Глава 13

— Лис —

Пьяная Зайка? Вот это новость! Любопытство перешло все границы. Неужто эта святоша не такая уж и душнила, если решила свою стерильность в «синьке» утопить?

Глянуть на такое шоу — милое дело, но копша всего лишь вызов скинула, адрес не указала. Сучка! Тем самым ещё больше меня раззадорила.

Может, на пьяную голову моё внушение лучше зайдёт? Точно! Попробовать надо. Вот и пускаюсь на её поиски, строго по делу. И не утверждайте, что я запал на эту капитаншу-недотрогу!

Поиск — дело нехитрое, даже если мозги не уровня Оникса. Смотрю на время, прикидываю, за сколько часов этот хоббит в погонах мог так нажраться (тут всё просто: масса тела, помноженная на устав). Получается, далеко от отдела она не уехала. Ищу в радиусе квартала. А там всего две точки: или блядский стриптиз-клуб, или ирландский паб с вывеской, намекающей на не самый качественный алкоряд. Выбор невелик, да?

Выскакиваю из ангара базы с ахрененно окрылённым чувством. Реально земли под ногами не чувствую. Адреналин от предстоящей встречи всё перекрывает. Губы сами расползаются в оскале.

— Гляди, какой счастливый! — навстречу топает Якут.

Прикатил на своём новом Порше за тридцать «лепёх». И в голову лезет шальная мысль.

— Тачку дай заценю, — выхватываю из его рук ключи.

— Эй, бля! Ты куда?

— По делам в город смотрюсь, — бросаю через плечо.

— Нихуя деловой стал, отсидка в двое суток на пользу пошла.

Затылком чую, как узкоглазая морда давит лыбу. Его бы рожу на спарринге размотать, но времени нет. Образ пьяной Зайки из башки не выходит, выкручивая адреналин на максимум.

И стоит ли Якуту знать про мои дела? Нет, лишнее! Если инфа про то, что копша внушению не поддаётся и копается в делах группы «Тень», дойдёт до Альфы — его решения относительно этой дурёхи мне не понравятся. Уже на берегу это чую. Поэтому варежку не открываю.

— Ты это… поаккуратнее с моей крошкой! — снова кричит Якут. Это про тачку, явно.

Как Наташка от него съебалась обратно в Палермо, этот северный олень решил себе новую забаву найти — не бабу, конечно, вот Порш прикупил. Теперь пуще Феликса за свою тачку трясётся.

— Не ссы! — фыркаю. — Верну в лучшем виде!

В тачку ныряю. Жму на кнопку «пуск». Мотор проносит по свежайшему салону низкий горловой рокот — густой, вибрирующий звук, который слышишь не ушами, а грудной клеткой. Запах кожи и какой-то встроенной аромки бьёт в нос. Стоит лишь слегка коснуться педали газа — тачка срывается с места, как необкатанный жеребец, разбрасывая гравий и заставляя Якута пожалеть. Его недовольная мина кривится.

Выезжаю с территории базы и втаптываю пятку в пол. Рык двигателя, как выверенная акустическая агрессия, заполняет салон. У классических 911-х Порше — специфический сухой звук. В нём слышна работа каждого поршня, лязг благородного металла и ярость механики, доведённой до совершенства. Когда стрелка тахометра улетает в красную зону, рык превращается в высокий, пронзительный вопль, от которого закладывает уши. При торможении хриплый отстрел, выхлопная система выдаёт серию коротких, сочных хлопков — как финальный аккорд в споре, после которого возражать бессмысленно.

Так и мчу до города, испытывая покупку Якута по полной. Машина — кайф: разгон, торможение, виляние задней части при поворотах. Может, и мне прикупить себе ласточку, полировать её без конца и края. А не мчаться за несколько десятков километров, чтобы посмотреть на пьяную копшу, как на зрелище века!

Но отказаться от затеи не могу. Во-первых, надо этой рафинированной отличнице МВД ещё раз попытаться внушить — на этот раз ставки высоки. Во-вторых, мне скучать нельзя. В тоске я творю такую дичь, что потом всей стаей разгребаем. Сейчас проблем и так выше крыши, а с проёбанной флешкой и уходом Оникса из стаи они умножились на десять. Поэтому «дистиллированный капитан» в бухом состоянии — для меня нечто вроде шоу, которое должно заполнить нехватку яркости во всём сложившемся дерьме.

К радости, пробки столицы рассосались. Добираюсь до паба за полчаса. Уже на повороте выхватываю её силуэт. Шатаясь, стоит в боевой стойке, как маленький Саб-Зеро в Mortal Kombat за секунду до отключки. Рядом толпа бухих смертников, которых я уже заведомо похоронил — они всё ближе подходят, а один тянет клешню в её сторону.

Торможу с заездом на обочину, процарапав днище. Ебануться, Якут меня вздёрнет. Но эта мысль теряется в гудящем запале моего зверя, который требует немедленной расправы.

