Глава 7. Полукровка, ученик полукровки

Император не стал задерживаться в покоях фрейлин и последовал в приемный зал принцессы. Здесь он порывисто оглянулся и, убедившись, что два чужака последовали за ним, резким взмахом руки запечатал дверь ледяной коркой.

– Рассказывайте, фьеры, – приказал он и сел в кресло. Безупречный лоб рассекла складка. – По порядку, подробно. Как и когда заметили покушение, как сорвали печать льда, ваши предположения о напавшем. Вы оба маги, какие-то следы не могли не заметить. Особенно… – его тяжелый взгляд упал на Яррена. – Особенно, ты, младший лорд Ирдари. Твой учитель наверняка познакомил тебя с нашей магией. И сядьте оба, дозволяю.

Наедине владыка Севера разительно изменился. Не было больше высокомерного деспота, давящего одним своим присутствием. Был умный государь, желающий вдумчиво разобраться с проблемой и найти преступника.

Впрочем, для Яррена первым подозреваемым и был сам император. Кто, как не Алэр только что презрел всякий этикет и нагло, не стесняясь, облапал невинных девиц на глазах у их телохранителей? Впрочем, в этой холодной бесцеремонности было что-то от цинизма лекарей, которым и в голову не придет расшаркиваться перед пациентами за их неприятные ощущения. Надо было Алэру убедиться, что безнравственный гардарунтский король не подсунул порченый товар, и северянин без лишней скромности убедился. Попытался. До самой невесты, укрытой магической шубой, он еще не добрался.

«Интересно, – размышлял Яррен, делавший вид, что задумался, как лучше выполнить приказ, – если невеста окажется не девицей, Ледышка казнит бедняжку на месте за обман? И начнет войну с Гардарунтом и Белогорьем за оскорбление? Или поступится принципами и все-таки женится? Слишком нужно ему зачем-то огненное благословение ребенка. Потому и явился сюда, потому и проверил девчонок прежде своих магов, чтобы, если что, тихо замять и придумать, как обойти ритуальную проверку перед алтарем. Что ж, плюс одно очко императору за предусмотрительность и минус одно за подозрительность. А с покушением разберемся».

– Вы так замерзли, фьер, что и мозги заледенели? – не выдержал сосредоточенной паузы владыка Севера.

– Простите мою медлительность, ваше императорское величество, мы еще не адаптировались к резкой смене климата, – к удивлению Кандара, Яррен не отреагировал на издевку, наоборот, признал за правду, обеспечив дальнейшие насмешки. – Я как раз сменил товарища на посту, когда все произошло…

Яррен тщательно взвешивал каждое слово, чтобы не раскрыть лишнего. Он уже оценил формулировку: непроизвольно император начал с главного вопроса, который его волновал: как замечено покушение.

Тут надо учесть особенность планировки апартаментов. Круглый этаж был поделен на четыре сегмента. Один сегмент занимала винтовая лестница с площадкой. Горцы контролировали саму лестницу, вход в приемную принцессы и пустую стену без дверей, за которой располагалась спальня принцессы.

С точки зрения ласха телохранители не могли знать, что происходит за тройными дверями, отделявшими покои принцессы от их поста, через стену горцы тоже не могли видеть, она была сплошь покрыта защитными заклинаниями северян. Да и применение инородной магии ласхи сразу бы учуяли.

Так как Яррен разглядел нападение и успел прийти на помощь? Вот что интересовало императора, привыкшего рассматривать вейриэнов как врагов и не раз нападавшего на северные пределы Белогорья.

Доставлять белоголовому такую радость как открытая военная тайна, полукровка не собирался. Тут можно сыграть на том, что вряд ли владыку Севера интересовали телохранители его невесты как личности. Что он знал о Яррене? То, что он – младший лорд, горный маг, сын водного мага. Но полукровка никогда не демонстрировал прилюдно свое мастерство в водной магии. Откуда ему ее знать, если он с семи лет рос в доме матери, горной леди?

Из этого и будем исходить, – решил полукровка.

– Вы правы, ваше императорское величество, мой учитель рассказывал мне о магии ласхов и даже показывал кое-что. Но духи Белогорья не приветствуют чужую магию на своей территории, потому много он показать не мог, и я знаком только в теории.

– Ближе к делу, фьер, – оборвал Ледышка. Взгляд его метнулся к двери, ведущей в покои фрейлин. Нетрудно догадаться, что императору хотелось завершить допрос до того, как явится его невеста.

