Глава 14. Магия в крови

Идя по тенистой аллее дворцового парка, я чувствовала, как слова Франко все еще звенят в ушах: «Я лишь недавно понял замысел твоего деда – он не собирался меня убивать, а оказал огромную услугу, позволив стать тем, кем я стал». Воздух вокруг был пропитан медовым ароматом цветов, нагретых на полуденном солнце, и казался приторно-сладким после свежести моря. В просветах зелени сиял белоснежный дворец, вдалеке шумели фонтаны. Все было спокойно и сонно – даже стражники, обычно патрулирующие парк, куда-то подевались. Мысли снова вернулись к мужчине, с которым я провела это утро, и его словам о дедушке. Какое будущее выстраивал герцог Альварес де Сильва для всех нас? Хотел поставить во главе Черного братства своего человека? Использовать Франко как оружие против драконов или… защиту для меня? Жаль только, расспросить про Храм Света не удалось: теперь сомнений не оставалось, что именно Франко скрывался под белой рясой жреца. Свернув на извилистую дорожку, что пряталась за мраморной беседкой, я вспомнила другой день, который тоже оставил после себя множество вопросов. …Стены главного столичного храма Холдера едва заметно мерцали, будто впитывая в себя остатки тепла. Меня всю трясло от холода, волнения, нервов – ведь это была наша с Армандом свадьба. Точнее, ее заключительная часть, когда надо мной проводили особый ритуал единения силы. Жрецы шептали древнее заклинание, по кругу потусторонним молочным огнем горели факелы, делая зал похожим на раскаленный добела круг. В центре него стояла я, уверенная, что ритуал станет благословением и защитой, даст особую связь с мужем. Вот только у меня явно что-то пошло не так: я до сих пор помнила те жуткие ощущения, когда в тело разом хлынул огненный поток, будто хотел выжечь меня изнутри. Как мне сказали позже – оно просто отказалось принять силу дракона. Из храма Арманд выносил меня на руках – сама я идти была не в состоянии. Дедушка тогда очень разозлился и запретил мне повторять подобное, если я не хочу себя убить. Впрочем, целители сказали, что ничего страшного со мной не произошло и я абсолютно здорова. Я устало прислонилась к холодной стене, давая себе передышку. В последнее дни силы уходили слишком быстро, аппетит совсем исчез – это были тревожные знаки. И началось все с приезда Арманда и его гостей. Отравление? А если?.. Моя ладонь невольно легла на плоский живот, затянутый в зеленый шелк платья. Сердце гулко отозвалось в груди. Сколько раз за эти годы я позволяла себе надеяться – и всякий раз оказывалось, что напрасно? Был только один способ узнать это наверняка. ***** Спрятавшись в нише за статуей, я вытянула стилет из ножен и, не раздумывая, полоснула им по ладони. – Если во мне его дитя, значит, в крови уже есть магия дракона… – прошептала, затаив дыхание и внимательно наблюдая за тем, как алые капли падают на каменные плиты. Не знаю, чего конкретно я ждала, но кровь лишь растеклась темными пятнышками и быстро впиталась в пористый мрамор. Порез на руке так и остался незажившим и теперь неприятно щипал кожу. Ничего. Я стиснула зубы и перевязала руку шелковым платком, чувствуя не только боль, но и жгучее разочарование. Если даже кровь молчит – зачем я обманываю себя? Можно было возвращаться во дворец, но вместо этого я развернулась и зашагала совсем в другом направлении. Усыпальница герцогов де Сильва находилась в северной части дворцового парка, скрытая среди высоких кипарисов, застывших немыми стражами. Перед мраморной аркой, украшенной виноградными лозами и гербом Лирии, я на мгновение остановилась и склонила голову, собираясь с мыслями. И лишь потом, глубоко вдохнув, решительно шагнула внутрь. Меня буквально окатило ледяным дыханием веков. Из крошечных, забранных узорными решетками окон, лился