ГЛАВА 9

Ираса встретила теплом и тихим плеском волн.

Артур не стал заходить в дом. Не спуская меня с рук, наместник пошел вдоль берега, а я сильнее прижалась к мужу и прильнула к его груди. Объятия Торна действовали на меня успокаивающе, заставляя забыть о недавних отвратительных видениях. С каждым шагом Артура, воспоминания о страшном подземелье все больше тускнели. Лицо герцога Эрейского, глаза его жертвы, хриплый, надтреснутый женский голос- все это исчезало из памяти, оставляя лишь смутные, расплывчатые образы, подернутые дымкой времени. Действие проклятия рассеялось, а вместе с ним уходили и кошмары прошлого.

— Арт, куда мы идем? — встрепенувшись, спросила у мужа.

— Сейчас увидишь, — ответил наместник, и я заметила на его лице загадочную улыбку. — Потерпи еще немного.

Он обнял меня крепче и ускорил шаг.

Белый песок пляжа узкой полосой уходил вдаль, грозный Терейский океан казался смирным и покорным, подкрадываясь к ногам наместника белой пеной, ветер шумел в кронах высоких пальм. Ночь в Ирасе… Она была живой, наполненной сотнями звуков, теплым дыханием Терея и обволакивающей темнотой.

— Закрой глаза, Аннет, — тихо шепнул Торн.

Не возражая, крепко зажмурилась. Я чувствовала, что недавнее напряжение не отпустило мужа, он лишь загнал его поглубже, не собираясь тревожить меня своими переживаниями, и делает вид, что ничего не произошло. Но по тому, как крепко супруг прижимал меня к своей груди, как незаметно касался губами волос, как пытался скрыть волнение за привычной невозмутимостью, можно было догадаться, какие чувства его обуревают. Еще бы! Осознав, что Куорн рисковал моей жизнью — а как ещё назвать использование непроверенного заклинания? — Торн не смог сдержаться. То, как наместник смотрел на Арчибальда… Казалось, он готов был его убить! Наверное, именно это заставило меня произнести вслух то слово, которым я, вот уже несколько дней, называла мужа про себя. Любимый… Покраснев, мысленно повторила — любимый… Мой любимый…

Тем временем, под ногами Артура зашуршали камни, и я предположила, что тот утес, который видела издалека, оказался намного ближе, чем мне запомнилось.

Немного погодя, наместник остановился.

— Смотри, Аннет, — тихо произнес он.

Я открыла глаза и огляделась вокруг.

Невысокая скала, на которую мы забрались, походила на ровную каменную террасу. Внизу, перекатывая свои воды, мощно дышал океан, яркие звезды таинственно мерцали в небе над нами, а огромная, полная луна отражалась в водах небольшого круглого озера, простирающегося почти у самых ног Артура.

— Арт… Это… — Не могла подобрать слов, чтобы выразить свои эмоции. — Это просто чудо…

Наместник улыбнулся.

— Нравится? — спросил он. — Хочешь поплавать?

— Сейчас, ночью? — переспросила я. — Но…

— Тебя что-то смущает, моя любимая супруга? — провокационно поинтересовался муж.

Я засмотрелась на игру завораживающей метели в его глазах. Она заставила меня забыть и о правилах приличия, и о наставлениях рэйи Алирии, и о многочисленных запретах, связанных с купанием в водоемах. "Запомните, моя дорогая, только простолюдинки способны бесстыдно плескаться нагишом в реках и озерах! Истинная светлая леди никогда не позволит себе обнажиться где-либо, кроме собственных покоев. Вы обязаны помнить, что даже супруг не должен видеть вашей наготы, иначе, он слишком быстро пресытится и потеряет к вам интерес…" Бабушка тоже не раз подчеркивала, что нельзя позволять мужу переступать в отношениях определенную грань. "Честную рэйю от женщины легкого поведения отличает именно скромность и воздержанность во всем, а особенно, в супружеских отношениях. Тебе, Аннет, пока ещё рано знать все подробности, но ты не должна забывать — мужчине не стоит позволять слишком многое, иначе ты потеряешь его уважение"

Мои добрые наставницы… Возможно, в любом другом случае, они были бы правы, но наш с Артуром союз… Он совсем не подходил под эти старомодные рекомендации! В первую же ночь, муж разрушил мои представления о браке, заставив забыть о стыдливости и принять себя такой, какой он хотел меня видеть, — смелой, открытой, чувственной. Не боящейся проявлять эмоции и получать удовольствие от близости, умеющей без стеснения принимать откровенные ласки и с радостью дарить их в ответ.

