Глава 17 · Месть принцессы

Миранда брела по улицам города, и ее трясло, но совсем не оттого, что она впервые убила человека. Мерзкий мужичонка, смакующий детали предполагаемого насилия, был для нее словно выведен за рамки человеческого существа. Ненароком услышанные тошнотворные подробности, которые она до сих пор не могла выкинуть из головы, причиняли ей почти физическую боль. И хотя эти похотливые твари не прикоснулись к ней даже одним пальцем, по телу девушки проходила брезгливая дрожь, а щеки горели от стыда и унижения, словно ее уже хватали и тискали липкие руки, словно с ней уже проделали то, что с таким наслаждением описывали эти подонки и чему не бывать никогда! Безжалостная память подсовывала ей то недавно услышанные речи, то образ Кейрана, издевающегося над ее несчастной сестрой. К омерзению примешивалось сожаление о том, что второго рассказчика подстрелить не удалось. Нет, ну какие же сволочи эти мужчины, какие противные, гадкие, мерзкие…

Резко остановившись, лишняя принцесса вскинулась и тряхнула головой: нет, так не пойдет! Отдавшись своему возмущению, она совсем утратила бдительность, а ведь здесь ее может подстерегать целая куча опасностей. Принцесса замедлила шаг, не зная, продолжать ли искать выход из города или все же поискать Кейрана. Девушка и в мыслях не допускала, что заклятый враг может попасть в ловушку, быть убитым соперниками или съеденным Темными людьми. Нет, он жив и достоин самой лютой и мучительной смерти!

С такими мыслями принцесса решительно направилась дальше, страстно желая, чтобы Кейран попался ей навстречу.

Сумерки рассеивались, уступая время рассветному часу. Съеживались и исчезали тени в темных углах, затихали ночные шорохи. Принцесса упрямо продолжала свой путь. Талисман Таулы в руке стал совсем горячим, вспотела ладонь. Миранда краем глаза зацепила одно из зданий — сияющее цветными витражами, с роскошной лепниной, — и резко обернувшись, с разочарованием поняла, что ей это просто привиделось: этот дом был полуразрушен так же, как и остальные на этой улице.

Чем ближе отважная девушка подходила к башне, тем сильнее город захватывал ее в свои сети. Миранде мерещился уличный шум, скрип катящихся колес, гортанные выкрики торговцев, детские смешки и визги. То в конце улочки мелькал силуэт женщины в блестящей газовой накидке, то старик черпал воду из пересохшего колодца, то собака с бешеным лаем загоняла кошку на козырек крыльца.

«Что со мной? Я брежу?» — подумала лишняя принцесса. Губы у нее совсем пересохли, девушка достала из своего мешочка стимулирующих капель, позволяющих обходиться некоторое время без сна, еды и даже питья, и немного подкрепила силы. Однако видения не прекращались. Давным-давно канувшая в прах жизнь древней столицы оживала в голове непокорной золотианки, превращая реальность в мираж.

Маленький храм старинной архитектуры рядом с башней словно воззвал к одурманенной девушке, приглашая зайти внутрь. Как зачарованная, Миранда вступила под своды разоренного храма, и тут же туман в голове развеялся.

Следы копоти и запах обожженной плоти заставил отшатнуться. Из-за алтаря неслышно выскользнули две темных фигуры и поманили девушку к себе, качая длинными рукавами. Девушка содрогнулась: ведь уже наступило утро, и таинственные существа должны были убраться прочь, однако непохоже было, что они собираются это сделать.

Фигуры немного приблизились, и Миранда увидела, что ткань их одеяний покрыта странными бурыми пятнами.

«Чья-то кровь… Кровь засохла», — догадалась Миранда. Талисман в руке стал просто обжигающим для ее похолодевшей ладони.

А Темные продолжали манить ее к себе, безмолвно качая своими широкими рукавами, а один из них даже начал кивать на разгромленный, окровавленный алтарь. Лишняя принцесса попыталась не поддаваться леденящему кровь ужасу перед жуткими обитателями Мертвого города.

— Я не жертва! Вы… ваш главный обещал выпустить меня! — вырвалось у девушки, однако хранители лишь покачали капюшонами и принялись уже вдвоем показывать на алтарь, что привело Миранду в полное замешательство.

Сзади ее обхватили чьи-то руки, достойная ученица Таулы и Аурии ударила не глядя, но ее нога словно погрузилась во что-то мягкое и бесформенное. С огромным трудом выдравшись из захвата, она увидела фигуру еще одного Темного, — он-то и попытался схватить ее сзади.

— Назад! Прочь! — крикнула принцесса. — Не прикасайтесь ко мне!

Темный зашевелил рукавами в каких-то невразумительных жестах, слегка подвывая, что вызывало у Миранды еще больший страх. Пальцы судорожно затеребили кубик-амулет, и он слетел с застежки, звонко ударившись об пол. Темные замерли. Кубик лежал у самого края балахона того хранителя, что только что пытался схватить девушку. Повернувшись, Миранда бросилась вон из храма, оставив внутри несколько гудящих и воющих Темных.

В голове вспышкой пронеслось видение — долговязая фигура с волосами до пят и в голубом одеянии преклоняла колени перед исполинскими мужчиной и женщиной, сплетенными в объятиях.

* * *

Глаза Тарака лихорадочно блестели, а страх он позабыл совсем. Их троица немного поспала, но как только начало светать, Кейран, Турлан и Тарак выбрались из своего убежища и направились в центр города, рассудив, что принцессу должны были спрятать так, чтобы у зашедших с разных сторон был одинаковый шанс на победу.

Тарак то и дело отставал от своих, на что ни Кейран, ни Турлан не обращали внимания. Юркий усач тараканом шнырял по окружающим домам, неустанно складывая в свой мешок трофеи — старинные монеты, драгоценные камни и украшения самой тонкой работы. К черту принцессу, он вернется богачом.

