Глава 15. Семья, которой больше нет

Я стояла у окна в своих покоях, за которым догорали последние отблески заката. И думала… о многом. Например, о приезде оракула и сказанных им словах. Расторжение брака с императором тоже должно было состояться в храме – таковы традиции драконов. Кто знает, не задумал ли Арманд разорвать наш союз и сразу же связать себя с Агатой? Это выглядело естественно, учитывая ее беременность. И даже символично – свадьба в день, когда драконы пришли к власти. Впрочем, именно развода я и добивалась. А главное – сделать так, чтобы он ничего не заподозрил, и ребенок принадлежал только мне, носил титул герцога де Сильва – своего деда. Вероятно, придется скрывать беременность, чтобы не возникло вопросов к срокам, возможно, даже исчезнуть на какое-то время и вернуться уже с ребенком на руках. Самый крайний вариант – найти мужчину, готового сыграть роль его отца, заключив со мной фиктивный брак. Но об этом я старалась пока не думать. – Медея, – в дверь проскользнула Мария, плотно прикрыв ее за собой. – С тобой все в порядке? Ты сегодня сама не своя. Обернувшись к служанке, я мягко улыбнулась. – Немного устала, не переживай. У меня будет к тебе просьба: попробуй узнать в городе, что люди говорят о великой службе в Храме Света. – Хорошо. А ты ничего не хочешь мне рассказать? Мне очень хотелось довериться ей, но ставки были слишком велики, и я не хотела рисковать. – Нечего пока рассказывать, это лишь мои домыслы. Но мне показалось странным, что оракул лично приехал, чтобы пригласить меня на эту службу. Зачем я им там? – Ты думаешь, они захотят провести над тобой какой-то ритуал? – Мария побледнела. – Вряд ли, ведь речь сейчас идет не обо мне, а о Холдере. «Или я чего-то не знаю», – подумалось мне, но я не стала пугать служанку еще больше. …Сегодняшний ужин по моему приказу накрыли на большой открытой террасе с видом на море. С потолка свисали изящные светильники из цветного витражного стекла, рассыпая по стенам и плитам на полу радужные блики. По одной из стен взбиралась яркая бугенвиллея* (*вьющийся декоративный кустарник), посаженная в огромную круглую кадку. Арманд привычно сидел во главе стола. Его лицо было бесстрастным, взгляд, направленный прямо на меня, холоден, и сложно было понять, о чем он на самом деле думает. Рука с родовым аметистовым перстнем небрежно покоилась на спинке свободного стула, который предназначался иномирянке. – Леди Агата просила передать, что немного задерживается, – на террасу вошел один из слуг. Я усмехнулась про себя, подумав, что девчонка слишком рано стала показывать характер. Видимо, решила, что беременность простит ей все, даже нарушение этикета. Мариус, сидевший невдалеке от меня, оставался внешне невозмутим, но я заметила, как на мгновение напряглись его скулы, а кулак на столе сжался так, что побелели костяшки. Джила, напротив, расплылась в довольной улыбке. Уж не она ли посоветовала ей задержаться? Глядя на троих драконов, которых я еще недавно считала своей семьей, меня вдруг пронзила горькая мысль: как же все зыбко и хрупко в мире. Счастье и доверие так легко разрушить, а вот восстановить… – О, простите, я немного опоздала, – в распахнутые двери террасы впорхнула Агата. Иномирянка, одетая в легкое платье жемчужного оттенка и с волосами, уложенными крупными волнами, буквально сияла от счастья. Арманду достался взгляд из-под длинных ресниц, и она тут же скромно потупилась. Джила хмыкнула. – Ты вовремя, дядя как раз рассказывал о великой службе в Храме Света и получении особого благословения от бога Холдера. – Что?! – с лица иномирянки будто разом схлынули краски, но она попыталась взять себя в руки, пока усаживалась за стол. – Великая служба? Я продолжала незаметно наблюдать за девчонкой и заметила, как подрагивают ее руки, держащие столовые приборы. К еде в тарелке она так и не прикоснулась, глядя на нее, как на ядовитую змею. Интересно… Что ее так напугало? – Агата, тебе нехорошо? – Джила тоже заметила, что с ней что-то не так. – Нет-нет, все в порядке, – девчонка поспешила выдавить из себя улыбку. – Это какая-то местная традиция, да? – Не совсем. Мы празднуем тысячелетие правления драконов, дарованное Холдером. – И… когда она состоится? – Завтра, – ледяной голос Арманда разрезал тишину. – Оракул пожелал видеть нас там, и это не обсуждается. Дракон повел головой, и я почувствовала, как меня вновь придавливает тяжестью его взгляда. Весь