— Нет, Арт, меня ничего не смущает, — смело глядя в родные глаза, сказала я.

— Тогда, миледи, спешу предложить вам услуги камеристки, — усмехнулся муж, спуская меня с рук и ловко принимаясь расстегивать многочисленные потайные пуговицы моего наряда.

Похоже, у наместника был богатый опыт по части раздевания дам! Эта мысль неожиданно кольнула, заставив испытать то неприятное чувство, которое я помнила по свадьбе. Ревность… Никогда не думала, что она так коварна!

— Что случилось, Аннет? — тут же почувствовал неладное супруг.

— Ничего, все в порядке, — попыталась скрыть от него постыдные эмоции.

— И все же? — пытливо посмотрел на меня наместник. — Аннет, не утаивай от меня свои переживания. Мы же договорились…

— Арт, сколько их было? — Искоса взглянула на мужа. — Тех, кого ты так же приводил сюда, раздевал, ласкал, шептал нежные слова… Все эти женщины… Я не могу не думать об этом.

Торн посерьезнел и заключил мое лицо в свои ладони.

— Аннет, — негромко произнес он, — ты не понимаешь, о чем говоришь. Женщины… — горький смешок слетел с его губ. — Я не испытывал к ним тех чувств, о которых ты думаешь. Поверь, твоя ревность совершенно беспочвенна, — Артур грустно усмехнулся. — В моей жизни не было места привязанностям, Аннет. Сердце, скованное льдом, не способно на какие-либо эмоции, и раньше я даже не подозревал, что способен чувствовать так ярко. Да, не буду отрицать, мужская природа, обычаи двора, скука и желание развлечься вынуждали меня заводить романы, долгосрочные и не очень, но все это не имело для меня большого значения. С твоим появлением, все изменилось. То, что я испытываю к тебе… Это невозможно передать словами, но мое сердце… Оно говорит само за себя — ты заставила его биться, и оно живет только для тебя. А насчет Ирасы… Ни одна женщина, кроме моей жены, никогда не ступала на эту землю, — четко выговорил наместник.

Я смотрела в серебристые глаза, пытаясь понять, что чувствую. В тот момент, когда Артур упомянул бывших пассий, сердце болезненно сжалось. Никогда не думала, что буду ревновать своего супруга.

А еще… Интуиция настойчиво толкала меня на непонятное безумие.

— Арт, поклянись, что ты всегда будешь со мной, — не в силах сопротивляться ееголосу, попросила я. — Поклянись, что никогда не оставишь, не изменишь, не бросишь меня, — сказала, на одном дыхании, сама не понимая, как решилась потребовать от мужа подобную клятву.

— Аннет…

Торн удивленно приподнял бровь.

— Поклянись, Артур, прошу…

Наместник внимательно посмотрел на меня, а потом, будто что-то решив для себя, кивнул, и уверенно произнес:

— Я, Артур Эдвард Торн, призывая в свидетели Белую Деву и всех богов Севера, клянусь, что никогда, по собственной воле, не оставлю свою жену, Анну Марию Торн, не брошу ее и не оскорблю изменой.

После этих слов, небо над Ирасой прошила яркая молния. Громкий раскат грома раздался вслед за тем, как она исчезла в темных водах Терея.

— Собственница, да? — довольно усмехнулся муж, вернувшись к прерванному занятию. Последняя пуговица легко поддалась его усилиям. — Моя ревнивая супруга! Кто бы мог подумать!

— Арт…

Платье, повинуясь движению руки наместника, опало к моим ногам.

— Ревнивица, — не позволяя произнести ни слова, в свое оправдание, тихо прошептал Артур и накрыл мои губы своими. Поцелуй заставил меня на время отложить размышления о собственном странном поведении. Не отрываясь от увлекательного занятия, потянулась к камзолу мужа. Медленно расстегнула его, стянула с широких плеч и бросила туда, где уже лежало мое платье. Следом за ним, отправилась и рубашка, а мне, наконец, удалось коснуться покрытой многочисленными шрамами груди Арта.

Я замечала, что Торн не любит выставлять напоказ память о Столетней войне, стараясь сразу же отвлечь мое внимание от застарелых рубцов, но меня не смущали эти свидетельства его прошлого. Наоборот. Я любилацеловать их, находя в этом особое удовольствие. Вот, и сейчас, я провела ладонью по узкому шраму от удара мечом, спустилась к длинному рубцу, уходящему к паху, и приласкала то, что находилось ниже. Короткий прерывистый вздох мужа подсказал, что я на верном пути. Легкое движение — и твердая плоть под моей рукой

ожила, отзываясь на размеренные прикосновения.

