Глава 7

Вежливый стук в дверь раздался буквально через минуту после того, как Аверин положил трубку телефона внутренней связи.

– Заходите, Сергей, – разрешил глава, и на пороге одновременно появились старший следователь и Савелий. Див, вежливо поклонившись, немедленно заулыбался, увидев Кузю, но тут же его веснушчатый лоб прорезали глубокие морщины: дивы начали обмен информацией по ментальной связи. Правильно. Времени не много. Поэтому, пригласив Сергея в кабинет, Аверин кратко изложил суть дела.

– Я решил привлечь к этому расследованию именно вас, Сергей, несмотря на то что теперь это не совсем ваш профиль. Но дело требует полнейшей конфиденциальности. Речь идет о детях-колдунах, наверняка отпрысках благородных семейств. Представляете, как взорвется пресса? Будет огромный скандал, и мы не сможем нормально работать.

– Я это отлично понимаю, Гермес Аркадьевич. Буду максимально корректен и осторожен. Что мне нужно сделать?

– Я хочу, чтобы вы допросили детей из списка и их родителей. Аккуратно, не связывая с ограблениями. Придумайте безобидную легенду, чтобы не напугать. Надо узнать, что мальчишки делали в даты ограблений и как они себя вели.

– Готов приступить. Посмотрю адреса и придумаю что-нибудь. А Савелий? Со мной?

– Нет. – Аверин покачал головой. – Для него у меня отдельная задача. Савелий, слушай внимательно. Сейчас ты отберешь из группы под твоим началом трех толковых дивов, желательно с не слишком заметной истинной формой. И вы по ночам будете следить за этими детьми. Если кто-то отправится в Академию, обязательно убедитесь, что уехал.

Савелий просиял. А Кузя внезапно громко хихикнул, прикрыв рот ладонью.

– Мы можем идти? – уточнил Сергей.

– Да, приступайте немедленно. И после каждого разговора отзванивайтесь мне, пожалуйста. Я постараюсь быть на месте. Или Леднев пришлет ко мне Казимира с докладом.

Сергей наклонил голову, почти по-военному щелкнул сапогами, и они с Савелием покинули кабинет.

– Смотрю, вы привыкаете к своей новой должности, – криво усмехнулся Виктор. – А говорили: «Я одиночка».

– Времена меняются, мне тоже приходится. – Аверин развел руками. – Кузя, что смешного сказал тебе Савелий?

– Он сказал: «Ой, я теперь как Владимир». Это про то, что ему доверили руководить дивами.

– О, хорошо, что напомнил. Владимир, позвони всем колдунам, чьи дивы входят в группу наставника Савелия, и скажи им препятствий не чинить и организовать работу без дива. И языком тоже не болтать, даже в столовой.

– Будет сделано. – Владимир скрылся в кабинете главдива, где последнее время появлялся нечасто. А в дверь снова постучали.

– Входите.

На пороге появилась Евгения Меньшова. Прежде чем ее вызвать, Аверин некоторое время раздумывал, кого выбрать для задания, Любаву или недавно принятую чародейку, и пришел к выводу, что у дочери Меньшова опыта несоизмеримо больше. И посторонней ее назвать сложно; даже если она расскажет что-то своему отцу, тот и так все знает.

– Евгения Алексеевна, у меня к вам будет важное задание, – проговорил колдун. – Вы слышали об ограблении ювелирного магазина сегодня ночью? В газетах уже должно появиться.

– Да, конечно. Убили сторожа. Это по нашей части?

– Электрический разряд выпущен колдуном. Более того, несколько ограблений с участием колдунов складываются в серию. Вам нужно осмотреть место преступления, найти все колдовские или чародейские следы. Следы знаков, иллюзий или воздействия на замки. В общем, не мне вас учить. – Аверин едва заметно улыбнулся, вспомнив давний разговор в Академии. И по глазам девушки понял, что она тоже вспомнила. Однако в лице не изменилась, продолжала слушать очень внимательно.

– И также обследуйте место, где собиралась банда. Кузя покажет. Он отправляется с вами. И у него есть истинное зрение, он поможет заметить что-то, чего не увидит человеческий взгляд. И он же расскажет вам подробности дела.

Кузя рванул к двери, и Меньшова поспешила за ним, а Аверин повернулся к Виктору.

– Ох… насколько сейчас было бы проще самому отправиться на место. Не представляю, как вы с этим справляетесь столько лет, – посетовал колдун.