ужин он проверял мою выдержку с каким-то темным азартом, будто сравнивая со своей леди Агатой. Мариус сидел мрачнее тучи, только Джила вела себя, как обычно, и болтала без умолку. – Мы получим особое благословение Холдера. Не удивлюсь, если он снова заговорит с нами через оракула, и мы узнаем что-то важное, – она многозначительно посмотрела на Агату, но взгляд той стал отстраненным и ничего не выражающим. Совсем как у Мариуса недавно. Стеклянным… Я почувствовала, как по спине пробежал холодок, и отложила столовые приборы, поняв, что аппетит покинул меня окончательно. «Иногда мне кажется, что я – зеркало», – внезапно всплыли в сознании слова иномирянки. – Значит, богу угодно видеть на службе всех нас без исключения? – подал голос Мариус, не сводя глаз с императора. – Да, Мариус, – император холодно смотрел на племянника. – Лояльность нужно демонстрировать. Особенно тем, кто слишком часто ставит ее под сомнение. Джила усмехнулся в бокал, Мариус нахмурился сильнее. Агата вновь вернулась к образу наивной девочки и теперь переводила непонимающий взгляд с одного дракона на другого. Я сделала вид, что меня это не касается, продолжая сидеть неподвижно. Каждое оброненное слово… недомолвки… взгляды… Сегодня все казалось подозрительным и странным и только прибавляло вопросов. Арманд подозревает Мариуса в измене? Агата чего-то боится? Я просто чувствовала: эта великая служба в Храме изменит абсолютно все. ***** После ужина я решила немного прогуляться, поняв, что просто не могу сейчас сидеть в замкнутом пространстве. Вечерний воздух пах соленой влагой и цветами, в парке уже зажглись фонари, мягко подсвечивая дорожки и фонтаны. Надежда хоть немного успокоить мысли не оправдалась: меня не покидало ощущение чужого взгляда, следующего за мной. Обогнув одну из мраморных статуй, я резко обернулась, готовая защищаться до последнего. – Вам не стоит ходить одной в темноте, – раздался голос, и из густой тени медленно выступил мужской силуэт. Янтарные глаза дракона мерцали, а белые волосы, собранные в неизменный хвост, казались серебряными в свете лунного света. – Кириан, – я облегченно вздохнула. – Что ты здесь делаешь, разве император не велел охранять тебе леди Агату? Вместо ответа глава императорской службы продолжал пристально смотреть на меня. У этого высокого мужчины с красивыми, хищными чертами лица явно был собственный взгляд на все происходящее – и вовсе не тот, что ждали от него другие. Вот только вряд ли он когда-нибудь расскажет мне об этом. – Леди Агата сейчас гуляет с императором. Я по его указанию патрулирую парк. «И присматриваю за вами» – осталось невысказанным. Между нами повисла тишина. – Думаю, мне уже пора возвращаться обратно. И… спасибо тебе за все. Я знала, что Кириан меня поймет. Дракон коротко поклонился, по-прежнему не сводя с меня взгляда. И вдруг сделал плавный шаг вперед. Воздух между нами стал гуще, буквально заискрил напряжением. Позади раздался тихий смешок. – Какая неожиданная встреча… – на дорожке показалась Джила. – Я-то думала, ты вышла подышать воздухом, Медея, а, оказывается, нашла себе нового… собеседника. Как мило. – Джила, – выдохнула я, стараясь держаться спокойно. – Интересно, знает ли кто-нибудь, что жена императора ищет утешение в ночном парке? – она неприятно улыбнулась. – Хотя… интересный выбор. Может, потому, что Кириан тоже блондин, как и Рафаэль? – Ты забываешься. Прозвучало излишне резко, но я не намерена была позволять Джиле себя оскорблять. – Ах да, конечно. Прости. Я забыла, что ты не любишь раскрывать свои маленькие секреты, – в ее голосе прозвенела издевка. – Интересно, сколько их у тебя еще, Медея? Может, стоит о некоторых рассказать Арманду? Уверена, ему будет любопытно узнать, с кем ты проводишь вечера. – Попробуй, – мой тон заледенел. Джила пришурилась: – Иногда я думаю, что дядя слишком мягок с тобой. Вместо того чтобы казнить за измену, просто изгнал в Лирию. Как будто вы все уже забыли о Рафаэле. Она отвернулась и направилась дальше, мазнув напоследок взглядом по каменному лицу Кириана. – Вам стоит быть осторожнее, герцогиня, – дракон обернулся ко мне. – Все в порядке, Кириан. Продолжай патрулировать парк, я хочу вернуться к себе. Оставив главу королевской стражи, я ускорила шаг и свернула на одну из боковых дорожек, чтобы не встретить еще кого-нибудь – например, Арманда, прогуливающегося с иномирянкой перед сном. Лунный свет проникал сквозь кроны