Мешок уже был набит, карманы раздулись, пришлось избавиться от того, что Тарак успел похитить в поезде. Тарак порывался выбросить и оружие, когда совсем отстанет от Кейрана и Турлана. Все равно Темные его не тронут, с амулетом-то. Тарак боролся с искушением — сейчас же отправиться в обратный путь или все же посетить бывший дворец правителя столицы, чьи башенки так заманчиво блестели впереди. Какие несметные сокровища остались там! Второго шанса-то не представится!

Кейран и Турлан уже обошли небольшой прудик, когда-то бывший излюбленным местом для гуляния горожан, когда внимание Тарака привлек яркий блеск. Это не солнце сверкало на водной глади — это, зацепившись о поросшее тиной бревно, сиял всеми гранями огромнейший бриллиант на золотой цепочке.

Тарак сглотнул слюну. Такого камня он не видел даже среди парадных украшений императора! Это бесценное сокровище он просто обязан заполучить! Какое счастье, что те остолопы не заметили драгоценности, слепые идиоты!

Бревно плавало недалеко от берега, и Тарак, разувшись и подкатав штанины, ступил в слегка прохладную с ночи воду. Ступни его погрузились в илистое дно, идти было скользко и неловко. Стараясь не оступиться, Тарак сделал несколько шагов по направлению к бревну и потянулся сначала плавающей тут же, в воде, палкой. Палка была коротковатой, да и бриллиант мог соскользнуть с цепочки, ищи его потом в мутной воде.

Штаны промокли уже целиком, Тарак погрузился по пояс, но вот вожделенная награда была уже совсем рядом, только руку протяни. Вода всколыхнулась, и последнее, что заметил ценитель драгоценностей, — бревно ожило, превратившись в огромную зубастую пасть, и челюсти крокодила сомкнулись, увлекая охотника за легкой наживой в мутную воду пруда.

Легкий всплеск заставил Кейрана с Турланом резко обернуться и увидеть взбрыкнувшие и тут же исчезнувшие ноги Тарака. Хищное «бревно» погрузилось в пруд, лишь по воде расходились круги.

У Турлана слегка задрожала нижняя челюсть, но, взглянув на Кейрана, он приободрился:

— Туда ему и дорога, да ведь?

Кейран кивнул, брезгливо скривив губы. Заискивания Турлана начинали ему надоедать.

* * *

Нираз и Гатор были поражены величием старого, давно покинутого императорского дворца. Окруженная заброшенным, когда-то великолепным садом с редчайшими растениями, привезенными с разных концов континента, громада дворца с блестящими на солнце крышами башенок сулила искателям богатства массу сокровищ, скрытых в своих недрах.

Нираз и Гатор перелезли через кованую ограду в сад, поскольку до ворот было идти далеко, да и незачем: наверняка там и ловушек больше, и кто-то точно да побывал.

Продравшись через колючие плети засохших кустов, исцарапанные мужчины вошли в один из многочисленных непарадных входов дворца и застыли в изумлении.

Игроки надеялись увидеть полную разруху: сгнившую мебель, рассыпающиеся в прах от одного прикосновения к ним гобелены, прогрызенные мышами подушки, однако дворец встретил их пусть запыленным, но все же великолепием.

Безжалостное к вещам время словно застыло внутри дворца. Слегка поблескивали в лучах солнца пыльные бока драгоценных ваз, с кушеток и диванчиков свисали шелковые и парчовые покрывала. Казалось, если кликнуть десяток-другой толковых рабынь, то они быстро смахнут скопившуюся пыль, отмоют полы, встряхнут покрывала и наведут уют, а потом и послушно опустятся на колени, обнажая грудь…

— Ух ты, — восхищенно пробормотал Нираз, касаясь тонкого кружевного балдахина над одним из сидений. — Какая крепкая ткань, еще держится!

Гатор скептически подергал краешек ткани и оторвал кусочек.

— Ткань как ткань. — Его ум заботило другое. — Странно, что в этой части дворца никто не побывал. Я думал, он весь вдоль и поперек исхожен.

Нираз поднял с ковра валявшуюся фарфоровую статуэтку, изображавшую полуобнаженную танцовщицу, провел пальцами по гладкому животу и выступившему из-под складок платья стройному бедру.

— Эй, не отвлекайся на эту ерунду! — окрикнул его товарищ, уже покинувший комнату. — Пойдем найдем сокровищницу… Уж там-то будет, что выбрать!

Нираз еще разок погладил грубым пальцем соблазнительные выпуклости изящной статуэтки и швырнул ее в стену. Звякнув, вещица разбилась на осколки.

— Иду я, иду!

В коридорах напарники все же встретили несколько скелетов незадачливых искателей приключений. Гатор по клочкам истлевшей одежды авторитетно заключил, что этим трупам уже добрая сотня лет.

— Странно, — почесал подбородок Гатор.

— Что странно? — подхватился Нираз.

— Странное местечко, я хотел сказать, — ответил спрошенный, напряженно размышляя. Почему одежда тех, кто пришел за наживой, истлела, как полагается, а трупы обратились в скелеты, но обивка мебели, ковры и наряды, оставленные обитателями дворца, не выглядят ветхими, хоть и хранят в себе вековую пыль? Впрочем, стоять и раздумывать не хотелось. Лучше побыстрее забрать побольше ценностей да убраться отсюда.

Наконец, Гатор и Нираз добрались до вожделенного места — двери в сокровищницу. Возле отпертой двери скопилось большое количество останков тех, кто любезно попался в ловушки, проторив дорожку последующим гостям дворца.

— О, Харад Всемогущий! — вырвалось у Нираза, и он жадно погрузил свои жесткие, мозолистые ладони в ближайший сундук.

И в самом деле, тут было с чего потерять голову: правители империи накопили несметные сокровища. На мраморном полу под подошвами сапог хрустели золотые и серебряные монеты, с краев открытых сундуков свешивались тонкими змейками различные цепочки, в глазах рябило от драгоценных камней — синих сапфиров, алых рубинов, бриллиантов чистейшей воды, идеально круглых жемчужин. Резные статуэтки из ценных пород дерева и кости, выточенные знаменитыми мастерами древности, занимали целый угол.

