Глава 19

Такое чувство, что атрофировались все мышцы, и я даже пальцами не могу пошевелить, обо всем остальном просто молчу. Кровь стынет в жилах — мне безумно страшно смотреть в глаза незнакомца, которые находятся в нескольких сантиметрах от моих. И слова застревают в горле — кажется, что дар речи канул в небытие и назад уже не вернется.

— Советую не сопротивляться, — мужчина произносит слова каким-то загробным голосом, от чего становится еще страшнее. — Я не сделаю тебе ничего плохого, — он делает паузу, но мне почему-то слабо верится в его благие намерения. — По крайней мере, сейчас, — добавляет, а я лишь закрываю глаза, не желая верить во все происходящее.

Это просто сон — страшный, пугающий до жути, но все равно сон. Сейчас появится Рома, ущипнет меня или произнесет веселым голосом “Доброе утро, красавица”, и я проснусь. Открою глаза, посмотрю на счастливого Валевского, и все страхи мигом испарятся из моей головы.

Спрашивается, ну зачем я открывала эту дурацкую дверь? Тоже мне, Лара Крофт нашлась — ничего не боюсь, одолею врагов и разгоню всех призраков. Хотя мужчина, который разворачивает меня к себе спиной и толкает вперед, заставляя двигаться, состоит из плоти и крови. И совсем не похож на привидение.

Незнакомец толкает меня в спину, выпускает из захвата, и я теряю координацию — падаю на кровать лицом вниз, однако быстро разворачиваюсь, отползая к стене, при этом не сводя глаз со своего “гостя”. Высокий, сильный, с пронизывающим взглядом — как ни пытаюсь я напрячь свою память, все равно понимаю, что вижу его впервые в жизни. Интересно, что ему здесь понадобилось?

— Вы кто? — я наконец-то решаюсь выдавить из себя хотя бы слово в надежде получить хоть какую-то информацию о незнакомце. Не уверена, что получится его разговорить, однако тишина и молчание, которые давят на мозг с неимоверной силой, тоже не выход из сложившейся ситуации.

— Будем считать, что друг, — стальной голос звучит довольно твердо, однако я уже немного прихожу в себя.

Между нами достаточно большое расстояние, и мне уже не так страшно, как еще каких-то две минуты назад. Возможно, незнакомец и не хотел меня напугать, что-то ища в доме, и я сейчас даже готова ему в этом помочь. Лишь бы перестал шляться по ночам, загоняя меня в панический страх.

— Друзья обычно заходят через центральную дверь и открыто, — продолжаю сканировать его ленивые движения, не отводя взгляда. — И не прячутся ни от кого.

— Я необычный друг, — продолжает стоять на своем мужчина, и я понимаю, что надо менять тактику.

Вроде угрозы в голосе не слышно, но все равно мне следует действовать осторожно. Ведь расстояние не помеха для здорового мужика, который сейчас замирает на месте и смотрит прямо мне в глаза. В комнате горит ночник, и я прекрасно вижу этот пронзительный взгляд, который заставляет все тело дрожать.

— И что вам здесь надо, друг? — как обычно, моя язвительность не может остаться где-то в стороне. Вот кто, спрашивается, меня тянет за язык?

Я замираю, а мужчина лишь усмехается в ответ.

— Не боишься? — в его словах снова нет угрозы, и в любое другое время я бы окончательно расслабилась, но только не сейчас.

— Боюсь, — честно признаюсь, пытаясь расположить мужчину к себе, раз уж он передумал меня калечить.

Хотя, может, он и не собирается этого делать — откуда я знаю обо всех его намерениях?

— Это хорошо, — спокойный тон, по идее, должен успокаивать, но я все равно нахожусь в напряжении. Интересно, что хорошего он нашел в моих страхах? Что плохого я ему сделала?

— Зачем я вам? — продолжаю свой допрос, до сих пор теша себя надеждой хоть что-то узнать о незнакомце, при этом не навредить себе, но мужчина, по ходу, не разделяет моего любопытства.

— Ты мне не нужна, — выдает довольно резко, а я в ответ тяжело вздыхаю. Слава Богу, хоть с мозгами у меня полный порядок, и с ума я еще не сошла. — Мне нужен твой хахаль, — добавляет незнакомец после небольшой молчаливой паузы и начинает двигаться вдоль кровати в мою сторону.