– Вопрос не в простоте, а в эффективности. Но у вас отлично получается организовать работу. И вот что я думал, пока вы тут выдавали инструкции. Надо как можно быстрее узнать, где используется глина синего цвета с таким составом. В скульптурной мастерской вряд ли, там обычно белая или коричневая. Я, если честно, в первый раз вижу синюю, поэтому вначале и подумал про мел. Она ведь должна быть дорогой?

– Хм. – Аверин потер подбородок. – Вы правы. Тут, – он постучал по листам с результатами анализа, – целый список красителей, много химии намешали. Лепить из такой массы под отливку, или что там делают скульпторы, совершенно нерентабельно. Хотя мы с вами в этом совершенно не разбираемся. Владимир, посмотри сюда. Как думаешь, где может использоваться такой материал?

– Частные поделочные мастерские, детские студии, – немедленно ответил появившийся рядом Владимир и добавил: – Но…

– Но? – Аверин внимательно посмотрел на дива.

– След на фотографии. Он очень четкий и почти ровный. Чтобы получался такой отпечаток, глины должно быть довольно много. Просто наступить на небольшой кусочек недостаточно.

– Ну точно! – Виктор стукнул себя кулаком по ладони. – Она должна лежать на полу относительно ровным слоем. Или просто толстым. Это склад какого-то крупного производства или торгового предприятия. Порт? Склад в порту? Все, кроме этого следа, я уже сто раз проверял. Но, может, Ленька за него и зацепился? Может, он понял, что это за след и где это место? И там-то и нашел преступников?

– Хм… это мысль. Владимир, ты говоришь, детские студии… Он мог видеть такую глину и узнал, где мастерская ее берет.

– Почему не сказал мне?! – Виктор сморщился, как от боли.

– Боюсь, пока мы не найдем Леонида и не спросим, не узнаем. Портовые склады. Но даже если мы найдем место, что это нам даст? Преступники наверняка давно его покинули… Но вот что: вы с Владимиром попробуйте найти предприятия, которые поставляют синюю глину, и узнайте кому. Каждая ниточка важна. А я займусь звонками «электрическим колдунам». Боюсь, ни с кем, кроме главы Управления, они разговаривать не будут.

Разговор с колдунами ожидаемо никаких результатов не дал. Все трое вели себя крайне вежливо и отнеслись к вопросам не просто с пониманием, а с настоящим энтузиазмом и готовностью помочь «графу Аверину». И у каждого оказалось алиби на все даты ограблений. Более того, один и вовсе был восьмидесятилетним стариком, потерявшим ноги еще во время войны, но очень скучающим и общительным. Аверину едва удалось вежливо прервать поток воспоминаний ветерана. Тот находился под постоянным надзором фамильяра и совершить преступления никак не мог. Алиби остальных следовало проверить, но Аверин прекрасно понимал, что это тупик.

Однако звонил он не зря: удалось получить довольно интересные сведения о применении оружия с силой молнии и о том, как оно ведет себя в неопытных руках. Это может очень пригодиться в процессе следствия.

Не успел Аверин положить трубку, как в кабинет без стука ворвался Виктор. Владимир тихо зашел за ним.

– Гермес, нашли! Провались все демоны в Пустошь, похоже, нашли! Никакой это не порт! Это Императорский фарфоровый завод!

– О, интересно. – Колдун протянул руку, и Владимир вложил в нее бумажные листы, аккуратно отстуканные на машинке. Адрес фарфорового завода был обведен красным.

– Завод использует такую глину для мозаики, табакерок и интерьерной посуды. Я продиктовал состав отделу технологий, и он совпал. Но самое главное… – Виктор перевел дыхание и вытер ладонью пот; следственный кабинет Владимира находился этажом ниже, и лестницу Виктор, похоже, преодолел бегом. – Недалеко от завода бабушка наша живет! Ну, мама моей Аленушки. Мальчишки у нее летом часто гостят. Не дача, конечно, квартира, но почти пригород. И река рядом. Так она, теща моя, постоянно жалуется: с завода ей воняет. А Ленька с Пашкой там с детства все излазили. Может, и на склады забирались!

– Похоже. – Аверин нахмурился. – У мальчишек взгляд цепкий. Вдруг он случайно заметил преступников? И решил помочь следствию?

– Да! Ленька мог! Он был у бабушки на той неделе аж дважды! Говорил, каникулы… А-а, разорви меня дюжина чертей… как я сам не понял?