— Аннет…

Артур не позволил зайти дальше, перехватив инициативу. Подняв меня на руки, он уверенно спустился к озеру и вошел в воду.

— Арт, она теплая!

Я удивленно посмотрела на мужа. Его глаза мягко сияли в свете луны. Это расплавленное серебро пробиралось мне в душу, пробуждая там то, чему я пока не могла подобрать названия. Робкое, нежное, несмело расцветающее чувство… То, что так перекликалось с моим желанием назвать супруга любимым.

— Это озеро образовано термальными источниками, и никогда не остывает, — ответил наместник. — А еще, оно известно способностью восстанавливать силы.

Он накрыл мою грудь ладонями и сжал потяжелевшие полушария, задевая соски большими пальцами.

Его касаниябыли неторопливыми, мягкими, уверенными.

Они пробуждали в теле томную истому, вынуждали плотнее прижиматься к прохладному мужскому телу, скользить руками по мускулистому торсу, прокладывать тропинку поцелуев от твердых губ до пересекающего шею следа от ветаруса.

— Аннет, — морозный шепот Артура мурашками прошелся по коже.

Я выгнулась, от горячей судороги, зародившейся внутри.

Дыхание стало прерывистым, откликаясь на все более откровенные ласки.

— Артур…

Прикосновения стали жестче, губы — настойчивее, стоны — громче.

— Моя Аннет…

Арт приподнял меня, вынуждая обнять его ногами за талию, и резко вошел сразу на всю длину. Я вскрикнула от неожиданности. Ощущение горячей плоти внутри… Чувство наполненности… Сильные движения мужа…

Вода расходилась кругами, омывая наши тела и усиливая наслаждение, влажный воздух проходился по разгоряченной коже, крепкие рукинадежно удерживали меня, а внутри нарастала могучая волна. Она поднималась выше, ширилась, сбивала дыхание, захватывала все мое существо.

— Арт…

Темп увеличился. Стоны стали громче. Неожиданно, Артур отдал мне инициативу, тихо шепнув:

— Давай сама, любимая…

От этих слов, по телу прошлась волна предвкушения. Я плотнее прижалась к мужу, подстраиваясь под собственные ощущения, и отпустилажелания на волю.

Уже под утро, когда мы перебрались в спальню, Артур поправил подо мной подушку и тихо спросил:

— Аннет, скажи, мне почудилось, или ты, и правда, назвала меня…

Он остановился, не договорив.

— М-мм… Арт, о чем ты?

— Да, нет, забудь, — ровно произнес наместник. — Мне показалось.

Торн спокойно улыбнулся, отводя со лба растрепавшиеся волосы.

Как же я любила, когда муж распускал их! Длинные светлые пряди обрамляли его идеальное лицо, делая Артура намного моложе и мягче.

Придвинувшись к супругу, коснулась его твердо сжатых губ и тихо шепнула:

— Доброе утро, любимый.

Торн вздрогнул.

— Мой упрямый, невыносимый, обожаемый и самый… любимый…супруг.

— Аннет, — муж пристально посмотрел мне в глаза.

— Да-да, тебе не показалось, — улыбнулась в ответ и добавила:

— Любимый.

На щеках Торна проступил морозный узор.

Наместник крепко обнял меня, зарываясь лицом в мои волосы.

— Аннет, — тихо прошептал он. — Если бы ты знала, как я испугался. Никогда не испытывал подобного страха. Два часа, Аннет! Два дорговых часа ты была между жизнью и смертью, в пустом безвременье. Куорн снял проклятие, а ты так и не пришла в себя! Даже не подозревал, что могу испытывать такой ужас. Аннет, — он прижал меня к себе, продолжая лихорадочно шептать: — В тот момент, я сошел с ума. Звал тебя, умолял вернуться, пытался пробиться в твой разум…

— Арт, все позади. Все закончилось, — попыталась успокоить мужа. Понимала, что ему нужно выговориться, но не могла видеть его таким — взволнованным, измученным, почти опустошенным. Видимо, вчерашнее напряжение все же нашло выход. До самого утра Артур не спал. Он ни на секунду не выпускал меня из своих объятий, словно опасаясь, что я исчезну.

— Да, Аннет, — еле слышно, ответил муж. — Да. Все позади.