тусклый свет, освещая это царство тишины и покоя. Все мои предки покоились здесь, лежали в огромных саркофагах с эффигиями* (*скульптурное изображение умершего). В центре зала стоял саркофаг деда – последнего представителя древнего рода. Белый мрамор с прожилками черного и алого словно напоминал, что даже после смерти он не отпускал бразды правления из своих рук. Именно эти два цвета являлись нашими родовыми цветами. Рядом, на каменном постаменте, лежала небольшая бархатная подушка. На ней матово блестел родовой перстень герцогов де Сильва: из темного золота, с крупным рубином, обрамленным черным металлом. Когда-то дед говорил: «Этот перстень хранит в себе частицу магии и призн а ет лишь того, кто продолжит наш род». После его смерти я несколько раз пыталась надеть перстень, но он неизменно соскакивал с пальцев. В конце концов, мне пришлось отнести его сюда, покоиться рядом со своим последним владельцем. Но сейчас… Я протянула руку, коснувшись кончиками пальцев металла, показавшегося мне ледяным. Сердце билось так громко, что казалось, в тишине усыпальнице каждый его удар отдавался эхом от стен. На миг почудилось, что перстень сопротивляется, но потом он все же обхватил мой палец, сев плотно, как будто всегда принадлежал мне. В глубине рубина дрогнул свет – словно тлеющий уголек в темноте. Живое тепло побежало по ладони вверх, заживляя порез, но тут же угасло. Перстень соскользнул с пальца, и я едва удержала его от падения на каменные плиты. Он не признал меня, но и не отверг окончательно, как будто… ждал не меня, а того, кто еще не появился на свет. Прижав перстень к груди, я стояла над саркофагом деда, чувствуя, как пространство перед глазами расплывается от слез. – Дедушка… Я… – в горле стоял колючий ком, когда я обратилась к единственному, кто мог бы понять мои чувства. Просто боялась произнести эти слова вслух, боялась поверить самой себе. И именно этот миг у входа в усыпальницу раздался торопливый стук каблуков, эхом прокатившийся под каменными сводами. – Медея! – на пороге появилась запыхавшаяся Мария. – Император вернулся… и не один. С ним оракул. Они требуют тебя. ***** – Как ты меня нашла? – я торопливо вытерла слезы, не желая сейчас лишних расспросов, и обернулась к служанке. – Мне подсказал Кириан, увидев, что я везде тебя ищу. – Интересно… – повесив перстень на цепочку, я спрятала ее под ворот платья. Мария молча наблюдала за моими действиями. Торопливо шагая к дворцу, я вдруг осознала: за все это время так и не встретила стражу, патрулирующую парк и берег. До сих пор думала, что мне просто везло не попадаться им на глаза. И в ту ночь, когда я бежала с Праздника Роз… Стража была везде, кроме дальней калитки, еще тогда мне показалось это странным. А после я встретила Кириана в коридоре, ведущем в мои покои. Что, если он не разыскивал меня, а прикрывал, давая возможность вернуться незамеченной? «Это похоже на бред, – подумалось мне. – Кириан всегда был верен Арманду, за все эти годы он ни разу не давал мне повода усомниться в этом. Или… не бред?» – Где они сейчас? – обратилась я к Марии. – В зале приемов, ждут тебя. Девочка моя, что происходит? Зачем ты забрала перстень Альвареса из усыпальницы? Мария с тревогой смотрела на меня, но я лишь покачала головой, чувствуя, что решающая битва еще впереди. Очевидно, что сейчас мне предстояло сыграть в игру, которую прекрасно изучил мой дед: убедить врага, что он держит тебя за горло. Чтобы ничего не заподозрил раньше времени. Зал приемов встретил меня золотистым светом, льющимся из огромных окон с видом на море. На потолке раскинулась роспись с изображением мирной Лирии. Переступив порог, я тут же натолкнулась взглядом на высокую фигуру императора. Арманд, до этого беседовавший с оракулом, резко