Глава 21

Дела были из рук вон плохо. И дело даже не в том, что Медведев чуть не подрался со сраной интеллигенцией в лице то ли бывшего, то ли нынешнего мужика Элины. А в том, что сам факт этого события имел место быть. Когда это Тимофей Михайлович Медведев, тридцати пяти лет от роду, махал кулаками, а внутри возникало жгучее чувство ревности, под воздействием которого хотелось переломать ребра и разбить лицо? Нет, такого не было никогда. Ну, разве что в подростковом возрасте, все из-за той же соседки Лариски, когда юный Тимоша увидел, как та бесстыдно целуется с каким-то парнем. Но и получил тогда не тот парень, а Тимоша. Но сейчас Тимоша был уже здоровым лбом, крепким, сильным, вроде бы человеком уважаемой профессии, призванной спасать, а не калечить людей. Но все равно лицо этому хлыщу разбить хотелось, тем более после его слов, которые, как заноза в заднице, застряли в голове. – Послушайте, я не знаю, кто вы, и не хочу знать. Но… – Это ты меня послушай… – Стоп, прошу не перебивать, к силе мы всегда успеем прибегнуть, а вот говорить и мыслить, как высокоинтеллектуальные индивидуумы, нам необходимо. Медведев стиснул челюсти, скрипнул зубами и, склонив голову, решил выслушать этого представителя чистой арийской расы с голубыми глазами, светлыми волосами и совершенными чертами лица. И что Лисичка в нем могла найти, Тимофей не понимал. – Говори и вали. – Хм… а ты забавный экземпляр, я рядом с Элиной встречал не многих, но ты особенный. Стравинский смотрел с интересом, но все-таки преодолевая внутренний страх: насилия, тем более прилюдного, Всеволод не переносил с детства. Мать самоутверждалась, показывая, что она все-таки принимает участие в воспитании сына, и унижала его, сопровождая это тычками и подзатыльниками. В эти моменты Сева хотел ее убить, представляя в качестве успокоения, как мать летит с лестницы, падает, ломая шею, как при этом хрустят ее позвонки. – Мы на «ты» не переходили. – Послушайте, я не знаю, кто вы и что вы забыли в домике моей невесты… – Невесты? Какого хрена? – Медведев негодовал, это не укладывалось в голове, хотя, по сути, все логично. Но это его Лисичка, его рыжая беспардонная бестия, его – и больше ничья! – Да, как бы странно это для вас ни звучало, но все уже решено, пусть даже сама Элина пока не догадывается об этом, но ей придется смириться с этим фактом. – Что значит смириться? – А то, что браки не заключаются на небесах. Медведев громко засмеялся, вышло несколько нервно, но от сердца немного отлегло. Чтобы кто-то заставил делать Элину что-то, чего она не хочет?! А он был уверен, что она точно не захочет заключать брак не на небесах с этим хлыщом. Всеволод поморщился, спрятал руки за спиной, сжал пальцы в кулаки. Это вторая вещь, которую Стравинский не любил: когда над ним смеялись. За это он сам был готов сломать шею, но сейчас пришлось сдержаться. Он хотел поговорить цивилизованно, как воспитанный и образованный человек, но, видимо, случай тяжелый и придется прибегнуть к радикальным мерам. – Слушай, мужик, я не знаю, что ты там надумал и какие у тебя фантазии по поводу этой девушки. – Медведев махнул в сторону домика, из-за кустов в банном халате и босиком пробиралась Элина, выбравшись из окна ванной. – Но я советую свалить отсюда, потому что ты лишний. – А ну всем заткнуться и молчать! Медведев, больше ни слова! Сева, и ты тоже собирай чемоданы и в путь. Все мне оба надоели, я вас не звала! – Элина, милая, послушай… – Замолчи! – Правда, Сева, вали. А ты рот закрой и тоже проваливай. Достали меня! Оба! Девушка сдула с глаз волосы, туже затянула пояс на халате, даже трусы надеть не дали, вот что за люди, что за мужики! Их никто не звал, так какого хрена они все сошлись в одной точке именно тогда, когда Элина решила перезагрузить себя, сознание и жизнь? Вот правильно говорят, что мужики все портят. Медведев даже засмотрелся, хороша была чертовка, вот бы сейчас ее через плечо, да на широкую кровать, да содрать этот халат, и к черту Севу, он простит ей его. Да, вот до такой степени хирург был самоуверен, начал возбуждаться, машинально поправил член. – Медведев! Ты совсем сдурел? Вон пошел! – Как скажешь, милая, но только вместе с ним. Элина топнула ногой, пришлось выбираться из окна, чтобы не допустить непоправимого, того, как Тимофей сломает нос Севе, а тот потом его затаскает по судам. Вроде успела, но по взгляду Стравинского было понятно, что он уже задумал гадость. – Хорошо, мы уйдем, ты должна успокоиться, дорогая. – Сева! Не беси меня! – Да, Сева, не беси Лисичку. – Лисичку? Всеволод напрягся, этот мужлан называет его невесту звериным прозвищем, а это говорит об очень близких отношениях. – Медведев, я прошу закрыть рот! – Ок, сдаюсь, но цветочки тебе, а мы ушли, да, Сева? Тимофей сунул девушке в руки цветы, хотелось остаться, успокоить ее, но этот хлыщ все испортил, вот прямо все. Пришлось уйти, и сейчас, сидя в ресторане за самым дальним столиком, Медведев думал о превратностях судьбы и о словах Севы, что Элина его невеста. Нет, этого нельзя было допустить. Какая, нахер, невеста? Она его Лисичка! И будет невестой и женой только Медведева. Нужен был срочный план по ликвидации «жениха», хотя что-то подсказывало, что Элина сама его ликвидирует, ну не ее это типаж, мудак какой-то. Где-то у бара мелькнула фигура Варвары, она еще не спала, а значит, можно было что-то придумать, помня о том, что этот самый «жених» Элины очень понравился пышке из Житомира. – Варвара, Варвара, постой. Медведев подошел сзади, девушка вздрогнула, чуть не расплескав коктейль из бокала: – Что случилось? – Пить вредно. – Это «Секс на пляже», пусть хоть так он случится. – А как же Алексей? – Я тебя умоляю, с Алексеем мы поговорили, он все понял, и наши дороги разошлись. Он герой не моего романа. – У меня предложение. Как раз насчет героя и романа. – Какое? – Варвара удивленно уставилась на мужчину, да, в первый момент знакомства Тимофей ей понравился, так же как и Алексей, но все же она понимала, что те же «грабли» ей не нужны. – Тот красавчик, на которого ты вылила морс. – Что с ним? – Я тут столкнулся с ним случайно. – Да? – И он спрашивал о тебе. – Не может быть. – Я сам удивился. Но он спросил, кто ты такая. – А ты что ответил? – Варвара забралась на высокий барный стул и сделала глоток коктейля. – Что ты неприступная девушка с принципами. – Да? Да, да, я такая. – Варвара была довольна определением себя. – Но ты ведь понимаешь, Варвара из Житомира, что мужик – народ нерешительный, редко когда идет напролом. Думаю, тебе нужно проявить инициативу. – Я же неприступная? – Ты неприступная до определенного момента. – Да? Это как? – Варя, открыв рот, слушала коллегу и была уже готова пойти в атаку, понимая, что такой мужчина, как тот, что встретился ей на дорожке, как говорится, на дороге не валяется. – Я для тебя его подготовлю, а твоя задача будет лишь взять этот сладенький пирожок. Ну что, как идея? – Заманчиво. – Я надеюсь на тебя, Варя из Житомира.