Глава 28

[Жизнь – слишком быстротечна. Старайтесь находить в каждом дне, моменте, секунде что-то приятное, необычное, яркое, радостное. Просто будьте здесь и сейчас, вне зависимости от того, где вы находитесь. Как можно чаще бывайте на улице, дышите полной грудью и просто вдыхайте жизнь. Она не вечна, как бы нам порой ни хотелось обратного.

P.S. Работа и другие дела подождут, а жизнь – нет.

Алина Калистова-Фрост]

Прибыв на место, Леонардо прошел мимо четверых особей мужского пола, уложенных мордой в асфальт подчиненными Картена, по дороге выхватив заранее приготовленные два инъектора, жестом приказал парамедику, только закончившему внедрять в виски бессознательных едва дышащих братьев феррогель, носком ботинка оттолкнув в сторону несколько гильз с уже запекшейся кровью на фланце и скату, присел на корточки сначала перед Ярином, ввел в шею лекарство. При изъятии инъектора его запястье резким движением перехватили, Флайм распахнул глаза с красными прожилками полопавшихся капилляров и захрипел, пытаясь что-то сказать. Леонардо положил ладонь ему на плечо:

– Не трать силы, Ярин, – и перешел к Картеру, повторяя процедуру, второй брат так и не пришел в себя.

– Увозите. Айзек, – окликнул медика, – под твою ответственность.

– Разумеется, сэр.

Парней осторожно переместили на айро-носилки и растащили по машинам. Леонардо медленно распахнул дверь «Эскалейда», досконально исследуя нутро салона, не оборачиваясь, сделал жест, после которого Картен намеренно болезненно приподнял голову одного из незнакомцев за волосы. Фрост подтянул к себе один из черных пакетов, с его губ слетел короткий приказ:

– Говори. Где они?

– Кто? – выхаркал кровью мужик.

Леонардо погладил выуженный из мешка детский мягкий костюмчик, до хруста стиснул зубы, на несколько секунд прикрывая ресницы, рубанул охрипшим тоном:

– Девочки где?

Подонок сплюнул, стараясь попасть как можно ближе под ноги к Фросту, за что молчаливый Картен приласкал его мордой об асфальт. Раздался неприятный звук ломающихся костей, музыкой прозвучавшей для слуха Фроста, мужское тело дернулось и затихло, из-под головы медленно потекла кровь. Готов. Дин не церемонясь схватил за волосы следующего. Более молодого. Отчаянного. И до обосранных штанов испуганного, осознавшего, что деликатничать с ними не будут.

– К тебе тот же вопрос. Где девочки?

– Мы не знаем. Они были в машине… Были! Но потом та странная вспышка из салона ― и всё.

– Что всё?

– Они исчезли. Все.

– Каким образом?

– Понятия… не… имею. Говорю же, вспышка и… к-ха… к-ха… все. Больно, млять. Отпусти!

– Этого увести.

Дин махнул двумя пальцами, и несколько его подчиненных подхватили под локти парня и отбуксовали в одну из оставшихся машин. Картен немедля перешел к следующему. В итоге ― еще один труп и два по сути однотипных ответа. Дин назначил ответственных за дальнейший допрос выживших нескольких спецов и отправил их в Управление, еще парочку следом вместе с найденными уликами.

Оставшись только с Дином, Леонардо со всей аккуратностью перенес пакеты с вещами для маленького в багажник и примостился боком на водительское сидение, открыл мини-скан, впиваясь пальцами в титановый каркас гаджета.

– Камеры на парковке и в ближайших нескольких километрах выведены из строя. А на тех, что активны, ничего существенного нет.

– Этого следовало ожидать, – медленно проговорил Леонардо, не отрываясь от экрана.

Трекер Алины по-прежнему сбоил. Он мигал, будто огонек на ветру, то вырубаясь, то вновь появляясь, но исчезал настолько быстро, что скан попросту не мог его должным образом отследить. Ульянин и вовсе был деактивирован. Что с Ариадной, Фрост не имел понятия, об этом мог знать только Страж Фоксайров. Извещать оного о случившемся он пока не стал. Еще один двинувшийся кукушкой Страж сейчас точно не к месту, а вот ироскандер, напротив, нужен ему словно воздух. Поблизости с нужной серверной только третий малый под кодом J7.