деревьев, красиво стекая по крыше мраморной перголы, оплетенной виноградом. Но полюбоваться этим зрелищем я не успела – по ту сторону донесся сдавленный голос Агаты. – Я не готова. Я просто не выдержу этого завтра… Что там происходит? – Пожалуйста… Позволь мне не ехать… – девчонка всхлипнула, в ее голосе прозвучала мольба. Я замерла на месте, едва дыша. С кем она говорит – с императором? Мариусом? Одним из жрецов? Как они вообще оказались здесь, где нет никакого освещения? Несмотря на то что я не слышала голос отвечающего, была точно уверена: рядом с ней находился мужчина. Простояв еще несколько минут, я поняла, что больше ничего не слышу, и тихо двинулась вперед, надеясь увидеть спутника Агаты. Но, миновав перголу и выйдя с другой стороны, убедилась, что на дорожке уже никого нет. Логичнее всего было предположить, что с ней был Арманд. Вот только я была в этом совсем не уверена. ***** Спать я легла довольно поздно и сразу же провалилась в вязкий, глубокий сон, в котором я бежала по бесконечным залам дворца, то и дело оглядываясь назад. Арманд шел за мной – уверенно, неторопливо. Каждое его движение говорило о полном контроле – над своими эмоциями, над ситуацией и… надо мной. Никого больше видно не было – в огромном пустом дворце, залитом светом, были только он и я. На распахнутых окнах покачивались шторы, солнце било прямо в глаза, с улицы доносились крики чаек и умиротворяющий шум прибоя. Но мне было так страшно, как не было еще никогда в жизни. Потому что я знала: хищник, преследующий меня, задумал что-то ужасное. Я была полностью в его власти. – Ме-де-я… – разнесся под сводами угрожающий рык. В горле застрял крик, тяжесть в груди стала просто невыносимой, как будто ее придавили каменной крышкой саркофага. – М-мм… – чья-то горячая ладонь прижалась к моим губам, и я распахнула глаза, пытаясь вырываться из оков кошмара. – Тише… это я, – уха коснулся горячий шепот, и я окончательно проснулась. Лунный свет проникал через легкие занавеси, очерчивая широкоплечий мужской силуэт, склонившийся надо мной. Знакомые изумрудные глаза и смоляные пряди волос, обрамляющие лицо, не оставляли сомнений, кого я вижу. Франко. Сердце подскочило в груди – слишком живы были воспоминания о другой ночи и чужом мужчине в моей спальне. Да еще и этот страшный сон… Взгляд сам метнулся к прикроватному столику, на котором лежал стилет. – Не бойся, – голос мужчины был низким, хриплым. Он с явной неохотой отстранился, продолжая упираться коленом в матрас, но все равно остался так близко, что я чувствовала тепло его тела через тонкую ткань рубашки. – Ты сошел с ума?! Что ты здесь делаешь? – прошипела я. – Пришел предупредить о том, что завтра на закате в Храме Света состоится служба. Не ходи туда, Медея. Что бы ни случилось – не входи в этот храм. Я замерла. Абсолютно не то время, и не то место, где стоило вести подобный разговор. Но будет ли еще такая возможность? Кажется, сами древние боги хотели, чтобы я расспросила Франко о Храме. – Почему? – я сжала пальцами покрывало, пытаясь натянуть его повыше и спрятаться от горячего взгляда мужчины, то и дело опускающегося к моей груди под полупрозрачной сорочкой. – Что именно тебе известно, раз ты заявился ночью в мою спальню? Франко усмехнулся краем губ, но изумрудные глаза смотрели абсолютно серьезно, даже слишком. – Не так много, как хотелось бы. Храм пустовал много столетий, но с недавних пор в нем что-то происходит. – Подожди… Жрецы вместе с оракулом приехали, чтобы провести ряд служб в честь Холдера. – Нет, Медея, они здесь уже несколько месяцев. В последние дни, после того как вы ездили на службу, охрану усилили еще больше. – Значит, я видела тебя в тот день, мне не показалось… Франко кивнул: – Да, решил убедиться, что ты выбралась наружу. Я несколько раз пытался проникнуть внутрь Храма, но дальше ритуального зала они не пускают никого, кроме оракула. Ты же знаешь, что под храмом расположены пещеры? Я кивнула. Пещеры под храмом, построенным в горах, действительно были – об этом свидетельствовали древние источники. Говорили, что в них есть еще один Храм – тайный, вход в который знали только жрецы. Именно там они хоронили своих умерших собратьев. – Ты же не… Франко поймал мой вопросительный взгляд и криво усмехнулся. – Но считается, что Холдер похоронен в Белом храме в столице. С какой стати драконам было хоронить его в Лирии, на родине его врага? – Этого я не знаю. Но подумай