Глава 27

POV Карина

— Сюда ставьте, — командую курьерам, которые сегодня доставляют цветы в особняк Валевских. Последний, так сказать, штрих перед началом праздника.

Гости прибывают, и мне выпадает честь их встречать — впервые, кстати, я исполняю роль хозяйки мероприятия, до этого мне всегда доставалась роль организатора банкета, оставаясь в тени.

Рома уехал встречать родителей в аэропорт, оставив меня за главную, надавав кучу распоряжений напоследок. В основном это касалось моего хорошего поведения и того факта, что парень уже начинает скучать по мне заранее, на что я лишь улыбнулась в ответ.

Его забота умиляет, не только на словах, но и на деле — особенно поразило платье, которое парень заказал специально для меня. У меня глаза на лоб полезли, когда я увидела подобную красоту: длинное в пол черного цвета, с открытой спиной и расшитое стразами по всей длине. Сомневаюсь, что в подобных нарядах ходили барышни в тридцатые годы, но мне наряд безумно понравился. Интересно, сколько Рома за него отвалил?

Вчера, когда я задала этот вопрос, перед этим на время обомлев от подобной красоты, Валевский ехидно прищурился, пару раз картинно фыркнул в ответ на мои вопросы, заданные в ультимативной форме, а после затащил меня в ванную, не желая, как он выразился, заниматься подобной ерундой, как обсуждать наш семейный бюджет.

После его слов я обомлела повторно, потеряла дар речи и даже на какое-то время замерла на месте, чем этот негодяй и воспользовался. Мужские руки бессовестно скользили по моему нагому (к тому моменту я даже не поняла, как осталась без одежды) телу, губы ласкали и щекотали кожу в районе шеи, а мысли, которые буквально какую-то минуту назад не желали верить в происходящее, разбежались в разные стороны.

— Я так и не поняла насчет семейного бюджета, — я решила еще раз поднять эту тему, когда мы с Ромой уже укладывались спать. Он уткнулся носом в мою шею, зарывшись в волосы, и делал вид, что активно сопит, видя десятый сон. — Эй, я к кому обращаюсь? — толкнула его легонько локтем в живот, однако в ответ услышала лишь какие-то нечленораздельные звуки.

— Какое из этих слов тебя смущает? — проворочал, сильнее дыша мне в затылок, а после и дотрагиваясь туда губами, от чего желание спать пропало напрочь.

— Ну, как бы, — я так и не смогла до конца сформулировать свою мысль, поэтому закончила кратко: — Не знаю.

— Вот когда узнаешь, тогда и поговорим, — Рома сильнее притянул меня к себе и выдал тоном, не терпящим возражений: — Спи давай, а то завтра будешь, как вареный рак.

Еще позавчера я перевезла свои вещи домой — минут пять стояла посреди спальни моего любимого мужчины в особняке его родителей, где была так счастлива, и тяжело вздыхала, над чем Валевский лишь посмеялся. Два раза демонстративно закатил глаза и замотал головой из стороны в сторону, не желая даже понимать мою ностальгию по этому месту.

С ним столько всего связано!

— И ничего смешного не вижу, — я забросила в сумку последнюю кофточку и резко застегнула молнию, переводя взгляд на парня.

— Такое чувство, что ты сюда больше не собираешься вернуться, — он усмехнулся, подхватил мой багаж, а проходя мимо, подарил мне легкий поцелуй. — Подожди, предки вернутся — не отстанут. Будем тут каждые выходные ночевать.

Если честно, встреча с родителями парня меня пугала до жути, однако мой возлюбленный постоянно меня поддерживал, смеялся над моими глупыми, как он их называл, страхами, и без конца и края заверял, что я накручиваю себя на ровном месте. Вот он, например, не боится знакомиться с моей строгой родительницей, потому что умеет очаровывать женщин любых возрастов и социального статуса, будь то пенсионерка, бизнес-леди или уборщица из супермаркета.

Поводом для нашего следующего спора стало мое новое место проживания. Уже сидя в машине за рулем, когда мы ехали в город с моими вещами, Валевский как бы невзначай заявил, что выдаст мне второй комплект ключей, а так же выделит мне половину шкафа в личное распоряжение.

