Глава 22

— Чисто сработано, господин Доброжелатель! — сказала я с порога.

Дариан неторопливо отложил газету и потянулся за кофейником.

— Прости?

А интонация-то какая! Точно отмеренное недоумение с толикой снисходительности. М-м-м.

Не будь я так зла, пожалуй, восхитилась бы.

— Не притворяйся, — попросила я, входя (скорее, врываясь) на веранду. Тетки Мэри там уже не было — на ее счастье. — Я знаю, что это был ты.

Кто же еще? Тетка Мэри — эгоистка до мозга костей и выгораживать кого-нибудь… Разве только дорогого троюродного племянника, к которому питала необъяснимую слабость.

— Теряюсь в догадках, — ответил он сухо. — Будешь кофе? И тебе, пожалуй, стоило бы перекусить. Голод дурно на тебя влияет.

— Серьезно? — я плюхнулась в кресло и закинула ногу на ногу. На мне были брюки, пусть и свободные, усиленно прикидывающиеся юбкой. Но все-таки! Зато любо-дорого смотреть, как перекривило Дариана. Его всегда выводили из себя мои — по его словам — слишком вольные манеры. — Ты думаешь, что булочка или сандвич что-то исправят⁈

— Несомненно, — произнес он ровно. — Уверен, твоя агрессивность проистекает от неправильной диеты. Ты ешь слишком много мяса и вдобавок пьешь крепкий кофе. Это плохо сказывается на хрупком дамском организме.

Я не выдержала — и расхохоталась.

— Дариан, — простонала я сквозь смех, — ты невозможен! Хрупкий дамский организм, ну надо же! Между прочим, я — частный детектив.

— Помощник детектива, — поправил он педантично. — И это не делает тебя…

— Джентльменом? — подсказала я почти весело.

Вечно Дариан умудряется перевернуть все с ног на голову! Впрочем, это и есть главное свойство хорошего адвоката. Закрутить дело так, чтобы потерпевший в конце концов засомневался, был ли у него вообще тот украденный кошелек?

— Лилиан, — напрягся он. — Почему ты улыбаешься?

— Радуюсь. Какое счастье, что мы не поженились!

Между прочим, честно. Только кузен отчего-то насупился.

— Я нахожу, что это не повод для шуток.

— Почему же? — осведомилась я, голову набок склонив. — Дариан, не уходи от темы. Зачем ты прислал те фото?

— Ты запамятовала, — парировал он хладнокровно и встряхнул, распрямляя, газету. — Тетка Мэри не далее как полчаса назад призналась, что именно она тебе их прислала. Если я, конечно, правильно понял, о чем речь.

Ну да, ну да. Он ни сном, ни духом. Так я и поверила!

— Тетка Мэри, — возразила я, дернув плечом, — не стала возражать. А это, согласись, совсем другое… Кстати, ты знал, что она промышляет шантажом?

В воздухе повисло несказанное: «… и покрывал ее?»

Пусть Дариан и адвокат, но должны же быть какие-то пределы!

— Нет, — ответил он прямо и просто. — До недавних пор. Поэтому твои подозрения нелепы.

Нелепы, конечно. Я просто не сообразила, что это две разных истории. Одна — Трент, тетка Мэри и их «заработок». Вторая — письмо от «Доброжелателя», который никаких выгод не искал.

— Дариан, хватит увиливать, — я посмотрела ему в глаза. — Скажи прямо: да или нет? Это ты прислал мне фото, подписанные «Доброжелатель»?

Я знала ответ. Но все-таки вздрогнула, когда он спросил:

— Что, если так?

Но «да» так и не сказал.

Ох уж эти адвокаты!

— Зачем, Дариан? — спросила я глухо. Курить хотелось до зуда в пальцах, но я не стала дразнить кузена еще сильней.

— Я хотел, — он чуть пожал широкими плечами, подчеркнутыми ладно скроенными пиджаком, — предостеречь тебя от ошибки. К слову, в этом не было ничего противозаконного.

Разумеется. Кому лучше об этом знать?

Впрочем, юридический аспект выходки Дариана интересовал меня в последнюю очередь.

— А кто, — проговорила я медленно, — предостерег от ошибки тебя? Это ведь тетка Мэри, верно? Она отговорила тебя на мне жениться?

Давно следовало все прояснить, но… Было слишком больно, да и Дариан прямых разговоров избегал.

Он встретил мой взгляд, не моргнув.

— Возможно.