Вылетаю из машины и троих укладываю сразу, даже не успевая оценить ситуацию. Внутри всё закручивается в тугие канаты, вышибая мозги. Тело действует на энергии, по отработанной схеме, не сильно контролируя силу удара — под кулаком слышится хруст кости, в нос ударяет свежий запах крови.

— Эй! — орёт кто-то из толпы и выхватывает тут же. Прямо наводкой в челюсть. И отлетает к двери.

Улавливаю огромные глазища копши, которая видно совсем не ожидала меня здесь увидеть. А зря! Надо было башкой думать прежде, чем мне о себе напоминать!

Толпа снова оживает. Смельчаки, возомнившие себя ахренительными бойцами, выходят вперед. Замахиваются, но, судя по тому, как медленно действуют, шансов у них — чистый голяк. Поэтому то, что должно было стать эпичной битвой, превратилось в скучную уборку мусора, осложнённую тем, что «мусор» активно воняет перегаром и размахивает кулаками.

Никаких киношных замахов. Работаю на короткой дистанции. Делаю шаг в сторону, позволяя инерции сделать свою работу. Короткий, сухой удар в основание челюсти — и туша захлопывается, оседая на асфальт с тяжёлым звуком мешка с говном. Второй пытается изобразить гоповатую настойчивость. Разбивает бутылку пива и замахивается «розочкой». Перехватываю кисть. Слышен отчётливый, сухой хруст — как ветки в лесу. Чую, как на моём лице растягивается довольная лыба, пока выкручиваю сустав этого осла, заставляя взвыть и уткнуться ебалом в капот Порше, оставляя сальный след его рожи на отполированной поверхности.

Сукаааа! Якуту это явно не понравится!

Отшвыриваю тушу, обмякшую прямо в руках. Разворачиваюсь. Последний выживший всё ещё пытается схватить девчонку за руку. Та, теряя ориентиры, бьёт, но мажет. Очевидно, нападавший в её взгляде раздваивается, и она делает неправильный выбор для удара.

Хватаю его за шкварник, пригибая к асфальту. Руку на спине сворачиваю до хруста. В этот момент из бара выбегают ещё двое. Один щуплый, на вид совсем юнец, в форме и с глазами по пять копеек. Второй повыше, тоже, видать, полицейский, с внешностью больше похожего на бандита, одетый по гражданке.

— Что за…? — открывает рот второй.

— Ася! — выдыхает первый, тот, что в форме, почти с визгом.

Ася?

Я взглядом стреляю в копшу. Та стоит, схватившись за стену, пытаясь, видимо, взять под контроль уплывающий рассудок. Недоразумение в капитанской форме, бля!

Ася! Не Анастасия Павловна, оказывается! А, Ася! Ебануться!

Я не сдерживаю смешок. Копша жмурится, наверное, пытается прогнать мой мираж силой мысли. Когда глаза распахивает снова, видит меня и кривится.

— Они… напали… — всё, что у неё получается выдавить, и кажись, она к этим двоим обращается.

Вкуриваю, что это её напарники, видать. Хороши, блять, напарники! Пока их коллегу тут чуть по кругу не пустили, они чё, в баре бутылку опустошали?! И хочется им тоже вставить по первое число, но решаю не нагнетать ситуацию.

Вторую ходку на сорок восемь я уже не выдержу!

— Пакуйте мясо, — командую я и того, что в моих руках, отталкиваю этим двоим.

Тот, что повыше ловит его одной рукой, придавливает к стене. Щёлкает наручниками. Кто-то из лежавших на асфальте кряхтит и поднимается. Второй из недосослуживцев копши запечатывает в браслеты и его.

Но это всё — пустота, на втором плане. На первом — она.

Я стою в паре шагов и наблюдаю за этим крушением вселенского масштаба. Капитан Зайка впечаталась плечом в шершавую стену, и похоже, эта стена сейчас единственная связь её с планетой Земля!

Зрелище чистый восторг и лютый диссонанс в одном флаконе. С одной стороны, меня душит смех. Зайка пытается поймать мой взгляд, но её зрачки живут своей жизнью, совершая хаотичные прыжки где-то между моими кроссовками и ближайшей галактикой. Под её растрёпанной култышкой явно ошибка 404, а весь некогда боевой задор превратился в нелепое сопение. Она похожа на взъерошенного воробья, который случайно хлебнул больше нормы. Это дико забавно, но вместе с тем жутко бесит.

Внутри меня закипает раздражение, замешанное на желание хорошенько надавать ей по заднице.

— Ну что, А-ся! — сокращаю дистанцию, чувствуя, как в моей противоречивой бойне побеждает желание её наказать. — Твой гироскоп окончательно сдох, или мы попробуем совершить мягкую посадку?

Она пытается выдавить порцию яда, даже неразборчиво шипит, старательно стремясь придать лицу выражение высшего презрения, но вместо этого только смешно морщит нос и сползает по стенке ещё на пару сантиметров.

Святоша в ауте, бляха! И самое паршивое — в таком состоянии она притягивает меня сильнее, чем любая другая пьяная девица! И пока она не ощутила все прелести свободного падения, подхватываю её за талию одной рукой.