– Выдвигаемся в Дейс, – решительным тоном уведомил Фрост, забивая в навигатор нужные координаты.

– Соседний спутниковый город, если не ошибаюсь?

– Не ошибаешься.

– Поедем на «Эскалейде»?

В ответ хлопнула дверца машины, и Картен, кивнув самому себе: «понял», устроился на соседнем пассажирском сидении, передал по хедсету приказ одному из своих парней, чтобы их тачки отогнали на базу.

Гоня «Эскалейд», Леонардо то и дело посматривал на сканер, внутренне леденея с каждой пройденной минутой, и не мог взять в толк, что вообще происходит с Алиной, где она, что с остальными девчонками? И в то же время он себя ненавидел. В какой-то мере презирал за принятое решение, но и по-другому поступить попросту не мог. Долг, что б его. Не будь в этом мире парности, видят боги, – он не рискнул бы повторно обзаводиться семьей, и как никогда в тот момент понимал Шера и его выбор. Как никогда и никто.

Его внимание привлекла внезапно зарябившая на сканере точка, рядом с которой появился сенсор Ульяны. Леонардо недоверчиво замер и вывернул руль, разворачиваясь по направлению к поместью, втопил в пол педаль газа, набирая максимальную скорость. Картен молча ухватился за верхний поручень, придерживая при себе ругательства и всякого рода вопросы. Трекер Алины еще раз мигнул и застыл, Ульянин снова пропал.

Леонардо зло и грязно выругался, но скорость не сбавил. Когда же трекер, вновь зарябив, наконец застыл, Фрост недоверчиво прищурился и, резко дав по тормозам, развернул машину, заезжая на крутой вираж.

– Млять!!! – заорал едва не вылетевший в лобовое Картен, впиваясь широкими, точно лезвие ножа, когтями в кожу сидения и пропарывая ее.

– Ремни безопасности не просто так придумали, друг мой, – процедил Фрост, толком и не смотря на дорогу, все его внимание было приковано к сканеру. Только бы снова не засбоил, только бы они остались на месте. Он, постепенно замедляясь и останавливая тачку перед пункт-контроллером, достал из кармана рубашки карт-допуск, приложив к контроллеру, с нетерпением дождался, пока загорится зеленый огонек, въехал на территорию «заброшенной» базы отдыха. Не глуша мотор, выпрыгнул из машины и понесся вперед.

Он обязан был успеть.

* * *

Ульяна

Вляпавшись по самые уши во всю эту, мягко говоря, вакханалию, я даже не знаю, с чего конкретно стоит начать. Ну, думается мне, что лучше всего по традиции: изначально и по порядку.

Когда мы в компании радостной Алины и совсем не радостных остальных выехали в Рис, моя пятая точка чуяла еще те ожидающие нас приключения, но, святые зелья, не настолько же! Внутренняя ведьма была настороже, однако не менее радостно, чем сумасшедшая гормональная Лина, крутила головой и восхищенно попискивала, ведьме этой все нравилось. Активный шопинг по местным магазинам, в ценах которых я, понятное дело, совершенно ничего не понимала, как и не располагала какими-то ни было наличными средствами, как-то вот этот момент с огоньком мы упустили, и пускай девчонки активно предлагали мне что-нибудь приобрести, так сказать, в подарок, не согласилась.

Ведьма от моей несговорчивости плакала и скулила, но была послана в далекие дали. Если от огонька теоретически я и могла брать подарки, как-то все же начала привыкать к мысли, что этот хитрый лис ― мой мужчина, особенно после г-м инициации, то от девочек или, упаси всеблагая, Флаймов – нет. Терпеть не могу быть кому-то обязанной.

Что тут сказать. Мы уже выяснили, что я неправильная ведьма.

Прошвырнувшись по бутикам, особенно активно посещая детские отделы, зарулили в кафе, там я уже строить из себя гордую не стала и согласилась на спонсорство, не голодной же ходить. Ага, вот такая я непоследовательная, смиритесь с этим. А особенно внутренняя ведьма, смирись и заглохни уже наконец, и без тебя тошно.

Аппетита, несмотря на располагающую обстановку, не было от слова совсем, еще с начала нашей развлекательной поездки у меня отвратительно зудело на подкорках, сигнализируя всеми оттенками красного: следует быть настороже, что-то, дырявый котел его раздери, происходит. И с каждым нашим продвижением по Рису неприятный зуд все нарастал, в кафе же стало почти невыносимо, хотелось чесаться, унять этот раздражающий внутренний свербеж.

