Глава 20. Наедине с монстром
Занимающийся над Лирией серый рассвет просачивался сквозь неплотно занавешенные окна, пока я мерила шагами собственные покои – уснуть так и не удалось. Этот день мог изменить все как в лучшую, так и в худшую сторону. Где-то внизу послышался цокот копыт и резкий голос Сафера, отдающего команды своим стражникам. Вот оно! Началось! Бросившись к окну, я наблюдала за происходящим, стараясь при этом оставаться незамеченной. Мариуса под вооруженным конвоем как раз вывели из дворца, чтобы посадить в ожидавший у лестницы экипаж. Осунувшееся лицо и сломанная рука, которую он баюкал, сказали больше любых слов. Вновь всколыхнули в душе целую бурю эмоций, пережитых этой ночью. Я спасала иномирянку, которую знала от силы месяц, а не того, кого помнила еще нескладным подростком. Давала шанс одной, заведомо обрекая на смерть другого. Последние часы убеждала себя, что поступаю правильно: если у нас все получится и Арманд вернется, он сам разберется с племянником. Но… помогло слабо. Нельзя в одночасье вырвать из сердца того, кого оно любило много лет как собственного сына. Даже если этот сын жестоко предал тебя. Следующей на лестнице показалась Агата – с растрепанными белокурыми волосами, бледная и озирающаяся по сторонам. Кажется, она до последнего надеялась, что ее никуда не повезут. Небольшая заминка произошла, когда девчонка неожиданно для всех вырвалась из хватки мужчин и бросилась прочь прямо по газону. Впрочем, шансов сбежать от драконов у нее не было никаких. Абсолютно. Равнодушные стражники повалили ее на землю и скрутили за спиной руки, несмотря на попытки вырваться. Почему-то больше всего меня поразили шелковые туфельки со сломанными каблуками, оставшиеся лежать на траве, пока их владелицу волоком тащили обратно. Изящные, с серебряными пряжками. К моменту, когда второй экипаж тронулся в путь, первый уже скрылся из виду, увозя с собой племянников императора. «Франко был прав: Мариуса охраняет целый отряд, а на охрану Агаты выделили всего троих, – с горечью подумалось мне. – Двое вооруженных верховых по бокам и один сзади. Лишь бы только у них все получилось!» У окна задерживаться не стала и дернула за шнурок, вызывая Марию. Вчера ночью, когда Кириан провожал меня до одного из тайных ходов, он посоветовал не оставаться этим утром одной. – Для вашей же безопасности, герцогиня. В свое время я говорил, чтобы вы не приглашали к себе посторонних и не общались со старыми знакомыми. Беру свои слова обратно. – Думаешь, это мне как-то поможет? – Нет. Но когда до Холдера дойдет новость о похищении иномирянки, вам лучше не быть с ним наедине во дворце. Он может начать действовать непредсказуемо. И, поймав мой вопросительный взгляд, кивнул: – Перед слугами белый дракон не будет церемониться, их легко заставить замолчать навечно. Простите, что я вам это говорю. Другое дело кто-то из ваших знакомых. Подумайте, кого вы могли бы пригласить во дворец, а еще лучше, самой уехать в город, например, прогуляться по лавкам. Это даст нам немного времени, но на многое рассчитывать не стоит. Кириан сверкнул янтарными глазами, и я поняла, что он думает о том же, о чем и я. Что будет теперь, когда семья императора фактически уничтожена? Осталась лишь я. В какой момент Холдер перестанет притворяться Армандом и покажет свое истинное лицо? У меня не было матери или старших сестер, которые могли бы научить женской мудрости и хитрости. Советы Марии ограничивались лишь ее жизненным опытом служанки во дворце герцога. Но даже я понимала, что интерес белого дракона к моей внешности можно как-то использовать. Найти его слабое место. Любовь? Я очень сомневалась, что он умеет любить. Одержимость женщиной, которая его отвергла? Было бы гораздо проще, если бы сохранились записи о том, что именно произошло между ним и женой Леонарда, но увы… Мои предки давно были мертвы, и единственный, кто мог рассказать мне об этом, был сам Холдер. Главное, правильно разыграть партию, в которую я еще ни разу не играла, и не ошибиться. Иначе… пощады не будет. Пока Мария не пришла, я села за резное бюро и начала быстро писать записку Альбе, предлагая встретиться