Яррен, внезапно ставший образчиком невозмутимости и терпения, благочинно кивнул:

– Как вам будет угодно. Итак, прошло где-то с час после того, как я сменил товарища на посту. Все было спокойно, ни единого магического всплеска, который я мог бы обнаружить, ни сквознячка, ни искры, кроме ровного света холодного магического факела. Так тихо было, что меня потянуло в сон. Это и насторожило. Мы – маги, и способны продержаться без сна, не теряя ясности рассудка, довольно продолжительное время.

– А не могла ли повлиять на способность близость Темной страны? – заинтересовался снеговолосый владыка Севера. – В землях, приграничных к темным, случается внезапное сонное оцепенение.

– Скорее, повлияло падение температуры воздуха, – криво усмехнулся Яррен. – Плавное и неестественное, так как холодный воздух словно обтекал мое тело, и я чувствовал себя как бы завернутым в одеяло. Дивная забота. Не скрою, я сначала подумал, что это его высочество Игинир позаботился, чтобы стража императорской невесты не замерзла при вашем приближении.

Император вопросительно вздернул бровь, и Яррен пояснил:

– Примета у людей такая: если похолодало, значит, зима близко. То есть, владыка Севера.

– И теперь ты считаешь, что это я тайно проник в спальню своей невесты? – мгновенно сообразил император.

– Была такая мысль, – не стал отпираться горец. – Но я ее отверг.

– Интересно, почему?

– После того, как вы добивались столько лет брачного договора с дочерью огненного короля, вы не могли тут же, едва она ступила на вашу землю, нанести вред ее жизни и здоровью. Это было бы неразумно. Может быть, холод не убил бы ее. Думаю, смерть принцессы при наличии еще пятерых дочерей Роберта злоумышленнику невыгодна. Но после глубоких обморожений и долгого лечения леди Виолетта не смогла бы иметь детей, и не получила бы огненного благословения. Скорее всего, цель была именно такой.

Яррен, знавший от учителя Рагара, в какое змеиное гнездо везет Виолетту, не стал говорить, что ожидал подобного коварства от ледяной семейки и не случайно заставил принцессу принять его дар – шубу с магической защитой. Умолчал он и о том, что обледеневший мех не только стал щитом девушке, но и просигналил ему о нападении.

Император глубоко задумался, его застывшие в неподвижности черты напоминали вырезанную из льда скульптуру. Лишь спустя долгую минуту он поднял на Яррена жуткие, побелевшие глаза и спросил:

– Кто слышал ваш разговор с кронпринцем?

– Наша беседа была наедине. Но его я тоже вычеркнул из подозреваемых.

– Почему? Ему выгодна болезнь и смерть моей невесты. Кто, как не Игинир потеряет все, если я получу наследника с огненным благословением!

– Потому что умом он пошел в отца, – польстил полуинсей. – Он слишком умен, чтобы не понимать: ваши подозрения и ваш гнев в первую очередь падут на него. Нет, затей он такую интригу, то действовал бы не так топорно и не рискнул бы напасть на леди Виолетту за несколько минут до вашего появления. Его очень хотели подставить, ваше импера…

– Хватит. Еще одно такое обращение, и я отморожу тебе язык, горец. Ты не можешь не знать, как принято обращаться к владыке Севера.

– Ваше владычество? – невинно моргнули наглые инсейские глаза.

– Что, язык не поворачивается сказать «мой император»? – сощурился Алэр.

– Это будет неправомерно. Вы не мой сюзерен, чтобы я мог так к вам обратиться.

– А хотел бы, чтобы я стал твоим сюзереном? – снежноволосый даже наклонился вперед, пристально вглядываясь в лицо полукровки.

– Мои желания не имеют тут веса. Мой сюзерен – король Гардарунта, а я не наемный солдат, чтобы искать, кому служить выгоднее.

Император откинулся на спинку стула, и его совершенное лицо, только что светившееся искренним интересом, снова поблекло и заледенело, словно внутри него погасло на миг вспыхнувшее солнце.

– Тогда кто, по-твоему, мог напасть на леди? – вернулся он к теме допроса.

– У меня нет предположений. Ясно одно: это был ласх или ласхиня высшего магического уровня. И это было лицо, имеющее доступ к охранным системам дома.

– За охрану дома и всего поселка отвечает мой средний сын.

– Вот именно. Он должен был вторым попасть под удар вашего гнева.

– Что ты нашел в углу за креслом?

– След. – Яррен вынул из кармана сложенный в несколько раз лист бумаги. Развернул и протянул собеседнику на импровизированном подносе крохотную блестку. – Похоже, это бисер с женской одежды.

Император, не притрагиваясь, осмотрел находку, недоуменно приподнял бровь.

– Каким образом эта пылинка может стать следом? Если ее не подбросили, то, скорее всего, оторвалась с одежды служанки.