Стараясь отвлечь себя, я прислушивалась к тихим разговорам подавальщиков, просто к людям на улицах, и поняла одну простую вещь: когда разговор был направлен не в мою сторону, я окружающих не понимала. Язык хоть и был отдаленно понятен, вроде того самого иностранного, который как бы слегка знаешь, но как бы совсем нет, а когда обращались непосредственно ко мне, срабатывал внутренний переводчик. Вот так вот тайна языка вдруг стала совершенно не тайной. Хоть одна хорошая весть.

По окончании трапезы, к отвратительному зуду прибавились еще и колющие затылок иголочки, и… Бумом по голове. За нами наблюдают! Как тогда в поместье ― зверь. Но Леонардо ли сейчас, вот в чем вопрос. Честно сказать, я очень в этом сомневалась.

По приезде на пляж свербеж значительно так усилился, трансформируясь в омерзительное гудение, от ощущения приближающейся неотвратимой беды знобило и хотелось грызть ногти, едва удержала себя от этой нехорошей привычки. Нервно оглядывалась, крутила головой, не понимая, откуда ждать проблем и стоит ли сказать об ощущении братьям. Однако решив, что меня скорее всего высмеют и отмахнутся, я недальновидно промолчала, внутренне настраивая себя на бой с вероятным применением магии. Сама, если что, справлюсь.

Наивная Льяна. Зря я, короче, ничего никому не сказала. Очень зря. Никогда не делайте так, если чувствуете, что рядом бродит звездец, лучше кому-то об этом сообщите, пускай вы будете идиотом, но зато живым идиотом. Запомните это, а лучше запишите, можете даже на лбу, лишним не будет. Точно вам говорю.

Приехали в пред конечный пункт нашего увеселительного вояжа ― на ярмарку, и только собрались выходить, когда это все началось.

На нас самым наглым образом напали.

Где-то совсем рядом что-то оглушающе взорвалось, от грохота и звона в ушах я даже присела, Алина и вовсе чуть не повалилась на землю, перепугано оглядываясь, ухватилась за живот, хорошо, что рядом был Картер и смог ее придержать.

Я и среагировать не успела, как нас начали обстреливать чем-то странным, достаточно маленьким, металлическим, непонятной продолговатой формы с мягко заостренным наконечником и задница каким смертоносным, это стало понятно, когда зацепили Флайма, ранив в плечо. Запахло кровью, завизжали девочки, да я и сама визжала не хуже заготовленного на убой поросенка, забыв и о магии, и о том, что я сама не менее смертоносная ведьма.

Особенно обо всем позабылось при виде едва стоящего на ногах, окровавленного оборотня, напичканного по самое не могу теми самыми продолговатыми и непонятно как еще дышащего, умудрявшегося прикрывать нас на манер живого щита так, что и по касательной не зацепило. Герой. Но лучше бы, если бы обошлось без этого героизма и всякого рода трагизма, но увы. Не обошлось.

После того как израненный полуживой Картер впихнул нас с бледной как полотно Алиной в машину, а сам сполз по ней же на землю, оставляя на глянцевой поверхности стекла кровавые потеки, все стихло, но из-за внутреннего давления, от которого, казалось, мозги сейчас спекутся и превратятся в кашу, я это даже и не сразу заметила. А давление нарастало, оно потрескивало изнутри, распирая меня и охватывая каждую клетку, наполняя неизвестной чуждой и одновременно родной силой.

В одно мгновение мне показалось, что я не справлюсь, что меня сейчас попросту расплющит, раздавит, превратив в разорвавшийся изнутри кусок мяса, но тут я услышала их. По ощущениям ― четверых мордоворотов, притопавших за нашими с девочками шкурками, и ладно только моей и снежной, но еще и беременной Алины и, судя по доносящимся до моего воспаленного мозга фразам и ментальным обрывкам, шли они именно за парой зверя. Более того, это нападение готовилось довольно-таки давно и отвратительно несло предвкушающим похабным удовлетворением, что совсем скоро загнанная в силки дичь окажется в их руках.

