Глава 27

Адриан

В компании братьев Флайм и самого Леонардо разместились в его кабинете, на экране сканера застыла четкая картинка спускающегося с мансарды по лестнице человека, закутанного с ног до головы в черный плащ. Судя по очертаниям тела, это мог быть как тощий мужчина, так и женщина. Лица, к сожалению, не видно, как и оголенных участков тела. Человек прекрасно знал о расположении камеры и сделал все, чтобы не выдать себя.

Флаймы, грязно выругавшись, набычились. Я хранил молчание, внимательно вглядываясь в замершую фигуру. Леонардо постучал кончиком ручки о стол. Ледяной безжизненный тон рассек тишину:

– Очевидно, не было никакого несчастного случая, готовилось покушение на убийство и с тем учетом, что могла пострадать моя беременная пара, это не просто покушение, а посягательство на наследника Фростов. Предвосхищая ваши вопросы насчет сенсоров: согласно данным, ни один член Фрайзен Дола не находился ни на крыше, ни возле нее в течение последних суток, позавчера уборкой мансарды занималась Катрин, однако ее непричастность к этому делу доказана.

От контролируемой ярости, исходящей от Леонардо, Флаймов гнуло к земле. Ярин незаметно утирал кровь из носа, Картер преимущественно молчал, привалившись к стене, я до хруста стискивал зубы, но никто из нас не подавал виду, что энергетика Фроста причиняет хоть кому-то из нас болезненный дискомфорт.

– Выходит, это кто-то извне, – сухо произнес я, сглатывая слюну с металлическим привкусом.

– Или с деактивированным трекером.

– Или и то, и другое, но маловероятное. Все сенсоры активны, а гость извне уже бы засветился.

– Мы ищем невидимку, – с заметным трудом выплюнул заключение Картер.

– Хитрую и опасную невидимку, – подтвердил Леонардо. – Фрайзен Дол переходит на особое положение.

* * *

Ульяна

Со знаменательного денька, когда нам на головы чуть не свалился кусок непонятно каким образом отошедшей от крыши лепнины, прошло еще почти двое суток. Насколько я знала, на текущий момент полным ходом шло расследование этого «несчастного» случая, и мы с девочками оказались в золотой клетке.

Ей-богу. На улицу нас не выпускали, завтрак подавали в выделенные комнаты, на обед и ужин мы ходили под конвоем охраны из слуг и обязательно в присутствии одного из братьев Флайм, и строго после ужина отправлялись, как маленькие девочки, спать в восемь часов вечера! О приятном занятии любовью не шло и речи, поскольку самого Риана по факту со мной в эти дни не было. И вообще, нас троих вопиюще держали в неведении, из чего следовало, как я и подозревала, «случай» оказался отнюдь не случайным. Спасибо, хоть позволяли с двенадцати дня и до пяти вечера нам с девчонками собираться в общей господской гостиной, но дальше нее ни ногой. По крайней мере, без охраны.

Желаете что-нибудь почитать, девочки? Без проблем, Ярин или Картер с великой радостью с отнюдь не радостными лицами притащат вам из библиотеки нужные книги, только скажите, какие. Хотите поплескаться в бассейне ― так уж и быть, сразу двое братьев и еще куча прислуги вас туда сопроводят и проследят, чтобы, не дай, бог еще чего не прилетело на голову или, упаси верховная, не захлебнулись в воде, едва закрывающей пупок! Подышать воздухом? Запросто. Только на балконе, и то недолго и, разумеется, под охраной! Посмотреть фильм? Конечно. Яр мигом настроит, минутку. Вот и сейчас мы сидели с кислыми минами под зорким взором вяжущей не то пинетки, не то носочки в уголочке Мадлен и смотрели фильм, без удовольствия поедая интересное и вообще-то вкусное угощение, именуемое в этом мире поп-корн. И если бы не вся ситуация в целом, я бы, может, и оценила вкусняшку, но настроение, как и вся напряженная обстановка, совершенно к удовольствию не располагали.

