Глава 13. Черное братство

На левой стороне груди прямо над сердцем была нанесена татуировка, изображавшая черное солнце, закованное в цепи. Символ скрытой истины, невидимого света, который взойдет лишь после победы над врагом. Цепи символизировали обеты: обет молчания, обет верности и обет борьбы до конца. Но это еще не все: в центре диска располагался особый знак, и я точно знала, что это такое – дед мне рассказывал. Носить его мог только один человек. – Черное братство… – слова сами сорвались с моих губ. – Ты не просто один из них, ты… – Глава Черного братства, – закончил за меня Франко, подходя к столу и плеснув себе в бокал из пузатой зеленой бутылки. – Немногим выпадала честь встретиться с ним, и еще меньше могли рассказать об этом после, – он ухмыльнулся, рассматривая мое побледневшее лицо. – Тебе страшно, Медея? Страшно ли мне было? Да. Черное братство являлось неотъемлемой частью истории Лирии – с тех пор, как драконы завоевали нас и убили моего предка Леонарда. Все начиналось с движения Сопротивления: к нему примкнули селяне, торговцы, обычные горожане – те, кому хватило смелости не склонить голову перед новым порядком. Люди забирали свои семьи и на рыбацких судах уходили в море – на труднодоступные Исла де Сомбра* (*Острова Теней). Это был настоящий лабиринт: чтобы проникнуть вглубь, нужно было досконально знать фарватер, иначе ни один из кораблей не мог пройти сквозь коралловые рифы. Рыбаки тоже обходили их стороной – рыбы на мелководье почти не водилось, а плыть туда было довольно далеко. Драконы не стали их преследовать, и какое-то время об ушедших не было слышно, но со временем… их прежние мирные профессии сменились совсем другими. Дедушка рассказывал, что у Черного братства существовала очень жесткая иерархия и дисциплина, и их глава мог казнить за любую провинность. Всех мужчин с детства обучали морскому и военному делу, а в день совершеннолетия посвящали в братство, нанося ту самую татуировку. Он вообще много о них знал. «Слишком много», – подумалось мне, и я вскинула взгляд на Франко, по-прежнему стоящего передо мной. – Как ты там оказался? Губы мужчины изогнулись в недоброй усмешке. – В тот вечер я приплыл на лодке, чтобы хотя бы издалека увидеть тебя. Ты стояла на балконе и глядела на лунную дорожку на море. Дьявол, Медея, ты была такая красивая – с распущенными волосами, вся в белом, как невеста и… абсолютно недосягаемая, после того как отказалась бежать со мной. Я отдал бы все на свете, чтобы назвать тебя своей женой, поэтому решил еще раз поговорить с твоим дедом. На удивление меня не выгнали взашей, а провели в его кабинет. Кажется, я чересчур сильно стиснула руками несчастный бокал, понимая, что сейчас услышу то, что оставалось для меня загадкой на протяжении десяти лет. – Я убеждал его, что готов из кожи вон вылезти и доказать, что достоин тебя. Что у моего отца есть недвижимость в одной из колоний и, если грамотно ею распорядиться, можно неплохо разбогатеть. Мне нужно было время! Только время и ничего больше. Но именно его твой дед и не собирался давать. – Он отказал тебе? – Напротив, герцог Альварес де Сильва выслушал меня не перебивая, а потом улыбнулся. Сказал, что готов дать мне возможность доказать ему, что я достоин твоей руки. – Что?! – я не могла поверить своим ушам. – У грота, где я оставил свою лодку, мне накинули мешок на голову и ударили чем-то тяжелым, я пришел в себя уже на незнакомом корабле. Мне любезно объяснили, что к чему, да я и сам уже догадался, увидев их татуировки. Твой дед продал меня Черным братьям, Медея. – Он бы никогда так не поступил! – Не веришь? – в изумрудных глазах Франко сверкнула острая сталь. – Капитан рассказал, что герцог разрешил ему делать со мной, что вздумается: оставить себе или пустить по доске* (*вид казни у пиратов). Естественно, он выбрал первое. Это была не милость, а банальный расчет – ему нужна была свежая кровь. – Как это… кровь? Франко ответил не сразу. Отойдя от стола, он смотрел куда-то вдаль, на безбрежное море, раскинувшееся за окном. – Два года я гнул спину на веслах, прикованный цепями. У Черного братства нет рабов, вместо них они используют своих же преступников, тех, кто нарушил их законы. Твой дед все просчитал. Я оказался среди отребья, которое редело каждую неделю: одного за другим моих товарищей, умиравших от изнуряющей работы или стычек, выбрасывали за борт, скармливая рыбам. И поверь, это были не невинные души, а отъявленные ублюдки, среди которых выжить было едва ли не сложнее, чем выдержать саму каторгу. – А как ты стал капитаном