Я сглотнула горькую слюну. Столько лет. Столько горя. Сомнений, слез ночами, метаний. И все из-за одной завистливой старой… леди, которая сочла меня недостойной ее любимчика!

— Что она тебе сказала, если не секрет? Постой, дай угадаю. Карьере адвоката повредит женитьба на незаконнорожденной?

Он поморщился.

— Лилиан, не надо так грубо.

— А как? — я заставила себя медленно вдохнуть. И выдохнуть. — Как надо? Дариан, она почти разрушила мою жизнь!

Его, очевидно, нет. Впрочем, я никогда (ну, почти) не питала иллюзий касательно его великой любви. Дариан, сдается мне, просто не способен на искреннее глубокое чувство.

— Лилиан, — он переплел пальцы, — она хотела, как лучше.

— Еще один доброжелатель? — криво улыбнулась я. — Скажи, а брак с Рэддоком-то тебя чем не устроил? Рэддоку нет дела до моего происхождения. И — да! — я обо всем ему рассказала.

Драгоценный мой кузен пожевал губами.

— Рад за тебя, — ответил он сухо. — Однако семья судьи Эйзенхауэра…

— Семья судьи Эйзенхауэра, — ответил стоящий на пороге Эндрю, — не имеет никакого отношения к нам с Лили. Уясните себе это наконец.

Судя по недоброму огоньку в глазах, Рэддок был зол.

Он шагнул вперед, остановился рядом со мной и уже знакомым жестом положил руку на спинку моего кресла.

— Подслушиваете, мистер Рэддок? — укорил Дариан таким тоном, будто это был грех пострашнее убийства с шантажом вместе взятых.

— Разумеется, — ничуть не смутился Рэддок. — Лили — моя жена, если вы случаем забыли. И ее дела касаются меня напрямую.

— Не думаю, — поморщился Дариан, — что этот брак был хорошей идеей.

— Не думаю, — ответил Рэддок ему в тон, — что это ваше дело.

— Скажи лучше, — вмешалась я, гася конфликт в зародыше. Так или иначе, но они оба были мне дороги. — Откуда ты взял снимки? Фримен тебе их продал?

— Лилиан, — Дариан поджал губы, — я принципиально не плачу за компрометирующие материалы.

— Тогда как? — не отставала я. — Как ты вообще о них узнал?

Я-то решила, что Фримен тогда сам вышел на него и предложил сделку. Не мне, поскольку взять в те времена с меня было особо нечего. А Дариану, у которого были деньги и резон избежать скандала. Но если нет…

Дариан помолчал. Вздохнул. Потер лоб жестом человека, который смертельно устал объяснять очевидное.

— Я присматривал за тобой.

— Ты — что⁈ — вытаращилась я.

— Присматривал! — повторил он тоном выше. — Лилиан, пусть мы уже не были помолвлены, однако я чувствовал за тебя некоторую ответственность. И должен был проследить, чтобы ты не наделала глупостей.

Я усмехнулась. Это теперь так называется? Ну да, с горя и отчаяния я и впрямь едва не пустилась во все тяжкие. Только Дариану что за забота? В конце концов, родня мы достаточно дальняя, чтобы в случае чего просто откреститься. Мол, я не я и кузина не моя.

— Не лично, я полагаю? — осведомился Рэддок сухо.

— Нет, разумеется! — вскинулся Дариан, как будто его заподозрили в чем-то неприличном. — На меня работало одно сыскное агентство с превосходной репутацией. Они и сообщили о, кхм, сомнительных снимках.

— И ты решил их отобрать? — я смотрела на дорогого кузена во все глаза.

— Конфисковать, — поправил он педантично. — Лилиан, я не мог допустить, чтобы кто-то воспользовался твоей… неосторожностью.

Я потрясенно молчала.

Пожалуй, это было самое близкое к слову «забота», чего можно было ждать от кузена Дариана.

— Весьма извращенная опека, — оценил Рэддок.

— Не вам судить! — огрызнулся Дариан. — Надеюсь, на этом все?

* * *

Из особняка я вышла на ватных ногах. М-да. Знала я, что Корбетты — та еще семейка, но вот чтобы настолько?..

— Инспектор, — обратилась я к расхаживающему у крыльца Харди. — Вы, случаем, не знаете хорошего плотника?

— Зачем⁈ — опешил он.

— Надо шкафы укрепить, — усмехнулась я. — А то из-за скелетов уже трещат!