Нираз горстями принялся пихать в свой мешок все ценное, что попадалось под руку. Набив до отказа, мужчина вытер со лба пот и попытался приподнять свой заплечный мешок. Тяжеловато, конечно, зато каким богачом он теперь стал! Одна из лямок явно начала трещать под непосильным грузом, и Нираз, недолго думая, укрепил ее найденным ремешком из дорогой на вид тисненой кожи.

Оглянувшись, Нираз подозрительно посмотрел на своего спутника: Гатор за это время явно не постарался, задумчиво блуждая между драгоценных куч с довольно легким мешком за плечами.

— Эй! — фыркнул Нираз. — Ты чего медлишь? Набивай уже свой мешок, да давай уберемся отсюда подобру-поздорову! Нету здесь, видать, принцессы-то!

Гатор, вертевший в руках тончайшей работы диадему, стоившую если не треть, то четверть от того, что нес сейчас на своих плечах Нираз, сунул ее к себе за пазуху. Не обладая медвежьей силой, хитрец тщательно выбирал самые дорогие вещицы из императорской сокровищницы.

— Погоди ты, — отмахнулся Гатор. — Ты зря набрал так много, мы еще не нашли потайную дверь!

— Потайную? — Нираз недоверчиво уставился на подельника, ожидая подвоха.

— Все это — хлам и барахло по сравнению с тем, что мы можем сейчас найти, — презрительно сказал Гатор. — Я слышал, что здесь есть секретная комната, где хранятся истинные чудеса. Кинжал Непобедимого воителя, принадлежавший первому Императору, драгоценное вино, отпив которого ты становишься настолько крепким и здоровым, что твой век удлинится вдвое, кольцо с камнем Удачи, браслет, исполняющий желания… Правда, говорят, над некоторыми из вещей тяготеет проклятье…

Нираз энергично поковырял пальцем в ухе, слегка опешив от услышанного. Что может быть дороже золота и драгоценностей? А вот, оказывается, тут есть какие-то волшебные вещицы! Стоит рискнуть и прихватить парочку, разумеется, испробовав их способности! Гатор уж наверняка знает, чем можно поживиться, не схлопотав проклятье.

— Где же эта дверца? — завертел головой верзила. — Ты уже знаешь?

— Да если б я знал, разве бы я стал тратить время на это барахло, — пренебрежительно обвел руками блистательную сокровищницу Гатор. — Давай, гляди тоже в оба!

Нираз принялся усердно искать. И хотя на его плечи давила тяжелая ноша, что он на себя взвалил, мужчина и не подумал снять мешок хотя бы ненадолго. Да, тут не было никого, кроме Гатора, который такую тяжесть еле поднимет, если поднимет вообще, но расстаться с честно награбленным добром хотя бы на несколько минут казалось опасным.

Обходя и ощупывая стены, Нираз вдруг краем глаза заметил, что находится в сокровищнице один.

— Гатор! — позвал он, но ответа не услышал.

По телу пробежал предательский холодок, в голове мелькнула закономерная мысль: «Сбежал, подлец!», но Нираз осторожно двинулся в ту сторону, где искал потайную дверь напарник. Там не было ничего похожего на дверцу, кроме большого зеркала в человеческий рост.

Нираз решительно взялся за раму и угадал: заветная дверь была спрятана за гладкой зеркальной поверхностью.

— Эй, ты надуть меня решил?.. — возмущенно произнес Нираз, но тут же осекся. — Фу ты, дьявол! — выругался, бросаясь к подельнику. — Живой!

В маленькой тесной комнате не было никого, кто бы мог ударить искателя приключений. Тем не менее на затылке Гатора наливалась огромная шишка. Он лежал, раскинувшись на спине, с закрытыми глазами, но чуть слышно дыша.

Нираз пошевелил извилинами: с одной стороны, можно и бросить его здесь, хотя… кто ж тогда подскажет, что здесь самое ценное и свободное от темных колдовских чар? А уж оказавшись в безопасности за пределами этого паршивого города, можно будет и избавиться от ненужного больше спутника, и забрать то ценное, что он успел нахапать.

Приняв решение, Нираз энергично похлестал лежащего по щекам, затем усадил, прислонив спиной к маленькой тумбе и снял с пояса Гатора фляжку. Влив Гатору глоток вина, Нираз услышал слабый стон, и подельник пошевелился.

— Давай, взбодрись, — потряс его за плечо Нираз и заставил сделать еще глоток.

Гатор послушно глотнул, приоткрыл ошалевшие глаза, но, увидев около своих губ фляжку, с ужасом отбросил ее прочь.

— Ты что, спятил? — Нираз посмотрел на обрызганную вином штанину. — Кто тебя тут ударил?

Гатор мелко затрясся и отвернулся. Напротив него на стене висело небольшое зеркало в старинной овальной раме. Случайно нащупав дверцу в стене сокровищницы и попав в потайную комнату, Гатор первым делом бросился к нему, узнав легендарное Зеркало Судьбы, по которому древние правители судили о будущем империи.

В зеркале вместо красивого холеного лица отразились капюшоны Темных с их пронзительным, красным взглядом. Гатор отшатнулся, увидев собственное тело, разрываемое на части этими жуткими тварями, а потом — себя одного, в корчах катающегося по полу, с руками, сжимающими собственное горло. Потом картинка сменилась на безмятежное лицо Гатора, отпивающего из собственной фляги, и тут мужчина, запнувшись о что-то, упал на спину и ударился головой об угол тумбы.

— Я… пил из фляжки? — спросил он хриплым, чужим голосом.

— Ну да, — пожал лечами Нираз. — Надо же было тебя в чувства приве…

Зарычав, Гатор бросился с кинжалом на своего нечаянного отравителя. Но оружие выпало из ослабевшей руки, умирающий зашатался, упал на колени и схватился за горло, тщетно пытаясь унять отнимающимися пальцами разгорающееся внутри жжение.

— С-су-ка… — прошипел Гатор ничего не понимающему Ниразу, прежде чем язык перестал ему повиноваться. Нираз отодвинулся подальше, продолжая настороженно следить за противником, хотя никакой опасности от него уже не могло исходить. Немного покатавшись по полу, Гатор растянулся и затих.