– Она лежала в круге ледового портального перехода. Почти растаявшего, но еще можно понять, что там было. Это первое. Второе, – служанки не носят одежды, украшенные алмазной вышивкой. Кроме того, мы осматривали покои перед тем, как поместить сюда принцессу и фрейлин, этого камушка не было. Думаю, магам нетрудно будет установить, чье платье раньше украшал этот алмаз. На нем еще читается магический отпечаток хозяйки. Удивительная небрежность при такой продуманной атаке.

Яснее намекнуть, что алмазик тоже подброшен, было нельзя. Яррен завернул бисеринку, положил сверток на стол и подвинул к императору. Тот, поджав губы, принял дар и убрал в карман. Побарабанил по столешнице длинным пальцами с ногтями, украшенными искрящимся узорным инеем.

– Твои наблюдения должны остаться при тебе, фьер Ирдари.

– Они останутся при мне, пока моя подопечная будет в безопасности.

– Торгуешься? – изумился Алэр. – Впервые вижу торговые замашки у вейриэна.

– Я не вейриэн, только ученик. Бывший.

– Любопытно, какую интригу затеяли горцы, если отправили ко мне именно тебя. Но я рад, что ты оказался в свите моей невесты, – в холодном голосе владыки Севера не читалось ни искры радости. Скорее, обещание неприятностей. – Ты неплохо обучен. Но неужели тебя никто не предупредил, что твой учитель – мой сын, предавший отца и родину негодяй, который заслужил лишь мою ненависть и презрение, и потому проклят и вычеркнут из рода? Не рассчитывай здесь на теплую встречу, Яррен фьер Ирдари. И помни: имя твоего учителя здесь запрещено упоминать.

– Я помню, ваше величество.

– Ступай, – процедил снежноволосый.

Яррен поднялся и, отдав поклоном дань учтивости, молча удалился. Император проводил его непроницаемым взглядом.

* * *

Закрыв за собой дверь, полукровка широко улыбнулся и подмигнул ожидавшему его товарищу.

– Не вижу повода для радости, – проворчал Кандар. – Не успели доехать до дворца, а уже покушение.

– Зато весь гадюшник как на ладони.

– Не весь. У императора есть еще одна дочь.

– Она слишком мала, чтобы лезть во взрослые игры, – отмахнулся полукровка. – Основные игроки собрались тут.

– И куда они торопятся? – скривился Кандар. – Во дворце у них больше возможностей.

– Мы этого не знаем.

– Как ты думаешь, кто так обнаглел, что императорского гнева не боится? – шепотом спросил горец. Таким тихим, что Яррен, скорее, прочитал вопрос по губам. – Ты что-нибудь заметил в спальне? Мне показалось, там была применена пространственная магия, очень уж похоже на след, остающийся, когда кто-то пройдет тропой духов.

Полуинсей пожал плечами:

– Северяне не ходят тропами духов.

– А если полукровка какой-нибудь?

– Шутишь? Мы бы сразу узнали, что на тропе появился чужак. Духи такое не пропустят. Нет, тут что-то похожее на арки синтов.

– Не может быть! Их арки создавались в незапамятные времена, да и кому придет в голову соединять радугой какое-то подземелье маленького северного поселка и…

– И? – Яррен заинтересованно сощурился.

– Да откуда мне знать?

– Кандар, дружище, не нужно думать, что древние только нас одарили возможностью пространственных перемещений.

– Ну да, ты-то точно знаешь, тебя-то северянин обучал. И что говорил Ра…

– Тс-с… Никогда не произноси его имени, пока ты находишься в Северной империи. Особенно, когда император так близко, – и Яррен провел пальцем по поверхности двери, оставив след на легкой изморози, незаметной глазу и покрывавшей дверное полотно сверху донизу.

Кандар замолчал. И полукровка, наконец, смог поразмыслить, не отвлекаясь на ненужную болтовню.

Что бы сказал учитель, оценивая первое столкновение ученика с вероятным противником? Правильно ли Яррен выстроил разговор? Он выбрал тактику «Жало змеи». Подобно раздвоенному змеиному языку, у мастера игры за каждым действием – две цели, и одной из них он достигнет, какой бы ход ни сделал противник. Но для этого нужно хорошо знать противостоящие силы.

Яррен знал недостаточно хорошо. Когда имеешь дело с хитрым трехсотлетним магом, превосходящим тебя во всем, невозможно сказать, что хорошо знаешь противника, даже если твой учитель посвятил тебя во все тайны северян, которые знал сам. А ведь есть еще императорская семейка, и тут полная неизвестность. У Рагара и его ласхов были слишком устаревшие сведения, хотя, конечно, его шпионы не дремали, и доносы о северных делах Рагар получал регулярно. Но этого мало. Магу гораздо больше скажет личное соприкосновение с силой, хотя бы издалека.