сама, они говорят, что приехали чтить Холдера, но службы провели только в городе, в Храм Света ни разу не позвали ни одного человека. Якобы он очень старый и туда далеко добираться. Зато твои новые родственники были там, и не раз. Особенно твой муж. – На что ты намекаешь? – грудь сдавило плохим предчувствием. Франко медленно провел кончиками пальцев по моей руке. – Я тут кое-что поузнавал о тебе. Твоя свадьба с ним прошла не так гладко, и у вас до сих пор нет детей, – он удержал мою руку за запястье, когда я попыталась ее вырвать. – Послушай, Медея. Всем известно, что только род де Сильва имеет магию, способную противостоять драконам, иначе они не потеряли бы столько своих в той войне. – Леонарду это не помогло. И ты сам знаешь, что магия исчезла после смерти моего отца. – А ты уверена, что это был несчастный случай? Я отвернулась, кусая губы и не в силах выдержать его пристальный взгляд. Франко сейчас задел незаживающую рану на сердце, которая была со мной вот уже много лет. Я была уверена, что и у дедушки тоже, просто он никогда не говорил об этом. Нет ничего хуже, чем жить в незнании, терзаясь сомнениями, разъедающими душу. Мои родители погибли… странно. Они возвращались из столицы, и уже на подъезде к Лирии лошади понесли, чего-то испугавшись. Карета упала с высокого обрыва прямо в море, шансов спастись у них не было. Дед говорил, что, когда их нашли, мой отец крепко прижимал маму к себе, будто пытался защитить ее собой, двери экипажа крепко заклинило, колеса были оторваны. Но… Почему животные вообще оказались у обрыва, если дорога шла в стороне? – Они ведь заставили тебя пройти какой-то ритуал семь лет назад. Ты помнишь, что именно на нем было? – Франко настойчиво смотрел на меня. Кажется, я была не права, решив, что расспрошу его о многом. Этой ночью командовать собрался он. – …Семь лет, – прошептала тихо. – Помню так, будто это было вчера. Мне было очень холодно, жрецы заставили меня раздеться до нижней сорочки, распустить волосы и снять обувь. – Что было потом? – Я стояла в центре ритуального зала, напротив трона Холдера, и держала букетик из белых роз – его мне зачем-то сказали оставить. Оракул тоже был там, застыл рядом с каменным троном и смотрел прямо на меня. Жрецы читали древнее заклинание, факелы на стенах вокруг пылали все ярче, напоминая раскаленное добела кольцо… – я вскинула на Франко потрясенный взгляд. – Не может быть… Мужчина кивнул. – Да, Медея. Скорее всего, они связали тебя этим ритуалом не только с императором, но и с самим богом. Ты вышла замуж дважды. Я не знаю, почему тебе стало плохо, могу лишь догадываться, – мужчина напряженно смотрел на меня. – Возможно, у тебя забрали часть силы, поэтому ты не смогла забеременеть. Я едва слышно втянула воздух. Холдер мертв вот уже тысячу лет – он пережил Леонарда ненадолго. Но уникальная магия дракона осталась, иначе он не смог бы общаться с нами через оракула. – Не ходи туда, не дай им прикоснуться к тебе снова, – Франко склонился еще ниже, и я почувствовала его дыхание на своей коже. Изумрудные глаза рассматривали меня с какой-то болезненной жадностью и нежностью. – Обещай. Я постараюсь проникнуть туда завтра и выяснить, что происходит. – Франко, я… Мужчина стал склоняться к моим губам и вдруг резко выпрямился, настороженно повернувшись к двери. – Тсс… кто-то идет. Мне пора. Он растворился в темноте парка так же беззвучно, как и появился. Только сквозняк колыхнул легкие шторы, закрывающие балкон, а в ушах все еще звучало предупреждение: «Не ходи туда, Медея». А в следующую секунду кованая ручка на двери повернулась, и пространство затопило безумно знакомым ощущением сгустившейся силы, сконцентрированной вокруг него. Беспощадной. Нечеловеческой. Страшной. За дверью стоял Арманд. Я заперла покои на ночь, но что такое для дракона хлипкий металл, если он захочет войти? Если он почувствует чужого мужчину рядом? Время растянулось в бесконечно долгую вечность. Мучительная тишина лишь сильнее натягивала нервы и в какой-то момент стала просто невыносимой. Кажется, я даже дышать перестала, глядя на замершую ручку. Секунда… две… три… И сила медленно отступила, вслед за своим владельцем, теперь удалявшимся прочь. Я осталась одна, с бешено колотящемся сердцем и тревожными мыслями в голове. – Ты еще не знаешь, кто твой враг, но узнаешь его по боли, – прошептала я слова, сказанные оракулом перед тем, как я упала в обморок в конце того ритуала.