– Вот что, чертей поминать смысла нет. А вот наведаться на завод стоит. Но, – добавил Аверин, увидев, что его друг уже потянулся за фуражкой, – сначала мы пообедаем, и я проинструктирую Леднева. Любая информация от Сергея или Меньшовой должна поступать ко мне немедленно – Ох… уже обеденное время? Совсем не чувствую голода, – вздохнул Виктор. – Может, перекусим по дороге?

– Нет смысла торопиться. Пока мы будем обедать, Владимир позвонит и договорится, чтобы нас пропустили без задержек. У него на обед уходит намного меньше времени.

– Я распоряжусь, чтобы сюда подали обед на двоих. – Владимир поклонился и скрылся за дверью.

Аверин, видя воодушевление Виктора, не стал говорить, что шансов не только схватить преступников, но даже найти новые зацепки довольно мало. И основная цель – понять, как все-таки мальчику удалось внедриться в банду колдунов. А что, если среди них есть кто-то, знакомый ему? Или он что-то заметил и начал следить? Недаром зачастил к бабушке…

– Виктор, а вам Леня ни про каких мальчишек-колдунов не говорил? В секции, в бассейне?

– Нет, точно нет. Я бы сразу за это ухватился. Все его друзья – обычные парни, ну кроме Кузьмы, разумеется.

– Но все равно надо бы и тренеров опросить.

– Я могу сам съездить. Как вернемся с фарфорового завода. Но тут такое дело, Гермес: иногда колдуны-подростки из небогатых и незнатных семей занимаются в бассейне с обычными детьми. Мне Фетисов рассказывал. И они могут не признаться, кто они, но результаты у них заметно лучше. А дети очень не любят тех, кто в чем-то их превосходит. В лицо, конечно, ничего не посмеют сказать, но гадость исподтишка запросто сделают, особенно собравшись гурьбой.

– Хм. И это тоже очень важное наблюдение, Виктор. Но пока догадок не строим. Как минимум пока не поедим.

С обедом расправились быстро. Аверин поймал себя на том, что и сам сгорает от нетерпения покинуть кресло. Все-таки к руководящей работе он не привык: хотелось все увидеть, пощупать и понять самому. Поэтому они с Виктором уже стояли у ворот завода, когда из здания послышался гудок, означающий конец обеденного перерыва.

Охранник пропустил беспрепятственно.

На складе оказалось пусто и холодно. Если тут и бывали рабочие, то они еще не вернулись с перерыва. Ну и хорошо, никто не станет отвлекать. Солнечный свет пробивался сквозь пыльные оконца под потолком, но его вполне хватало для осмотра заполненного мешками и ящиками помещения. Воздух пах деревом, известкой и мелкой пылью, похожей на тальк, она висела в лучах солнца и покрывала почти все поверхности. Однако в целом пол склада выглядел чистым: или грузчики носили мешки аккуратно, или склад хорошо убирали.

Виктор шел немного впереди. Хмурый и молчаливый, он заглядывал в углы, поддевал носком сапога обломки упаковки. Аверин не спешил. Он не надеялся найти ничего важного, но не мешал Виктору, пусть осмотрит все сам. Кто знает, может, хоть что-то да найдется. В конце концов, глина, скорее всего, действительно отсюда. Но на место, где могли бы собираться преступники, этот склад совершенно не походил. Тем более что территория завода охраняется. Надо будет уточнить, не было ли краж.

– Ничего… – проговорил наконец Виктор. – Если глину и роняли, все уже подмели.

Аверин подошел к стене и провел по ней пальцем. На нем остался белый след. Но он совсем не был похож на тот отпечаток, что имелся на снимке.

Владимир появился из-за ящиков в виде овчарки, но тут же вернул себе человеческий облик.

– Ни одного совпадения запахов не обнаружено, – отрапортовал он.

– Леонид тут не появлялся, – сказал Аверин, посмотрев на товарища. – Но мы это и так знали.

– Знали, – согласился Виктор. – Но надеялись, что хотя бы следы преступников отыщутся. Ну, я надеялся…

Он отвернулся, но Аверин все равно уловил легкую дрожь в голосе. Виктор отлично держится, но невозможно даже представить, как ему сейчас тяжело.

– Вы делаете все что можете, – мягко сказал колдун. – Даже больше. Главное сейчас – получить информацию от Сергея и Меньшовой. Надо дождаться их находок.

– Ненавижу ждать, – буркнул Виктор. – И вы правы, я так рвался сюда именно потому, что просто сидеть и ждать невыносимо. Но все-таки… а-а, раздери меня демоны…

Аверин подошел ближе и положил руку Виктору на плечо.