Я какое-то время смотрю за его плавными движениями, однако вовремя вспоминаю — дверь в комнату открыта. Можно же выбежать, заорать и позвать на помощь охрану — тем более, путь к выходу свободен. Резко дергаюсь в сторону и даже успеваю поставить одну ногу на пол, как мой ночной гость хватает меня за руку, тянет назад, укладывая на спину, а в его руке появляется самый настоящий нож.

Мама ты моя родная — что же делать? Вот это я влипла со своими побегами — чего ж мне на месте-то не сиделось? Мы так мило беседовали, и мужчина не был агрессивно настроен по отношению ко мне, однако я своими глупыми действиями все испортила.

— Вы имеете в виду Валевского? — произношу чуть ли не по слогам, чувствуя холод стали на своей щеке. Сердце, кажется, даже биться перестает от страха и ледяного ужаса, однако я все равно продолжаю смотреть в глаза незнакомцу.

— Он поселил тебя в своем доме, приезжает по каждому твоему звонку, — мужчина произносит слова не торопясь, растягивая гласные буквы. — Хочешь сказать, что вы с ним не спите?

— Нет, — честно отвечаю, в надежде потянуть время, так как очень боюсь, что одним неосторожным словом могу заставить незнакомца нервничать, тем самым навредив себе. — Я работаю аниматором, и в этом доме организовываю праздник для родителей Ромы. Если не верите, можете у него самого спросить.

— Спрошу, не сомневайся, — резко отвечает мой нынешний собеседник, не давая мне возможности продолжить свою речь. — Когда-то он забрал у меня все, — лицо мужчины приближается к моему, а я в ответ зажмуриваюсь, не желая больше участвовать в этом кошмаре. — Теперь пришел мой черед забрать у него самое дорогое…

Наверное, я все же на какое-то время теряю сознание от страха или просто выключаюсь, а когда открываю глаза, в комнате уже пусто. Я по-прежнему лежу на огромной кровати, правда, в гордом одиночестве.

Точно, сон дурной приснился, потому что последние слова незнакомца прозвучали где-то вдалеке — это какой-то бред или временное помутнение рассудка, однако спустя несколько секунд я окончательно прихожу в себя, понимая, что сном здесь и не пахнет.

В комнату влетает перепуганный охранник, останавливается возле кровати, глядя на меня, и быстро произносит:

— С вами все в порядке?

Какой уж тут порядок, скажите на милость, если лицо парня разбито, из носа течет кровь, а голос дрожит еще похлеще моего. И теперь до меня окончательно доходит — незнакомец с ножом мне не приснился.

А дальше все происходит, как в тумане или каком-то фильме ужасов — мы с охранником спускаемся вниз, где еще двое парней с разбитыми физиономиями вытирают с лица кровь и пытаются откачать третьего, который лежит на полу и никак не приходит в себя.

Я помогаю, как могу — нахожу аптечку, заклеиваю пластырем разбитые лбы, на ходу пытаясь выяснить, что же произошло.

Хотя, нетрудно догадаться, кто их так отделал — вопрос, что незнакомцу надо?

“Когда-то он забрал у меня все, теперь пришел мой черед забрать у него самое дорогое”, — всплывают в памяти последние слова, которые говорил мужчина перед тем, как я провалилась в небытие. Вот сейчас приедет Валевский и разберется во всем происходящем, а меня увольте копаться в чужих тайнах и снова переживать тот страх, который я испытала при виде ледяных глаз ночного гостя.

Рома залетает в дом, как угорелый, первым делом подбегая ко мне и хватая за плечи:

— Карина, с тобой все в порядке? — трясет меня, а после начинает щупать мое тело, внимательно осматривая с ног до головы, видимо, принимая чужую кровь на одежде за мою собственную.

— Да не тряси ты, — чуть ли не рычу в ответ, все еще находясь в шоке от пережитого и увиденного. И так голова кругом, еще он меня качает, как на волнах.

