Глава 14

По дороге в покои я размышляла над своей жизнью, которая почти была полностью разрушена. Меня лишили прошлого, а неясное будущее не сулило никакой радости. С момента, как оказалась в другом мире, я пыталась подстроиться под свою новую жизнь: понять и принять быт нагов, найти свое место среди них, но сейчас стало ясно, что мои усилия были абсолютно напрасны. В душе все клокотало от переполнявших эмоций. Я устала подчиняться непонятным странным правилам, устала играть отведенную мне роль невесты и будущей матери правящего змееныша. Меня не только лишили привычной жизни, но и права выбора. Уже в который раз змеиное семейство давало понять, что мое собственное мнение и желания для них пустой звук. Но сегодня моему терпению пришел конец, и больше мириться с такой создавшейся ситуацией я не собиралась.

Поднявшись в свои апартаменты, выудила из глубины шкафа спрятанные коробки. В них лежали вещи, сшитые для меня портным на манер земной моды – приталенные рубашки, короткие бриджи, длинные широкие и узкие штаны, юбки, легкие кофты и прочая удобная привычная одежда. Я спрятала «свои сокровища», чтобы никто не увидел их раньше времени, но сейчас настал самый подходящий момент. Пришла пора менять правила, и я решила начать с одежды.

Лиссы не было. Нагиня, видимо, удалилась по своим делам, но это и к лучшему. Сняв платье, ловко натянула черные узкие брюки из тонкой ткани и яркую рубашку светло-зеленого цвета. Обув мягкие туфельки, собрала волосы в высокий хвост на макушке и, подойдя к зеркалу, улыбнулась сама себе. В отражение я увидела прежнюю Лилию, именно такой я была, пока не попала в этот «милый» гадюшник.

Кроксы тревожно зашуршали в своем домике. Возникло ощущение, что их что-то взволновало. Я вышла в гостиную, чтобы понять причину их беспокойства, и одновременно с этим в дверь кто-то постучал, а затем раздался голос Леонта:

– Лилия, нам нужно поговорить.

– Входи, – произнесла я, мысленно готовясь к реакции «жениха». Ну что сказать? Леонт был ошеломлен. Несколько секунд он просто молча рассматривал меня с головы до ног, а потом выдавил:

– Я уже понял, что ты недовольна своей жизнью, но не думал, что настолько. Где ты взяла эти тряпки?

– Зря ты так. Это удобная и практичная одежда, и уж получше, чем ваши традиционные платья. Да и цвет приемлемый, да? – поинтересовалась я, проигнорировав его вопрос.

– Отец в ярости, – сообщил Леонт, как бы, между прочим. Он подошел к домику с крокосами, подхватив одного, самого белоснежного на руки, осторожно погладил его по спинке и, посмотрев на меня, как-то устало произнес. – Неужели нельзя было промолчать?

– Не сдержалась, – честно призналась я. – Понимаю, что, возможно, сделала это зря, но поддалась эмоциям и не смогла смолчать. Если честно, о том, что Акио не различает цвета я догадалась лишь сегодня. Хотя могла бы и раньше, ведь столько было предпосылок. Дурацкие яркие оттенки в интерьере, нелепые наряды, его молчание из-за моего неповиновения общим правилам в одежде, и вечные нравоучения по поводу других вещей. А когда столовая перетерпела изменения в цветовой гамме, а я наивная думала, он меня хвалит, потому что ему действительно нравится, а на самом деле… Зачем вы от него это скрываете? Просто не понимаю…

– Наша мама любила яркие оттенки и украшала дом по своему вкусу, а отец ее хвалил, как и положено хорошему мужу. А поскольку эрхан довольно вспыльчив, придворные в свое время предпочли промолчать. Мы росли в этой обстановке и искренне верили, что так и должно быть. А когда стали взрослыми и догадались о заболевании отца, решили ничего ему не говорить, чтобы в доме было спокойствие. Тем более придворные давно с этим смирились и принимали все как должное. И тут ты… Вот кто тебя просил? Теперь отец в гневе, уже отправился к бедолаге Юнистиану искать лекарство от этого страшного недуга.

– Да может и нужно было сказать раньше? С вашими медицинскими достижениями думаю дальтонизм можно легко вылечить, – пожала я плечами, искренне недоумевая над логикой наследников.