– Я понимаю, – сказал он тихо. – Еще как понимаю. И то, что здесь чисто, не значит вообще ничего. Давайте попробуем опросить охрану, не видели ли они чего-то подозрительного. Не на территории даже, а рядом. Пойдемте.

Он подождал, пока Виктор пройдет мимо и первым выйдет из прохода между рядами. Потом медленно огляделся, задержав взгляд на бетонном полу у грузового входа.

Пусто. Чисто. Никакого мусора…

Но в голове настойчиво свербела мысль, что они что-то упускают… Но что?

Охранник на вопросы лишь развел руками.

– На территорию никто не залазил, это я вам точно скажу. У нас с этим строго. Тута ведь и золото, и камни ценные для мозаики, так что кто попало не шляется. Да вот, Рашпиль может подтвердить.

Охранник заливисто свистнул, и через несколько секунд на свист примчался див, похожий на волка, утыканного ежиными иглами. Увидев Владимира, он замер, но не от страха: скорее всего, Владимир сразу же начал допрос. И действительно, через некоторое время полицейский див кивнул, подтверждая слова охранника. Аверин не сомневался, что Владимир опросил зверодива со всей тщательностью. И тот ни на территории, ни в окрестностях не заметил ни колдунов, ни дивов.

– Да, с такой охраной и муха не пролетит, – усмехнулся Аверин. – А скажите, кто хозяин Рашпиля?

– Чародей наш. Анисимов Иван Сергеевич. У нас тут трое чародеев. Посменно работают.

Значит, Аверин не ошибся: Рашпиль совсем слабенький зверодив, если его мог себе позволить чародей. Но, может, это и к лучшему. У таких чутье хорошее: если никого не видел, значит, ищут не там. А где? Мысль вертелась в голове, но никак не получалось ее ухватить.

– А куда вы деваете брак? – спросил вдруг Виктор.

– Брак? – удивился охранник, будто сама мысль о том, что на их заводе может быть какой-то брак, казалась невероятной.

– Да. Испорченные изделия, порванные мешки с материалом, таким, который нельзя пересыпать в другой. Или, например, если глина отсырела?

– А-а, – рассмеялся охранник, – так на свалку же вывозим. У нас все строго: никакого мусора на территории. Машина каждые три дня вывозит осколки, обрезки, пустую тару.

Аверин с Виктором переглянулись, и колдун спросил:

– А далеко ли свалка?

– Да нет, рядом совсем, километрах в трех. Здесь же раньше пустыри были да поля, а сейчас вона район целый отгрохали. И на нас жалуются, и на свалку. Видать, придется за реку куда-нибудь переносить. – Охранник пожал плечами.

Вот оно! Аверин достал из кармана три рубля и протянул служивому. Все потихоньку начинало сходиться.

– Ну какой же я болван! – Виктор хлопнул себя по лбу, когда они оказались в машине. – Свалка же, ну какой завод? Кто вообще пойдет на охраняемый завод? А мальчишек хлебом не корми – дай по свалке полазать! Да ведь и сами знаете…

– Не знаю, – улыбнулся колдун. – Я в детстве по свалкам не лазал. Только сейчас, с возрастом, приходится.

Настроение поднялось. Почему-то у Аверина появилось ощущение, что след совсем близко.

Свалка оказалась просто карьером, куда сбрасывали отходы от работы завода. Даже забора как такового не было – просто натянутая сетка на столбах. И проржавевшая табличка с почти стертой надписью: «Стой, опасная зона».

Место выглядело не слишком подходящим для детских игр. Котлован с мутной водой на дне и обрывами, покрытыми разноцветной глиной, из которой торчали осколки, выглядел довольно жутковато. Не зря местные жители жаловались на него. Потому что, без всяких сомнений, это место манило мальчишек в том числе своей опасностью. Как сказал Виктор? «Хлебом не корми».

– М-да… да тут полно «сокровищ», – хмыкнул Виктор, нагибаясь и поднимая что-то с земли.

Аверин наклонился и увидел на ладони приятеля блестящий прямоугольник, переливающийся разными цветами.

– «Королевский телик». – Виктор протянул ему находку. – Мечта всего моего класса. У меня не было. Теперь вот есть. Вы верно заметили: все приходит с возрастом.

Он убрал находку в карман.

– Это кусочек мозаики?

– Да. И думаю, довольно дорогой. Наверняка вы такие видели в ванных комнатах богатых домов.

Аверин покачал головой. На то, чем облицованы ванные, он обращал внимание редко, если только это не касалось расследования, конечно.