— Господи, — на выдохе произносит парень, резко прижимая меня к своей груди, и я чувствую, как громко у него бьётся сердце. Он бережно гладит рукой по голове, сдавливая в своей хватке все сильнее. — Как же я испугался! — снова берет меня за плечи и отодвигает от себя, заглядывая в глаза. — Ты почему трубку не брала? Раз тридцать набирал, — он делает паузу, а я лишь тяжело вздыхаю в ответ. — Думал, поседею, пока доеду сюда!

— Телефон остался в комнате, — бухчу в ответ, так как сейчас меньше всего хочу что-либо пояснять. — Мне не до того было, поверь.

— Кариночка! — стонет Валевский и опять сминает меня в своих медвежьих объятиях, а у меня нет сил даже сопротивляться.

С ним так хорошо и уютно, а главное безопасно, что все тревожные мысли и страхи постепенно исчезают, оставляя лишь воспоминания о пережитом ужасе. Надо же — тридцать раз звонил, примчался, и даже ни в чем не упрекает. Прямо рыцарь в золотых доспехах на белом коне — как я раньше этого за ним не замечала?

Пообниматься с Валевским нам не дает толпа народа, которая постепенно прибывает в дом — скорая, увозящая так и не пришедшего в себя парня; начальник службы безопасности, как мне представил мужчину Рома, а так же еще куча охраны, которая теперь будет охранять мое временное жилище.

От бесконечных вопросов голова идет кругом — я пытаюсь вспомнить все до мельчайших подробностей, однако мозг блокирует информацию, пытаясь избавить меня от ужасных воспоминаний. И если слова, которые мне говорил незнакомец, я еще могу повторить, то вот с описанием внешности полная засада.

— Высокий, крепкий, — в пятый раз повторяю, при этом тяжело вздыхая. — Глаза у него страшные.

— Карина, ну хоть какую-то зацепку нам дайте, — не унимается начальник безопасности, в очередной раз заставляя меня снова и снова возвращаться в тот кошмар. — Нос горбинкой, родинка на щеке, шрам…

— Не давите на нее! — резко обрывает его Валевский строгим голосом, сидя рядом и обнимая меня за плечи. — Пусть сначала в себя придет, потом и поговорите. Кстати, а что с камерами?

— В этот раз засекли, — в голосе мужчины слышатся тревожные нотки, а сам он напряжённо смотрит на Рому. — Но только со спины. Все, как и говорит Карина — довольно высок, крепок; спортивная кофта, каких тысячи; уверенные движения и никаких примет, по чему можно его опознать. Но, — начальник безопасности делает паузу, а мы с Валевским одновременно впиваемся в него взглядами. — Судя по его поведению, он не раз бывал в этом доме и знает все расположения камер. Никто на ум не приходит?

— Твою мать! — выдает Рома, а я перевожу испуганный взгляд на него. — Я правда не знаю, кто это, — уже тише поясняет мне, сжимая сильнее мое плечо. — Пока даже мыслей никаких.

Вот это точно засада, если не сказать похлеще — а я надеялась, что Валевский сейчас выявит личность злодея в два счета, и мне больше не придется страдать от ночных кошмаров. Переезжать назад к себе глупо — если незнакомец решил отомстить Роме с помощью меня (хотя я вообще не пойму, с чего он так подумал), то найти мой адрес не проблема. А наведаться ко мне домой еще меньшая проблема. Тут хотя бы охрана, да и Рома под боком, а вот в моей небольшой квартирке…

— И еще одно, — начальник безопасности снова заставляет нас посмотреть на него. — Я так понимаю, что у ночного гостя был доступ к паролям на наш сервер. А сегодня, когда мы поменяли все данные, он не смог отключить камеры, как делал это раньше, и поэтому избил охранников, чтобы пробраться в дом. Если бы Карина не открыла ему дверь…

— Он бы ее выбил, — перебивает Валевский мужчину, заканчивая данную фразу вместо него, при этом сосредоточенно глядя тому в глаза. — Вы же сами сказали, что он зачем-то пробирался в дом, еще и таким варварским способом. Значит, у него была какая-то определенная цель.

— Он сказал, что ты забрал у него все, — влезаю я в разговор, обращая на себя внимание Ромы. — Кому ты дорогу перешел, вспоминай.