В мозгу что-то гадко щелкнуло, а затем появилась она. Маленькая, закрытая на тысячи мелких разнообразной формы замочков дверца, чьи замочки с каждым моим микро-вдохом расщелкивались и падали, разлетаясь в мелкую пыль, а дверца с каждым таким замочком дрожала, колотилась, будто за ней скрывалось разумное и очень опасное нечто, желающее наконец вырваться из стальных оков. Эта дверца была нереальна и точно являлась плодом моего воображения, но в то же время реальна как ничто иное. Хотелось к ней прикоснуться, провести по последним замочкам, открыть и в то же время не открывать, не торопиться, ибо торопиться смерти подобно.

Очередной отросток ментального торжества и парочка отрывистых фраз выпихнули меня из глубин подсознания. Из горла вырвалось неконтролируемое яростно-утробное шипение. Схватив девчонок за руки, мысленно вцепилась зубами в ходящую ходуном дверцу, в голове вновь что-то неприятно щелкнуло, вместе с этим дверца распахнулась, окатив нас троих белесым огнем, и беспощадно затянула внутрь. Падая спиной в пустоту, из последних сил успела накинуть на Алину щит, и когда он полностью обволок ее тело, отпустила контроль.

Нас крутило и таскало по разноцветным измерениям, то выплевывая в каком-то лесу, не давая продышаться или просто вдохнуть хоть глоточек воздуха, не говоря о том, чтобы опустить на землю, и я даже попробовала глотнуть и тут же чуть не заорала от боли в груди, кажется, у меня чуть не разорвались легкие, больше такой ошибки я не делала.

А затем снова затягивало, крутя и вертя, превращая внутренности в один сплошной комок плоти, затем вновь выкидывало на несколько минут, и так по кругу. Один раз нас выплюнуло во Фрайзен Доле, это я поняла по ошарашенному лицу Мадлен, над чьей головой мы зависли. Несколько раз мы просто плавали в ничто-и-нигде, черном, как беззвездная ночь, пространстве, не дыша и не разговаривая, ни то, ни другое нам и не требовалось, хоть бы выжить, а после, снова закрутив и выкрутив, нас выплюнуло на теплую твердость.

Первые несколько минут я заторможенно-недоверчиво гладила под собой пол, не в силах поверить, что все закончилось, и малодушно боялась, что все вновь вот-вот повторится, потихоньку вдыхала, страшась, что легкие опять будут гореть, грозя разорваться, но благо ничего из моих опасений не спешило претворяться в жизнь. А когда рядом кто-то надрывно закашлялся, наконец разлепила ресницы, узрев перед своим носом носки спортивных ботинок, сквозь вату в ушах раздалось обалделое:

– Это кто?!

Другой незнакомец вторил первому:

– Откуда здесь посторонние?!

И более участливое:

– Девушки, вы в порядке? – меня схватили за кисть и потянули вверх, голову ожидаемо повело, в горле встал ком тошноты, тихо застонала через сцепленные зубы, и меня сразу же отпустили, судя по стонам по соседству, не только меня пытались вернуть в вертикальное положение.

– Не трогайте их, вероятно, у всех троих серьезные травмы. Вон, на одной из девушек кровь. Кто-нибудь, вызовите врача! И выясните наконец, как эти мисс здесь очутились!

Интересно, здесь ― это где? Ладно, пока не особо интересно, главное, чтобы больше не пытались отодрать от этого прекрасного, уютнейшего пола.

В то же время на меня медленно начало накатывать мрачное осознание и отчего-то совершенно не радостное. Эти, р-р-р, сволочи, которые на нас напали, инициировали мой скрытый дар, оказавшийся, вот так сюрприз, тем самым пространственным! Блин, и совершенно не таким крутым, каким я его себе представляла, особенно если так крутить будет всегда. Неспроста таких вот пространственников после обнаружения дара сразу забирали в ХИРО ― закрытую академию вейдаров, находящуюся на отдельном архипелаге. И тоже, как ни странно, закрытом.

– Кому тут требуется помощь? – поинтересовался сухой мужской голос.

– Вот им.

– Боже. Что вы сделали с бедными девочками? Не знал, что вердентов начали набирать среди женского пола.

– Не начали. Это нарушители. И ничего мы с ними не делали, такими нашли.

– Нарушители? Слабые девочки? – недоверчиво переспросил мужчина и задумчиво поправился: – По крайней мере, две из них точно, – ко мне склонились первой, положили теплые ладони на плечи и наверняка хотели перевернуть, но тут же отдернули от раздавшегося ледяного рычания знакомого голоса, услышав который, едва не расплакалась от счастья.

