Глава 9 · Сомнительные связи

Ревность, месть, деньги. Я повторила про себя. Так ответил Эспозито на мой вопрос

— За что же убивают в этом волшебном краю?

— Ревность, месть и деньги, — не задумываясь, проговорил мой бывший комэск. Завязывал галстук у зеркала, надевал белый деловой костюм. Готовился наносить визиты разной направленности.

— Мне нравится, птенчик Лео, твой наряд, — мужчина одобрительно кивнул мне в зеркале. Даже подмигнул. — Выглядит совершенно имперски, дорого и в духе времени. Унисекс.

Я почесала кончик носа. Неужели, я в самом деле, так безоговорочно похожу на парня? Пышного бюста мне пожалела Всеблагая, но попа-то у меня есть!

— В брюках-галифе это значения не играет, — настроение у Эспозито явно улучшалось с каждой минутой. Он прицепил мне на галстук золотую булавку с мухой в янтаре. Клубная визитка для верховой езды, белая рубашка, штаны и сапоги, которыми так щедро меня снабдил хозяин дома, нашлись в его собственном гардеробе.

— Смотри, как к месту пришелся шелковый жилет в полоску! А я-то все понять не мог: нафига он нужен? И запонки пригодились.

Эспозито довольно улыбнулся. Бодрой скороговоркой надавал мне цэу насчет поведения на рынке и почти ушел. В дверях вдруг обернулся, замерев шикарной фигурой джентльмена в белом:

— Все забываю тебя спросить, малыш. Что там с Кей-Мерером? Вы еще вместе или разбежались, наконец?

Я не ожидала вопроса. Вот от слова «совсем». Во-первых, была уверена, что осведомленный выше крыши советник знает и тут все тайны и яви. А во-вторых, никогда бы не подумала, что красивому брюнету это интересно. И третье. Соврать или признаться честно? Я мигнула и промямлила:

— Все норм.

Эспозито постоял минуту, ожидая продолжения, не дождался. Кивнул, напялил шляпу и исчез. Вот так-то.

Если бы здесь возможно было двигаться по прямой, то я добралась бы до площади Регистан минут за тридцать-сорок. Но пришлось петлять, сворачивать не туда и кружить в узких здешних переходах между домами вдвое дольше. Я разглядывала местную жизнь и никуда не спешила. Интересно! Безумно жаль, что нет Ванечки рядом, уж он-то наверняка наградил бы нас с Эспо крепким словцом за мой конный наряд. Ведь лошади боятся меня, и я их не жалую в ответ.

Несмотря на откровенную архаику здешней архитектуры и привычек, население Бохоро охотно пользовалось ультрасовременными достижениями человеческого мира. Вопило, не стесняясь, в коммуникаторы, пялилось прямо на ходу в гаджеты. Здесь мало кто, наподобие меня, поднимал подошвой уличную желтую пыль и топал своим ходом. Все, от мальчишек до старушек, передвигались на всех видах скутеров, от привычных мотиков-квадриков и до легких выпендрежных электровеников и внедорожных тяжелых метл-коптеров, венчали все похожие на блины полотеров новомодные и дорогущие воздушные диски. Весьма пожилая матрона, рассекая воздух в локте над древней мостовой и свистя цветными юбками, подрезала меня перед входом на Центральный рынок и даже не оглянулась. Я инстинктивно отпрянула и чуть не загремела под кожух вентилятора грузовой повозки. Возница погрозил мне кулаком. Мдя. Надо приглядывать за собой в оба, чтобы вернуться к Эспо невредимой. Я загрузила себя в пешеходный квест здешних торговых рядов.

Золотой, серебряный, кожевенный, обувной, тюбетеечно-калпачный, холодно-оружейный, снова золотой, снова серебряный, горяче-оружейный… я искала швейно-шараварный. Шум и запах кругом стояли потрясающие. Меня всюду окликали, как только не называли, но хватать за руки все же не рисковали. Пару раз я почуяла чужие пальцы в боковых карманах просторных штанов. Попыталась было схватить, да где там. Несколько раз меня оглядывали с тяжелым вниманием бородачи, торгующие украшениями и кинжальными инструментами. «Ты женщина или мужчина, имперский? Пощупать бы тебя за зад», — читала я без перевода в их хитрых глазках. «Я человек», — я ухмылялась про себя и не отводила взгляда первой.

Задний правый карман галифе оттопыривал наган. Подарок улыбчивый Эспозито.

— Ничего не выйдет, на глазок размер не угадаешь, — уверенно сказала полная женщина со смуглым лицом, отбеленными на желто волосами и серьезной кормой в голубых джинсах, — придется примерить.