и погулять в городском парке с ее детьми. К себе во дворец я пригласить их не рискнула. Раздался короткий, резкий стук в дверь, показавшийся оглушительно-громким в утренней тишине. Стальная пружина внутри натянулась до предела. – Войдите. В дверном проеме показался Сафер, мрачно смотревший исподлобья. За его спиной маячили двое простых стражников в черных кожаных доспехах. Что ж… Наверное, чего-то подобного я и ждала, хотя и надеялась, что это будет не так скоро. – Вас требует к себе император. – Меня? – изобразить удивление удалось почти идеально. – Передайте Арманду, что я только проснулась, и как только приведу себя в порядок… – Вы не поняли… герцогиня, – губы дракона рассекла кривая улыбка, больше похожая на оскал. – Вы идете с нами. Сейчас. И это не обсуждается. Было очевидно, что конвой за мной прислали не просто так, и, если я не подчинюсь, он применит силу. Холдер что-то подозревает? Точно знает, что мы хотим освободить Агату? Видел меня с Кирианом ночью в парке? Джила все-таки рассказала ему о моих встречах с другим мужчиной? А может, ему вообще плевать, хочу ли я вновь быть его женой и рожать ему наследника? Не соглашусь добровольно, он будет брать меня силой каждый раз? Эти и множество других вопросов роились в голове, пока я, окруженная рослыми стражами, шла по коридорам еще спящего дворца. Затылок буравил чужой давящий взгляд, ладони вспотели от нервного напряжения. Я должна сыграть эту роль, чтобы узнать его слабые места. Должна, как бы не было страшно. И лишь остановившись у хорошо знакомых дверей, ведущих в императорские покои, судорожно выдохнула, чувствуя, как впервые за это утро пружина внутри немного ослабла. Одним из двух стражей, охранявших их сегодня, был Кириан. Дракон стоял абсолютно неподвижно, похожий на каменную статую, и смотрел куда-то поверх моей головы. Случайно ли он здесь, или Сафер решил таким образом унизить бывшего командира? А следом под дых ударила новая пугающая мысль: в момент, когда Холдер узнает о нападении на кортеж, я буду находиться не просто рядом с ним, а наедине. И одним богам известно, как он поступит, узнав о новом заговоре против себя. Возглавляю который именно я. ***** Стоило перешагнуть через порог, и я буквально физически ощутила, как пространство покоев сомкнулось за спиной, отрезая путь назад. На стенах мерцали светильники из цветного стекла, в воздухе витал едва-уловимый запах металла. В камине догорали угли, отбрасывая на пол алые отсветы, похожие на отблески чешуи. И на фоне этого света император драконов, застывший у окна, казался особенно пугающим. Неживым. Словно древнему божеству надоело притворяться кем-то другим, и он готовился сбросить постылую маску. – Медея, – в черных глазах вспыхнули жадные искры, когда я приблизилась. – Сафер сказал, что ты срочно хотел меня видеть. Что-то случилось? В ответ дракон едва заметно дернул уголком рта, пряча оскал хищника. Обещая порвать при первой же возможности, если ему что-то не понравится в моих действиях или словах. Видят боги, я готова была говорить о чем угодно, лишь бы он продолжал стоять там, где стоял и не приближался. Но, словно в насмешку, Арманд плавно двинулся вперед, медленно обходя меня со спины. Играя, как хищник с добычей, наслаждаясь моим смятением. Не дать ему повода для подозрений. Не выдать себя. Уйти, пока ему не сообщили о побеге, или… рискнуть и остаться. Возможно, другой возможности узнать, живо ли сознание Арманда, не будет. Шаги замерли за спиной. Я не могла видеть императора, но сейчас особенно остро ощущала его присутствие рядом. – Ты изменилась, Медея, – раздался над ухом низкий, хриплый голос. – Стала спокойной. Больше не обвиняешь меня, не требуешь развода. Почему? – Слишком многое произошло за последние дни. Наша семья… – У меня нет семьи, – жестко перебил дракон, останавливаясь напротив. – Те, кто был ей, оказались предателями и сполна расплатятся за это. А что насчет тебя? – Ты прекрасно знаешь, что я была верна тебе. Но мне нужно время, чтобы забыть все произошедшее. Разреши мне пока остаться… Я резко осеклась, понимая, что только что совершила ошибку. Зрачки дракона сузились в