М-да, хорошо мы с огоньком съездили к его зверю на пару деньков. Сначала моя инициация, потом вот это вот все. Несомненно, вынужденное затворничество и задержка были полностью мотивированы, но как же нас троих это все раздражало. Крышка на горшочке терпения уже не просто подпрыгивала от возмущения, но и вовсю танцевала, грозясь вот-вот слететь. А она и слетела.

Бух. Это Алина со стуком поставила на широкий подлокотник дивана чашку с чаем, туда же примостила коробочку с попкорном и резко поднялась, бурча под нос, что ее терпение кончилось. Тут же со своего места взвилась встревоженная экономка. Мы со снежной, переглянувшись, тоже поднялись со своих мест.

– Госпожа, вы куда? Вам стало дурно, да? Подождите, давайте помогу дойти вам до уборной. – Алина, совершенно не обращая на бедную женщину никакого внимания, направилась в сторону выхода. – Мисс! Постойте, подождите, я… Я вызову мистера Фроста или Флайма. Да куда же вы?! Уборная же… не там.

Алина остановилась в дверях и обернулась, сжала ладошки в кулаки.

– Можете не трудиться, Мадлен. Я сама пойду к нашему дорогому мистеру Фросту.

– Но… зачем, моя госпожа?

– Потому что мне это все надоело! – рявкнула девушка. – Я, конечно, могу многое понять и принять, но хватит! Я в своем же доме чувствую себя преступницей, а девочки это чем заслужили? Мы все от этого балагана устали.

Девочки опасливо молчали, не собираясь спорить с беременной девушкой.

– И вообще, знаете что?!

– Что, госпожа?

Алина раздраженно дернула плечом и потерла двумя ладонями лицо.

– Ничего. Простите, Мадлен, не вам это все слушать. И даже не думайте меня останавливать, не получится!

Предначертанная зверя уже было собралась открыть дверь, как она сама распахнулась, потеснила вовремя отпрыгнувшую назад Алину, и в гостиную заглянул Дин Картен. Оборотень обвел нас всех мертвым взглядом, от которого мы со снежной не сговариваясь рухнули обратно на диван, и остановился на Алине.

– Что?! – рыкнула на него девушка. Картен вопросительно вздернул бровь, посмотрел на бледную Мадлен поверх напряженного Алининого плеча, та беспомощно развела руками.

– В чем дело? – спокойно уточнил двуликий.

– Действительно, в чем! Я иду к Леонардо, потому что собираюсь поговорить со своим мужем, просто поговорить, ясно? Потому что хочу. Потому что имею на это, черт возьми, право. Уйди с дороги, Дин!

Картен несколько секунд с непроницаемым лицом смотрел на раскрасневшуюся Алину, мазнул по ее животу и посторонился.

– Провожу.

– Ну, еще бы, – язвительно фыркнула Лина и, печатая шаг, протиснулась мимо него. Бросив на нас со снежной предупреждающий взгляд, оборотень вышел следом, беззвучно закрылась дверь.

Мы с Рией одновременно выдохнули. Тяжело примостилась в уголочке Мадлен.

– Кажется, кому-то сейчас не поздоровится, – тихо пробормотала оборотница, и я согласно угумкнула. Впервые я видела хозяйку дома такой взбешенной, доведенной до предела, едва держащей себя в руках. Недаром Адриан говорил – предначертанные, два сапога пара. Сделала себе мысленную зарубку никогда не вставать на пути беременной женщины, ибо страшно это и чревато. Гормоны шалят и все такое, мало ли, еще зашибет.

Покосившись на снежную, мысленно вздохнула. Очень хотелось поговорить с ней, расспросить о том, что у нее приключилось, а то, что приключилось, ощущалось неприятной зудящей щекоткой, но все случая не находилось. Еще ни разу мы не оставались с Рией наедине, а спрашивать о проблемах при посторонних ― такое себе дело. Теоретически можно было бы наведаться к ней в комнату, но так как во всех комнатах плотно обосновалась охрана, не было смысла.

Безучастно уставившись на экран, где вовсю шла любовная мелодрама, закинула в рот попкорину и мыслями вернулась к знакомству с еще одним опасно-властным оборотнем и тому самому ужину.