– Стоять! Не трогать! Три шага назад!

– Есть, сэр.

– С-сэр, это ваше?

Ага, его. Как минимум одна и еще двое ― не-весть-где-шляющегося огонька.

Осторожно перевернувшись на спину, смахнула с лица спутанные волосы и, приподнявшись на локтях, взглянула на надвигающегося, будто скала-ледокол, мистера Фроста, рядом с ним шагал невозмутимый Дин, на лице последнего уловила тень непритворной обеспокоенности. Радостно улыбнулась, отчего Картен едва не сбился с шага и как-то жалостливо на меня посмотрел, вероятно, он решил, что я двинулась головой, я бы тоже так решила. И девочки…

Ох, блин, девчонки! Беременная Алина!

Порывисто обернувшись, облегченно выдохнула: Алина хоть и была без сознания, но вполне мирно дышала, крови на ее одежде не наблюдалось, значит, выкидыша вроде как ждать пока не приходилось, узнавать с помощью дара побоялась, от одного хоть отойти, да и предначертанный ее здесь, не позволит больше плохому случиться, правда, где он вообще был до этого вот всего. Ариадна была в сознании, с осоловелым видом сидела на попе, наверняка пытаясь собрать мысли в кучу.

К Алине подлетел Леонардо, осторожно сграбастал в объятия и раздавал тихим леденящим душу тоном приказы о предоставлении отчетов с камер наблюдения, требовал объяснения и все тому подобное. Будто он здесь что-то узнает, ага. Дин же повел носом и опустился перед Рией на корточки.

– Тебя ранили?

– Нет, это не моя кровь. Я в целом в порядке.

– Нас троих благодаря братьям не зацепило, – тихо проговорила, привлекая к себе пристальный взгляд двуликого. – Они…

– Живы, но в тяжелом состоянии.

– Живы. Дырявый котел, какое облегчение, – искренне выдохнула. На лице Рии проступили те же эмоции. Терять знакомых всегда тяжело, особенно друзей, тем более таких молодых, как Флаймы. Хорошо, что все обошлось.

– Ты сама-то как?

Я уже хотела ответить, что мол порядок, как снова почувствовала это. Меня вновь сначала медленно, а затем все стремительней начало распирать, в сознании возвелась приоткрывающаяся дрожащая дверца.

Затравленно оглянувшись, поняла, что вот этих всех мужчин и, самое главное, Алину захвачу вместе с неподконтрольным даром, оттолкнула от себя опешившего Картена и резво вскочила на ноги, крича:

– Всем назад!

Вертясь на месте под удивленные и даже сочувствующие взгляды, не знала, куда мне деться и бежать, чтобы никого не задело. Но с ужасом понимала: не успею. Да и находились мы в закрытом помещении без единой, как мне тогда показалось, двери, просто квадратная коробка с темным прорезиненным ковровым покрытием и стены. А мужики, что б их, хоть и отшатнулись, но не ушли, продолжая смотреть как на душевнобольную. Фрост только дернулся да прижал Алину к себе покрепче, отдал жестовый приказ Картену исполнять, он тоже поднялся и… всё. Конец. Никто не успеет уйти с траектории неподконтрольного дара.

Меня накрыло отчаянье. Алина! Что будет с ее малышом после очередного такого приключения?! Там и щит никакой уже не поможет.

– Всеблагая, – прошептала, растерянно оглядываясь, и дернулась, когда предпоследний замочек рассыпался в прах.

Рядом со мной вдруг оказалась решительно настроенная Ариадна. Дернув меня за руку, она обернулась в лису, махнула белым хвостом, красноречиво указывая на свою спину. Раздумывать не было ни времени, ни желания, запрыгнув на ее зверя, вцепилась пальцами в холку, крепко зажмурилась, ощущая, как стремительно под выкрики Леонардо улепетывает лиса.

Лобастая голова боднула стену, распахнулась невидимая простому человеческому глазу дверь. Вывалившись наружу, мы запетляли по ярко освещенным коридорам, пугая попадающихся на нашем пути мужиков, я не видела, насколько достаточно мы убежали от людей, но когда нас затянуло в сорвавшуюся с петель дверь, провалились в нее мы лишь одни.

* * *

– И что это было? – протянул Дин, ошеломленно смотря вслед сбежавшей лисе с рыжей всадницей.