Отравитель некоторое время хлопал глазами, прежде чем сообразил:

— Это ты сука! Предатель! Собирался опоить нас с Нитазом отравленным вином! А поделом тебе! Нет уж, меня не проведешь! — бушевал Нираз, топая ногами, пиная безжизненное тело и понося мертвого на чем свет стоит.

Слегка остыв от праведного гнева, оставшийся в живых обыскал тело, забрав все, что успел прикарманить в сокровищнице Гатор. Нираз задумчиво окинул комнатку, прикидывая, что здесь можно унести. Взгляд его упал на то самое зеркало, что висело напротив в своей изящной старинной раме. Заподозрив, что за ним может быть спрятана еще какая-нибудь потайная ниша с самым ценным, Нираз подошел вплотную и прикоснулся к раме.

В зеркале бушевал пожар. Как завороженный, Нираз уставился в языки пламени, не сразу сообразив оглянуться. Нет, за спиной никакого пожара не было. Но бросив повторно взгляд на запыленное стекло, мужчина увидел себя самого, хотя понял это не сразу. Нелегко отождествить с собой обезображенное тело без головы и руки, в тлеющей одежде. В ушах Нираза раздался истошный крик.

Его собственный крик.

Задрожав как осиновый лист, Нираз на нетвердых ногах вышел из проклятой комнаты, не взяв ничего из таинственных вещей, хранившихся там.

* * *

— Ага, попалась, дурочка! — Сильная, грубая мужская рука сомкнулась на запястье Миранды и потянула к себе.

Суграз ликовал. Боги были на его стороне — ведь принцесса сама выскочила чуть ли не навстречу. Зрачки ее непокорных карих глаз расширились от гнева, девушка повела взглядом по сторонам, словно высматривая кого-то.

— Что, ты ожидаешь кого-то другого? — Суграз усмехнулся. — Пойдем, дорогая, нам еще надо выбраться из этого проклятого богами места.

Духран тем временем аккуратно навел пистолет на затылок Суграза и чертыхнулся: позиция была опасной, с риском задеть брыкающуюся принцессу. Ничего, подождем. Сейчас главное — проследовать за счастливчиком и улучить момент, когда от него избавиться.

Духран даже губы облизнул от предвкушения: да, эту самозванку придется как следует вышколить! Как она посмела бродить по городу, да еще и в практически мужском наряде, вместо того чтобы ожидать спасителя в предписанных традицией соблазнительных одеждах!

Однако в следующий миг произошло то, к чему Духран не был готов: подлая девка резко ударила Суграза кулаком в грудь, и сильный мужчина, закаленный в боях воин, зашатался и рухнул на мостовую, увлекая за собой принцессу. Из груди поверженного жениха торчала короткая стрелка, какие бывают у карманных арбалетов.

Пока Духран хлопал глазами от удивления, девушка вырвала запястье из ослабевших пальцев Суграза и прошептав что-то вроде «Поделом тебе!», скрылась в проулке.

Стекленеющие глаза Суграза смотрели в бескрайнее утреннее небо. Уже полуугасшим взором он заметил потускневший государственный герб, изображенный на ближайшем доме, и его сердце затопила горечь: он умирал, позорно убитый слабой женщиной, посмевшей попрать священные порядки…

«Бедная моя страна, до какого позора ты дожила…» — успел подумать патриотичный золотианец, вздохнув в последний раз.

Духран помедлил, прежде чем отправиться вдогонку за принцессой. Ему было не по себе.

* * *

Кейран и Турлан добрались до заброшенного дворца, когда солнце приближалось к своему зениту и палило просто нещадно. Над городом висел плотный дым от горевшего квартала, затрудняя дыхание.

Мужчины пересекли сад, когда-то приводящий в восторг обитателей дворца и посетителей своим великолепием, но сейчас заботливо обрезаемые садовниками кусты разрослись и сплелись ветвями, на клумбах сорная трава вытеснила хрупкие и капризные цветы, привезенные с самых разных уголков континента, заполонила дорожки, а плющи увили беседки так, что войти в них было невозможно, не прорезав себе вход.

— Тут как будто давно никто не ходил, — произнес Турлан. На щеке у него алела полоса от того, что он не успел вовремя увернуться от хлестнувшей его колючей ветки.

Кейран остановился на мгновение, но тут же снисходительно обронил:

— Наверняка у Темных свои ходы, вот попадем внутрь — убедимся точно.

Турлан, как всегда, согласился со своим кумиром.

На ступеньках крыльца пришельцев встретили оскаленные, пожелтевшие черепа. Несколько валялись просто так, некоторые были кем-то заботливо насажены на кованые перила. Турлан, нервно хихикнув, пнул один, пробитый чем-то тяжелым.

Кейран, не обращая никакого внимания на попытку Турална привлечь к себе внимание, поднялся по ступеням и вошел в просторный зал. Там тоже валялось несколько скелетов, обчищенных до нитки: среди костей не наблюдалось ни ножа, ни монетки, ни завалящей пуговицы. Кто-то тут неплохо поживился, не побрезговав даже мелочами.

Кейран вспомнил гибель алчного Тарака и усмехнулся: интересно, далеко ли ушел тот искатель приключений, что набил свои карманы имуществом неудачливых соперников? Попался в зубы какому-нибудь крокодилу, или Темные им отужинали? А впрочем, все равно, туда и дорога всем неудачникам.

— Поднимаемся на второй этаж, — скомандовал Кейран. — Поищем принцессу на женской половине.

Пройдя по залам, Кейран обнаружил еще много неудачников, попавшихся в ловушки. Вот один лежал за опущенной решеткой, словно и после смерти тщетно пытаясь дотянуться до рычага, способного даровать свободу. Другой скелет рассыпался у оснований острых копий, выдвинутых прямо из пола.

