Глава 22. Магический источник

Стоило мне шагнуть внутрь, как камень за спиной с глухим звуком встал на место. Сердце колотилось так, что казалось, его грохот резонирует от стен. Перстень герцогов де Сильва отзывался едва заметным теплом, пока я медленно двигалась вперед, с удивлением осматриваясь вокруг. Стены и потолок заливал голубоватый призрачный свет, освещая древние фрески с величественным Храмом Света и жрецами, воздевающими руки к солнцу. Люди в старинных одеждах собирали виноград и возделывали оливковые сады. Лирия, исчезнувшая тысячу лет назад, оживала с каждым моим шагом. Постепенно фрески сменились необработанным влажным камнем. Кое-где на стенах еще виднелись узоры в виде рыб: терракотово-голубые мозаики плыли впереди, указывая дорогу. Пахло солью, водорослями и морем. …Круглая пещера была точно такой, как в воспоминании из детства. С потолка лился мягкий рассеянный свет. Вода мерцала голубоватыми бликами и причудливо отражалась на каменных сводах. Я едва не задохнулась от ужаса, увидев застывшую у источника женскую фигуру в белом одеянии. И лишь присмотревшись внимательнее, поняла, что передо мной не живой человек, а статуя в тончайшей мраморной вуали на лице. Прекрасная дева держала на руках младенца, прижимая его к груди с такой нежностью, что казалось – вот-вот на ее губах появится мягкая улыбка. Сглотнув вязкий ком в горле, все же заставила себя приблизиться, рассматривая каждую деталь, выполненную резчиком с поразительной точностью. Свет, падающий откуда-то сбоку, проходил сквозь тонкий слой полупрозрачного мрамора, и черты лица словно светились изнутри. Мои черты. Мы наконец-то встретились – я и жена Леонарда. В голове лихорадочно крутились мысли. Случайно ли она здесь? В месте, которое считалось недоступным женщинам. – Если ты можешь помочь мне… пожалуйста, помоги. Глаза статуи печально смотрели куда-то прямо за моей спиной. Оглянувшись, увидела на стене хорошо знакомый герб герцогов де Сильва – щит лазурного цвета, внутрь которого был вписаны три серебряные волны, солнце c глазом и опрокинутый клинок, обвитый плетистой розой. Девиз гласил «Vulnus, Oculus, Lux»*. (*Боль, Прозрение, Свет). – Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, подсказка здесь, на фамильном гербе? Свет преломился, и теперь казалось, что статуя указывает прямо на магический источник. Руки дрожали, когда я опустилась перед ним на колени, зачерпывая воду в ладони и умывая лицо. Прикасаясь к древней силе, напитываясь ей. И… ничего не произошло. – Как же так… – как зачарованная, я смотрела на свое искаженное отражение и едва сдерживала слезы. Столько лет я хотела найти источник. Надеялась. Верила, что он поможет пробудить магию. Значит, дед был прав, говоря, что в роду де Сильва магия передается только по мужской линии. В женщинах она спала, мы были просто сосудами. Вот почему Холдеру нужен был тот свадебный обряд – он просто выкачал ее из меня. А сейчас, очевидно, ему нужна магия малыша, смешенная с моей. Зачем? История не сохранила данных, были ли у Леонарда и его жены дети к моменту, когда драконы напали на Лирию. Но теперь я почти не сомневалась, что нет. В момент, когда Холдер убил ее мужа, Медея была беременна первенцем. Как и я. Круг, наконец, замкнулся. Шагая обратно, я думала о том, что увидела. Чувствовала, что истина где-то совсем близко. Нужно лишь понять… догадаться. «Ты еще не знаешь, кто твой враг, но узнаешь его по боли», – вспомнились вдруг слова оракула. Одно из слов девиза на фамильном гербе. Случайность или нет? Я так задумалась, сворачивая за угол и спеша добраться в свои покои, что не заметила огромную тень, возникшую прямо передо мной. – Герцогиня, – раздувшееся лицо Сафера со сломанным носом сделало дракона еще уродливее. – А я как раз ждал вас, – его губы изогнулись в кривой ухмылке. – Думаю, императору будет очень интересно узнать, где вы пропадали все это время. Меня не церемонясь схватили за локоть и поволокли прочь. Кажется, времени, чтобы догадаться, совсем не осталось. ***** Сафер приволок меня в зал приемов и толкнул вперед с такой силой, что не удержалась на ногах. Локти