тонкие иглы, как у разъяренного зверя, лицо исказилось от ярости. Давящая, ломающая волю сила начала затапливать пространство вокруг. Перстень на груди стал стремительно нагреваться – магия де Сильва отреагировала на угрозу, буквально плескавшуюся в воздухе, и пыталась защитить меня и малыша. Если только он почувствует ее… – И почему я не удивлен этой просьбе? – Арманд буквально цедил слова сквозь зубы. – Ты ведь очень любишь свой дворец и Лирию, да, Медея? Наверняка на многое готова пойти ради них? О чем. Он. Говорит? – Хочешь, чтобы я позволил тебе жить здесь? – Да. – Тогда докажи свою преданность. Докажи, что ты по-прежнему моя жена. Рука взлетела, прежде чем я успела отследить, надавливая мне на затылок и заставляя приблизиться. А в следующий миг дракон сам подался вперед и его губы смяли мои. Присваивая себе – властно, бескомпромиссно. Я попыталась оттолкнуть его, но мою руку легко перехватила мужская. Жар в глазах с вертикальными зрачками усилился, ноздри хищно втянули воздух, когда он, наконец, отстранился. – Ты всегда заводила меня своей непокорностью, Медея. Хочу трахнуть тебя прямо сейчас, – ртутный взгляд медленно очертил мое лицо и часто вздымающуюся грудь в низком вырезе платья. Несмотря на весь ужас ситуации, я прекрасно осознавала, что дракон в этот момент говорит о том, что было тысячу лет назад. Видит перед собой не меня, а ту, с которой его связывали какие-то отношения. Но что мне давала эта информация? Жена Леонарда явно любила Лирию, ее жителей и свой дворец, и была готова на многое, чтобы их спасти. Она пообещала себя Холдеру после смерти мужа? Убила его, чтобы защитить свою честь и отомстить? Или ей сначала пришлось притвориться покорной и позволить ему все? Мне придется повторить ее путь? Но как слабой женщине удалось победить могущественного дракона? Единственное, в чем я была уверена почти наверняка – ее тоже звали Медея. Насмешка судьбы, не иначе. Я смотрела на дракона, застывшего напротив. Высокого, широкоплечего, с незнакомым жестким оскалом на губах. Знала, что это кто угодно, только не мой муж. Движения, скорее напоминающие повадки хищника, металлический запах, выражение глаз – все было чужим. Чувствовала, как от его взгляда внутри все сжимается от страха перед неизбежным. Любое неосторожное слово, неверный жест – и он сорвется. Этот зверь в теле Арманда не знал пощады. И все же заставила себя поднять глаза: не как женщина, загнанная в угол, а как равная ему по силе духа. – Ты помнишь наш первый день в Лирии? Мы гуляли в парке, когда начался дождь, и решили укрыться от него в старой мраморной беседке, оплетенной розами… Я видела, как едва заметно дрогнули его ноздри, будто он действительно еще помнил те ощущения – дождь, яростно стучащий по крыше, пьянящий запах роз и белый мрамор колонны, к которой прижимал меня, яростно целуя. Кажется, мы оба тогда сошли с ума от страсти. Ну же, Арманд! Если ты еще контролируешь свое тело, дай мне знать! – Зачем ты это вспомнила? – дракон опасно прищурился. – Просто захотела понять… для тебя еще имеет значение то, что было раньше? Или ты требуешь от меня исключительно преданности? На мгновение в его взгляде мелькнуло нечто живое, какая-то тень. Но уже через секунду все исчезло, и они вновь стали холодными и равнодушными. Ничего… Я попыталась отвернуться, чтобы скрыть досаду, но и этого мне не дали сделать. Арманд шагнул вперед, сжимая мой подбородок стальными пальцами и заставляя смотреть на него. – Что это было, а Медея? Ничего не хочешь мне рассказать? Воздух между нами вновь заискрил напряжением, напитываясь опасностью и металлическим запахом крови. Лицо дракона со ртутными глазами стало медленно приближаться. И именно в этот миг, когда его губы почти коснулись моих, в коридоре послышался топот ног и мужские голоса. – Если они посмели потревожить меня просто так, их ждет смерть, – император размашистым шагом направился к двери, рывком ее распахивая. – Император, на конвой иномирянки напали, – я узнала голос Сафера. – Экипаж нашли у перевала. Девушку похитили. ***** И снова это сводящее с ума ощущение, от которого кинуло в дрожь. Уже не было важно, кто здесь