Убранство дворца настораживало Кейрана своей потрясающей сохранностью. Да, прекрасный, качественный шелк или кедровое дерево могли продержаться столько лет, но мягкая шерсть и кожа уж точно не вышли бы победителями в схватке с могучим временем. На женской половине же сохранились и простыни на кроватях, и прекрасные наряды обитательниц давно канувшего в вечность гарема, и даже их безделушки и украшения — все было как новое, только покрытое слоем пыли.

Турлан из любопытства потянулся было к разукрашенной вазе, но тут же отдернул руку: из горлышка, угрожающе зашипев, закачалась черная змеиная головка. Краем глаза Турлан заметил движение и закричал:

— Берегись!

Гирлан, грязно выругавшись от допущенного промаха, повел стволом пистолета в сторону и прострелил Турлану локоть правой руки, перебив сухожилие. Рука Турлана повисла плетью, юноша взвыл от боли.

Теперь Гирлан стоял напротив своего злейшего врага, и оба держали друг друга на мушке, стоя в длинном коридоре женского крыла на значительном расстоянии друг от друга.

— За добавкой пришла, принцесса? — насмешливо заговорил Кейран. — Мало показалось в прошлый раз?

— Пошел ты!.. — сквозь зубы ответил Гирлан, нажимая курок одновременно с Кейраном.

И снова пули прошли мимо. Оба противника ушли с линии огня, бросившись в ближайшие дверные проемы комнат, когда-то служивших пристанищем для императорского гарема. Разделенные невысокими и некрепкими на вид перегородками чуть выше среднего человеческого роста, но не достающими до потолка, комнатки скрыли противников из вида.

Гирлан ринулся к пробитой в одном месте перегородке, решив протиснуться на одну комнату поближе к противнику. Кейран же ловко запрыгнул на качающуюся под ним перегородку, чтобы увидеть врага сверху. Гирлан не успел протиснуться сквозь дыру всем телом, но вскинутой руки хватило, чтобы выстрелить в своего заклятого врага.

Кейран свистяще втянул воздух через сжатые зубы, ведь пуля задела его по касательной, сорвав кожу на плече, и тоже сделал свой выстрел, попав противнику в грудь. Не рассчитав отдачи, сын первого советника императора, сделав вынужденное сальто, приземлился в коридор под восхищенные взгляды Турлана, который успел слегка прийти в себя.

Из ближайшего проема неожиданно выскочил Гирлан, получив еще одну пулю в грудь. Металлический звон заставил Кейрана выругаться: предусмотрительный мститель под одеждой напялил на себя хорошую кирасу, обезопасив себя от пули. В левой руке у Гирлана мелькнул какой-то цилиндр…

Кейран успел выстрелить по ногам противника, но на сей раз промазал, потому что Гирлан, бросив свою дымовую гранату, снова убрался с линии огня в дверной проем. Коридор затянуло дымом, Кейран, задержав дыхание, нырнул в смежную комнату, уклонившись от очередного выстрела. Надрывно закашлял Турлан, снова роняя пистолет из дрожащей левой руки.

«Ты в ловушке, сволочь», — хищно усмехнулся Гирлан, перебрасывая вторую дымовушку через стенку. Загнанный Кейран ринулся на хлипкую перегородку, каким-то звериным чутьем угадав, где стоит противник. В облаке щепок и пыли он врезался в Гирлана плечом и сбил его с ног.

Опрокинутый Гирлан забарахтался и сильным ударом ног перебросил через себя соперника. Кейран, врезавшись в кушетку, попытался вскочить на ноги, но Гирлан коршуном налетел на противника, усевшись сверху и не давая тому выхватить кинжал. Пистолет Кейрана при падении отлетел в дальний угол, куда-то под кровать.

Кейран рывком свалил противника на бок, попытавшись поменяться с ним местами. Рыча, словно звери, мужчины катались по полу, пока Кейран, изловчившись, не толкнул врага так, что тот ударился спиной и головой об угол шкафа. В глазах у Гирлана потемнело на пару мгновений, но этого хватило, чтобы проиграть.

После этого Кейран все же занял позицию сверху, вырвал пистолет, но вместо того, чтобы пристрелить поверженного противника, скрутил его и оглушил, как следует треснув рукоятью по затылку.

Когда Гирлан очнулся, из его горла вырвалось сдавленное рычание. Вот он, его незабвенный кошмар, только проснуться нельзя, потому что это не сон. Неудавшийся мститель снова лежал, надежно привязанный к кровати и… переодетый в женское платье, которое Кейран, под одобрительные вопли и смешки Турлана, разыскал в шкафу. На запястьях и щиколотках Гирлана, кроме веревок, красовались изящные браслеты-цепочки, в волосах была кривовато повязана ленточка.

— Нравится? — усмехнулся Кейран. — Ну что ж, раз тут мы не нашли принцессу, побудешь пока за нее, тебе ведь не привыкать? — И нахально подмигнул. — Я тут зеркало оставлю, будешь на себя любоваться. Смотри, какая ты красотка, хоть в императорский гарем!

Гирлан рванулся и тут же почувствовал на своем горле удавку, затягивающуюся при малейших попытках избавиться от пут.

— Не советую дергаться, — Кейран почти дружески улыбнулся. — Лежи спокойненько и жди своего освободителя.

Турлан, несмотря на боль в раненой руке, захлебнулся противным тоненьким хихиканьем и с обожанием смотрел на своего кумира. Вот это фантазия! Вот это ум! Это же надо — такое придумать, переодеть соперника в бабские наряды! Однако кумир уже вдосталь налюбовался сделанным и покинул комнату, оставив неудачливого мстителя сгорать от стыда и досады.

— Куда теперь, Кейран, а? — Турлан нагнал сына первого советника уже в коридоре.

— На выход, — кратко бросил Кейран. Ему уже было ясно, что принцессы здесь нет. Раненый приспешник еле поспевал за ним, то и дело постанывая от боли, и Кейран с раздражением останавливался целых два раза, давая возможность Турлану не отстать, но при этом прикидывал — может, проще застрелить спутника, исчерпавшего свою полезность, пока он не превратился совсем в обузу.

Турлан запнулся о ковер, лежавший на полу возле очередной двери, и Кейран, не выдержав, прикрикнул на него:

— Поживей не можешь?