– В том-то и дело, что в нашем мире больше ни у кого нет такого недуга, как у него. По крайней мере, Фирс не нашел ни одного подобного случая среди нагов. А теперь представь, что сейчас чувствует отец, когда понял, что об этом было всем известно, кроме него.

– Так, вот не надо все валить с больной головы на здоровую, – возмутилась я, вспомнив старое земное выражение. Усевшись на диван, закинула ногу на ногу, посмотрела на ошеломленного Леонта и пояснила. – Знаешь, это ты и твой братец делали столько лет из отца дурака. Несусветная глупость лгать родному человеку, вернее, нагу. Так что виноваты только вы и никто другой. Хотели сохранить тайну, поставили бы меня в известность.

– Мы не считали нужным говорить об этом, пока ты не член нашей семьи, – Леонт улыбнулся. – Но я обязательно это бы сделал, но чуть позже.

– Боюсь, членом вашей семьи я никогда не стану, – покачала я головой. – Ты разве сама не понимаешь, что наш союз обречен, и мы будем оба несчастливы.

– Эрха, – наг невольно повысил голос. – Впереди у нас долгие счастливые годы, наполненные уважением и гармонией. Любовь – это пшик, ничего незначащая мелочь, которая, по моему мнению, не очень важна для брака. В нашей семье не приняты союзы по любви, но несмотря на это, каждая пара была счастлива по-своему.

– Леонт, ты это серьезно? – удивленно приподняла брови. – О какой гармонии может идти речь, если мы с тобой чужие друг другу. Ты целыми дня пропадёшь где-то, а сижу в этой «красивой» темнице, и пропасть между нами с каждым днем становится все больше. Знаешь, уж лучше смерть, чем такая никчемная бессмысленная жизнь.

– Лилия! – наг посадил крокса в домик и присел рядом со мной, взяв за руку. – Никогда не смей больше так говорить. Да, мы мало проводим времени вместе, но государственные дела важнее всего. Я обещаю, что теперь постараюсь быть с тобой как можно чаще.

– Посмотрим, – скептически ответила я. Леонт поцеловал мою ладошку, затем запястье, и тяжело вздохнув, погладил по щеке. – Ты невероятно красивая, жаль по нашим традициям эр и эрха не могут быть близки до обряда бракосочетания.

«Хоть какой-то толк от их многочисленных обычаев», – облегченно подумала я, совершенно не представляя нашу близость. Леонт был, бесспорно, красивым нагом, с мужественным лицом, обалденным рельефным телом, и на земле у него не было бы отбоя от девчонок. Ведь именно фото таких эффектных парней украшают обложки глянцевых журналов. Любая женщина была бы рада заполучить такого мужчину, но… я не любила Леонта, и этим все сказано.

– Мне пора, – наг поднялся и, еще раз окинув меня взглядом, спросил. – Так, все-таки где ты взяла эти вещи?

– Попросила сшить портного, – честно призналась я. – Мне в них комфортно, и так я чувствую себя уверенней. Платья твоего народа, бесспорно, красивы, но мне ближе наряды моего мира.

– Я все понимаю, но так ходить ты можешь исключительно в этой комнате. Поняла?

– Нет, – решила твердо стоять на своем. – Мне надоели платья, согласно вашим традициям, и поэтому больше надевать их не буду. Я не нагиня, и никогда ей не стану. Почему я должна ломать саму себя в угоду тебе или твоему отцу? Я не бесчувственная кукла, пойми ты это!

– Эрха…, – Леонт поджал губы, и немного подумав, предложил. – Пусть отец успокоится, а потом решим с твоими нарядами. Сейчас просто совсем не время. Будет очередной скандал, и ничем хорошим это не закончится. Прошу тебя, дай мне время. Взамен, если ты согласишься, сегодня вечером я отправляюсь на территорию низших и могу взять тебя с собой, хочешь? Мы проведем там несколько дней. Накопилось много вопросов, которые мне необходимо решить.

Конечно, вновь погружаться на морскую глубину, было страшно, но, во-первых, мне действительно осточертело сидеть дома в одиночестве, а во-вторых, рядом с Леонтом мне уж точно ничего не грозит, зато я смогу увидеть Юнистиана и, возможно, узнаю что-нибудь интересное для себя.