– Хм. – Он подошел к низким воротам и подергал замок. Впрочем, перелезть через них не составляло труда, особенно для колдуна, даже совсем юного. – А что, если никакого скупщика ценностей и нет? И все эти дорогие побрякушки дети просто забирали себе? Как вот эти «телики»?

– А преступника интересуют только деньги из кассы? Да, такое возможно. Но в любом случае как все это связано со свалкой?

– Сейчас посмотрим… Давайте пройдемся вокруг.

Они двинулись вдоль забора. Аверин даже приподнял штанины, чтобы не вывозить их в разноцветной грязи.

А вокруг вовсю шло строительство. К пустырю, на котором находилась свалка, уже почти вплотную подступали новые дома. Впереди виднелась стрела подъемного крана, а рядом – темные точки, похожие на птиц: дивы-строители.

– Да… – протянул Виктор. – А ведь здесь, похоже, совсем недавно стояли деревни. Сады вон еще остались… Гермес, смотрите: там впереди дом. Выглядит целым.

Окна дома, скрывающегося в ветвях сильно запущенного сада, были заколочены. Но руинами, в отличие от соседних строений, он не выглядел. Видимо, хозяин покинул его не так давно.

Сыщики переглянулись и ускорили шаг, насколько это вообще было возможно. Дорожка превратилась в совсем узкую тропинку, покрытую той же скользкой грязью. В городских ботинках по ней идти было тяжело, и Аверин в очередной раз позавидовал сапогам Виктора. Надо будет для таких «прогулок» купить себе что-то вроде тех военных ботинок, которые недавно приобрел себе Кузя. Див тут же вставил в них разноцветные шнурки.

– Открыто. – Виктор, сильно обогнав товарища, подергал калитку. Аверин огляделся: Владимира не видно, но див где-то поблизости и в случае опасности появится немедленно. Калитка скрипнула, и они вдвоем вошли в заросший травой двор. Однако тропинка, протоптанная к крыльцу, выглядела довольно свежей: кто-то ходил здесь часто и совсем недавно.

Виктор поднялся на крыльцо.

– Тут кто-то живет, – тихо проговорил он и указал на валявшиеся рядом на траве доски, а потом потрогал пальцем отверстия на двери – совершенно очевидные следы от толстых гвоздей, которыми доски были к ней приколочены. – Кто-то оторвал их, чтобы проникнуть в дом.

Аверин подошел ближе.

– А вот и наши следы.

Колдун указал на отпечатки сапог Виктора на ступенях. Не оставалось сомнений, что глина, найденная на месте преступления, происходит именно из этого карьера.

Виктор потянул ручку, но Аверин остановил товарища, взяв за локоть.

– Подождите, – сказал он. – Видите? – Он указал на отверстия от гвоздей. – Нет следов инструмента. Это сделано руками.

– Див? – проговорил Виктор и заметно поежился.

– Первого класса, – подтвердил Аверин. – Дождемся Владимира.

Тот появился меньше чем через минуту. Шагнул к двери и рывком распахнул ее. Скрылся внутри, и почти сразу же из темноты раздалось:

– Чисто.

Аверин с Виктором вошли в дом. Пахло плесенью, дымом и будто бы подгоревшей едой.

– Печь топили… – задумчиво проговорил Виктор, и полумрак прорезал луч света: Владимир зажег мощный фонарь.

Помещение, в которое они зашли, оказалось кухней. На покрытом клеенкой столе стояла банка с кучей окурков, плавающих в воде, а рядом на табурете громоздилась гора немытых кастрюль, покрытых плесенью. Виктор, осмотрев царящий вокруг беспорядок, направился в соседнюю комнату. Скрип половиц под сапогами гулко отдавался по всему пустому дому.

– Здесь жили, – сообщил он, – и жили долго.

Аверин тоже зашел в комнату, которая оказалась чем-то вроде гостиной и спальни одновременно. Здесь было заметно светлее: с одного из двух окон сорвали доски, и свет пробивался сквозь пыльные тюлевые занавески, освещая диван у стены, на котором валялись две подушки и скомканное одеяло, стол с несколькими такими же грязными, как и кастрюли на кухне, тарелками и пять разномастных стульев, расставленных вокруг.

– Печь топили около пяти суток назад. И делали это регулярно, – доложил Владимир. – Очевидно, топили не только для приготовления еды, но и для тепла. За печью склад досок от соседних построек. Похоже, человек, который жил здесь, не собирался в ближайшее время покидать свое жилище.

