Глава 35

- Эйлинор, - голос Магнуса прозвучал неожиданно и сонно.

Кажется, и сам мужчина позвал меня не совсем обдуманно - так взбудораженно подскочил с постели, что чуть о в одеялах не запутался.

Взлохмаченные волосы, на лице алые борозды от подушки, распахнутая рубаха, что рискует соскользнуть с плеча. Легкий свет из окна скользнул по его обнажённой коже, вырисовывая рельефы ключиц и торса. Он мог бы показаться милым, мог бы покорить сердце любой девушки одним лишь видом...

А потом растоптать и не заметить. Как жаль, что именно такой участи удостоилась я. Заслужит ли лучшего другая после нашего развода? Или он просто не способен на святое чувство?

- Да? – не спешила убирать пальцы с дверной ручки. Нехотя повернула голову в его сторону, давая понять: я вся во внимании, но у тебя есть лишь пара секунд.

- Насчет вчерашнего..., - странно переступил с ноги на ногу, словно… чувствовал себя неуверенно?

Глупости! Только не этот бесчувственный человек.

И все же я не торопила Советника. Быть может, я пропустила что-то после отбытия и эта информация стоит моего внимания.

Отстраненно следила за тем, как он машинально заносит руку - мускулы которой чуть просвечивались и перекатывались под лучами утреннего солнца - за голову. Напряженно потер шею. Так странно, сейчас он в самом деле выглядел потерянным. Он никогда не демонстрировал своего беспокойства, а теперь...

Мысли никак не желали желали собираться. Особенно, когда вырез на груди коварно распахнулся, обнажая нижнюю часть торса и едва заметную дорожку светлых волос.Дьявольские одежды!

Какое счастье было бы быть любимой супругой такого человека. Невозможно пресытиться столь прекрасным зрелищем. Отчего же Вьюга наделила красотой порочного и недостойного человека?

Нам - дочерям великих родов, лучшим невестам на выданье - пророчили пророчили блистательных женихов! И никто не предупредил, что красота может стать пороком или даже проклятьем.

И вот я здесь - обреченная наблюдать за притягивающим, но всегда недоступным? Своим, но никогда близким? Супругом на бумаге и перед Вьюгой, но никогда в сердце и душе?

Несправедливо.

- Я не хотел, чтобы всё так вышло, - наконец разрушил тишину никому ненужными... нет, это были даже не извинения. Просто пустые слова.

- Ясно, - пожала плечами и почти покинула комнату, когда он снова меня окликнул.

- Как я могу загладить свою вину?

- Мне не в чем тебя винить, - ты всего лишь достаточно четко дал понять, что как ко мне относишься.

- Эйлинор, прошу...

- Не опускайся до такого унижения, - сказала сдержанно, но в голосе дрогнула нота драмы. Не из злости - из усталости.

И все же мне не следовало опускаться до его театральности, потому я поспешила покинуть спальню.

Нужно отвлечься и наконец навестить отчий дом!

После возвращения я не смела к родителям еще больше ненужного внимания. Но теперь, после номинального искупления, я не стану отказывать себе в поддержке. Надеюсь, они подскажут, как лучше действовать.

И как перестать чувствовать...

- Не понимаю, к чему такая спешка, - тихо проговорил супруг, стоило оленям тронуться.

- Я не виделась с родителями с того самого вечера, когда ты напал на их поместье, - проговорила спокойно, но пальцы, что безостановочно перебирали мех накидки, выдавали волнение с головой. – Понятное дело, я не собираюсь ждать ни минутой дольше.

Наказание исполнено, прощение получено. Формально мое имя очищено, но, разумеется, в глазах знати я еще десятилетиями буду оставаться непорядочной леди, с которой лучше не водиться. Так долго ждать я не могла. Да и в ближайшее время планировала натворить достаточно, чтобы вылазка за стену показалась дворянам лишь невинной шалостью.

- Я их не тронул, - оскорбленно сощурился и перехватил мою ладонь.

Взвилась, отталкивая его руку, но все же нервничать прекратила. Теперь я негодовала!

- Как тебе вообще хватило наглости напасть на дом отца? Ближайшего родственника царя!

- Ты прекрасно знаешь, что меня это волновало в последнюю очередь.

Чуть закатила глаза.Волновало!

- Лучше бы мы обсудили причину твоего побега, вместо бессмысленного ужина с твоим родителями.

- Как вовремя, - пробормотала я сквозь зубы, едва дворецкий отворил дверь. И, не дождавшись подставленной руки, выпорхнула из кареты. Совершенно бестактно, судя по округлившимся глазам бедняги, но свидетелей в пустом дворе более не наблюдалось.

Разговаривать Советник соизволит! Как и на корсеты чужие засматриваться, а мне теперь - будь так добра - признаваться, что стала свидетельницей его грехопадения. Признаваться в том, как сильно это по мне ударило. Коварный! Какой же нечуткий мужчина.