— Карина, честное слово, даже не пойму, о чем он, — в голосе парня слышатся тревожные нотки, а сам он на себя не похож.

Испуган не меньше меня, но держится стойко. И даже не срывается, как он это делал раньше, особенно в моем присутствии. По крайней мере сейчас Рома пытается меня поддержать и не дать возможности расклеиться на глазах, за что ему огромная благодарность.

— Кстати, ночной гость решил, что мы с тобой спим, — добавляю негромко, наблюдая, как на лице Валевского появляется подобие улыбки.

— Я бы на его месте тоже так решил, — шепчет мне на ухо и слегка касается его губами, прижимая меня к себе ещё сильнее. Смотрю на него пристально, и наши взгляды на время встречаются. Такое чувство, что время замирает, а секундные стрелки останавливают свой бег.

Наши лица так близко друг от друга, что стоит лишь поднять руку, и можно дотронуться до парня, забыть обо всем на свете в его объятиях хотя бы на миг.

Это все нервы — сейчас я окончательно успокоюсь, приду в себя, и наваждение закончится.

— Предлагаю отправить домой, — нашу игру во взгляды прерывает грозный голос начальника безопасности. девушку

— Поддерживаю, — кивает в ответ Валевский, не отводя своих глаз в сторону.

— Зато я против, — выдаю довольно резко, а парень в ответ лишь хмурится. — Ром, подумай сам: если он решил, что мы с тобой вместе, при этом взломал или как-то влез на ваш сервер, и вообще прорвался в охраняемый дом, ты думаешь, ему сложно найти мой адрес в Интернете и наведаться ко мне домой?

— Черт! — выпаливает Валевский, а после тяжело вздыхает, взъерошивая пальцами волосы. — Как-то я это не учел.

— А здесь теперь будет куча охраны, — заканчиваю свою мысль, пока еще хоть что-то соображаю. — Да и вы, я надеюсь, быстро его вычислите. Извините, мальчики, — аккуратно вырываюсь из столь желанных объятий и встаю с дивана, — но я пойду отдыхать.

Разворачиваюсь и направляюсь в лестнице, а после в свою комнату. Пусть делают, что хотят, а с меня довольно — и так перенервничала, до смерти испугавшись визита незнакомца, так что остаток ночи гадать на ромашке я точно не планировала.

Первым делом переодеваюсь, отправляя перепачканную одежду в стирку, и направляюсь в душ. Горячая вода помогает расслабиться, выбросить все глупости из головы и попытаться убедить саму себя не думать о произошедшем. Сейчас завалюсь спать, а завтра с утра все страхи испарятся, как будто их и не было. По крайней мере, я на это очень надеюсь.

Но как только я переступаю порог ванной, первым делом натыкаюсь на Валевского.

— Господи, — хватаюсь рукой за сердце и закрываю глаза. — Как ты меня напугал.

— Я не хотел, — произносит он негромко и подходит ближе, останавливаясь рядом. Нежно дотрагивается пальцами до моей щеки, а у меня сковывает дыхание. — Как ты? — в сто пятый раз за сегодняшний вечер интересуется, а я лишь вздыхаю в ответ.

— Нормально, — открываю глаза, натыкаясь на пристальный взгляд Ромы.

А в голове что-то щелкает — не хочу сейчас его никуда отпускать. И плевать на последствия, какие-то ограничения и прежние обиды. В данный момент я желаю лишь одного — чтобы Рома остался сегодня со мной.

Не просто в виде друга, телохранителя или спасителя, а в качестве того единственного и неповторимого, о котором тайно мечтает каждая женщина. Чтобы спас от всех врагов, решил все твои проблемы и никуда не отпускал — именно этого я сейчас и хочу.

Не знаю, как так получается, и как долго мы смотрим друг на друга прежде чем губы парня дотрагиваются до моих. Слишком нежно, слишком аккуратно, но так желанно, что мои тормоза отказывают окончательно, не просто позволяя мне расслабиться, а именно заставляя не останавливаться.

“Сегодня предстоит жаркая ночка!” — звучит восторженный голос в моей голове, когда мы уже довольно жадно целуемся с Валевским.