Вообще, первые полчаса сам ужин, несмотря на мрачноватое настроение наших мужчин, проходил вполне себе мирно, о случившемся мы не говорили, а затем в самый его разгар в помещение вошел мужчина, своей тяжелой давящей энергетикой заполоняя все пространство и вынуждая меня, рассказывающую старую легенду моего мира, замолчать на полуслове. Незнакомец не был массивным, скорее стройным и жилистым, но при его появлении в не такой уж и маленькой столовой стало тесно и как-то не по себе.

Он был облачен в знакомую темно-синюю форму, черные жесткие волосы поблескивали под светом люстр, мертвые, несмотря на их яркость, серо-зеленые глаза отчего-то сразу же уставились на меня, в нос ударил тяжелый запах, одновременно знакомый, немного родной и пугающий, что уж там. Да этот мужчина сам был пугающим, чуть больше, чем братья, правда, не настолько фатально, и чуть меньше, чем зверь. Но зверь ― зло уже знакомое и даже слегка понятное, этот экземпляр ― пока нет.

Поскольку все, кроме меня, прекрасно знали незнакомца, Леонардо представил его для меня, назвав Дином Картеном, посадил на единственное свободное место, оказавшееся аккурат напротив меня. И весь вечер вплоть до окончания ужина я то и дело возвращалась к лицу мужчины, прислушиваясь к своей интуиции и принюхиваясь в попытке понять, по какой причине он меня так зацепил, чем сильно нервировала огонька, но ничего не могла с собою поделать, кроме как успокаивающе гладить под столом его руку, цепляться за пальцы и переплетать их со своими.

Я не могла взять в толк, что в этом загадочном мужчине, Дине Картене, не так. Отчего я чувствовала его настолько родным по духу, будто он мне собрат. Нет, он не был ведьмаком и не являлся архаром, к тому же в нем чувствовался зверь, но какой-то неправильный, словно располовиненный, не такой по всем фронтам, чуждый. Он и пах по-чуждому. Чем-то потусторонним. Когда же последнее дошло до моего сознания, изумленно замерла, вперившись в Картена ошарашенно-восторженным взглядом.

Вот оно. Вот оно что.

Крак. Это Адриан случайно, конечно же, переломил надвое металлический нож и погнул вилку. Больше я старалась на Картена не смотреть, впрочем, его я уже разгадала и только таинственно улыбалась, но после того как Адриан опять-таки случайно раскрошил еще и бокал, улыбаться я тоже перестала. В ту же ночь меня ждало Риановское мщение, и мне, распластанной на его теле со все еще твердым и скользким от соков членом внутри, был устроен допрос. Но я не созналась: не моя это тайна. О чем огоньку и донесла, вместе с ответным доказательно-глубоким пояснением, что кроме него мне не нужен никто.

На следующий день, сразу после плотного обеда, я решила немного постоять на общем балконе, когда ко мне неожиданно присоединился половинчатый Дин. Встал рядом, опустив сцепленные в замок руки на балконное ограждение. Он не спрашивал у меня конкретно о моем к нему любопытстве, не интересовался, по какой причине его ко мне в духовном смысле притягивает, он вовсе на меня не смотрел, будто меня там и не было, но внутренняя ведьма прекрасно ощущала его недоумение, интерес и легкую угрозу, и я сама спустя некоторое время после продолжительного молчания повернулась к мужчине лицом.

– Просто вы такой же, как я, вот и все, – свободно и уверено сказала ему. – Случайно или нет вы оказались слишком далеко от дома. Так далеко, что не вернуться.

Он промолчал и закрылся, но до меня донеслись мизерные отголоски успокоения и что-то похожее на воодушевление. Кажется, кое-кому даже понравилось, что он не один такой исключительный. Это я понять могла. На месте мужчины я бы тоже скорей всего чувствовала себя одиноко. Тем более, насколько я поняла, пары для него не нашлось. А может, он ее и не искал, кто ж знает. Спрашивать о таком, влезая тем самым в душу, я точно не собиралась. И без того достаточно.