— Могу! — с готовностью откликнулся Турлан, тут же налетел лбом на внезапно распахнувшуюся дверь и, ойкнув, сел на тот самый ковер, который неожиданно обрушился куда-то вниз. Молниеносно отреагировав, Кейран навел дуло пистолета на отворившего дверь Нираза.

Нираз был бледен и весь в поту. Кейран медленно опустил пистолет.

— Выглядишь паршиво.

Нираз вздрогнул, словно очнувшись от сна наяву, и хриплым голосом ответил:

— Что, нашел принцессу?

— Нашел, да не ту, — уклончиво ответил Кейран, но Нираз даже уточнять не стал.

Поняв, что Нираз слишком растерян и испуган, чтобы убивать соперников, Кейран повернулся к темному проему в полу, откуда доносились жалобные вопли Турлана. Сползший вниз ковер обнажил одну из плиток, отличающуюся по цвету от остальных. Видимо, Турлан нечаянно наступил на нее, активировав ловушку.

— Кейран, вытащи меня отсюда! — заметив лицо своего кумира, обрадовался Турлан, который успел выпутаться из злополучного ковра.

— Сам не можешь? — Потенциальный спаситель поморщился.

— Не-ет, я, кажется, вывихнул ногу… — жалобно захныкал Турлан и протянул вверх неповрежденную руку.

По высоте яма была не слишком глубока, и Кейран мог без особых трудов вызволить своего верного поклонника. Однако кумир стоял возле ямы, не торопясь что-то предпринимать.

— Кейран! Вытащи же меня! — взмолился Турлан, запрокинув голову вверх.

— Подожди, — оборвал его Кейран и исчез от края ловушки. Турлан радостно вскинулся, вообразив, что его друг пошел за какой-нибудь лестницей или веревкой, но вскоре раздались уверенные шаги Кейрана и шелест волочащегося по полу ковра. Мелькнула знакомая фигура, и в яме наступила полная тьма.

— Кейран! — взвизгнул Турлан, мелко задрожав. — Не шути так! Вытащи меня! Мне здесь страшно!

— И на что ты мне сдался, бесполезная ты обуза? — раздался такой знакомый и такой уверенный в своей правоте голос того, на кого Турлан так сильно мечтал быть похожим и кого считал своим лучшим другом.

— Кейран! Я же тебе жизнь спас! — Визг Турлана стал еще пронзительней и тоньше. — Кейран, пожалуйста! Кейран, не оставляй меня! Не уходи!

Прислушавшись, Турлан уловил звук удаляющихся шагов и предпринял последнюю, отчаянную попытку докричаться до уходящих. Охрипнув от своих призывов, он обреченно опустился на ковер. В коридоре стояла тишина. Крупные, непослушные слезы покатились по щекам Турлана, постепенно жалобные всхлипы перешли в обиженные рыдания. Его бросили. Его предали. Его оставили умирать.

Нираз и Кейран вышли вон из дворца, и Нираз сразу же выругался: кожаный ремешок, которым он укрепил лямку своего туго набитого заплечного мешка, не просто лопнул, а рассыпался в прах, как только ноги Нираза коснулись земли.

— Ерунда какая, — растерянно произнес хозяин мешка, отряхивая одежду. — Был же как новенький!

Это и в самом деле было странно.

— Где ты взял этот ремень? — спросил Кейран.

— Там, во дворце, — мотнул головой Нираз. — Он был целый и крепкий! — И сразу же подскочил, словно ужаленный, и принялся развязывать мешок. К величайшему облегчению Нираза, его самые ужасные подозрения не подтвердились: золото и драгоценности не превратились в пыль, хоть и изрядно потускнели, разве что рассыпались несколько ожерелий на шелковых лентах.

— Колдовство какое-то, — рассеянно пробормотал Нираз, потуже затягивая завязки мешка. — Ну, прощай. Ищи себе принцессу, а с меня довольно.

Кейран оценивающе смотрел на Нираза. Могучий, плечистый здоровяк явно мог еще пригодиться, в отличие от надоевшего сопляка Турлана. Кейран хорошо знал такую породу людей: такие, как Нираз, надеются только на силу, все их замыслы отражаются на лице, а так называемые хитрости довольно простодушны и незатейливы. Такие люди исполнительны и совершенно беззащитны перед манипуляциями.

— И что же, ты ради наживы убил своего братца Нитаза? — спросил Кейран, прекрасно понимая, что это не так.

— Не, — мотнул головой Нираз. — Его застрелила какая-то тварь. Похоже, что кто-то из балахонщиков.

Кейран был несколько удивлен таким поворотом событий, но легко нашел для себя простое и понятное объяснение:

— Эх ты! Наверняка это был кто-то из наших, просто нацепил на себя темный плащ, чтобы всех обмануть!

— И в самом деле, может быть, — признал Нираз. Ну и умен же этот нахал, недаром у него папаша первым советником уже сколько лет держится!

— Если хочешь сдаться так просто — дело твое, — продолжил подначивать Кейран. — До темноты их нечего бояться, так что я б на твоем месте пошел бы вместе поискать эту пронырливую сучку-принцессу.

Нираз зашевелил извилинами. Еще не оправившись от ужасного видения в зеркале, верзила был бы не против временного союзника, но Кейран в качестве такового настораживал. Все же привычка сваливать ответственные решения на более умного взяла верх, и Нираз, предупреждающе подняв палец, произнес:

— Только не вздумай поступить со мною, как с этим сопляком Турланом! Меня-то ты так просто не проведешь!

— И не собираюсь, — рассмеялся Кейран. — Этого щенка следовало бы пристрелить, да только жаль было пулю тратить. Куда он нам раненый сдался? На руках его, что ли, нести, как бабу в обмороке?

Нираз согласно кивнул:

— Только я тебе все равно не доверяю. Иди впереди!

— Я тебе тоже, — в тон ему ответил Кейран. — Я предлагаю сделку. Будем смотреть в оба, а ближе к закату можешь сваливать, куда хочешь.