– Договорились, – улыбнулась я. – Но пожалуйста, подготовь Акио к переменам. От своего не откажусь, имей в виду.

– Да понял я, понял, – Леонт чуть склонил голову. – Я приду за тобой ближе к вечеру, – а потом быстро покинул мои апартаменты.

Ну, что же, конечно это нельзя было назвать безоговорочной победой и, тем не менее, в этом бою, последнее слово осталось за мной, и я была этому рада.

Пока не пришла Лисса поспешила переодеться и спрятать свои «сокровища» вновь в глубину шкафа, подальше от чужих глаз. Договор есть договор, и нарушать его я не собиралась, искренне надеясь, что и Леонт выполнит свои обещания.

Переодевшись в платье нагов, заплела косу и задумалась над тем, чем бы мне заняться. Для начала решила покормить кроксов. Эти милые зверьки были еще теми обжорками и никогда не отказывались от предложенного угощения. Больше всего они любили листочки водорослей в карамели, и сладкую выпечку, похожую на печенюшки.

Едва я подошла, все малыши бросились к кормушке, смешно морща свои узкие мордочки и тщательно ко всему принюхиваясь, и лишь один, бледно-розовый, сжавшись в комочек, продолжал сидеть у небольшой емкости с водой, и не шевелился. Насыпав его братьям угощение в миску, поднесла печенюшку к нему, но малыш никак не отреагировал, и тут я безумно перепугалась. Взяв питомца в руки и осознав, что он весь дрожит, прижала его к себе, совершенно растерявшись. Не понимая, что случилось, и как он мог заболеть, действовала инстинктивно. Не знаю почему, но я помчалась к Фирсу, искренне надеясь застать его дома.

Когда я влетела в его лабораторию, с силой грохнув дверью об стену, мужчина сидел за столом и что-то писал. При моем появлении он испуганно вскочил и случайно задел какую-то колбу с жидкостью, которая тут же залила все бумаги.

– Лилия! – заорал Фирс, пытаясь спасти свои документы. – Ты совсем с ума сошла? По какому праву ты врываешься сюда! Лилия, я же просил…

– Фирс, – всхлипнула я. – Помоги, пожалуйста! Фирс!

Наг замер, затем окинул меня удивленным взглядом. В его глазах вспыхнула тревога, и он шагнул ко мне:

– Что случилось?

– Крокс, он, кажется, заболел, – едва сдерживая слезы, я протянула ему розовый меховой комочек. – Помоги малышу… Помоги!

Фирс аккуратно взял у меня «мышонка» и быстро направился к столу. Усевшись в кресло, он положил его на стол и стал тщательно осматривать, щупая лапки, животик, хвостик.

– Так, все понятно, – наг поднялся и подошел к полкам, уставленными различными флаконами.

– Он выживет? – шепотом спросила я, опасаясь услышать страшные новости. Да, мне подарили несколько кроксов, но все были особенными, и ко всем я прикипела душой так, что даже научилась их различать и решила дать каждому имя, и вот… я не готова была потерять этого смешного малыша, так обожающего водоросли в карамель. По щеке скатилась слезинка, затем еще одна. Невольно всхлипнула, чем привлекла внимание Фирса.

Обернувшись, наг укоризненно покачал головой:

– Все будет хорошо. Объелся твой питомец. Сейчас дам лекарство, ну и на диету его. Обжорство еще никого до добра не доводило.

– А как ты это понял? – вытирая слезы, спросила я.

– Посмотри на его животик. Видишь, как он выпирает, так не должно быть. У кроксов идеальная иммунная система. Они самые совершенные создание в нашем мире, и никогда не болеют. Но переедание вызывает у них вот такую реакцию. Поэтому с питанием нужно быть осторожной. Поняла?

– Да, – кивнул я. – Но мне никто не говорил об этом.

– Это большое упущение. Я подарил их тебе, надеясь, что они скрасят твое одиночество, и понадеялся на Лиссу и Леонта, а надо было самому объяснить, как обращаться с кроксами, – Фирс, взяв с полки какую-то колбу со светло-зеленой жидкостью, подошел к столу и позвал меня. – Лилия подойди.

Набрав в узкую длинную стеклянную трубочку немного раствора, он попросил:

– Подержи крошку.