обожгло нестерпимой болью, но я заставила себя перевернуться на спину. Над головой раскинулась знакомая роспись: мощный, черноволосый мужчина загораживал собой хрупкую женскую фигурку. Почему я раньше не поняла, что это был жест защиты, а не демонстрации силы? – Встать, – ледяной голос разорвал тишину. Император восседал на троне моих предков, равнодушно наблюдая, как я пытаюсь подняться. Тени от лунных лучей, проникая сквозь высокие окна, скользили по его лицу, делая черты словно высеченными из мрамора. Сейчас он больше, чем когда-либо, напоминал древнее божество. Смертоносное и безжалостное. – Ты нарушила мою волю, Медея, – каждое слово било наотмашь. – И за это будешь наказана. – Я просто хотела немного побыть одна. – Ложь. Дракон медленно поднялся с трона. Свет от светильников за его спиной обрисовывал высокую, мощную фигуру зловещим светом. По стенам поползли призрачные тени, когда он двинулся ко мне. Стук шагов по каменному полу отдавался в груди. Порабощенная первобытным ужасом, я была не в состоянии сделать даже малейший вздох. Так можно смотреть на приближающуюся смерть, зная, что ничего не можешь сделать. Только ждать неизбежного. – Ложь с самого начала… – император остановился напротив. Стальные пальцы сжали мой подбородок, насильно удерживая в таком положении. – Мне не зря показалось в Храме Света, что ты все поняла. Дрянь. Щеку обожгла хлесткая пощечина. Меня перехватили за волосы на затылке, ощутимо сжимая их в кулаке. – Что еще ты от меня скрываешь? – Ничего! – Уверена? Ртутные глаза безжалостно вспороли мой разум, проникая в последние воспоминания. Насильно выуживая на свет то, что я хотела скрыть от него. Прощание с Кирианом на арене… Источник и мысли о том, как победить его… Сознание помутилось, грозя отправить в спасительный обморок, но он снова ударил по лицу. Из разбитой губы потекла тонкая струйка крови. – Я был прав, – зло процедил дракон. – Ты все-таки решила пойти против меня. Мне нечего было на это ответить. – Леонард оказался глупцом. Отказался подчиниться и отдать источник вместе со своей женой. Я убил его в этом самом зале, – драконий бог обвел взглядом высокие стены и потолок, остановившись на изображении императора и его жены. – Заставил ее смотреть, как он умирает. – Ты чудовище! – Чудовище? Не думаю. Кто еще смог бы разорвать грань миров и привести своих собратьев в Астерию, когда наш мир погибал? Удивительно, но они оказались очень похожи. Кроме одного… Затаив дыхание, я слушала его рассказ, не смея перебивать. Возможно, в нем будет подсказка. – В этом мире драконы начали стремительно терять свою силу. И первым, чего мы лишились, была возможность к обороту. Наши звери заснули, забывшись тяжким сном, и ни битва с врагами, ни охотничий азарт не могли их разбудить. Исключение составляли лишь… Холдер перевел свой вымораживающий взгляд на меня, заставив дернуться в сторону. Не хочу этого слышать! Не надо! – Ты все правильно поняла, Медея, – усмехнулся дракон. – Самки. Только они еще горячили нашу кровь. Он же сейчас не намекает на то, что жена Леонарда была его истинной? Это было бы слишком страшно. Арманд рассказывал, что драконы давно потеряли возможность чувствовать связь с истинной парой. Но у Холдера и его собратьев она, наверняка еще сохранялось какое-то время. – Не для того я вел своих собратьев между миров, чтобы, в конце концов, стать слабаком, обменяв магию на жалкое существование. Но теперь я все исправлю. Ты отдашь мне магию – свою и того, кого носишь в своем чреве. Тогда ваш источник признает меня и дарует силы. По-ня-ла меня, Медея? Из глаз брызнули слезы, когда драконий бог натянул мои волосы на кулак, приближая к своему лицу. Чужие губы накрыли мои, врываясь в рот языком, буквально пожирая его. Это не было страстью, скорее уж болезненной одержимостью женой врага. Демонстрацией власти и силы. Попыткой подчинить. – Арманд оказался таким же слабаком, как и Леонард, – драконий бог оторвался от моих губ. – Я буду трахать его жену, дав ему возможность это увидеть – перед тем, как окончательно добью. По спине поползла ледяная змейка ужаса. Я будто оказалась