– Если не секрет, скажите, а Дин – это ваше настоящее имя? – вдруг спросила у двуликого.

Картен если и удивился, то виду совсем не подал.

– Настоящее.

– Полное?

– Да. К чему ты спрашиваешь?

– Да так, – дернула плечом и легкой походкой ушла.

* * *

Адриан

После обеда меня вызвал к себе Леонардо, и отнюдь не для того, чтобы порадовать найденным затесавшимся среди своих предателем, а чтобы известить о еще одной погибшей связанной паре. Когда ж это все кончится, мать твою.

Выругавшись, потер переносицу.

– Кто и когда это случилось?

– Полчаса назад. Погиб средний сын побочной ветки Иноуи.

– Помнится, их родовой особняк в соседнем с Рисом городе.

– Верно, Ис-Адеуруис. Это значит, у нас есть все полномочия взять это дело под контроль, в принципе, если их дом соберется замять, как все остальные, то мы можем вести свое расследование без их на то разрешение и участия.

– Наконец-то. Гаденыши сделали огромную ошибку, развязав нам руки, – с довольно-мрачной усмешкой заключил я. – Похоже, нам с Ульяной придется задержаться у вас на неопределенный срок.

Леонардо кивнул.

– Прибудешь на место к часам четырем, – на мой вопросительный взгляд начальник пояснил: – К этому времени в Исе приземлится частный самолет «ФростДегард». Кое-кто согласился побыть в роли беззащитной, но очень зубастой птички-колибри.

Черт! Илария. Какого хрена ты решила добровольно вляпаться в это дерьмо?

– Леонардо, вы серьезно? – свистящим шепотом уточнил.

– Серьезней некуда.

Мне хотелось заорать: какого дьявола, млять?! Вы все в своем уме?!

– И Айсар позволил? Он вообще в курсе?

Леонардо промолчал. Но это молчание сказало больше тысячи слов и увещеваний. Долг. В курсе Айсар, еще как в курсе, он летит вместе с парой, собираясь подставиться вместе с ней. Прям, Ромео и Джульетта, альтернативная, млять, версия. Ладно, скрипя зубной эмалью и сердцем, парочку я мог понять. Если уж выпал такой охеренный шанс, нужно все срочно брать в свои руки. Идти на риски. Огромные риски.

Внезапная догадка долбанула молотом по макушке, ладони дрогнули.

– Задействованы не только они, верно?

Иногда приходится чем-то жертвовать. Никогда бы не подумал, что жертвовать придется своими же собственными парами, оставалось надеяться, что мы сможем со всем этим сучьим говном справиться.

Фрост снова напрямую не ответил, но мне этого и не нужно было. Господи, спасибо, что я тогда будучи пятилетним, не взвалил на себя это гребаное бремя. Страшно подумать, как смог бы принимать настолько чудовищное решение. Да я бы и не смог. Совесть не позволила. Но у Стражей такое понятие как совесть, сожаление, сострадание и все тому прочее наживую ампутируется еще в раннем детском возрасте.

– Ты координируешь операцию. Оружие возьмешь в тренировочной, свое ты навряд ли прихватил. Новый хедсет найдешь там же. Свободен.

Малость пришибленным, выходя от начальника, столкнулся с взбешенной Алиной и едва успел уйти с линии огня, то есть, ее шага. Перед нашим с Картеном носом хлопнула дверь, за которой раздалось громкое, яростное:

– Леонардо, с меня хватит!!! Сколько можно нас троих держать, будто в тюрьме. Я прошу, нет, я требую, чтобы нам хотя бы один денек дали свободно вздохнуть!

Переглянувшись с Дином, разошлись в разные стороны. Поднявшись к нам с Льяной в спальню, вытащил сумку, экипировавшись, принялся складывать вещи, за этим занятием меня и застала Ульяна.

– А ты это куда? – растерянно уточнила моя предначертанная, упирая руки в бока. – Куда намылился, Риан? Амуницию, вон, свою напялил. Ножичек из ботинка торчит.