“Не мешай им!” — шикает на него голос посерьезнее, а я лишь усмехаюсь, на пару секунд отрываясь от своего занятия, и тут же натыкаюсь на пристальный взгляд серых глаз.

Кстати, только сегодня окончательно поняла, какого они цвета — надо же, раньше не замечала таких подробностей, больше обращая внимание на смазливую физиономию парня в целом. Нос с небольшой горбинкой, довольно пухлые губы, которые так и манят к ним прикоснуться, и серые глаза — Карина, дорогая, только не влюбляйся второй раз!

— Что-то случилось? — взволнованно спрашивает Рома, видимо, по-своему воспринимая мой небольшой ступор. Его дыхание прерывистое, видно, что парень порядком возбужден, а моя заминка заставляет его слегка занервничать.

И не объяснишь же ему, что в моей голове завелись какие-то голоса, которые то и дело мешают моему мыслительному процессу, прямо как сейчас. Ведь точно примет за сумасшедшую, если я признаюсь ему в столь маленькой слабости.

Потому вместо ответа я запутываюсь пальцами в волосах парня, тяну его к себе ближе, прижимаясь грудью к слегка напряженному мужскому телу, и продолжаю наш прервавшийся поцелуй. Гори оно все синим пламенем. И мои сомнения, кстати, тоже! Завтра будем думать о последствиях, а сейчас…

Мы плавно перемещаемся к кровати, причем я два раза спотыкаюсь, наступая Валевскому на ногу, однако мой спутник переводит все шуточную форму.

— Неуклюжая, — смеюсь, когда уже в третий раз цепляюсь ногой за Рому, а после падаю спиной на кровать, теряя координацию.

— Меня всё устраивает, — Рома внимательно смотрит на меня сверху вниз, медленно стягивая спортивную кофту через голову. А я не могу отвести взгляда — теперь уже в моих глазах загорается интерес, а дышать становится тяжелее от столь неожиданного стриптиза в исполнении сероглазого красавчика.

Он, конечно же, меня бесит, местами даже дико раздражая, но я не слепая — красивый парень, с обаятельной улыбкой, которая может свести с ума (уж мне ли не знать) и надолго лишить покоя бедное девичье сердце.

— А дальше? — игриво интересуюсь, когда футболка улетает следом за кофтой, а мой спутник собирается ко мне присоединиться, до сих пор оставаясь в джинсах.

Кстати, я пока еще одета (если считать коротенькую маечку и пижамные шортики одеждой), но предпочту сегодня отдать первое место за раздевание Валевскому — раньше, помнится, он мастерски справлялся с этой задачей.

— Тебе это будет дорого стоить, — парень немного прищуривается, становясь на колени, а когда я начинаю постепенно отползать назад, хватает меня за щиколотку и тянет к себе. — Далеко собралась? — наклоняется, впиваясь в меня горящим страстью взглядом, и тут же захватывает в свой плен мои губы, терзая их в сладостной истоме.

До умопомрачения, дрожи во всём теле и учащенного сердцебиения! Наши языки сплетаются в бешеном танце любви, рука парня аккуратно сжимает мою грудь, а после наглые пальцы залезают под маечку, дотрагиваясь до кожи. Боже, дай мне сил вытерпеть эту сладостную муку и не потерять сознание от наслаждения раньше времени!

Меня бросает в дрожь — черт, как же я хочу его! Четыре года назад я уже испытала на себе, что значит принадлежать Валевскому, но сегодняшние эмоции не идут ни в какое сравнение с прошлым.

Я позволяю парню себя раздеть, ни капельки не стесняясь своей наготы, а он в ответ замирает на пару мгновений, с интересом рассматривая мое тело, а после аккуратно проводя лишь пальцем сначала по шее, затем груди, опускаясь все ниже. Наблюдает за моими эмоциями, но меня надолго не хватает — стону, закрывая глаза и прогибаясь в спине, руками ловя воздух, так как этот гад не позволяет к себе прикоснуться.

— Я больше не могу, — со стоном выдаю вслух свое желание, которое невозможно скрыть. И не буду я этого делать, мысленно решая для себя именно сегодня быть откровенной.

