Глава 17

Рейчел с энтузиазмом принялась за дело. Бэн дал ей изучить материалы работы, которую ей предстояло выполнять.

И, пока шло оформление документов о дистанционном обучении, девушка с головой ушла в планирование будущих обязанностей. Она посвящала этому все время, пока была одна. А остальное — отцу. Они успели сходить в кино, на фестиваль сладостей и покататься на роликах. Для Арона Рейчел оставалось безмятежным подростком.

Она даже поверила в это сама. Когда отец уезжал, девушка не думала об Остине. Лишь о том, как будет не хватать обоих родителей.

Но вот, буквально на следующий день после его отъезда, ей позвонили из универа. Информацию проверили, документы оформили, формальности уладили. Осталось только получить ее подписи. И поставить их должна Рейчел лично.

Она тут же позвонила Бэну. И вот, в середине учебного дня, они подъехали к зданию ее университета. Припарковавшись на автостоянке, он разворачивается к Рейчел.

Она вряд ли смогла скрыть свое волнение. Скорее всего, все читается на ее лице. Тело становится словно ватным. Сделать движение и выйти из машины физически тяжело.

— Я могу пойти с тобой, — сказал Бэн, глядя ей в глаза.

Рейчел чувствует — он рядом и стремится поддержать. Но нет. Сейчас это — лишнее. Ни к чему.

— Не надо. Они ждут меня одну. Да и мало ли кто что подумает. Не хочу лишних слухов, — прямо говорит она.

Ведь наверняка ей придется по пути столкнуться с разными людьми. Возможно, даже с однокурсниками.

Остин…

Нет. Даже не думать об этом!

— Хорошо. Но прежде чем ты пойдешь туда, я хочу показать тебе кое-что, — со спокойной решительностью говорит Бэн. — Хочу, чтобы ты поняла, что это за человек. И почему он не стоит твоих переживаний.

Он тянется к задним сидениям машины. Достает оттуда черную папку. Раскрывает, затем закрывает. Секундная заминка — и дает ее в руки Рейчел.

Она вопросительно хмурит брови. Почему-то страшно открывать папку…

— Вы говорите об Остине? — решается уточнить.

— Да.

Его и без того очевидный ответ непонятно почему вселяет в нее решимость. Рейчел резко разворачивает папку…

И окунается в мир Остина. Здесь было все. И о его родителях, и о достижениях в учебе сначала в школе, потом и в поступлении на бюджетную основу, и о деталях личной жизни. Даже о том, что одно время Остин участвовал в уличных гонках, где, конечно, занимал первые места. Ведь он не умеет проигрывать.

«Черт, мне иногда кажется, что он даже сдохнуть готов, лишь бы быть безоговорочным победителем», — всплывают в памяти слова Ричарда.

Жизнь Остина с родителями, судя по всему, была такой, как парень и рассказывал. Любые попытки его бунтарства пресекались.

Бэн параллельно рассказывает, подкрепляя материалы из папки подробностями. Но Рейчел не особо слушает. Она пролистывает папку до того момента, когда рассказывается о жизни Остина после ссоры и ухода из дома…

И видит знакомые лица.

В этот момент до нее все-таки доносятся слова Бэна:

— Когда он ушел из дома, принялся зарабатывать манипуляциями. Это он, видимо, всегда умел. Ему удалось убедить шайку местных бандитов, что сможет обеспечить им безопасность и отсутствие проблем с законом, если они будет выплачивать ему проценты. Они поверили, так как знали, из какой Остин семьи. О своих проблемах с родителями он, конечно, не говорил. Убедил, что просто решил жить отдельно с пятнадцати лет. И что его отец на полном серьезе станет покрывать шпану только ради сына.

— Да, убеждать Остин умеет, — отстраненно говорит Рейчел.

Фотографии перед глазами расплываются. Все как в тумане. Она часто моргает, ловя ртом воздух.

Проклятье…

Это уже слишком.

— Но в последнее время у него начались проблемы. Эти парни — Пол и Оливер — попали под наблюдение полиции, а Остин их, конечно, не защитил. Вместо этого стал избегать. Видимо, поэтому он решил жить с тобой, — продолжает Бэн, кивнув на фотографии, которые и так врезаются в ее память.

Видимо, уловив, что с Рейчел что-то не то, он замолкает. Смотрит на нее обеспокоенно, протягивает зачем-то руку, но одергивает себя.

— Да. Я их знаю, — тогда решает объясниться Рейчел. — Пол и Оливер…

Рейчел странно усмехается, повторив их имена. Да уж, проще смеяться над ситуацией, чтобы не сознавать весь ее ужас.

Хотя нет… Даже так не легче.

— Они напали на меня в переулке первого сентября. Остин спас меня, — с горькой усмешкой поясняет Рейчел. И насмешливо добавляет: — Подрался. Рисковал собой.

Бэн хмурится. Конечно, он улавливает, что к чему. И, кажется, едва сдерживается, чтобы не нарушить слово не вмешиваться.

— Он все подстроил, — жестко подводит и без того очевидный итог Бэн.

Рейчел не теряется от тона — знает, на кого направлены эмоции.

— Да. Хороший ход, я тогда так перепугалась, что потом чуть ли не боготворила его. Так восхищалась его смелостью и самоотверженностью… — с печальной иронией безжалостно к себе вспоминает она. И тут по коже пробегается холодок. Ужас пережитого в том переулке сбивает дыхание. И уже иначе, почти даже отчаянно, она добавляет: — Кто станет так делать? Подсылать напасть только ради эффектного знакомства?

— Он отличный манипулятор. Лучший способ вот так разом и сильно подобраться к тебе в подсознание, — презрительно к парню объясняет Бэн. — Цинично, жестоко, но действенно. В этом весь Остин.

Рейчел вздыхает, закрывает папку. Делает движение, чтобы положить ее обратно на задние сидения, но в последний момент неловко возвращает в руки Бэна.

— Спасибо, что показали и рассказали все это… — тихо говорит она. — Это и вправду было нужно мне сейчас. Кстати, откуда у вас эти материалы? — вспоминает вдруг Рейчел.

Кто все-таки этот человек перед ней? Друг отца, бизнесмен, и…?

Она не так хорошо знает его. Но одно чувствует наверняка — ему можно доверять.

Бэн небрежно бросает документы назад, откуда и взял.

— У меня есть полезные знакомства. С первого столкновения с этим парнем я подозревал что-то неладное, вот и хотел перестраховаться.

Рейчел почему-то становится неловко. Его просили следить за ней, как за маленькой, и, к сожалению, не зря. Она действительно нуждается в опеке.

Пора взрослеть…

Стеснение перед ним заставляет ее коротко бросить:

— Понятно. Ладно, я пошла.

Рейчел уже берется за ручку двери машины, когда слышит решительное:

— Я подожду здесь.

Сначала она хотела отказать. Но зачем, если поставить подписи — дело пяти минут? Будет даже странно. И неудобно.

— Спасибо, — говорит Рейчел, и выходит.

Пройдя немного, она вдруг останавливается. И пробегается взглядом по автостоянке…

Машина Остина на месте. Он в универе.