Судя по стремительным шагам за спиной, Магнус собирался довести разговор до конца, потому я поспешила к горничной, что встречала нас на входе:

- Руди, как поживает твоя сестра? Лекарства избавили ее от хвори?

- Вашими молитвами, Ваша Холодность, она жива и здорова, - чуть улыбнулся, косясь на моего сопровождающего. Но к дверям уже подоспел папа, потому более не стала смущать служанку и бросилась в отцовские объятья.

Но появилось в них что-то новое... отчаянное. Слегка отстранилась, заглядывая в родные глаза. Во взгляде его было столько холода, что я невольно поежилась. Но знала, что не на меня направленно его ледяное и напускное спокойствие. Его руки сжались на моих плечах - крепко, словно защищая.

И я на мгновенье почувствовала себя дома, пока родной и всегда нежный голос не разрушил иллюзию:

- Держись мужа, Эйлинор, - прошептала с непонятным мне довольством маменька, что выплыла из-за плеча папы.

- Мама? - повернулась к ней удивленная. Неужели папа ей ничего не рассказал?

- Теперь ты замужняя женщина. Не смей очернять имя супруга поболее того, что уже успела натворить, - излишне строго произнесла. Сжатые губы, лицо - гладкое, чужое и лишённое привычной материнской мягкости.

- Мама, мне нужно с тобой поговорить, - понизила тон, отмечая краем глаза приблизившегося Магнуса, - наедине.

- Какое счастье видеть вас вместе, - радостно пролепетала и засияла, напрочь игнорируя мою просьбу.– Как прошла дорога?

- Скоро, - коротко бросил Советник, одновременно с тем меряясь с папенькой оценивающими взглядами.

Воздух в фойе стал густым. Почти вязким. Папа смотрел на зятя, как хищник на незваного гостя у своей норы. И, казалось, намерено провоцировал:

- Я думал, после нападения на мой дом тебе хватит такта не появляться здесь столетиями.

- Не люблю затяжных расставаний, - сдержанно отозвался тот, намеренно обхватывая меня за талию. Что он творит?

- Как удобно, - в голосе отца зазвенела сталь. Секунда, и они бы схватились за оружия, что скрывались под одеждой, но матушка успела вмешаться:

- Гарольд, дорогой, не пора ли пригласить гостей в дом? Так и нос отморозить можно.

- Верно, дорогая, - натянуто кивнул он и первым направился в трапезную.

- Как Ваши дела в совете, князь? - мама искусственно-сладко посмотрела на Магнуса, будто он был долгожданным гостем, а не причиной побега её дочери.

- Стабильно, - я пропускала мимо ушей сухость, с которой супруг отвечал. Меня волновали совершенно другие вещи и я никак не могла придумать, когда лучше завести о них разговор. Потому, когда наступила продолжительная пауза, глубоко вдохнула и пошла в атаку:

- Мне бы хотелось вернуться в свет. Ты могла бы мне помочь?

Резкий скрежет пронзил комнату. Даже руки супруга неловко зависли в воздухе над тарелкой от столь болезненного звука.

- Тебе не следует занимать голову такими глупостями, - отчеканила мать, ни на секунду не колеблясь, и наконец отложила нож в сторону.

- Прости?

- Думаю, твой муж согласится: тебе следует сосредоточиться на том, чтобы поскорее забеременеть и уйти на ближайшие несколько лет от светской жизни, - зря Магнус осмелился в эту секунду глотнуть. Он с трудом сумел подавить кашель и поспешил отложить приборы.

- Ты предлагаешь мне молча плодиться?

- Эйлинор! – с грохотом опустила ладонь на стол.

- Мама! - вторила ей. - Сезон только начался и мне нужны связи…

- Твой супруг скажет, чем тебе лучше заниматься, - выжидательно воззрилась на Магнуса, что со стоическим равнодушием промокнул губы и только затем спокойно заверил:

- У моей жены есть голова на плечах. Если она желает войти в высшее общество, то пусть будет так.

- Безумцы! – всплеснула руками и выскочила из комнаты.

- Матушка всего лишь волнуется, дорогая, - спустя несколько неловких минут резюмировал папа, неуверенно поднимаясь из-за стола. – И желает тебе самого лучшего.

- Но мне не нужно ее волнение, мне нужна помощь.

- Сожалею, но думаю, в этот раз тебе придется действовать самой.

- Но могу ли я?

- Ты сбежала за стену и прожила там несколько дней, - поднял на меня глаза, в которых плескалось нечто похожее на гордость. – Неужели несколько снобов и сплетниц окажутся тебе не по силам?

- Я так не думаю, - неожиданно поддержал муж и поднялся следом. – Благодарю Вас за вечер. Кажется, нам пора откланяться.

- Я Вас провожу, - сухо согласился отец. Он не смотрел на Магнуса, но явно сдерживался в моем присутствии. Слишком много забот выпало на мою долю. Не хватало еще драки посреди бела дня.