свой, кто чужой – ярость белого дракона била плетьми в разные стороны. Накрывала беспощадной нечеловеческой мощью. Ломала разум. Голова раскалывалась, как будто ее сжимали стальные тиски. Я едва держалась на ногах и вынуждена была опереться о стену, чтобы не упасть. По губам потекло что-то теплое – из носа пошла кровь. Сам того не подозревая, мне помог Сафер: – Я отправил отряд стражников прочесывать лес. – Бессмысленно… – процедил император, на время отзывая свою силу. – Оставьте меня. Глава его службы коротко поклонился и вышел за дверь. Я хотела последовать за ним, но мне не дали этого сделать. – Ты останешься здесь, Медея. С тобой я еще не закончил, – ноздри дракона хищно раздувались, жадно втягивая запах крови. «Он знает», – с ужасом поняла я, вскидывая на него испуганный взгляд. – Я… – слова застряли в горле, когда я увидела, что с белым драконом что-то происходит. Радужка глаз подернулась расплавленным серебром, лицо окаменело, превратив его в статую. Он пытался увидеть происходящее глазами Агаты. – Арманд?! – я смотрела на мощную, возвышающуюся надо мной фигуру и не знала, что делать. Разве что… В мужской груди глухо и рвано забилось сильное сердце, когда положила на нее ладонь: – Ты слышишь меня? Лицо императора исказила судорога, глаза стали совсем жуткими. На лице, пробиваясь сквозь каменный плен, сменяли друг друга эмоции – ярость, гнев, боль. На миг показалось, что сейчас он рухнет на колени и взвоет, как раненый зверь. – Беги… от… него… Этот хриплый голос, полный страдания, впился ржавыми иглами в душу. Я металась внутри себя, панически ища выход, но его не было. Никакого. Только бежать, как он и велел. Оставить его один на один с Холдером. – Как тебе помочь, скажи?! – Твоя магия… Он… чувствует ее… Скорее… Но я не успела. Стоило броситься к двери, сзади раздался металлический голос: – Далеко собралась… жена? Белый дракон преодолел разделяющее нас расстояние и грубо схватил меня за плечо, рывком разворачивая к себе. Я просто стояла, с отчаянием понимая: это была проверка. Он специально отпустил контроль при мне. Но куда больше испугали следующие слова: – Мы проведем незабываемый день наедине, дорогая, пока твой муж отключился. Уверен, тебе понравится… Ты ведь ничего от меня не скрываешь? – Нет, – я заставила себя разлепить пересохшие губы. – Лживая сука, – щеку обожгла хлесткая пощечина, а следом меня небрежно швырнули на кровать. Дракон угрожающе надвигался, придавливая на месте тяжестью взгляда. Расстояние между нами неумолимо сокращалось. Я попыталась отползти в сторону, но он не позволил. На горле железным капканом сомкнулись пальцы, мужское колено придавило ноги. – От…пус…ти, – хрипя, я пыталась хоть немного ослабить хватку, все сильнее сжимающуюся вокруг шеи. – От тебя так и несет магией. Знаешь, что это значит? Уверен, что знаешь… Мужская ладонь переместилась мне на живот, заставляя дернуться в попытке защититься. Дракон наклонился вперед, опасно сужая глаза: – Сегодня я буду трахать тебя почти нежно, чтобы ему не навредить, – ладонь вдавилась в живот сильнее, заставив меня застонать. – А может, мы поступим иначе, а, Медея? И я не убью его после всего, а воспитаю как своего сына, в ненависти к людям? Как тебе такой вариант? И тут же с силой рванул лиф платья, оголяя мне грудь. – Будь ты проклят, Холдер! – в этот крик я вложила всю ненависть, на которую была способна. Буквально распятая на кровати. Полностью беспомощная перед мужчиной, который сейчас жадно рассматривал мое тело, медленно ведя рукой по ноге. – Покажешь, что припасла для меня на этой раз? – пальцы уже очерчивали кромку чулок. Изловчившись, я приподнялась на локтях и плюнула в него. – Дрянь, – новый удар по лицу был такой силы, что голова мотнулась в сторону и сознание на миг померкло. – Я вырежу его прямо в тебе. И тут же дверь покоев распахнулась и внутрь ворвался Кириан с окровавленным мечом, оттесняя других стражей. – Не трогайте ее, – дракон с мрачной решимостью смотрел на императора. – Кириан, мой верный слуга… Мы как раз ждали тебя, – белый дракон растянул губы в жуткой улыбке, поднимаясь на ноги: – Стража, взять этого предателя.