— А тебе не кажется, что мы торопимся? — я взорвалась от столь наглого заявления своего любимого мужчины, однако он, как обычно, лишь фыркнул в ответ. — И моим мнением не желаешь поинтересоваться, или у нас теперь все решаешь ты? — закончила на выдохе, возмущенная до предела наглостью Валевского.

— Я, — спокойно ответил он, продолжая уверенно вести внедорожник. — Потому что я — глава семьи, поэтому…

— Ну, знаешь ли! — я вспыхнула окончательно, не дав ему возможности закончить, так как эмоции начали бить через край.

Удумал тоже — глава семьи! Я вообще-то не маленькая девочка, за которую надо принимать решения, и не игрушка, которой можно пользоваться в любое удобное время. Все это я выдала Роме прямо в машине, откинулась на спинку кресла и сложила руки на груди, боковым зрением наблюдая, как парень меняется в лице.

Разразилась катастрофа, которая грозила перерасти в конец света — Валевский орал, как ненормальный, называя меня “дурой безмозглой”, раз в моей голове крутится подобная чушь, а я в очередной раз надула губы и ответила, ехидно скривившись:

— Я же говорила, что ты павлин!

— Ну, всё, договорилась! Сейчас ты мне ответишь за павлина… — он резко крутанул руль вправо и свернул с трассы, так и не завершив фразы. Да мне и говорить ненужно — все предельно ясно, что он имел введу. Придётся задобрить парня, а то пыхтит от злости и выставляет колючки, как ёж.

В общем, мирились мы долго и плодотворно, заехав в какую-то посадку, чтобы наш автомобиль не отсвечивал перед проезжающим по шоссе транспортом.

— Еще раз ляпнешь что-то подобное, будешь наказана, — мы спешно одевались, так как и я, и Валевский уже опаздывали на встречи. — Надо же, придумала — игрушка. Я тебе вечером устрою игры с пристрастием.

— Будешь обзываться, отправлю спать на коврик вместе с котом! — выпалила я в ответ, на что Рома лишь с удивлением поднял брови.

— У меня нет кота.

— Вот будешь спать вместо него!

— Ах, ты…

Пришлось убегать, однако недалеко — крепкие мужские руки поймали меня в свой плен, а вновь вспыхнувшее желание грозило опозданием на важные встречи. Пришлось идти на уступки, иначе этот негодяй так просто бы меня не отпустил — я предложила вернуться к этому разговору после годовщины свадьбы родителей Ромы и все в деталях обсудить. Валевский поскрипел зубами, скривился три раза, но… согласился подождать еще пару дней.

И несмотря на свое обещание, все равно затащил меня к себе с ночевкой — не могу устоять перед его обаянием, хоть ты тресни!

- Добрый вечер! — очередная пара заходит в зал, кивая мне в знак приветствия, а я улыбаюсь в ответ. Уже скулы сводит судорогой от этих фальшивых улыбок, но я обещала Роме, что справлюсь, поэтому приходится временно исполнять роль хозяйки, организатора праздника и возлюбленной Валевского.

Последнее мне нравится больше всего, поэтому близкого человека подвести не могу — очередная семейная пара, кивок в знак приветствия, фальшивые улыбки и оценивающие взгляды.

Ничего нового под солнцем — из банкета в банкет одно и то же!

Мой возлюбленный, кстати, уже пять раз звонил, сообщая о своем передвижении — в последний наш разговор он бодрым голосом заявил, что родителей встретил, и они сейчас едут прямиком к нам, то есть ко мне.

— У меня все готово, — негромко говорю в трубку, а Рома восхищается в ответ, под конец полушепотом произнеся:

— Люблю тебя.

И мое настроение делает скачок вверх — как, оказывается, здорово слышать эту фразу из его уст.

— Не поняла! — слышу рядом писклявый голос, который вырывает меня из воспоминаний, а после мой взгляд находит и его обладательницу. — Почему нет мартини? — продолжает капризничать девушка, при этом картинно надувает губу и закатывает глаза.