– Мне нужно будет отлучиться на пару дней. Задание Леонардо.

– Что снова стряслось? Вот только не надо мне вешать лапшу на уши, знаю я этот твой взгляд. Правду, Адриан! Только правду.

Обнял любимую за плечи, прижал к груди, утыкаясь носом в макушку и вдыхая родной аромат. Незаметно мои губы нашли ее, накрывая и сразу же толкаясь в глубину языком. Гладящие хрупкую спину ладони спустились к двум сочным половинкам, оглаживая и стискивая.

– Риан! Даже не думай меня отвлечь вот этим вот всем! – прорычали мне в рот, легонько куснув за язык, две женские ладони уперлись в грудную клетку, и я с сожалением отстранился. – Я жду объяснений. Правдивых!

– Ну, раз правдивых, – взглянул на часы, прикидывая, успею ли отобрать оружие и, заключив, что успею не только отобрать, но и отодрать одну любознательную девчонку, все же одним движением подбросил ее вверх под ягодицы, в несколько шагов дошел до софы и уселся со своей ношей. – Слушай.

* * *

Ульяна

От тихого рассказа Адриана у меня кровь стыла в жилах, а волосы норовили встать торчком. Это же… Звездец! Я не могла понять причины такой жестокости. Как можно убивать кого-то только потому, что этот кто-то другой расы, тем более настолько беззащитных. Ну, это вообще дно.

– Чем больше я узнаю о людях, тем сильнее мне нравятся примитивные звери, – пробормотала, прижимаясь к огоньку и выписывая на его лопатках кончиками пальцев узоры. – А вы уверены, что девчонок убивают только по причине парности?

– Нет, конечно же. Причины могут быть разными, но гадов нужно поймать.

– Да их давно следовало поймать, – возмущенно выдохнула, – а не ждать у моря погоды!

– Все не так просто.

– Да проще некуда! Выследить, скрутить и все прочее. Была бы у вас магия…

– Но магии у нас нет, а все прочее не делается по щелчку пальцев, Льяна. Существуют ограничения, территориальные ограничения, и раньше убийств не происходило ни на территориях Фоксайров, ни Фростов, понимаешь? У Леонардо были связаны руки, потому что не его юрисдикция. Мы и без того существенно превышали свои полномочия. Многие этим были и остаются недовольны.

– Ой, да пускай засунут свое недовольство в свои жирные места. Вот чем они занимались? А Стражи пострадавших родов? Деймары ваши эти? Я подскажу. Сидели на жопе ровно. Вроде могущественные двуликие, а… Слов подходящих найти не могу!

– Тише, моя огненная звезда мщения, тише. Мы поймаем, поймаем, кто бы за этим ни стоял, он ошибся, решив насрать где не следовало, если и дальше собирался быть безнаказанным. Рано или поздно мы бы смогли найти лазейку.

– Давай, я поеду с тобой, помогу. У меня, в отличие от вас, есть магия, может, смогу отыскать след или еще что-то.

– Нет, – решительно-категоричное подкрепилось шлепком по попе. – Ты останешься под охраной и уж тем более не светишь своей магией, я так сказал.

– Но, Адриан. Это глупость. Я буду в большей безопасности рядом с тобой, очнись!

– Давай так. Если мы не справимся за сутки, я приду за тобой, – предложили мне компромисс.

– Обещаешь?

– Обещаю, – прошептали мне в шею, слегка оттягивая волосы, вынуждая больше открыться, внизу живота сладко дернуло, промежности стало горячо и слегка влажно. Поерзав на бедрах мужчины, ощущая бугор в его штанах, едва слышно застонала, желая, чтобы этот бугор немедленно, прямо сейчас оказался целиком внутри меня.

Но мы были самым наглым образом прерваны завибрировавшим гаджетом Риана, и почти сразу же в комнату без стука со светящимся от радости лицом ворвалась Алина.

