надо отдать ей должное. Чувства такта у моей любимой тетушки не отнять.

— Разумеется, инспектор, — ответила Элизабет мягко. — Но разве нельзя иметь два костюма?

— Но… — смутился Харди, озадаченный ее беспощадной логикой.

— Жених и невеста должны смотреться парой, — заметила она с решительностью женщины, которая обожает устраивать свадьбы. — Вы ведь не хотите испортить Рэйчел этот день?

Нокаут.

* * *

— Не понимаю, — сказал инспектор Харди, нервно затягиваясь сигаретой. Моросящий дождь нисколько ему не мешал. — Как я на это согласился⁈

Мы стояли на крыльце отеля, собираясь с силами перед решительным боем.

На тетке Мэри так или иначе сходилось многое. И нам следовало разобраться, точно ли ее можно обвинить во всех смертных грехах.

Шантажистка? Почти наверняка. Хотя ума не приложу, с какой стати ей было посылать мне те фото.

Убийца? Совсем не факт. Зачем ей убивать любовника? Отказался жениться? Смешно. Изменил? Тетка Мэри не из тех, кого это ранит в самое сердце. Размолвка сообщников? С какой стати? Им ничто не угрожало. Бизнес, если это можно так назвать, процветал и наверняка приносил неплохие барыши, которых с лихвой хватало обоим.

Так что…

Впрочем, инспектора Харди сейчас занимало другое.

— Смиритесь, — посоветовал Рэддок со смешком и похлопал его по плечу. — Это женщины Корбетт, ничего не попишешь.

Я приподняла брови, взглядом обещая ему долгий, долгий семейный разговор. Эндрю ответил веселым взглядом и поднял руки, сдаваясь.

— Ты уже не Корбетт, помнишь?

— Как и прочие, — пожала плечами я. — Элизабет вышла замуж, Беверли почти дважды, Рэйчел тоже почти…

— Это маскировка, — фыркнул Харди, затягиваясь сигаретой. — Чтобы никто не разбежался. Ну, раньше времени. Когда волк прикидывается овечкой, чтобы подобраться к стаду. Это называется умным словом, только я его позабыл.

— Мимикрия, — подсказал Рэддок со смешком. — Хотя в данном случае я бы скорее сказал «матриархат».

* * *

— Делайте ставки, джентльмены, — пробормотала я, стоя на крыльце родного дома. Впрочем, лишь формально. В действительности особняк Корбеттов домом мне так и не стал, а родным — тем паче. — Кто уцелел в битве титанов?

— Обе, — ответил Харди, не задумываясь.

Пожалуй, он был прав. Тетки слишком давно сосуществовали рядом, чтобы пожрать друг друга без остатка. Скорее объединятся — и сожрут кого-то еще.

Нам открыла дверь незнакомая горничная.

— А где Энн? — осведомилась я, отметив между делом, что глаза у девушки заплаканные.

— У-уволили, — всхлипнула горничная. — Без рекомендаций!..

И с ужасом уставилась на меня, сообразив, должно быть, что наговорила лишнего. Мало ли, кто я и как восприму эту новость? Вдруг наябедничаю хозяйкам?

Судя по всему, бедняжка тоже долго здесь не продержится.

Говорю же — тетки объединятся и начнут жрать других. Хоть бы и прислугу, за неимением более питательных, кхм, блюд.

— Будь добра, — я притворилась, что не заметила ее неподобающего вышколенной прислуге поведения. Впрочем, учитывая прискорбное состояние дел Корбеттов, не факт, что теперь семья может позволить себе наилучшую прислугу. Скорее тетки вынуждены довольствоваться кем попроще. — Сообщи тетке Мэри, что мы хотим ее видеть. Мы — это Лилиан Кор… Рэддок, со старшим инспектором Рэддоком и инспектором Харди.

Визит был официальный, а значит, здесь они в роли слуг закона, а не членов семьи. Для пущего устрашения, так сказать.

— Но… — пролепетала девица, таращась на меня с ужасом. — У нее мистер Корбетт…

Судя по тому, как густо она покраснела, Дариан сумел затронуть девичье сердечко. Прямо интересно, почему юные глупышки — включая, увы, и меня — так млеют под его безразличным взглядом?

Любопытно, кстати, зачем он приехал в особняк? Неужели соскучился?