повернул голову, и глаза с вертикальными зрачками впились в меня. Лицо его было надменно-невозмутимым, но я читала в нем угрозу разъяренного хищника. За то, что посмела опоздать. За то, что смотрела прямо, не опуская глаз. Рядом с императором застыла высокая фигура оракула в белой рясе. Глубокий капюшон скрывал верхнюю часть лица, я видела лишь бледные губы, сейчас изгибавшиеся в слабом подобии усмешки. – Герцогиня, – оракул коротко поклонился, – рад видеть вас в добром здравии. «Сильно сомневаюсь в этом», – подумала я, заставляя себя подойти ближе. – Оракул, – я кивнула в знак приветствия. – Что привело вас в мой дворец? На моей памяти он ни разу не приезжал в столичный дворец, и уж тем более странным было то, что решил почтить своим визитом меня здесь, в Лирии. – Завтра на закате состоится великая служба в Храме Света. Ровно тысячу лет назад в этот день великий Холдер положил начало новому миру. Про то, что старый он при этом почти уничтожил, оракул упомянуть забыл. Если он хотел вывести меня на какие-то эмоции – у него ничего не получилось. Я лишь холодно смотрела не него, ожидая, что последует дальше. – Богу угодно видеть перед алтарем тех, кто верен ему, – оракул сделал ударение на слове «верен». – Да снизойдет благословение на императора и его семью. Я почувствовала, как перстень под платьем едва заметно нагрелся, будто реагируя на его слова. О какой именно семье он говорил? Знал ли, что у Арманда будет ребенок от иномирянки? В любом случае мне только что дали ясно понять: появиться на службе – значит подтвердить лояльность их богу. – Мы все нуждаемся не только в силе, но и в вере, – продолжал он, поднимая голову к потолку, где на троне грозно восседал император Леонард. – Великая служба даст вам и то и другое, – он коротко нам поклонился и направился прочь. – Да будет так, – Арманд, как и я, провожал взглядом удаляющегося оракула. А следом я осознала, что мы остались наедине. Звук тяжелых, мужских шагов по мраморному полу буквально вспорол тишину, повисшую в зале приемов. Император двигался прямо на меня, расстояние между нами неумолимо сокращалось. Во взгляде черных глаз с ртутными вертикальными зрачками плескалась самая настоящая тьма. Я сжала руки в складках платья, не позволяя себе выдать волнения. В теории план вести с этим мужчиной как обычно, и ничем не выдать себя, казался легким, но я забыла, что с Армандом никогда не бывает легко. Одним своим взглядом он мог сокрушить спокойствие даже у статуи. – Что, даже не будешь говорить, что Холдер не твой бог? – дракон остановился напротив, возвышаясь надо мной. В ответ я лишь покачала головой, пытаясь сохранить самообладание. Очевидно, что с оракулом он закончил, а со мной только начал. – И даже никак не прокомментируешь беременность Агаты? Я вскинула подбородок. – Мне нечего сказать, – ответила я ровно. – Впрочем… поздравляю тебя. Чуть склонив голову набок, император наблюдал за малейшей сменой эмоций на моем лице. Я даже не сомневалось в том, что внутренне он рвет и мечет от того, что я так спокойна. Не верит мне. Убийственно медленный взгляд скользнул сверху вниз, остановился на моих руках и вдруг заледенел. – Откуда на тебе кровь, Медея? Кажется, я все же вздрогнула. Порез на ладони зажил, но времени смыть с кожи кровь у меня просто не было, я лишь кое-как оттерла ее платком, который спрятала в карман платья. И если он поймет, что я намеренно порезала ладонь, то может догадаться и обо всем остальном. – Поцарапалась об одну из роз, – я выдержала его взгляд, хотя это было и не легко. Но теперь у меня было за что сражаться. Внутри бились два сердца – мое и еще одно, совсем крохотное. И я знала: отныне никогда не буду одна. А Арманд… пусть наслаждается своей иномирянкой. Мне больше не было дела до него.