— Ладно, — исподлобья поглядел на союзника Нираз. — Впереди иди!

Кейран пожал плечами и зашагал прочь первым. Беспокоиться было не о чем: такие медведи не бьют в спину исподтишка, они способны только лезть напролом.

* * *

Миранда не подозревала, что Духран шел за ней по пятам, однако усилившаяся после встречи с Сугразом осторожность помогла девушке оторваться от преследователя. Приверженец традиционных моральных ценностей потерял ее след в многочисленных переулках.

Пара мужских силуэтов впереди заставила принцессу вжаться в стену ближайшего особняка, как вдруг ее сердце екнуло тревожно и радостно: она узнала самого ненавистного ей человека в мире. Размышлять не было времени, и принцесса проворно, как белка на дерево, взлетела на второй этаж особняка по лестнице и выглянула в окно.

Кейран и его плечистый, крепкий спутник, весь потный и красный от тяжести заплечного мешка, как раз почти поравнялись с этим домом. Верзила с рюкзаком стащил свою ношу с плеч и начал прилаживать к лямке веревку. Лишняя принцесса сделала глубокий вдох, подобрала с пола крошечный кусочек отвалившейся с потолка лепнины и метко запустила его через открытое окно, целясь Кейрану в плечо.

Кейран обернулся, и взгляд его безошибочно остановился на окне. Из-за рамы виднелся белокурый локон и обнаженная женская рука.

Сын первого советника хищно усмехнулся. Вот дурочка, даже спрятаться толком не сумела. Однако то, что произошло дальше, заставило мысли Кейрана потечь совсем в другое русло: лишняя принцесса показалась в окне, соблазнительно встряхнув выбившимися из прически светлыми прядями, призывно захлопала ресницами и, приложив пальчик к губам, опоясала его розовым язычком, а после этого быстро скрылась.

Кейран понял намек именно так, как истолковал бы его любой золотианский мужчина, если только он не полный идиот. Эта шлюшка надеется на него, как на спасителя, а сколько гонору в ней было! Видимо, наконец-то строптивица осознала, что все ее так называемые бойцовые навыки годятся разве что отпугивать сопляков вроде Турлана.

Кейран бросил взгляд на своего спутника, который как раз закончил прилаживать надорванную лямку. Дело было за малым — услать этого идиота и идти брать принцессу голыми руками.

— Обшарю-ка я этот особнячок, — небрежно сказал Кейран, и Нираз сразу насторожился.

— Я тоже пойду.

— Ладно, тогда я вниз, а ты — наверх, — быстро скомандовал Кейран и не ошибся: Нираз упрямо покачал головой.

— Не-ет, я тебе не доверяю! Я вниз, а ты — наверх!

— Ну, как знаешь, — словно нехотя протянул Кейран и отвернулся, пряча довольную усмешку.

Нираз же дождался, пока его спутник взбежит по лестнице наверх, и только после этого спустился в подвал, абсолютно уверенный, что там ему ничто не грозит. Чему там гореть, в этом сыром и затхлом помещении? Мужчина как следует привалил дверь тяжелым сундуком, чтобы у Кейрана или еще кого-нибудь не хватило сил сдвинуть преграду и попросту запереть Нираза в темноте подвала.

Однако, дойдя до нижних ступеней лестницы, Нираз все же застыл, прислушиваясь. Свет от дверного проема сюда уже не падал. Мало ли, вдруг тут затаились те самые темные твари? Ему почудился чей-то тяжелый вздох, и рука сама нашарила в кармане спички.

Звук чирканья спички сменился тем самым истошным криком. Нираза охватило пламя, и гулкий хлопок взрыва сделал жуткое видение в Зеркале Судьбы реальностью.

Кейран к тому времени уже быстро взбежал по ступеням в ту самую комнату, где ждала его лишняя принцесса. Заметив сжавшуюся в уголке девичью фигурку, без пяти минут победитель игр усмехнулся и задвинул тяжелый засов входной двери, чтобы награда не вздумала спасаться бегством.

Быстро окинув взглядом комнату, Кейран пересек ее, загородив собой единственный оставшийся путь к бегству — распахнутое окно с давно осыпавшимся стеклом. Опершись о подоконник, мужчина стоял, небрежно скрестив на груди руки, и оценивающим взглядом смотрел на закутанную в свою накидку девушку.

— Что-то ты слишком скромно себя ведешь, принцесса, — снисходительно заговорил со своей жертвой Кейран. — Ну-ну, не прикидывайся невинной овечкой, я все видел. Теперь ты моя по праву, и я сделаю с тобой то, что захочу. Подойди поближе.

Девушка нерешительно качнулась вперед, сделав пару крошечных шажков.

— Живо, живо! — подбодрил принцессу ненавистный голос. — Тебя что, послушанию плохо учили? Я не люблю терять время.

В это самое мгновение Кейран успел услышать еле слышный свист, и маленькая стрела, как оса, ужалила его между ног. Он задохнулся от боли и инстинктивно прикрыл руками пораженное место, чем Миранда и воспользовалась: вторая стрелка пробила ладони, лишив мужчину возможности выхватить оружие.

— Сучка, — выдавил из себя Кейран, и глаза его полыхнули ненавистью. Проклятая стрелка глубоко вошла в мягкое дерево, надежно пригвоздив несостоявшегося «жениха» к подоконнику. Что касается запуганной жертвы, то она стояла перед ним, прямая, тонкая, напряженная, словно тетива, а из-под накидки виднелся оружейный пояс, не обещавший ничего похожего на постельные утехи.

— Теперь ты мой, и я сделаю с тобой то, что захочу, — ответила принцесса, с удовольствием отметив, как на холеном смуглом лице заклятого врага проступает легкая бледность.

Неожиданный грохот сотряс комнату, Миранда едва не потеряла равновесие от неожиданности. Что там такое внизу?

Не спуская с Кейрана глаз, лишняя принцесса подошла к двери и, к большой досаде мужчины, смогла, хоть и не без усилий, отодвинуть тяжелый тугой засов. Что она увидела за дверью, для пленника пока оставалось загадкой.