Он перевел дыхание и, словно через силу, произнес:

— Никогда не думал, что стану таким слабым. Ты — моя слабость Аннет. При одной только мысли о том, что с тобой может случиться что-то плохое, я умираю от страха. От страха не успеть, от страха не справиться, от страха потерять.

— Артур, взгляни на меня.

Вынудила мужа поднять голову и посмотреть мне в глаза.

— Арт, со мной все в порядке! Вот она я — живая и здоровая. Рядом с тобой. Перестань себя изводить.

— Прости, Аннет, — ровно ответил наместник, и лицо его вновь приняло невозмутимое выражение. — Не сдержался. Твой огонь… Он действует на меня… на всех нас, заставляя проявлять настоящие эмоции.

— Так, это же замечательно! По крайней мере, вы становитесь похожи на нормальных людей!

Улыбнулась и потянулась к мужу.

— А еще, мне очень… очень-очень нравится, когда ты не сдерживаешься, — шепнула я и, дразнясь, провела языком по нижней губе супруга. — Очень…

Артур коротко рыкнул, подминая меня под себя.

— Ну, держитесь, миледи, — грозно заявил он. — Сами напросились!

И мы продолжили то, чем занимались прошлой ночью.

А позже, днем, вернувшись в городской особняк, я рассказала мужу обо всем, что видела в своем последнем кошмаре. Наместник слушал внимательно, иногда задавал уточняющие вопросы, а после, долго сидел, уставившись в одну точку и, время от времени, делал какие-то заметки на листке бумаги.

— Артур, а что дальше? Где мы будем искать этого герцога?

Мой вопрос заставил мужа оторваться от размышлений и переспросить:

— Мы? — он серьезно посмотрел на меня и жестко произнес: — Аннет, никаких мы. Ты в этом не участвуешь.

— Арт, — я подошла к мужу. — Пожалуйста, позволь мне самой решать. Это моя жизнь, мое прошлое, мои проблемы. Я не могу оставаться в стороне.

Наместникзадумчиво взглянул мне в глаза.

— Я не смогу тебя убедить держаться подальше от этой истории? Конечно, нет, — он устало потер лоб. — Аннет, я не хочу что-либо запрещать тебе, но…

— Артур, у тебя не получится оградить меня от всех проблем, — присев на подлокотник его кресла, коснулась руки мужа. — Лучше помоги стать сильнее, подготовь к тому, что может произойти, научи всему, что мне необходимо знать. Пожалуйста, любимый. Я не хочу быть бесполезной обузой, не хочу слепо закрывать глаза на происходящее и делать вид, что ничего не вижу. Не после всего, что мне довелось пережить.

Торн долго молчал, невидяще глядя в окно. По его лицу невозможно было понять, о чем он думает, но обострившаяся интуиция подсказывала, что наместник колеблется, пытаясь принять правильное решение.

— Я не рассказывал тебе о том, как погибла моя мать, — наконец, прервал он свое молчание. — Она, как и ты, Аннет, была южанкой, только, в отличие от тебя, владела стихией воздуха, совершенно бессильной против нашей ледяной магии, — муж сделал паузу. — Это произошло в первые годы войны, — продолжил он. — В то время, многие Ледяные встали на сторону герцога Горвина, предводителя восставших аристократов, но наша семья оставалась верной Императору, да, по-другому, и быть не могло — лорд Кронид много веков занимал должность наместника Сартаны, являясь правой рукой Теодора. Мама всегда интересовалась политикой, и отец поощрял в ней это стремление, гордясь своей красавицей-женой. Леди Анхелика присутствовала на всех советах, участвовала в составлении плана по освобождению дворца, вела документацию и распределяла собранные средства. Она была в курсе всех готовящихся операций, и, нередко, принимала весьма активное участие в их подготовке.

Артур замолчал, прикрыв глаза рукой, а я боялась вздохнуть, чувствуя в его душе нарастающую боль.

— Ее схватили прямо рядом с домом, — глухо произнес Торн. — Долго пытали. Три менталиста, Аннет. Три… Ты не представляешь, что это значит! Она выдержала четверо суток. Ее тело… — супруг тяжело сглотнул. — Они бросили его у ворот особняка. От цветущей красавицы, какой была мама, ничего не осталось- седая, высохшая старуха… Отец тогда едва с ума не сошел. Винил себя в том, что поддерживал жену в ее стремлении приносить пользу Сартане, не остановил, не запретил. Мы, сильные, крепкие мужчины остались живы, а она…

Муж посмотрел мне в глаза и тихо сказал:

— Я не хочу повторения этой истории, Аннет. Воевать должны мужчины. Женщинам на войне не место.