Не верю я, что Рома способен кому-то об этом рассказать или выставить мои чувства с желаниями на всеобщее обозрение. Он и четыре года назад промолчал о нашей единственной совместной ночи, а теперь…

— Не так быстро, я еще не наигрался, — в его голосе слышатся нотки превосходства, и я открываю глаза, правда, из-за непонятной дымки вижу мужской силуэт с трудом. Все клетки моего тела жаждут заполучить Валевского в свой плен, и я никак не могу сконцентрировать внимание на лице парня.

— Коварный! — на выдохе произношу, чувствуя, как уже обе руки моего спутника нежно и очень бережно двигаются по моему телу вверх-вниз, аккуратно давя на важные точки, вызывая уже бурю стонов из груди.

— Нетерпеливая какая! — тихо смеется мой спутник и дотрагивается губами до моего живота, начиная прокладывать жаркую дорожку из поцелуев вниз. А я в ответ хватаю его руками за голову, прижимая сильнее к себе.

Я сейчас точно сойду с ума, если он не прекратит меня терзать и не перестанет рисовать узоры языком на моем теле — и так вся горю, неужели он не понимает, что пора переходить к более активным и решительным действиям?

— Надеюсь, контрацептивы у тебя с собой? — всплывает у меня в подсознании, и я выдаю это вслух, с трудом понимая, что Рома замирает на месте.

Точнее, я больше не чувствую его губ на своем теле, и даже дыхание не дотрагивается до кожи — он точно меня сейчас сведет с ума! Открываю глаза в тот момент, когда парень снова усаживается на колени, глядя мне в лицо.

— К чему ты это сейчас спросила? — он произносит слова с какой-то опаской, не отводя своего пристального взгляда.

— К тому, что мы взрослые люди, и это, по-моему, нормальный вопрос, — спокойно отвечаю, до конца не понимая его внезапного ступора.

— Если я сейчас скажу, что контрацептивы с собой, то ты решишь, что я специально их приволок, в надежде…

— Рома, не тупи, а! — перебиваю его пламенную речь, наконец-то осознавая, чем вызван столь резкий тон парня. — Я не собираюсь ничего думать на этот счет.

“И останавливать тебя тоже не собираюсь, даже если ты их специально притащил с собой!” — заканчивает мой внутренний голос вместо меня. Надо же, какой заботливый. А то я сама не могу ответить, что думаю по этому поводу.

— А если нет? — Валевский наклоняется ко мне, практически укладываясь сверху, произнося каждое слово по-отдельности, едва касаясь губами моих губ. И по-своему расценивает мое молчание, заканчивая: — Не доверяешь?

— Доверяю, — закрываю глаза и произношу на выдохе, снова заводясь лишь от близости его тела. Он и раньше был красивым, следил за собой, регулярно посещая спортзалы, но сейчас…

— Открой глаза, — шепчет Рома прямо в губы. — И еще раз это повтори, глядя на меня.

Как маленький ребенок, честное слово — открой, скажи, повтори. Вроде это женщины должны верить словам, а не мужчины, но сопротивляться сейчас нет сил — открываю глаза и произношу полушепотом, делая между словами небольшие паузы:

— Я. Тебе. Доверяю.

И снова его губы накрывают мои, а жадные руки начинают ласкать моё тело, заставляя раствориться в нем окончательно. У меня только одно желание — не отпускать парня. Хотя бы сегодня ночью. Мне так важно, чтобы он был рядом именно сейчас, а все остальное просто не имеет никакого значения.

Остатки одежды Валевского летят в сторону, раздается звук разрываемой фольги, а я лишь улыбаюсь, лежа на спине с закрытыми глазами — все-таки заботится о моем комфорте и безопасности, а то мало ли, как у нас снесет крышу.

И ее сносит — да так, что, наверное, охранники на первом этаже слышат звуки нашей страсти. Мои протяжные стоны, рычание Ромы, когда он жадно берет мое тело, крики от наслаждения — все это происходит так медленно, и в то же время слишком быстро, чтобы запомнить каждое мгновение в отдельности.

Все страхи улетучиваются, проблемы отходят на десятый план, а в голове лишь противный внутренний голос, который именно сейчас вселяет оптимизм на будущее:

“Он твой, Карина”!