– Ленька их спугнул, выходит? – Виктор нахмурился.

– Или его… Владимир, почему ты решил, что здесь жил один человек?

– Его запах сильнее всех остальных. Человек, живший в этом доме, мылся довольно редко, поэтому запах ощущается даже в человеческой форме. И именно этот человек касался всей утвари, предназначенной для приготовления пищи. За печью стоит множество консервных банок, в основном тушенка. Он варил себе еду.

– Да, – согласился Аверин, – вот его постель. Можно еще поискать следы, но, скорее всего, Владимир прав. Кто-то тут жил, а остальные, – он кивнул на стулья, – просто приходили «в гости».

– Вы сможете найти его по запаху? – немного смущаясь, спросил Виктор, обращаясь к Владимиру.

– Выследить не смогу. Прошли дожди, и все следы смыло. «Хозяин» и «гости» пешком шли вокруг карьера до дороги, откуда уже ехали на автомобиле. Дорога ведет к воротам карьера, значит, ездят по ней в основном грузовики завода. Нужно опросить местных жителей, особенно владельцев собак: они могли заметить необычный для этих мест автомобиль. И нужно собрать отпечатки пальцев. Тот, кто жил в этом доме, скорее всего, скрывается, а значит, может быть в базе.

Аверин кивнул:

– Видите, Виктор, мы совершенно не зря сюда приехали. Теперь мы можем хотя бы приблизительно установить, что произошло с вашим сыном. Он играл тут с мальчишками и неоднократно видел следы глины.

Поэтому сразу их узнал. Неважно, как ему удалось убедить преступников взять его к себе, но как-то удалось. Преступники, испугавшись, что их легко нашел местный мальчишка, решили, что оставаться тут больше нельзя, и перебрались в цех у Ладожской. Но тот, кто прятался в этом доме, наверняка был вынужден искать себе новое жилье. И у бандитов имеется сильный див. Теперь мы это знаем точно.

– Осталось их найти. Тот, у кого див, главарь банды, так? Но судя по Ленькиной записке, он тоже совсем молодой парень?

– Похоже на то. – Аверин обошел гостиную и снова остановился возле дивана. – Тот, кто тут жил, не привык вести хозяйство. Это могло послужить причиной желания взять с собой вашего сына. Думаю, это отчисленный из Академии студент, весьма неопрятный и ленивый. Скрывался, потому что совершил тяжкое преступление: вызвать дива первого класса можно, только убив человека. Владимир, можешь определить, жил ли див с ним или скрывался где-то еще?

– Я проверю чердак.

Владимир исчез.

– Вы разве не можете проверить? Ну, часами? – спросил Виктор.

– Увы. Здесь Владимир, и часы покажут присутствие дива, разумеется. Можно поискать по запаху, но дивы пахнут очень слабо. Однако если див спал в этом доме, Владимир найдет где.

– Кстати, а почему колдун не использовал дива в качестве слуги?

Аверин пожал плечами:

– Может, плохо контролирует, и вообще хозяин в этой паре – див. А может, дикарь из Пустоши понимает в ведении хозяйства и приготовлении еды еще меньше малолетнего колдуна.

– На чердаке никого не было уже несколько лет, – доложил Владимир.

– Значит, див прячется в другом месте? – уточнил Виктор. – А почему?

– Вероятно, из-за близости стройки. Его могли заметить собратья, задействованные в строительстве, – предположил Аверин.

– Диву лучше скрываться в лесу или, наоборот, в городе, в катакомбах или в канализации, – добавил Владимир. – Кроме того, в таких местах много пищи: крысы, собаки, кошки. После Прорыва демонов находили именно в таких местах. Тех, кто поумнее, разумеется.

– Так, с этим все ясно.

Аверин еще раз оглядел дом и направился к двери.

– Сюда сейчас прибудут эксперты, а нам, я думаю, стоит отправиться домой. Тем более что после окончания рабочего дня мне будут звонить с отчетами именно туда.

– Гермес… – Виктор тронул его за плечо. – Я могу поехать к вам? Не хочу сейчас ни в участок, ни тем более домой. Скрывать не смогу, а знать никому ничего не стоит. Тем более Леночке и Паше.

– Да, разумеется. – Аверин повернулся к товарищу. – Я это и имел в виду. Все документы у нас с собой, поработаем в моем кабинете. Не исключено, что придется еще выезжать. Владимир, ты с нами.

– Как прикажете. Но мне придется отлучиться в одиннадцать вечера, проверить порядок в общежитии.