Фрост аккуратно поднял свою предначертанную, внутренне расслабляясь и испытывая облегчение, что с ней и малышом ничего не случилось, но обследовать на скрытые повреждения точно лишним не будет.

– Все вон, – бросил Леонардо резкое отрывистое, и оборотней как ветром сдуло. – Не знаю, что это было, но догадываюсь: если бы не выверт Лисовой, моей девочки уже могло бы и не быть.

Картен скептично хмыкнул:

– А могло бы и быть. Мы успевали. Сообщишь Адриану?

– Не сейчас. Сейчас в серверную, а потом сразу домой. Надеюсь, девочка справится со всем, что вокруг нее творится.

– Кто она вообще такая?

– А ты как думаешь?

– То, что иномирянка, это понятно, но кто именно?

– Если я скажу, что она ведьма, тебе станет от этого легче?

– Пожалуй.

– Ну, тогда говорю.

– Мне… легче.

– Я рад.

– Ладно, мне нифига не легче.

– Твои проблемы.

* * *

Ульяна

На этот раз нас крутило не так сильно, и не настолько мучительно. Несколько раз выплюнуло опять в каком-то лесу, затем недалеко от пляжа Риса. Я успела заметить, что выкидывало нас в пустынных местах, слава всему, что есть в этом мире. Потом мы со снежной зависали в нигде-и-ничто, но на этот раз вполне себе неплохо, дышать все еще не могли, это да, как и не чувствовали тел, но могли говорить, не так, как обычно, а неожиданно телепатически.

Рия наконец поделилась со мной своими тревогами, о найденном предначертанном и выходке Стража ее рода. Интимные моменты она опустила, но мне и так было ясно, что они не в шарады играли. А еще примерно представляла, что мы узреем на том самом видео, и мне уже заранее было жаль огонька, но, может, еще обойдется.

«Зато ты укротила свой страх».

«Я бы не была так в этом уверена».

«Но все равно, ты молодец, Рия».

И только мы вот поговорили, нас снова затянуло уже куда более бережно и выплюнуло под ноги зверя.

– Неплохо так прокатило, – пробормотала, отплевывая волосы. Рядом раздалось мычание снежной, а затем еще кое-что раздалось ― холодный мужской голос, и меня за руку, пускай и аккуратно, но совсем не нежно вздернули вверх. Снежную тоже вздернул с мало-изменной непроницаемой физиономией Картен.

– Ну, объясните мне, мисс Лисова, что это все, черт возьми, было?

– А можно сначала попить? – уточнила, оглядываясь. – И мы где вообще?

Вообще, мы, судя по всему, находились в каком-то рабочем кабинете, да не простом. Большой массивный шкаф, стол с бумагами, стулья ― это все понятно, а вот огромная визорная система на нем выглядела совершенно не просто. За стеной буквально в паре шагов ощущалась еще более глобальная инвизорная или скорее мега-визорный механизм.

– Дома. Во Фрайзен Доле.

– А-а-а, шикарно, – облегченно выдохнула, плюхаясь на один из стульев.

Мне дали воды, а затем потребовали:

– Объяснения, мисс Лисова.

Мисс Лисова тоскливо вздохнула, ну, и принялась объясняться, куда ж деваться. Рассказала о себе, точнее, о своей расе, однако по непроницаемым лицам мужчин без капли удивления было понятно, что это знание для них не новинка, затем о своем скрытом даре. Фрост потребовал подробностей, но тут я его обломала, заявив о том, что и сама мало знаю. Пространственный дар же. Пространственников у нас уважают, чтят, любят, боятся, но информации о них не больше, чем о потерянных двуликих, как вы, должно быть, понимаете. Секретно, и все тут. Но примерно пояснить, что с нами троими происходило, пришлось, ужас, отразившийся на лице Картена и мелькнувший в звериных зрачках зверя, меня и саму испугал. Вдруг все же придется сходить на опыты, но обошлось.

Леонардо, после того как закончила говорить, только попросил дополнительный образец крови, уточнил, могу ли я контролировать дар, на что честно призналась, что не очень, но если вдруг снова подобное приключится, постараюсь с собой никого больше не утащить. Была у меня на этот момент одна любопытная идея, которую собиралась чуть позже опробовать. Также меня настоятельно попросили к Алине пока лишний раз не приближаться, но тут я была не согласная.