— Адвокат нам будет кстати, — вмешался Харди и бесцеремонно отодвинул застывшую горничную с дороги. — Где они, говорите?

Она отмерла и рванула вперед, чтобы хоть запоздало предупредить хозяйку о визите.

Я же поймала себя на том, что… нервничаю? Впрочем, немудрено.

— Ты всегда была невоспитанной девчонкой! — такими словами меня встретила дорогая тетушка.

Мэри с Дарианом пили чай на веранде, где обыкновенно бывали только члены семьи. Честно говоря, я бы предпочла вольер с тиграми или племя людоедов.

— Ах, тетушка, — ответила я ей в тон, — не надо так сразу признаваться в своих упущениях! Ведь это вы не сумели меня воспитать, верно?

Дариан скупо улыбнулся. Похоже, ему была больше по нраву зубастая щучка, чем золотая рыбка, которая прежде безропотно клевала на его крючок.

Поздно. Теперь мне это интересно постольку-поскольку.

Захотелось взять Рэддока под локоть, и я не стала отказывать себе в такой малости.

— Негодяйка, — резюмировала тетка Мэри, без особенного, впрочем, задора.

— Подайте чаю, — попросила я бледную от ужаса горничную, и та умчалась.

— Чему обязана? — поинтересовалась тетка, не пригласив нас сесть.

Впрочем, я обошлась без церемоний. В конце концов, это ведь и мой дом, верно?

Оба полицейских остались стоять. Только Рэддок остановился за моим креслом и положил ладони на спинку, без слов давая понять, что он рядом и готов прийти на подмогу. Харди же, прямой и строгий, шагнул к тетке Мэри.

— Мисс Корбетт, у полиции имеются к вам вопросы. Касательно вашего участия в шантаже.

Если он намеревался этим наскоком ее ошеломить, то просчитался.

— Не докажете, — спокойно улыбнулась она и отломила вилкой кусочек бисквита.

Ставлю один против сотни, это все Дариан. Его работа.

И ведь не возразишь! Доказать вину тетки Мэри и впрямь будет непросто. Даже если выложить на суде все карты — от моего свидетельства о следах аур до показаний экономки — это всего лишь доказательство романа тетки Мэри с Генри Трентом. Да, постыдного. Но отнюдь не противозаконного, вот в чем соль!

— Одного я не понимаю… — сказала я негромко. — Тетя Мэри, зачем вы полезли в эту… грязь?

На языке крутилось куда более емкое — и куда менее приличное — словцо, но тетки вечно меня шпыняли за прямолинейность. Не стоило нагнетать и теперь.

Она преспокойно отпила кофе.

— Не думаешь же ты, что женщина моего происхождения и воспитания может жить за гроши? Вот и приходилось, — она слегка поморщилась, — зарабатывать на жизнь.

— Шантажом?

Любопытный способ свести концы с концами, не правда ли? И уж если сравнивать, то мне куда больше импонирует тетка Мэйбл с ее рискованными играми, чем тетка Мэри с заработком на чужих тайнах.

Она передернула плечами.

— Разве это я вынуждала их иметь грязные секреты? Они сами напросились, согласись!

Не соглашусь.

Но с теткой Мэри — и это очевидно! — спорить бесполезно.

— Неужели? — все-таки не удержалась я. — И я тоже?

— Не понимаю, — фыркнула она, — о чем ты.

Из ее аккуратно подкрашенных глаз на меня смотрело само спокойствие. Как говорится, совесть у нее чиста — ведь она ею не пользуется.

— Зачем вы прислали те фото, тетя Мэри? — спросила я в лоб. — Выгоды вам от меня никакой. Неужели просто из вредности?

Несколько мгновений она молчала, размешивая кофе.

— Ты всегда была невыносимой, — сказала она так, будто это все объясняло.

— И тетка Мэйбл тоже? — хмыкнула я.

Она поморщилась.

— Мэйбл? Старая зануда, вот она кто. Сестричка вечно строила из себя святую, но и сама оказалась не без греха!

Я только глаза закатила. Высокие, высокие родственные отношения!

— Кстати, — припомнила я кое-что из того, что не давало мне покоя. — Что тетя Мэйбл делала в особняке Трентов?

Полицейские — как и Дариан, впрочем — молчали, будто воды в рот набрав.