в кошмарном сне, из которого не было выхода. Этот монстр не остановится ни перед чем. Отчаяние достигло такой силы, что мне физически стало больно. Желание убить его, отомстить, спастись рвало душу изнутри, скручивало внутренности проволокой с острыми шипами. «Клинок, обвитый плетистой розой», – мелькнуло в искаженном сознании. Ладони резко обожгло, и я вскинула руки перед собой, что есть силы отталкивая Холдера. По глазам ударил нестерпимо-яркий свет и… наступила оглушительная тишина. В шоке я рассматривала свои руки, которые выглядели, как обычно. Пытаясь понять… осознать… Получается… Именно разрывающая душу боль была оружием женщин рода де Сильва? Как-то усиливала нашу магию, быть может? Вскинула взгляд на Холдера, застывшего напротив с каменным лицом. Зря надеялась, что магия причинит ему хоть какой-то вред – дракон выглядел, как обычно, только глаза горели белым пламенем. – Все даже лучше, чем я думал, – донесся до меня его голос. – Сафер, в темницу ее, пока не подготовлю новый ритуал. От двери отделился огромный силуэт в черных доспехах. – И, да, – Холдер изогнул губы в циничной усмешке. – Будь учтив с моей женой. Она мне еще пригодится. Я не сопротивлялась, когда глава императорской стражи тащил меня по вымершему ночью дворцу. Внутри разливалась странная пустота, смешанная с тупой болью. Заставляла себя не думать о том, что пришлось пережить этой маленькой хрупкой женщине, жене Леонарда. И… все равно думала. Роскошные интерьеры из светлого камня сменились холодом подземелья, когда мы спустились по спиральной лестнице. Факел в руке дракона отбрасывал на шершавую кладку стен отблески, делая его фигуру похожей на огромного горного тролля. – Ваши новые покои, императрица, – Сафер издевательски поклонился, вталкивая меня в камеру с решеткой и запирая ее на замок. – Будут еще пожелания? Только одно… Чтобы ты сдох! Не дождавшись от меня никакого ответа, он направился прочь, забирая с собой единственный источник света. Какое-то время я просто стояла, вцепившись пальцами в прутья решетки. Потом бессильно опустилась на пол, откинувшись на стену и обняв себя руками в попытке согреться. Просто сидела, слушая тишину и биение собственного сердца. Вся прошлая жизнь показалась вдруг чужой, ненастоящей. Дедушка растил меня, скрывая слишком многое, но я не винила его. Он надеялся, что Холдер никогда не вернется. Надеялся, что Арманд защитит меня, и я никогда не повторю участь другой Медеи. Спрятав лицо в ладонях, уговаривала себя не отчаиваться. Пока живы я и мой малыш, надежда есть. Она умрет только вместе с нами, не раньше. Не знаю, сколько времени прошло, но, в конце концов меня сморил сон. …Мне снилось море. Сапфирово-синее, в точности как ее глаза. Мужчина и молодая женщина, взявшись за руки, гуляли по песчаному берегу. Солнце переливалось бликами на спокойной поверхности воды. Где-то вдалеке виднелись рыбацкие лодки под белоснежными парусами. Огненно-рыжие волосы Медеи развивались как пламя за ее спиной, когда она остановилась и развернулась к любимому. – Леонард… Я хотела тебе сказать… Я беременна. В черных глазах императора вспыхнуло жаркое пламя, уступившее место восхищению и безграничной нежности. Подхватив смеющуюся жену на руки, он закружил ее в воздухе: – У меня будет сын! Сын! Боги услышали нас! Но тут же помрачнел, сжимая ее в объятиях еще сильнее: – Пообещай мне одну вещь, Медея. Что бы со мной ни случилось, ты спасешь себя и нашего ребенка. – Да, но… Он покрывал поцелуями ее лицо так исступленно, будто в последний раз. – Пообещай, что выживешь, какую бы цену за это ни пришлось заплатить. Ради него. – Я обещаю, любимый. Небо над их головами стремительно темнело. Приближалось что-то ужасное… Резко распахнув глаза, поняла, что по моим щекам катятся слезы. В темноте и безмолвии подземелья вдруг послышались крадущиеся шаги. Поднявшись на ноги и прижавшись к стене, я пыталась рассмотреть, кто идет. В черноте за решеткой что-то шевельнулось – я напряглась, но это был лишь крысиный хвост, мелькнувший и пропавший в щели между плит. Сафер решил ослушаться приказа и вернуться? Или?.. – Императрица…