– Ну, подождите! Один разок-то можно? Под вашим контролем, естественно.

– Нет.

– Леонардо, пожалуйста!

– Нет.

– Скажите хоть, как она? Что с малышом?

Фрост смягчился.

– В порядке. Ничего непоправимого не случилось.

– А поправимого?

– Ульяна. Я сказал – нет.

– И все-таки?

Вы когда-нибудь танцевали на раскаленных углях? А на битых стеклах? Я тоже нет, но сейчас, кажется, станцевала. Просто видели бы вы в тот момент лицо Фроста, прочувствовали тот сгустившийся темный холод, и танцевали бы вместе со мной, уж поверьте.

Я и сама не понимала, почему так настаиваю, ведь Фрост дело говорит: зачем лишний раз беспокоить и создавать для девушки угрозу, но меня что-то гнало к ней. Надо было видеть Алину прямо сейчас и никак иначе.

– Ты не сдашься?

– Нет. Поверьте, мне нужно ее видеть. И лучше три минуты назад.

– Хорошо, – нехотя разрешили мне, и я радостно взвилась с места. – Под моим наблюдением.

– Конечно.

– И моим! – в один голос заявили Картен и Рия, переглянувшись.

К Алине я почти ворвалась, за мной ввалились зверь, Ариадна и Дин. Увидев вполне себе бодрую и здоровую Лину в постели с подносом на коленях и красивыми розовыми пирожными на нем, замерла, гипнотизируя сладость и принюхиваясь. Запаха я не почувствовала, это да, но кое-что все же было.

– Не трогай, а лучше замри! – негромко предупредила вздрогнувшую девушку. В пару шагов оказавшись возле нее, выхватила поднос под вытянувшееся в обалдении лицо: – Успела эту вкусняшку тронуть?

Алина помотала головой.

– А понюхать?

– Обоняние поле нашего приключения еще не особо вернулось, так что нет, наверное.

– Мисс Лисова…

– Ну и отлично, ты молодец, – взяв одно на пробу, запихнула его в рот и закатила глаза: – М-м-м-м, вкусно, особенно щедрая порция подсластителя в виде рицинчика. Что? Это смертельный яд, между прочим, белковый, растительного происхождения. Не имеет запаха и вкуса. Очень токсичный при близком контакте. И это тебе точно вредно, – передала поднос напряженному Картену. – Не нюхать, не трогать, а лучше унести, э-э-э, куда-нибудь подальше. Хотя, можешь просто накрыть это все добро металлической крышкой.

Двуликий скептично выгнул бровь, но молча выполнил мою просьбу, наложив на посуду несложные защитные заклинания, успокоилась.

Зверь тяжелой походкой приблизился к паре и присел рядом с ней, прижал девушку к своей грудной клетке. Мне его было, если честно, в тот момент жаль, к такому он вряд ли оказался готов. Однако когда тот поднял голову и посмотрел на поднос, резко стало жаль того, кто это вот сотворил. Точнее, пытался. Фрост не спрашивал, уверена ли я, точно ли рицин, и была благодарна за такое доверие. Правда, через несколько минут расстроенно вздохнула, почти мгновенно пришедший в себя Страж подошел к улике, вымазал на вид обычную ручку в пирожном; наблюдая за этим делом, коротко оповестила мужчину о защитных чарах и не опасности злосчастных кондитерских изделий, Фрост кивнул, принимая мои слова к сведению, тем временем размазывая крем по сенсору, вернувшись к растерянной Алине, принялся ждать.

– Постойте… Так ты серьезно? В самом деле яд? – в это же время ахнула Лина, таращась на меня округлившимися дикими глазами. – Зачем ты тогда его сожрала?!

Все находящиеся в комнате уставились на меня.

– Да что мне будет? – махнула рукой. – Так, легкое недомогание, ну, может, расстройство желудка, – словно в подтверждение, живот неприятно забурчал, забулькал и в общем-то сообщил о переваренном яде.

– Ну вот. О чем и речь. Скажи, туалет у тебя здесь поблизости?

– А… Ага, там, – махнула Лина рукой на одну из дверей.

И когда я за ней скрылась, услышала:

– Сумасшедшая.

– Ведьма, – уважительное.

– Угу. Так и запишем: в нашей семье стало больше на одну ведьму, отбитую на всю башку. Мой брат будет счастлив. Мистер Фрост, ему уже сообщили?

