65

— Я буду очень сильно скучать, — прижимаюсь к подруге ближе. — Не думала, что в один день нам придётся вот так спонтанно прощаться…

— Мы не прощаемся, — тут уже Таня тихонько всхлипывает. — Ты навсегда останешься для меня самой лучшей подругой, Лизок!

— И ты для меня! — болезненный ком в горле мешает нормально говорить. — Я не знаю, что меня ждёт дальше, но обещай, что мы всегда будем общаться? Возможно, мне придётся бросить учёбу…

— Конечно! Считаешь, что так легко сможешь от меня избавиться? — сквозь слёзы обе прыскаем от смеха. — Кто же выдержит мой дурной характер? А кому мне рассказывать о грядущем сексе с Егором?

— Ой, обязательно позвони мне! Можешь прям во время процесса! — тут уже принимаемся громко хохотать, душа друг друга в невыносимых объятиях.

— А если сделаете меня крёстной для своего карапуза, то уж точно на всю жизнь будем связаны! — Танька улыбается, обливаясь горячими слезами.

— Точно! Это ты отлично придумала, — вытирая текущие сопли из носа, решаю, что это восхитительная идея. — Было бы круто, если в будущем мы ещё и жили где-нибудь рядышком.

— Ага! Я буду забегать к вам с винишком и спаивать свою лучшую подружку — молодую мамочку.

— Может, и у вас с Егором к тому времени всё интересненько сложится! — от этого представления на душе становится совсем тепло.

Мы обе понимаем, что фантазии заходят куда-то далеко. Ни одна из нас не уверена в завтрашнем дне, но этот разговор облегчает груз на душе и отвлекает от висящей над головой угрозы.

— О, тогда мы и на отдых сможем вместе летать в отпуск, — воодушевлённо предлагает Соколова. — Но это уже, наверное, когда ты родишь.

— То-о-очно! Мечтаю поплавать в океане, а ты? — поддерживаю, активно кивнув головой.

— И я! Блин, нас ждёт лучшая жизнь, крошечка моя! Ты, главное, не сдавайся, борись за себя и своё счастье! — Танька оставляет смачный поцелуй на моей щеке.

— Буду! А ты Егора не упусти, он отличный парень, — в порыве, закидываю ногу подруге на бедро.

— Я это уже поняла, зубами в него вцеплюсь и не отпущу, — соседка демонстрирует свои идеально белые тридцать два зуба, имитируя сказанное.

Циферблат мобильника подсказывает, что после звонка Руслана прошло добрых полтора часа, но от него нет ни звонка, ни сообщения. Странная тревожность охватывает с ног до головы. Вдруг передумал? Вдруг решил, что ему ни к чему все эти взрослые проблемы? А вдруг с ним что-то случилось по дороге?

Живот стягивает болезненным спазмом. Приложив ладонь, прикрываю веки, усмиряя разбушевавшуюся фантазию.

— Лизка, ты чего? — бедная Таня, в который раз я заставляю её волноваться.

— У меня плохое предчувствие, Тань… — к боли в животе присоединяется покалывание в области сердца.

— Ты сильно устала, перенервничала. Уверена, Руслан уже скоро приедет, — ласково, почти уговаривает подруга.

Нашу болтовню прерывает громкий стук. Не успеваем среагировать и подняться с постели, ибо входная дверь начинает сотрясаться от ударов нетерпеливого гостя.

Руслан

Неожиданная новость о беременности Кудрявой пульсирует в висках, вынуждая выжимать педаль газа до упора.

Блядь. Рановато как-то пополнение нарисовалось. Даже хер с ним с возрастом, его уже в счёт не беру. Не в нашем положении щас потомство на свет производить.

В моменте, когда Лиза мою мобилу обрывала, как раз забирал для неё поддельные документы. Но, походу, поездка в Америку откладывается в дальний ящик. Куда я её, беременную, одну отправлю?

Хоть и под крышей Князевых, по факту Лиза окажется одна в чужой стране. Без меня. Нет, такой вариант не канает.

Это пиздец какой стресс для Кудрявой будет. А ей теперь, волноваться вообще нельзя. Плюс перелёт долгий. Как перенесёт? Она ж не летала вообще никогда и никуда.

План с побегом из страны в одиночку отпадает. Нужен новый и понадёжнее, такой, чтобы Лиза постоянно была в поле моего зрения. Она носит нашего ребёнка, и я обязан обеспечить ей безопасность без нервяков и бесконечных переживаний. По-хорошему и в больницу нужно отвезти. Не знаю, что там женщины обычно в таких ситуациях делают?

И как бы херово ни было, придётся рассказать Игнату Князеву, что его сынок долбан, который пошёл против семьи и банды, нарушив мужское слово.

Домой загород еду весь на измене. Пришлось предварительно набрать Валере, правой руке отца, и уточнить, на какой территории Босс. Врать не буду: очко жмёт от предстоящего разговора не по-детски.

Бля-я-я-дь, мне определённо пизда.

В целом, я готов быть отпидорасен и оказаться выставленным за дверь со словами о том, что батя отказывается от никчёмного наследничка. Именно это мне и нужно. Я подставляю его, можно сказать, вынуждаю открыть войну со Шведовыми. Поэтому лучший из вариантов — тот, где отец выбирает безопасность своих людей, банду и власть, а не сына, не готового нести ответственность за данные обещания. Того, кто выбрал любимую женщину, а не криминальное будущее.