– Ульяна, ты не представляешь, что мне удалось выторговать! Леонардо… Ой, – резко запнувшись, едва не пропахала носом ковер, благо маячившая за ее спиной мрачная Рия успела подхватить девушку под локоток, сама же Алина покраснела от увиденной картины. Сестра Адриана иронично хмыкнула и утянула смущенную пару зверя назад, бросив напоследок:

– Мы подождем, пока вы приведете себя в порядок, ну, или продолжите. Но если будете продолжать, громко кричите, чтобы мы знали, чем вы тут занимаетесь.

– Ариадна!!!

– Все, все, не ори, уходим.

– Несносная девчонка, – застонал мне в шею огонек. – И кого я воспитал? Чудовище.

Смеясь, уткнулась щекой в подбородок Адриана, мысленно с ним полностью согласная. И опять-таки, это мы еще видео не смотрели.

– Мне пора, – с сожалением произнес мой мужчина, оставляя цепочку легких поцелуев от виска к щеке. – Постарайся всегда носить с собой телефон, ладно? Как будет выдаваться свободная минутка, буду тебе писать.

Сказано это было таким будничным тоном, будто Риан собрался не маньяка хитроумного ловить, а так, бумажки в офисе перебирать.

– Хорошо, – не слишком довольно согласилась, слезая на пол на нетвердые ноги.

Но шанса погрустить и порефлексировать по поводу отъезда на опасную вылазку огонька мне не дали: только он вышел за порог, как в комнату ворвались девчонки.

– Милая, прости, что прервали, – повинилась Алина, – но у меня бомбические новости! Лео нам разрешил завтра под охраной братьев съездить в Рис, представляешь?!

Я представляла. Очень хорошо представляла и не понимала, что у Фроста, блин, в голове, как он мог в такое непростое время отпустить не просто пару, а беременную пару невесть куда. Растерянно покосилась на снежную, та кивнула.

– С ней было проще согласиться, чем запретить, – поясняла Ариадна под недовольное сопение Лины. – Слышала бы ты, как она орала, странно, что стены не рухнули.

– Ой, ну все уже. Блин, вы только представьте! Море, солнышко, пляж, м-м-м…

Пока Алина радостно щебетала, расписывая, чем мы займемся в городе, я лихорадочно соображала, расписывая и растасовывая все по полочкам, когда картинка сложилась воедино… Святые зелья, кажется, один зверь сошел с ума.

Ночью я не смогла сомкнуть глаз. Как никогда остро ощущалось одиночество. Отсутствие Адриана и нависшая реальная опасность давила на нервы. Промаявшись с полночи, я плюнула и, задернув шторы, примостилась на полу, кидая зов-связь фамильяру и отцу, и еще паршивей стало, когда никто из них не откликнулся. А следующее утро наступило как-то слишком внезапно.

Я не успела, как говорится, моргнуть, а уже сидела рядом с воодушевленной Алиной, отрешенной, будто ушедшей в себя Ариадной и нервно теребила паучка-брошь, внимательно следя за внешне спокойными, собранными братьями, и чувствовала себя будто отправленной на войну. Не просто отправленной, а принудительно спихнутой на передовую.

Хотела, Льяночка, приключений и не сидеть на попе ровно? Пожалуйста. Кушай-не-обожрись.

* * *

Ариадна

Снежная не поняла, когда и как все началось, настолько спонтанно и нелепо все случилось. Эта непредвиденная поездка, которую Алина зачем-то выбила у своего предначертанного. Ежу понятно, что после всего, лучше бы им сидеть в безопасном доме тише воды, ниже травы, но нет же, девочке захотелось нюхнуть свободы, нюхнули так, что кабздец.

И Фрост, чтоб его змеи пожрали. О чем он вообще думал?!

Поначалу все было тихо и мирно. Снежная вместе с радостной Алиной и заметно настороженной Ульяной, которой явно все происходящее тоже не слишком нравилось, загрузились в бронированную тачку Флаймов, с ветерком доставившую их троих в Рис. Дурацкий шопинг в магазине, где Алина скупила с полтонны детских вещей, по приказу Картера упакованных в непроницаемые черные пакеты, и плевать парням было, что таких пакетов в магазине не оказалось. Найдите, украдите, купите, но положите вещички так и туда, как сказали. А с Флаймами не забалуешь. Так что нашли. Причем очень быстро.