корабля? – Убил прежнего. А потом сам отправился к их главе и предложил свои услуги, – Франко холодно усмехнулся, обернувшись ко мне. – Знаешь, каких два главных урока я усвоил за эти годы? Выживает сильнейший и… за все долги нужно платить. Между нами повисла тишина. Я смотрела на высокого, широкоплечего мужчину, а перед глазами проносились картинки из его прошлого, которого я не знала. Прикованный цепями, под палящим солнцем… убивающий, чтобы выжить самому… И теперь он, очевидно, вернулся, чтобы отомстить – я слишком хорошо помнила слова, что Франко бросил мне при нашей встрече. – Я вернулся, чтобы забрать долг, который мне причитается… И тебя… ***** – Почему ты сразу мне не сказал, когда я вернулась в Лирию? – Ты можешь носить любые маски перед своим мужем, Медея, но они не скроют тебя настоящую… от меня. Видела бы ты себя на том балконе – бледная, растерянная. – Франко… – я напряглась, наблюдая, как он медленно приближается. – Считаешь меня пиратом? Черное братство не пираты, мы нападаем только на корабли драконов. Ты же сама ненавидишь их, герцогиня. Разве твой муж – не лучшее подтверждение тому, что они наши злейшие враги? – Все слишком сложно. – Нет ничего сложного в отношении мужчины и женщины, – он встал напротив, возвышаясь надо мной. – Думаешь, я из тех, кто наносят удар в спину? Напротив, – его голос стал ниже и в нем появилась соблазнительная хрипотца, – свое я бы защищал до последнего вздоха. Я вдруг поняла, что совершенно не знаю, как реагировать, и вновь почувствовала себя неопытной девочкой. Просто смотрела на то, как зрачки мужчины расширились, затапливая изумрудные радужки, и спрятались в тени угольно-черных ресниц, когда он на мгновение прикрыл глаза. – Поехали со мной, Медея. Клянусь, ты никогда не будешь ни в чем нуждаться. Напротив, станешь нашей императрицей и моей женой. Каждый из братьев перегрызет за тебя горло псам императора. На долю секунды я позволила себе усомниться. Просто представить, какой она может быть – любовь этого мужчины. Как мы будем жить на Островах Теней, наслаждаясь друг другом. Но… – Я не могу, Франко. Арманд одержим жаждой мести, он обязательно приплывет за мной. Погибнет много людей. Ты и сам это знаешь. Выражение лица Франко вмиг стало жестким. – И это единственная причина? Или ты все еще любишь его? Я поднялась со стула и отвернулась, пряча лицо. Он предлагал будущее, которое я не могла принять, но вряд ли он поймет истинные причины. – Я мог бы на время укрыть тебя у нас, – мужчина неслышно приблизился сзади и его руки легли на мою талию, притягивая к себе. – Медея, – хриплый шепот опалил ухо, губы скользнули по шее. – Ты не представляешь, как долго я ждал этого. – Не нужно, Франко, – я развернулась в его объятьях и мягко коснулась пальцами мужских губ, которые были так близко от моих. – Ты не хуже меня знаешь, что драконы могут читать мысли людей, и если Арманд захочет, то увидит моими глазами все. Про себя я подумала, что для этого ему придется убить меня, потому что воздействие на разум против воли не оставляет шансов. Ладонь Франко перехватила мою, покрывая ее поцелуями. – Если ты от всего отказываешься, позволь мне хотя бы подарить тебе свою любовь, – потемневший взгляд не оставлял сомнений, что последует дальше. Сердце колотилось как бешеное, и я запрокинула голову вверх, глядя на голод в глазах мужчины. Голод во мне. Но этот подарок… я тоже не могла принять, потому что знала – так все станет гораздо сложнее. Едва я успела сделать вдох, как его губы накрыли мои, сминая их с жадной страстью. Захватили, не давая опомниться и что-то сказать, будто все решая за нас двоих. Рука Франко легла на затылок, притягивая к себе еще ближе. Голова закружилась, наверное, от недостатка воздуха. – Нет! Мужчина застыл в миллиметре от моих губ. Все потому, что к его яремной вене был приставлен нож – тот самый, что до этого лежал на столе. Впрочем, я не обольщалась – знала, что мне просто дали возможность его взять. – Сможешь убить меня, Медея? – хрипло спросил он, криво усмехаясь и расставляя руки в стороны. – Давай, – он качнулся вперед. Лезвие оставило тонкую царапину и по коже потекла алая струйка крови. – Сумасшедший! – я отбросила нож в сторону. В ту же секунду палуба пошатнулась под ногами, раздался скрип мачт и глухой удар волны о борт. Перед глазами резко потемнело, и я вцепилась в край стола, чувствуя, что теряю равновесие. – Дьявол… тебе плохо? – Франко подался ко мне, но я лишь закрыла глаза, пытаясь унять подступившую тошноту, хотя раньше хорошо переносила качку. Или… дело было вовсе не в качке?