Я повертела кофточку и так, и эдак. Миленькая вещица. Не знаю, как бы ее оценила мифическая Ванина принцесса, а мне она определенно добавила бы восточного колорита. Я ухмыльнулась: вот прикольно было бы в ней…Да, примерить было бы правильно, но вещь откровенно женская, а я… Я поглядела на продавщицу магазинчика. Та энергично закивала. Очевидно, что ей наплевать, кто я на данный момент жизни. Главное здесь — продать. Я согласилась. Желтая блондинка тут же увела меня за прилавок.

Хлипкая кабинка-ширма. Одна из стенок зеркальная. Яркий солнечный луч, прокравшийся сквозь голубой потолок Большого базара, осветил мою фигуру в подробностях, никакого электричества не надо. Отчетливо слышны споры-разговоры торговцев со всех сторон, шарканье ног и шелест одежды. Я расстегнула пуговицы жилета, потом рубашки, сняла все разом и набросила на угол створки. На зеркало упала тень. А я обнаружила, что вижу людей сквозь зеркальное полотно.

Трое мужчин сидели на стульях в тени и пялились на меня с баааальшим интересом. Я остолбенела от причуд местной простоты. Неназываемый! Вот это они здесь развлекаются! Дармовой стриптиз, или блондинка билеты продает? Находчивые ребята, ничего не скажешь. Бородатые рожи в тюбетейках и кулохах, как мне казалось, застыли в ожидании дальнейших моих разоблачений. Зря ждут! Ни лифчиком в кружевах, ни тем, что туда кладут, я порадовать не могу. Один мужик что-то сказал, двое других заржали. Меня обсуждают? Неприятный тип прижал к своей груди два кукиша. Остальные закатились от радости. Вот гады! Весело им! Я обиделась. Ладно, сейчас вы у меня развлечетесь по полной! Я сделала шаг из зоны видимости. Всунула дуло нагана в щель между полотнами как бы примерочной, даже прицеливаться толком не стала. Попаду в лоб, туда им и дорога! И тремя выстрелами сбила колпаки с бритых голов ню-любителей. Мужики застыли в нелепых позах, смешных и разных. Никак не могли сообразить откуда огонь. Мне здорово хотелось заставить их прыгать и орать, но целиться вниз сквозь узкую щель стало неудобно. Я вытащила револьвер и выстрелила прямо сквозь гадкое стекло. Оно звонко осыпалось на цветную плитку торговой галереи. До моих приятелей дошло наконец. Они приятно громко заорали, гортанно и зло, затыкали пальцами и явно возмечтали меня поймать. Я с наслаждением выпустила пару пуль им под ноги. Запрыгали! Тот вуайерист, что кривлялся, выкрикнул несколько раз слово, что я не поняла. Остальные спрятались за угол. Я вспомнила, что до сих пор маячу на всю торговлю голая по пояс.

— Кто высунется, накормлю свинцом! — счастливо проорала я, натягивая на себя рубаху и жилетку разом, попала сходу в рукава, как ни удивительно. Вспомнила побратима: — всех убью, один останусь!

Конечно я не собиралась громоздить здесь трупы в базарный день. Хотела слегонца проучить беспредельный бизнес, не больше. Но мой револьвер ненавязчиво перевел событие в убийственную плоскость. В опасной близости от правого уха вжикнуло. Знакомо и огнестрельно.

— Стража!!! — ударило по нервам женским визгом. Близко.

Желтоволосая торговка кричала из глубины магазинчика. Выходить вперед не торопилась, и тут ее можно было понять. — Стража!!! Убивают!

— Вжик-вжик, — просвистело еще пару раз над головой. Вслед до моего обостренного слуха донеслись железные щелчки еще как минимум двух предохранителей.

А они тут не дураки пострелять. И звуков громких не уважают, имеют глушители и тихие гаусс-ганы. Развлекаются оборотными зеркалами в примерочных и нормально приглядывают за собой. Я, не задумываясь, послала ответку: шмальнула пару раз в центр под тремя пустыми стульями. Порадовалась воплям.

— Семь! Шабаш!

Я начала узнавать голос заводилы с фигами. И понимать.

Неназываемый! Ведь правда семь! Я спустила курок, направив дуло нагана в сторону. Пусто. Потом сунула глупо руку в глубокий карман галифе. Нет! патронов нет. Эспо, имперский советник чертов, сказал. Что для обороны довольно тех, что в барабане и надо соблюдать главное правило: не ввязываться ни в какие дурные авантюры. А кто ввязывается? Да я не собиралась ни на кого нападать! Упала на четвереньки и очень-очень быстро направилась вглубь лавки. Сзади воцарилась растерянная тишина. Да это ненадолго.

Толстуха с желтыми волосами крайне предусмотрительно спряталась. Я не смогла обнаружить ее, пока выползала из лавки на простор галереи. Кстати, прихватила спорную кофточку с собой. Зря, что ли, весь сыр-бор разгорелся!