Быстро повернувшись к своему врагу, Миранда с ненавистью выдохнула:

— Как думаешь, что я с тобой сделаю, скотина?

— Может, разденешься? — огрызнулся Кейран, хотя уже инстинктивно чувствовал, что принцессу злить не стоит.

Но лицо девушки осталось невозмутимым. Миранде хватило сил и выдержки не показать врагу, насколько ей противен даже звук его голоса. Да, можно было выстрелить еще раз или вонзить мерзавцу кинжал в глотку, но это была бы слишком легкая смерть…

— Сначала я сниму с тебя лишнее. — Кончиком тонкой длинной трости, подобранной с пола, девушка ловко подцепила амулет Кейрана и, несмотря на все попытки мужчины противостоять этому, сдернула с шеи тонкую цепочку.

Кейран стиснул зубы. Ободранная кончиком трости щека саднила, а намерения девушки все еще оставались непонятными. Натравит на него Темных? Ну пускай, до вечера он десять раз успеет освободиться.

— Ну что ж, давай, раздень меня, — все еще пытался хорохориться прибитый к подоконнику мужчина. — Покажи, чему тебя научили, маленькая похотливая сучка. Если ты всерьез думаешь, что у тебя хватит мужества меня прикончить…

Миранда вынула из своего мешочка флакончик, в котором обычно хранили массажное масло, для того чтобы ублажать господина. Девушка открутила хрустальную крышечку и вынула пробку, затем щедро брызнула жидкостью Кейрану на обе штанины.

Затем лишняя принцесса вылила содержимое флакона возле ног своей жертвы, заподозрившей неладное, но было уже поздно.

— Конечно же, я слабая женщина и мне не хватит духу тебя убить, — невинно хлопая ресницами, проворковала Миранда. — Поэтому предоставлю богам судить тебя. Если успеешь освободиться, может, и не сгоришь.

С этими словами девушка достала спички и второй флакон масла, содержимое которого она полила тонкой струйкой от Кейрана к самой двери. Еще раз выглянув за дверь, девушка удовлетворенно улыбнулась.

Кейран, почуяв запах гари, скосил глаза вниз, на улицу. Из нижнего этажа валил клубами дым. Что там успел поджечь или взорвать этот недотепа Нираз?

Чиркнула спичка, и этот звук показался Кейрану неприятно громким, резанувшим по ушам не хуже мела или ногтя, скрипнувшего по ученической грифельной доске. Довольно улыбавшаяся стерва уронила в угол пылающий коробок, и куча тряпок в углу занялась пламенем, постепенно вытягивавшимся в огненный ручеек, ведущий по масляному следу прямо к подоконнику.

— Я приказываю, женщина, немедленно освободи меня! — стальным голосом потребовал Кейран.

— Что вы сказали, господин? Ах, я такая глупая, не поняла, не гневайтесь, — издевательски улыбнулась паршивка и вынула еще кое-что.

Предмет, который Миранда показывала своей обреченной жертве, привел Кейрана в замешательство. Это был вышитый брачный пояс с цветком лотоса и колосьями.

— Тебя когда-то тоже просили отпустить и оставить в покое, грязный ты подонок, и что ты сделал? Напомнить⁈ — разъярилась лишняя принцесса, заметив на лице мужчины искреннее непонимание. Он действительно не понял сразу, о ком идет речь, подумав сначала про несчастную Лориану. — Вот сиди и вспоминай! — Девушка швырнула ему на колени заботливо вышитый лоскут ткани. — Вы, мужчины, кричите на каждом углу, какие вы сильные, волевые и разумные, а на самом деле ведете себя хуже избалованных малышей! Есть только ваше «хочу» — хочу есть, хочу женщину, хочу того-то и этого немедленно, а до последствий вам и дела нет! И пусть вы рассказываете сказки, что мужчина, увидев красивую женщину, не может удержать себя в штанах, я-то знаю, что это неправда! Если она ему по-настоящему дорога, то еще как может!

Кейран, опешив, молча слушал пылкую речь выведенной из себя девушки. Никогда он и представить себе не мог, что какая-то баба способна позволить себе настолько дерзкое непослушание — рассуждать о мужской похоти, обвинять и оскорблять. Слегка опомниться его заставил жар подбиравшегося к ногам огня, а клубы дыма за спиной стали еще плотнее и удушливей.

Кейран задергался, стараясь не взвыть от боли в присутствии этой наглой выскочки, возомнившей себя невесть кем. Освободить даже руки было нестерпимо больно, не говоря уж о более нежном и чувствительном органе. Из коридора тянуло дымом, лестница уже явно пылала, что отчасти обрадовало жертву непокорной принцессы.

— Ну что ж, пока ты тут красовалась со своей глупой речью, путь к отступлению тебе отрезан, — сказал Кейран, желая хотя бы так отравить триумф слишком уж злорадно улыбавшейся девушки.

Но Миранда не выказала ни тени огорчения:

— Я бы с удовольствием отрезала тебе яйца, — произнесла она грубое слово, которого принцессам, даже лишним, употреблять было не положено. — Но я думаю, ты оторвешь их себе сам, если хочешь спастись от огня. Этот дом горит, как сальная свечка. Пойду-ка я, посмотрю на тебя из безопасного местечка.

С этими словами лишняя принцесса покинула комнату через незаметную дверку для женской прислуги, про которую Кейран, будучи типичным золотианцем, даже не вспомнил. Еще бы, какого мужчину заботит, через какие двери входят низшие создания? Лишь бы обязанности свои выполняли, а остальное — вздор и ерунда, не заслуживающие внимания.

Принцесса благополучно ускользнула, и только тут Кейран позволил себе вскрикнуть: пламя добралось до его штанины, обжигающе горячо лизнув кожу.

Крики смешались с проклятьями на голову подлой хитрой бабы, штаны, пропитанные маслом, горели, окровавленные руки пронзала резкая боль. Сознание бывшего баловня судьбы рвалось на части, не желая принять ни безвременную смерть, ни предложенный мучительницей издевательский выход.