Блин-оладушек, надеюсь, нет.

Выйдя, наткнулась сразу на четыре пары глаз разного толка эмоций.

– Скажи, Льяна, у тебя все нормально с головой, в детстве не били? – ласково так уточнил Картен.

– Ты оказалась права, в пирожных яд. Запредельная доза рицина, – мрачно поделился Леонардо и, оторвавшись от гаджета, буднично сообщил: – Убью.

– Кого?

– Того, кто это сделал. Дин, не отходить от Алины. Ариадна, останешься тоже тут. Ульяна, – на меня посмотрели и махнули рукой как на безнадежную. Да что такого?! Мы яд еще с детства вместо сладкого принимаем! – А впрочем, со мной пойдешь. Кровь почистим. Как себя вообще чувствуешь?

– Да не нужно ничего чистить, я в норме. Уже, – и перейдя на магическое зрение, довольно возвестила: – О, а хотите, могу помочь найти того, кто это сделал?

Повисло ошарашенное молчание. И затем осторожное:

– А ты можешь?

– Ну, теоретически, да, и практически, наверное, тоже. Но попытка не пытка же, верно? – невинно улыбнулась.

– Кажется, у кого-то до сих пор мозги не развернулись после своего одаренного аттракциона, сдобренного убойным ядом, – пробурчала Рия, потирая переносицу. – И как ты собралась это делать?

– Сейчас я уже инициированная ведьмочка…

– Чего? – подавилась воздухом Алина.

– Я тебе потом объясню, – ласково погладил жену по волосам Лео.

– Ла-а-адно. Господи, у меня такое чувство, что я сплю и вижу дурной сон.

– Если бы. Так вот, да. О ведьмах. Инициированные вейдары, – посмотрела на Лину, – это я тебе потом объясню, – девушка заторможенно кивнула, – могут видеть фантомные следы на тех вещах, к которым недавно прикасались и тем самым подставлялись. У нас такое умеют скрывать, но у вас, по понятным причинам, ― навряд ли.

– Попробуй, лишним не будет.

Все посмотрели на Леонардо, тот невозмутимо ответил:

– Я за новые технологии, ну, или что верней – ведьмологии.

Все с пониманием кивнули и вновь повернулись ко мне. Кашлянула, скрывая смех.

– Пробуем?

– Пробуй, – дали мне дозволение.

Потерев ладони, помолилась местным магическим источникам и, приблизившись к обезвреженным сладостям, походила вокруг подноса в одну сторону, принюхиваясь, в другую, слыша на грани сознания:

– Интересно, а пляски с бубном будут?

– Тише!

Подавила рвущийся наружу смех и, дернув плечом, сконцентрировалась, еще несколько раз обходя пирожные с эксклюзивными специями. Остановившись, возвела руки, резко распахнула глаза, осторожно прикоснулась к тонким нитям, двум мужским и одной женской, о чем и сообщила ожидающим оборотням и одной леди. Перебрала их руками, прислушиваясь. И торжествующе улыбнулась. Попалась! Оу-у-у, кое-кто будет в ярости, когда очнется, или скорее очнутся. Подцепив пальцами тонкую ниточку, перебросила на пальцы и с силой дернула, видя внутренним взором, как одна нехорошая мадам неловко дернула рукой в такт нити и настороженно замерла, оглядываясь, ее зрачок вытянулся в звериный.

Не-а, милая, не соскользнешь. Не убежишь от раззадоренной ведьмы.

Дернула еще раз, а затем погнала визжащую от испуга родимую через сад, колючие ветви можжевельника и малины, затем кустов роз…

– Ульяна? – испуганное где-то там далеко.

Ой, да. Забылась. Так, вытащить из роз и направить, ага, готово.

– М-да, выглядит жутко. Напомните мне никогда не переходить дорогу ведьмам.

В ответ многозначительно промолчали.

– Мисс Лисова, вы закончили?

– Да, через примерно три-пять минут твоя неудавшаяся убийца, Лина, будет здесь. Причем дважды неудавшаяся.

Все вопросительно переглянулись и повернули головы на визг, а когда исцарапанная, орущая эм-нем даже-не-знаю-как-ее-культурно-назвать влетела в комнату, Алина вскрикнула, прикрыв рот ладонью.

– О, нет! Ты… Как ты могла?!