Повезло в одном: это соприкосновение Яррен получил. За неполную ночь он увидел всех первых лиц империи и оценил.

Рамасху можно в расчет не брать, кронпринц любил Рагара, насколько способно любить снежное сердце ласхов. Его расположение распространилось и на учеников младшего брата. Да и то, как по-рыцарски Рамасха отнесся к юной Виолетте, ясно давало понять, что интриговать против будущей мачехи он не будет. Наоборот, возьмет под покровительство. Уж Яррен приложит к этому все усилия.

Средний принц тоже опасности для принцессы не представлял. Ниэнир – классический солдафон, прямой как таран. Способный на военную хитрость, но не на подлость. Не в его характере нападать на женщин исподтишка. И против отца и его женщины он не пойдет. Его тоже можно вычеркнуть.

Младший принц Даэр, на первый взгляд, унаследовал от папаши все дурное – и жестокость, и цинизм, и самолюбие. Но, в отличие от императора, не так умен. То ли еще слишком молод, то ли глупость – его врожденный изъян. Он агрессивен и труслив, справиться с ним легко. Пока Даэр не обзаведется умным союзником. В этом случае младший принц с его амбициями и возможностями станет опасен. Да, это наиболее вероятная кандидатура на роль подозреваемого.

Но есть еще одна. Ослепительная Эмерит, любимая дочь императора. Умная, и очень опасная стерва. Весьма одаренная магичка, сильнее младших братьев, иначе император не отдал бы ей пост лорда-протектора северного предела, он не самоубийца. Крайний север – обиталище сильнейших магов из ласхов, и выпускать их из железного кулака нельзя. Если хрупкая женщина с ними справляется, то Яррен не хотел бы встать у нее на пути.

Зачем Эмерит примчалась сюда, не дотерпев до официального представления императорской невесты во дворце?

Подброшена ли была блестка с ее платья, или принцесса слишком торопилась до прихода отца расправиться с жертвой и потеряла осторожность?

Легко и просто устранить с пути Виолетту можно только в пути и только до того момента, как ее увидит император. После придется изощряться. А тут – достаточно было магией лишить девушку невинности. И тогда император, чья брезгливость и разборчивость известны всему миру, не возьмет порченую в жены, а другую невесту ему еще не скоро доставят. Да и кого? На близнецах Адель и Агнесс пробу ставить негде. Принцессы Берта и Беатрис после случая с Виолой сосланы Робертом в монастырь, их срок то ли послушания, то ли заточения еще не прошел. А участь сестер В. уже известна.

Если покушение устроила Эмерит, то ее невозможно было заподозрить. Если бы не вовремя оторвавшаяся блестка.

Зато Даэр – абсолютно вне подозрений, что в данной ситуации особенно… подозрительно. Если подставлены все, кроме младшего принца, то кто наиболее вероятный преступник?

Вот именно.

Интересно, смогут ли северные маги установить, что Даэр касался крохотной улики? Очень уж не хочется Яррену показывать свои возможности.

И мотив у Даэра есть. Горцам, внимательно отслеживающим все происходящее в стане недавнего врага, известны честолюбивые устремления младшего принца. Зачем Даэру соперники на пути к трону Севера? Он спит и видит, как его отец сносит голову нелюбимому кронпринцу, как темные убивают в вылазке неосторожного Ниэнира, и корона кронпринца перемещается на голову Даэра. А тут планируется еще один наследник, с огненной магией в перспективе.

С огненной магией.

Вот где может быть истинный мотив.

Значит, все-таки Эмерит. Леди-протектор, лоббирующая интересы старейших и сильнейших ласхов, асаров, которым ухудшение климата только на руку. Если император будто бы заботится о простых людях империи, то этим люди вовсе не нужны.

Холод и снег. Безмолвие и бессмертие. И никаких людишек. Красота.

Яррен стряхнул оцепенение, перевел взгляд на Кандара. Его товарищ спал с открытыми глазами. Этим трюком горцы в совершенстве овладевали еще в воинской школе для младших лордов.

– Кандар, мне надо отлучиться ненадолго.

Горец встрепенулся.

– А? Что? Ага, иди, я покараулю.

– Если что, отправь за мной духа. Хотя надеюсь, принцесса будет не наедине с императором, а в сопровождении фрейлин.

– Да-да, – зевнул Кандар и поднес ко рту фляжку с согревающим «Корнем солнца». – А ты куда?

– С девушкой хочу познакомиться, что зря время терять, – усмехнулся Яррен.

Кандар одарил его сочувственным взглядом: в кланах горные леди нос воротили от полукровки, так может, парню тут повезет?