— Арт!

Я обняла супруга, не сдерживая слез. Боги, сколько ужасов пережили мои близкие! Бабушка, мама, папа… Артур… Проклятая война!

Мне вспомнилось, как вспылил наместник, когда я предложила просмотреть мысли Себастиана. Теперь я понимала, что тогда произошло, и как неприятно ему было услышать от меня подобную просьбу.

— Арт…

— Пожалуйста, Аннет. Я не хочу запрещать тебе что-либо, но я прошу… Позволь нам самим решить возникшую проблему. Обещаю, я буду рассказывать все, что мы делаем, буду держать тебя в курсе самых мельчайших подробностей и новостей. Это не игра, душа моя. С черными магами шутки плохи. Думаю, твой недоброжелатель уже знает, что его проклятие исчезло, и готовится к встрече. Не играй ему на руку, подставляясь под новый удар.

Торн умоляюще посмотрел на меня, и я почувствовала, чего ему стоил этот рассказ. А еще, поняла, как много эмоций скрывается за ледяной внешностью наместника.

— Арт, я не собираюсь сражаться или воевать с кем-либо, — обняла супруга, стремясь разделить его боль, — я просто не хочу жить в неведении. Думаешь, я не понимаю, что слишком молода, неопытна, не обучена? Понимаю. Никогда не была самонадеянной дурой, и сейчас не собираюсь доказывать, что могу на равных бороться с опытным магом, но мне необходимо знать, что происходит вокруг, и быть готовой постоять за собственную жизнь и за жизнь своих близких.

Наместник грустно улыбнулся и привлек меня к себе.

— Моя смелая девочка, — тихо сказал он. — Что же, будь по-твоему.

Артур поцеловал меня в висок, и добавил: — Аннет, я хотел бы кое-что спросить.

— Да, Арт…

— Как тебе известно, Себастиан завтра уезжает в Арсею, — муж сделал паузу. — Так вот, я хотел узнать, ты не будешь возражать, если мы поедем вместе с ним? Мне не хотелось бы оставлять его сейчас без присмотра, но, если ты против, то…

— То есть, ты не оставил идею насчет путешествия в Арсею? — улыбнувшись, спросила у супруга.

— Разумеется, нет, — усмехнулся Торн. — Давно мечтал увидеть, как луна отражается в темных водах Ирны.

— Да вы романтик, Ваша светлость! — я легонько ударила мужа по руке.

— Тс-с… Никому не говорите об этом, миледи! — заговорщически подмигнул мне наместник.

Мы еще немного поспорили, перекидываясь шутливыми замечаниями, а потом, все же, пришли к соглашению. Решено было выехать вместе с Тианом, доехать с ним до Лидлтона, и уже там расстаться. Нам предстояла поездка в Кен, а Себастиан должен был отправиться в Таб, самое крупное графство Арсеи, славящееся большим выбором родовитых невест.

— А ты уверен, что твой брат не будет против нашего общества? — я не смогла скрыть своих сомнений.

— Даже если Тиан и не выкажет особой радости, против он точно не будет, — заверил меня наместник. — Не переживай об этом, Аннет. Лучше подумай, какие подарки подготовить твоей наставнице и подругам.

Я усмехнулась, покачав головой. Ах, Артур… Как же хорошо он меня изучил! Какое изящное решение — переключить мои мысли со сложностей поездки на приятные хлопоты! Что ж, пожалуй, не буду разочаровывать мужа и позволю ему думать, что его план сработал.

— Похоже, сегодняшний день придется посвятить покупкам, — посмотрела на Артура, решая, спросить или нет про жертвенник. То, что супруг опять пойдет в храм, вызывало у меня неосознанную тревогу. Я не хотела, чтобы наместник снова выкладывался по полной, но, взглянув в спокойные серые глаза, поняла, что не вправе влиять на его решение. Арт не отступит. Если для того, чтобы сделать мне приятное, ему придется отдать все силы, он их отдаст.

— Не думай об этом, душа моя, — негромко произнес супруг, как всегда, мгновенно почувствовав мои эмоции. — Это все мелочи, не стоящие твоего внимания.

Он ласково погладил меня по щеке и спросил:

— Домой?

Я кивнула.

— Отлично, — улыбнулся Торн, открывая портал.

Доставив меня в особняк, Артур сразу же ушел на службу, а я, составив список всего необходимого, занялась сборами в дорогу.