На холеном лице тетки отразилась досада.

— Что, что… Выследила нас, можешь вообразить⁈ Скандал закатила, насилу утихомирили.

— Негодяйка какая, — хмыкнула я, поднимаясь. — Пожалуй, с меня хватит. Инспектор?

Харди отмер.

— Спасибо за беседу, мисс Корбетт. Она вышла очень… эээ… познавательной.

— Вы ничего не докажете, — повторила она спокойно. — Я не сказала ничего такого, что вы могли бы использовать против меня.

И это — увы и ах — было правдой.

* * *

— Ненавижу шантажистов! — Харди саданул кулаком по перилам крыльца и зашипел, тряся ушибленной рукой.

Я пожала плечами и вытащила сигареты. На душе было муторно. И вроде бы загадки — хотя бы их часть! — наконец разрешились, но внутри что-то зудело, не давало покоя.

— Увы, — вздохнул Рэддок, поднося мне спичку. — Тут мы бессильны.

Харди сцепил зубы, глядя в пелену дождя.

— Неужели совсем ничего нельзя сделать⁈ Проклятье, ну хоть что-то!

— Можно, — сказал Рэддок покладисто. — Распустить слухи. Для официальных обвинений у нас оснований нет, но…

— Корбетты всегда боялись скандалов, — заметила я, выдохнув горький дым. — Пресса, пересуды… Это может возыметь действие. Другой вопрос, готовы ли к этому вы?

— Лили хочет сказать, — снова вздохнул Рэддок, приобняв меня за плечи, — что скандал ударит по всей семье, независимо от причастности ее членов. Пострадает и миссис Брентон, и мисс Рэйчел, и даже Дариан Корбетт.

Я согласно кивнула. Меня саму такого рода сплетни заботили мало, а вот остальных… Даже переезд во Фриско в таком свете будет казаться побегом. И не все — отнюдь не все — из нас готовы с этим смириться.

Очевидно, Дариан догадался раньше нас. И просчитал последствия. Но каков жук, а? Подучил тетку Мэри, как остаться — хотя бы формально — чистой.

И ведь добился своего!

Не зря все-таки Дариана считают одним из лучших в своей сфере. Хотя мне, говоря откровенно, такое претит.

— Понятно теперь, — поморщился инспектор Харди, — почему он примчался!

— Хотела бы я знать, — я сглотнула горькую слюну и погасила сигарету. — Как он догадался? Ведь не сама тетка Мэри ему покаялась, верно?

— Подозреваю, — хмыкнул Рэддок, прищурившись, — что кто-то из прислуги проболтался.

— Точно! — прищелкнула пальцами я. — Поэтому они уволили бедную Энн. Может, найти ее? Вдруг еще что-нибудь полезное расскажет?

— Едва ли, — усомнился Рэддок. — Хотя попробовать можно… Кстати, Харди, все забываю сказать. Версия о причастности вашего начальства к шантажу подтверждений не получила. Мои люди проверили, там все чисто.

— А жаль, — сказал Харди мрачно, стащил с головы шляпу и зачем-то принялся крутить ее в руках. — Лучше бы они были убийцами, чем идиотами.

«Они», надо думать, полицейское начальство? Впрочем, тут Харди виднее.

Кстати говоря, самого Харди, как и сержанта Стубба, проверили заодно. В таких делах Рэддок всегда отличался скрупулезностью.

— То есть нам нужно дальше искать убийцу, — развел руками Рэддок. — Есть версии?

Версий — по крайней мере, мало-мальски приличных — у меня не было. Только замечание.

— … и шантажиста, — сказала я с тоской. — Сдается мне, тетка Мэри те фотографии не присылала. Совсем не в ее, кхм, стиле.

— Согласен, — кивнул Рэддок, немного поразмыслив. — Раз она не побрезговала шантажировать собственную сестру, то непременно потребовала бы денег и с тебя.

Харди чуть не уронил шляпу.

— Но зачем бы ей признаваться⁈

— Потому что она знает, кто это, — проговорила я медленно. Сердце колотилось от азарта.

— И защищает, — подхватил Рэддок. — Как умеет.

Мы переглянулись — и улыбнулись друг другу.

— Кого? — выдохнул Харди.

Как будто были варианты!

На эту роль — увы и ах — подходил единственный человек на всем белом свете.