– Как?

– Возьми его в ладони так, чтобы можно было влить лекарство в рот.

Я послушно сделала так, как велел Фирс, и скоро крокс был спасен. Поле двух капель микстуры он ожил, закопошился в моих ладонях, и стал издавать переливные тренькающие звуки, будто благодаря за оказанную помощь.

– Спасибо, – прошептала я, поднимая на нага взгляд. – Спасибо.

– Следи за крохой, – глядя мне в глаза, Фирс погладил крокса, одновременно с этим невольно задевая и мои руки. Прикосновения мужчины были безумно нежными, почти невесомыми, очень осторожными, и какими-то волнующими. Я смотрела ему в глаза, и видела в них свое отражение. Это невозможно передать словами. Странные ощущения, необычные, и такие чарующие…

Но один миг, и громкий звук разбитого стекла заставил меня вздрогнуть. Фирс быстро подошел к визору и включил его. Тут же лабораторию наполнил неизвестный взволнованный мужской голос:

– Эр мы нашли его. Кинжал Ганитов у нас.

– Что???

– Нам удалось отыскать легендарный клинок. Он находился там, где вы и предполагали.

– Я сейчас буду у вас, – Фирс отключил визор и бросился к двери, на ходу извиняясь. – Лилия, мне нужно срочно уйти. Да ты и сама все слышала. Надеюсь, ты понимаешь меня. Даже не верится!

Вот и я не могла поверить, что наги нашли клинок, способный открыть мне дверь домой…

* * *

– Ну, что, ты готова? – Леонт приобнял за талию и поправил защитную маску на моем лице. – Не бойся. Вода теперь твоя стихия, помни об этом. Она никогда не обидит тебя.

– Хорошо, – собравшись внутренне с силами, сказала я и сделала шаг в море. Пенящиеся волны тут же окутали мои ноги, будто приглашая пройти дальше. Шаг, еще шаг и вот я уже плыву, резкими движениями рук разбивая морскую гладь. Теплая вода приятно обволакивала мое тело, и я вновь почувствовала себя свободной. Необыкновенное чувство какой-то легкости.

Леонт подплыв ко мне, поймал меня за руку, и прижал за талию к себе.

– Нам пора опускаться.

Я автоматически задержала дыхание, прежде чем вода сомкнулась у меня над головой. Незаметно мой жених перешел во вторую ипостась, и теперь ловко лавируя хвостом, все дальше погружался в морскую пучину. В какой-то момент от охватившей меня паники я совершенно потеряла контроль над ситуацией и сделал вдох… и тут же вспомнила, что маска на лице не позволит мне задохнуться.

Я чувствовала себя как рыба в воде, легко, свободно и что самое удивительно, спокойно. Наг внимательно следил за моей реакцией и, убедившись, что со мной все в порядке, взял меня за руку и потащил к самому дну.

Подводный городок выглядел какой-то маленькой далекой светящейся точкой, но чем больше мы к нему приближались, тем больше становилось понятно, насколько он огромен. Это была невероятная конструкция, представляющая собой длинный горный хребет под водой, где каждая выступающая часть, если судить по ярким огням, была жилой.

В какой-то момент мы достигли небольшой, практической невидимой, платформы. Леонт, прижал меня к себе, и замер прямо над ней. Послышался странный гул, немного пугающий, потому что было непонятно откуда он идет. Внезапно платформа под нами стала опускаться, и я увидела, как что-то блеснула в воде. Через несколько секунд мы оказались в пустой камере, которая нас и доставила в городок учёных.

У дверей встречал Юнистиан. При нашем появлении он низко склонил голову и поприветствовал нас:

– Эр, эрха, добро пожаловать.

– Юнистиан, я тоже рад тебя видеть. Ты подготовил для нас комнаты?

– Конечно, эр. Как вы и просили. Эр Фирс тоже здесь, – отчитался наг.

– Фирс? – Леонт был явно удивлен.

– На нижнем уровне разбирает партию очередных находок.

– Понятно. Найди кого-нибудь, кто сможет устроить эрхе экскурсию и развлечь ее, пока мы будем решать наши вопросы.

– Все сделаем.

Юнистиан двинулся первым и, задержавшись у одной из дверей в коридоре, сообщил:

– Здесь вы можете переодеться.