Переполох в соседних рядах еще не успел добраться до здешней степенной торговли. Но я чуяла шум, мат и лязг металла. Сзади, спереди, по бокам. Меня очевидно готовились взять в кольцо. Стража обрастала добровольцами чем дальше, тем верней. Мнилось, что я различаю голоса своих самых первых и потому самых рьяных поклонников.

Неназываемый, сила твоя! Почему именно этот строй магазинчиков и бутиков заканчивается тупиком? Я шагала вперед очень быстро, пакеты с покупками держала в руках независимо-равнодушно. Типа, у меня дело срочное за стенами Большого базара вдруг образовалось. Надо уносить ноги поскорее. Торговый люд справа и слева помалкивал, провожая блестящими глазками внимательно и как бы даже сочувствующе.

Неназываемый! В тысячный раз я обратилась к старинному приятелю и богу, машинально посмотрела вверх. Синий знак над головой, белое кольцо с пустой серединой, предупреждал — тупик впереди.

Я завела глаза к бирюзовой блестящей мозаике внутри громадного потолка-купола. Неназываемый! Неужели конец? Сейчас меня поймают и что сотворят, неизвестно. Уйти Переходом? Здесь нет дверей, а если есть, то как они примут? Моя героическая табакерка, способная на удивительные чудеса, осталась в ящике орехового бюро бесконечно далеко от сюда. Почему? Я закусила губу, поглядела на дурацкие сумки в руках. Нормальный мужик о них даже не вспомнил бы. Но я потратила полдня своей единственной жизни, выбирая покупки и подарки, что ж теперь выбросить? И.

Угол глаза зацепил странное и неправильное. В непроходимом тупике моих базарных приключений, в метре над мозаикой пола висел здоровенный ховербайк. Я затаила дыхание. Вот это цаца!

Над моторным отсеком аппарата слабо подрагивал теплый воздух. Работает! В седле никого. Я втянула воздух в ноздри. Потянуло грубо ментолом, и мелкие иголочки впились в переносицу. Турбоэфир! Вот это я уважаю! Неназываемый! Приглядываешь ты за хомо верус, спасибо!

Сзади уже вопило, гремело и неслось.

— Хватай мешки, вокзал отходит, — скомандовала я самой себе. И зашвырнув, не глядя, свои мешки куда-то в недра аппарата, подтянулась на руках и впрыгнула в седло.

Разумеется, я не отказала себе в удовольствии сделать круг под куполом Большого базара. Ховербайк двигался беззвучно и странно, и кошачье мягко в отличие от нормального мотоцикла. Чувствовалось, что лошадиных сил стучит у него под крышкой корпуса немеряно. А также не видано и не слыхано. Я сжала ручки газа и тормоза одновременно. Хотела издать настоящий рык, такой, чтобы плитка посыпалась с потолка от ужаса. Неназываемый! Байк молча встал, как пень, а меня выбросило вперед, вырывая руль из рук. Но чудо аппарат успел поднырнуть мне под зад, поймал вполне себе осмысленно. Потом застыл на пару секунд, словно ждал, когда я усядусь на подушку седла удобнее и поплыл в своем собственном направлении.

Напрасно я поворачивала руль и жала на педали. Ноль. Дерганье джойстика тоже ни к чему не привело. Машина шла своим курсом в пятнадцати метрах от земли на средней городской скорости.

Я с интересом перестала давить на управление вовсе. Приподнялась в седле. Байк вильнул влево и пошел над каменными крышами. Он словно ухмылялся, мол, хочешь спрыгнуть? Валяй, сломай ноги о черепицу или трубы, я тебя не держу.

— Из огня да в полымя, — пробормотала я. Не отрывала глаз от пейзажа под ногами. Надежда — глупое чувство, я знаю, но вдруг!

Желтые крыши сменялись красными, плоские — скатными, между ними мелькали островки зелени или полосатые домотканые навесы. Но слишком быстро. Я не успевала сообразить. Время шло. Торопило. Если я рискую хоть что-то предпринять, то пора бы начинать действовать. Я почти решилась пожертвовать ступнями. Но. Неназываемый! Я не понимала в какой части Бохоро нахожусь. Если поломаюсь в хлам, то как найду мульк на Обходной улице? Поползу? Или придется…

Словно услышав мои душевные колыхания, ховербайк сделал резкий поворот под прямым углом. Я все-таки вылетела из седла. Задохнулась от мгновенного ужаса свободного полета. Р-раз! И волшебная машина отловила меня снова! Я опять сидела на месте водителя, сглатывая досаду пополам с уважением к талантам умного агрегата. Неслась по неизвестному маршруту, только теперь мои запястья надежно удерживали на руле пластиковые браслеты.

Я проорала матом свои чувства в темнеющие небеса и попыталась прикинуть, чем закончится моя поездка. Выходило не очень.