— Эй, мужик! — очухивается её напарник, тот, что повыше. — Отпустил!

Бросаю на него взгляд, от которого он варежку свою прихлопывает. А второй, тот, что поменьше, тихо ему шепчет:

— Это же тот… гладиатор из аквариума…

Гладиатор, бля! Уже и ментовскую кликуху мне придумали. Ну, заебись чё! И да, я тот самый гладиатор, который их сейчас завалит, если они мне мешаться удумают.

Проблем с ментами не хочется, но я готов и на это. Грудак уже трясётся от внутреннего кипячения. Ахренительное чувство адреналина кипит внутри. А когда оно кипит, там разума — кот наплакал.

— Домой её отвезу, — отрезаю я, оставляя её сослуживцев с разинутыми ртами.

— Э-э-э… — тянет паренёк в форме, лицо у него — будто у стендапера из райцентра.

— Мои данные в базе, — пресекаю его дальнейший разговор. — Если что-то с ней случится, вы меня найдёте.

Вроде притихли. Хотя я уже не смотрю. Капитанша заводит пьяный протест, дёргаясь в моей мертвой хватке. Да ей и трезвой-то не вырваться, а уж в таком виде — и подавно.

— Спокойно! — рычу. — А то правда чего случится.

Чёрт его знает, может, поэтому и затихает. Но «затихает» — громко сказано. Пока усаживаю её на сиденье тачки, она отмахивается от меня, как от назойливой мухи.

Вот же стерва бешеная! Неужели ей тут остаться охота? Чтобы с этими собутыльниками новую жоповую ситуацию наколдовать? Но сейчас её хотелки — по одному знаменитому месту.

Пока обхожу машину оглядываю обстановку. Полуживые тела по периметру. В дверях застыл админ, челюсть у него опустились ниже колен. Двое ментов всё ещё в ступоре. Что ж… норм. Живы все. Значит, пиздюлей от Альфы не будет.

А от Зайки? Достанется — это стопудово. Но пропустить такое шоу — не в моих жизненных принципах.

Запрыгиваю в тачку, срываюсь с места — и опять скребу пороги Порше. Сука! Вот за это Якут точно голову оторвёт.

— Ты куда поехал? — копша выдавливает из себя слоги чётко, будто на конкурсе дикторов в школе для особо одарённых.

Косо гляжу на неё. Сидя и то качает. Вцепилась в панель тачки, глаза упёрла в ту же точку, но делает вид, что грозная. Смех в ментовском мундире!

— Везу тебя, спиртовая катастрофа, домой. Адрес давай, пока не отключилась.

Она зажмурилась, будто решает: стоит ли такому типу, как я, адрес говорить. Конечно, нет. Но выбора у неё нет.

— Не скажешь — отвезу в ближайший мотель, — играю на её спиртовых нервах. — Знаешь, что там обычно делают с такими, как ты?

— А с какими? — неожиданно оживляется она.

Глаза помутневшие на меня косят, губы растягиваются в глуповатой улыбке.

— С бухими, — огрызаюсь, хотя смотреть на неё — одно удовольствие.

Она снова уходит в медитацию, уставившись в панель, словно там прописан весь дисциплинарный устав МВД.

— Не знаю, — мотает головой разок, на большее сил нет. — И не рассказывай! Я к такому не готова!

— Адрес, — давлю я бескомпромиссно.

Бормочет его чуть слышно. Адрес называет, а там ебеня такие, что пиздец! С недоверием на неё пялюсь. Ну а что? Может, издевается?! Ясен хрен зуб на меня точит, но кажись не пиздит. И это конечно шокирует. Представляю, сколько она в день на дорогу убивает. На машине без пробок — час. На метро — больше. И всё ради чего? Работать в этом сортире за копейки?

Ёбнуться! Хотя… пофиг. Может хоть на Луне работать — не моя забота. Я ей не папочка, чтобы переживать. Но прочитать нотацию — святое.

— Ты когда так бухаешь, последствия вообще осознаёшь?

— Я вообще-то не пью!

— Ага, видно невооружённым глазом, — фыркаю. — Стекла потеют, как в бане!

Она снова корчит рожу — пытается брезгливо, а получается… даже мило.

— Ты… невыносимый! — плюхается в кресло, медленно поворачивается ко мне и вдруг усмехается. — Ты и твой двойник! Вас теперь двое! И вы оба мне не нравитесь!

Потом издаёт что-то между смешком и хрипом, и громкое «Ик!». Прикрывает рот ладошкой. И вот тут я понимаю — Якут меня пристрелит. Точно пристрелит. Потому что эта копша вдруг складывается пополам и извергает всё выпитое за вечер на коврик Порше за сотню баксов!

Твою ж мать!

Рывком ухожу вправо, подрезаю всех подряд, торможу у обочины. Она резко выпрямляется, вроде бы осознаёт содеянное — и трезвеет на глазах. Раз! И голубые глаза расширяются до размеров Юпитера.

— Ой,— выдыхает она,— Это… непроизвольно…

Шах и мат, бля! Капитан Зайка!