Это выглядит и комично, и глупо одновременно, однако, когда блондинка кривится, пытаясь показать своё отношение к происходящему, появляется лишь одно желание — треснуть разочек по её перекошенной физиономии, чтобы запечатлеть выражение лица на долгую и вечную.

— К сожалению, пока придётся довольствоваться только шампанским, — спокойно произношу, через силу улыбаясь и указывая кивком на бегающих в толпе официантов. — Как только юбиляры появятся, начнется основной банкет, и тогда…

— Фигня, одним словом, — перебивает меня блондинка и кривится ещё сильней.

Боже, дай мне силы вытерпеть эту мерзость — девушка даже не осознаёт, настолько сейчас глупо и фальшиво выглядит, однако через пару секунд она начинает улыбаться (тоже, кстати, фальшиво), и отбегает от меня с распахнутыми руками, видимо, встретив какую-то подружку.

Господи, за что мне это? Терпеть тупых дур и их придирки — это выше моих сил, даже несмотря на данное Роме обещание. Делаю глубокий вдох, затем выдох, прогоняя раздражение, которое готово было вырваться наружу после недолгого диалога с тупоголовой курицей.

Осталось совсем немного, и Рома избавит меня от почетного звания “хозяйка праздника” — лучше я буду единоличной собственницей его персоны!

Проходит двадцать минут, на протяжении которых я все так же продолжаю улыбаться гостям, игнорируя нарастающее раздражение и считая секунды до нашей с Валевским встречи, как входные двери открываются, и залетает один из охранников.

— Приехали! — раздается громкое, и народ начинает суетиться перед встречей с юбилярами.

Не мешаю никому, а просто отхожу в сторону, прячась в толпе — уже совсем немного, и я увижу своего любимого мужчину, который с победоносной улыбкой на устах и под руку с матерью заходит в дом под дружеские аплодисменты гостей.

Крики “Поздравляем” не смолкают, ведущий в микрофон зачитывает торжественную речь, на которую, кажется, никто не обращает внимания, а я не свожу взгляда с Ромы и его родителей — надо же, как он похож на отца, хотя и от матери ему достались слегка миловидные черты и светлые волосы.

Он — самый красивый, умный и обаятельный, готовый быть со мной рядом и в горе, и в радости. Усмехаюсь и мотаю головой из стороны в сторону, прогоняя непрошенные мысли — Господи, какая романтическая чушь лезет мне в голову! Сейчас ещё, не дожидаясь официального знакомства с родителями, женю Валевского на себе — кстати, неплохая идея, по крайней мере она больше не вызывает волну негатива и отвращения, как раньше. Наоборот, мысль, что сегодня соглашусь переехать к Роме (а я уже твердо решила сначала немного помучить своего любимого негодяя и уже потом с ехидной улыбкой дать положительный ответ) греет душу, поднимает настроение и заставляет кровь сильнее бурлить по венам.

— А сейчас ненадолго отпустим наших дорогих юбиляров, — тем временем объявляет ведущий в микрофон, так как Валевским необходимо переодеться после дороги, и тогда уже начать праздник официально.

В спальне наверху маму Ромы ждет шикарное платье, а отца — костюм гангстера в полном комплекте: он сегодня возглавляет мероприятие, изображая главу клана.

Екатерина Сергеевна с Борисом Ивановичем поднимаются по ступенькам на второй этаж, а я перевожу взгляд на Рому, который ищет в толпе, если я правильно понимаю, меня — переводит быстро глаза с одного на другого, пока не находит свою цель. Улыбается, с интересом осматривая мою скромную персону, а после делает шаг в моем направлении, но резко останавливается, так как его ловит за руку седовласый мужчина.

Вижу, что Валевский недоволен столь неожиданной задержкой — кривится, закатывает глаза, всем своим видом показывая, что он, бедненький, ни в чем не виноват, а я в ответ усмехаюсь и мило машу ему пальчиками.

“Подожду тебя, дорогой!” — громко кричит вся моя сущность, правда, только мысленно.