– Лилия, подожди минутку, – Леонт улыбнулся и скользнул в комнату.

– Юнистиан, как у тебя дела? – вежливо поинтересовалась я, дабы поддержать разговор.

– Все хорошо, эрха. Скажите, чтобы вам хотелось увидеть?

Я, ни на секунду не задумываясь, тут же ответила:

– А можно посмотреть, какие находки удалось найти в затерянном храме?

Я хотела схитрить, надеясь хоть одним глазком, увидеть легендарный кинжал, но к моему великому сожалению, Юнистиан отказал мне:

– Свежие находки еще не разобраны, но зато вы сможете посмотреть наш музей. Хотите?

Мне ничего не оставалось, как кивнуть. Вскоре появился Леонт. В белоснежном костюме, состоящем из широких штанов и рубашки, наг был похож на медицинского работника. Приобняв меня за плечи, он уточнил:

– Все в порядке?

– Да.

– Эрха выразила желание осмотреть наш музей, – отчитался Юнистиан.

– Милая, это замечательная идея. Тебе понравится.

В голосе Леонта звучала некая доля облегчения, и почему-то стало сразу понятно, что взял он меня только из-за нашего договора. На самом деле мое присутствие ему мешало. К сожалению, мой жених оказался настоящим прирожденным политиком в жизни, у которого нет, и никогда не будет места эмоциям и семье. «Долг прежде всего», – вот девиз правящего нага, которого неукоснительно придерживался мой жених. «Леонт никогда не изменится, никогда», – с грустью думала я, пока мы шли по бесконечным коридорам. Мужчины, о чем – то переговаривались, совершенно забыв обо мне, и от этого становилось еще хуже. Нет ничего ужаснее, чем чувствовать себя пустым местом. При пересечении бесконечных коридоров мне невольно вспомнился тот день, когда я сюда попала. Воспоминания нахлынули волной, и в горле образовался комок. Настроение совершенно пропало, и идти уже никуда не хотелось.

Но как только мы достигли лаборатории Юнистиана, к нам подполз еще один наг. В его темных волосах запутались ниточки серебра, а мелкие морщинки вокруг глаз давали понять, что этот представитель змеелюдей далеко не молод.

– Эрха, познакомитесь, наш главный историк – Александрит.

Мужчина довольно низко поклонился и прошелестел:

– Очень приятно. Позвольте узнать ваше имя?

– Лилия, – улыбнулась я.

Почему-то этот наг мне понравился. Наверно потому, что в его глазах я прочитала житейскую мудрость, некую долю интеллигентности, а еще он мне показался очень воспитанным.

– Эрха Лилия, обещаю, экскурсия вам понравится…

… В свою комнату я попала поздно вечером. Завалившись на кровать, испытывая усталость, довольно потянулась. Александрит оказался замечательным собеседником, умеющим не только рассказывать, но и слушать. Он провел для меня занимательную экскурсию по их музею, который представлял из себя несколько секторов. Каких экспонатов там только не было – роскошные невероятные предметы интерьера, сундуки, украшенные драгоценными камнями, статуи. А самое главное, я увидела много земных вещей: посуда, микроскопы, фляги, бочки, какие-то элементы одежды… Я рассматривала привычные вещи и все больше погружалась в свои мысли. Заметив это, видимо, чтобы отвлечь, Александрит увел меня в местную «столовую», накормил вкусным ужином, рассказал множество историй, а еще удивил ответом на мой вопрос, почему у него и у Юнистиана такие длинные имена. Оказалось, это еще одна часть традиций. Высшие наги имели имена из несколько букв, а низшие – сложносочиненные и трудновыговариваемые.

Стук в дверь вынудил меня принять вертикальное положение.

– Как дела? – поинтересовался вошедший Леонт. – Тебе понравилось?

– Да, – искренне ответила я. – Александрит замечательный экскурсовод.

– Я рад. У меня еще есть дела. Зашел узнать, ты поужинала?

– Да, – кивнула в ответ.

– Отлично. Тогда приятных снов.

Когда Леонт ушел, я переоделась в ночную сорочку и удобно устроившись в кровати, подумала о том, что, скорее всего, мое «маленькое путешествие» на территории низших пройдет замечательно.