После магазинов, пообедали в уютном ресторане, принадлежащем, как ни странно, роду Фрост. Точнее, обедала Алина, а они с Ульяной ковырялись в тарелках да потягивали безалкогольный мохито, в то время как собранные братья таранили взглядом проходящих мимо туристов и местных.

Рия подметила нервозность Ульяны, девушка то и дело оглядывалась и прислушивалась к разговорам посторонних людей, иногда кривясь и недоуменно морщась, но не придавала этому слишком большое значение. Ей самой было не до того, потому как все мысли занял огненный Страж, чтоб ему икалось, а в груди с каждым днем разрасталась ноющая дыра. И больно било осознание ошибки и ощущение некого подвоха, в котором Ариадна никак не могла разобраться.

После обеда они погуляли по берегу залива. Алина уговаривала злых от ее напора братьев немножко позагорать на пляже и, на удивление, уговорив, с радостным писком прыгала возле них и только после рыка Ярина о небезопасности такой физической нагрузки наконец успокоилась, заняла один из лежаков закрытой пляжной зоны. Назагоравшись целых двадцать минут, ― именно столько было отведено для этого непреклонными Флаймами ― все отправились на ярмарку ближе к окраине Риса, последней точке в сегодняшнем приключении. И если Алина выглядела немного опечаленной сим фактом, то Рия с Ульяной на пару с братьями облегченно вздохнули.

Девушки как раз выбирались из припаркованного на одном из платных паркингов недалеко от ярмарки «Эксалейда», когда произошло это. Внезапный оглушительный рев, похожий на автоматную очередь, ударил по ушам, рядом с ухом Ариадны что-то просвистело и, стукнувшись о дверь машины, которой снежную и прикрыло, упало к ногам.

«Гильза», – отметила она отстраненно, замерев в ступоре. – «Гильза. Мать твою за ногу».

Заорал благим матом Картер. Закричали девочки. Рия и сама не сразу себя осознала дико орущей и пытающейся отпихнуть дверцу, чтобы забраться назад.

– Быстро, в машину! – зарычал на ухо Ярин, и оборотницу будто включило. Но сделать она ничего не успела.

Флайм, как-то нелепо дернувшись, широко распахнул удивленные темно-синие глаза, взгляд которых до тошноты пронзил душу снежной, она застыла, ошеломленно проследив за темной струйкой, потекшей из края мужского рта. Застучала по тачке очередь пуль. От криков девчонок и рыка Картера звенело в ушах.

Хрипло выдохнув, Яр с силой запихнул Рию внутрь машины, при этом ненамеренно измазав в своей крови. Картера не было видно, но с другой стороны в салон впихнули дико вращающую глазами Ульяну и полуобморочную Алину, с силой захлопнулась дверь, в руку до боли вцепилась ладонь Ульяны, и они, не сговариваясь, повалились на пол, утаскивая с собой несопротивляющуюся Лину, и внезапно все стихло.

Неестественная тишина оглушила посильнее пулевых ударов неизвестного оружия, снежная и вовсе на секунду решила, что просто оглохла, но тут же где-то очень далеко послышался звук сирены, не мудрено, что кто-то вызвал полицию, Ариадна уже было хотела выдохнуть, но подавилась собственным дыханием, совсем рядом с машиной послышались гулкие звуки шагов и злобное:

– Идиоты! Молитесь, чтобы девки выжили. Не дай боже, вы их зацепили, я сам вас придушу.

– Но приказ же…

– Что приказ, дурья твоя башка, что приказ? Кого вам сказали прихлопнуть? Флаймов, а не этих куриц! Открывай.

Дернулась дверца машины, и Рия обреченно закрыла глаза: все. Они попали по крупному. Так, что не выбраться. Тихое шипение Ульяны оборотница толком и не расслышала и тут же сильнее зажмурилась от внезапного невесть откуда взявшегося белесого света, жгущего глаза, точно самая опасная кислота, и в натуральном смысле провалилась в мглистую темноту.