“Я освобожусь, как только смогу”, — посылает мне парень на прощанье печальный взгляд и обращает свой взор на мужчину в черном костюме, который, как клещ, вцепился в рукав пиджака парня, не желая его отпускать от себя ни на секунду.

Ладно, не буду отвлекать — все-таки бизнес и дела у нас еще пока не отменяли, и мне надо привыкать, что на подобных мероприятиях слишком много людей будет требовать внимание моего любимого мужчины. Горжусь им, очень-очень, поэтому свои капризы и амбиции засовываю куда подальше, решая пока помочь Майе.

Сегодня моя помощница исполняет мои же обязанности, следя за проведением мероприятия. Минут пять болтаем с девушкой, еще раз бегло проходясь по сценарию, однако мой взгляд то и дело косит в сторону Валевского, который тоже скоро заработает косоглазие, поглядывая в мой адрес.

Как только он отделывается от одного мужчины, на его месте тут же появляется второй — тяжело вздыхаю, глядя на Рому, и пожимаю плечами.

“Я все понимаю, не расстраивайся”, — говорит мой взгляд, полный сочувствия.

“Достали уже!” — вопят глаза Валевского, но он тут же берет себя в руки и начинает общение уже с новым спутником.

Время проходит незаметно, и вот на ступеньках под очередные бурные аплодисменты появляются родители Ромы. Тридцать лет вместе — какие же они молодцы, да и пара — глаз не оторвать. Гордая осанка Екатерины Сергеевны в красном платье в пол, которое плотно облегает ее фигуру — несмотря на возраст, женщина выглядит отлично, а Борис Иванович рядом с супругой, кажется, даже молодеет на глазах.

Чета Валевских улыбается, спускаясь по лестнице, а я не могу отвести от них глаз, как и все присутствующие в зале. Правда, приходится прервать свое занятие, так как над ушком раздается тихое:

— Глупо ревновать к предкам, но я ревную, Голубева, — резко поворачиваюсь в сторону и оказываюсь в плену любимых рук. — Потому что уже битых полчаса я мечтаю о твоем внимании, обращённом только ко мне.

— Собственник, — произношу с улыбкой на устах, а Рома наклоняется и дарит мне легкий поцелуй в губы.

— Соскучился до жути, — продолжает шептать мне на ухо, задерживая губы на виске. — Сейчас познакомлю тебя с предками, и сваливаем отсюда.

— Ром! — отстраняюсь от Валевского и строго смотрю на него, не понимая, как можно столь безответственно себя вести в такой момент. — Так же нельзя, — произношу уже тише, так как мы обязательно сейчас станем гвоздем программы, если я не убавлю тональность.

— Сыновний долг я выполнил, — не унимается этот хитрец, продолжая крепко удерживать меня в кольце своих рук, — поэтому имею право…

— Предлагаю компромисс, — резко перебиваю нытье Валевского, хорошо зная о его упрямстве. Если он что-то вбил себе в голову, то его и танком не сдвинешь, поэтому приходится иногда применять запрещенные приемы. — Мы остаемся до конца вечера, а завтра я, — делаю паузу, набираю полные легкие воздуха и выдаю на одном дыхании: — Переезжаю к тебе с вещами.

Парень на какое-то время теряется, правда, быстро приходит в себя — улыбка медленно и слишком ехидно растягивается на лице, одна бровь иронично приподнимается, на что приходится кивнуть в знак подтверждения своих слов, а через несколько секунд он с довольным видом произносит:

— Договорились! — быстро целует в щеку, выпускает из объятий и берет меня за руку. — Идем знакомиться, — делает паузу, а спустя несколько секунд ехидно добавляет на ушко: — Я ж забыл, что наверху есть спальня!

— Хитрюга! — Бью его легонько в плечо, смеюсь и следую за ним, так как про спальню-то и я забыла напрочь.

Раньше я и представить себе не могла, что смогу вот так вот запросто смыться с банкета, чтобы побыть с любимым мужчиной наедине, а сейчас… А сейчас я готова отбросить все сомнения, разогнать все свои комплексы и предрассудки, и отдаться своим чувствам, особенно рядом с Валевским.

— Мам, пап, — начинает Рома первым, когда мы подходим к его родителям. — Познакомьтесь, — он подталкивает меня легонько в спину, заставляя сделать небольшой шаг вперед. — Это Карина, — делает паузу, на протяжении которой Екатерина Сергеевна с Борисом Ивановичем рассматривают меня с неподдельным интересом.

— Поздравляю вас с юбилеем свадьбы, — киваю в подтверждение своих слов, а родители Ромы мило благодарят меня, не отводя взгляда.

— Карина помогала мне с организацией праздника, — как ни в чем не бывало, продолжает парень свою пламенную речь. — И я хочу вам сказать кое-что ещё, — он снова запинается, а его родители переводят теперь глаза на него.

Правда, интерес длится недолго, как и молчаливая пауза, потому что Екатерина Сергеевна начинает улыбаться, глядя куда-то мне за спину и больше не обращая на меня никакого внимания.

— Вот вы где, — слышу до боли знакомый писклявый голос и второй раз за сегодняшний вечер имею честь лицезреть тошнотворную блондинку, которая вешается опешившему Валевскому на шею и нагло, в присутствии меня и родителей парня, целует его в губы.

Я горько усмехаюсь, наблюдая за столь бурной встречей, и делаю шаг назад, чтобы никому не мешать. Да и на меня, в принципе, больше никто и не обращает внимание, так как взор родителей Ромы перемещается на белобрысую, которая виснет у моего любимого мужчины на руке и улыбается так мерзко, что во второй раз за вечер хочется треснуть ей чем-нибудь тяжелым по голове.

- Ирочка, как же я рада вас видеть с Ромой вместе! — Екатерина Сергеевна наклоняется корпусом вперед и целует блондинку в щеку. — Вы идеальная пара.

— Надеюсь, вы нас сегодня осчастливите, — Борис Иванович тоже улыбается, глядя на сына с этой белобрысой лохудрой. — И сообщите дату свадьбы.

— Пап, подожди, — Валевский пытается вырваться из захвата своей спутницы, однако еще один мужской голос заставляет его замереть на месте.

— Я тоже надеюсь породниться с тобой, Боря, — его обладатель подходит из-за спины и обнимается с отцом Ромы, сообщая, как давно он ждет назначенной даты свадьбы.

Валевский бросает на меня взгляд, который в любое другое время пригвоздил бы меня к месту, но только не сейчас — я больше не могу смотреть на это шоу, в глубине души жалея, что согласилась сегодня присутствовать на мероприятии.

Екатерина Сергеевна берет сына под другую руку, и все его попытки что-то сказать (да он, если честно, не сильно и старается что-то возразить родителям) выглядят довольно жалко и неубедительно, зато отцы, которые так хотят породниться, поют дуэтом, уже заранее желая молодым долгих и счастливых лет брака.

И только сейчас я понимаю, как ошибалась все это время. Конечно же, я знаю, что Валевский меня любит, но против родителей и их выбора не пойдет, а мои цели в жизни, мечты и желания не совпадают с этими планами.

Ведь знала же, что мы не пара, но так же хотелось поверить в сказку.

Я медленно разворачиваюсь и направляюсь к выходу, не желая оборачиваться назад. Я сама виновата в происходящем, потому что приняла желаемое за действительное. Пора признаться себе, что меня никогда не примут в это долбанное высшее общество, а Рома женится на блондинке Ирочке или ей подобной, потому что его родители очень уж хотят породниться с такими же богатыми и знаменитыми предками девушки, как и они сами.

И чувства здесь не играют никакой роли.

— С вами все в порядке? — интересуется таксист, когда я усаживаюсь на заднее сиденье, только сейчас понимая, что слезы уже градом текут по лицу.

— Всё нормально, отвезите меня домой, — диктую адрес совей любимой и родной квартиры, откидываюсь на спинку кресла и поворачиваю голову к окну.

Именно сегодня я хотела поговорить с Ромой о самом важном для меня, и очень надеялась, что мой любимый мужчина меня обязательно поддержит и поймет, а теперь я просто не знаю, что мне делать дальше.

Моя непутевая жизнь рушится и летит ко всем чертям!