ГЛАВА 13

Утро одиннадцатого дня в Оллене началось необычно.

После завтрака, Артур попросил меня пройти в его кабинет, где усадил в кресло и остановился напротив.

— Аннет, я очень надеюсь на твое понимание, — начал муж.

Он пристально посмотрел мне в глаза, и я вздрогнула. Боги, только не это! Как же я боялась, что однажды этот час наступит!

— Арт, нет…

— Да, Аннет. Да. Я должен.

— Артур, любимый, но ты же один. Это опасно.

— Не бойся, душа моя. Против Истинного Ледяного ни один черный маг не устоит, — усмехнулся супруг, и глаза его холодно блеснули. — Не стоит недооценивать собственного мужа, Аннет.

Ах, в том-то и дело, что я очень хорошо понимала, что, несмотря на всю свою доброту, Артур беспощаден к врагам и к тем, кто посмел причинить боль его близким. Но я боялась. Боги, как же я боялась, что с ним что-нибудь случится, что он пострадает, что черный маг причинит ему вред!

— Арт!

— Успокойся, душа моя, тебе не о чем волноваться.

— Но я думала, Корс с Куорном… Я полагала, они тебе помогут.

— Не стоит вмешивать посторонних, — жестко отрезал Торн. — Это семейное дело.

Его лицо заледенело, губы плотно сжались. Сейчас это был не мой Арт. Подлинный ледяной, наследник яростных северных воинов, безжалостный и неумолимый.

— Но, Арт…

Я обняла мужа, пытаясь его отговорить.

— Перестань, Аннет, — Артур покачал головой. — Я уже все решил. Я должен разобраться с Эрейским, иначе тень той истории так и будет омрачать нашу жизнь.

Я посмотрела на супруга и прочла в его глазах непоколебимую уверенность в собственной правоте.

— Арт, я все понимаю, но здесь, — я коснулась груди. — Вот здесь у меня все обмирает при мысли, что тебе будет грозить опасность.

— Ах, Аннет, — муж крепко обнял меня в ответ. — Ты очень смелая. И разумная. И понимающая. Вот, если бы еще научилась доверять мне! Если я говорю, что никакой опасности герцог не представляет, значит, так оно и есть. Я точно знаю, что мне ещё рано отправляться в Ледяной чертог, так что, перестань переживать понапрасну.

— А где ты собираешься встретиться с Эрейским? — чуть отстранившись, взглянула на Торна. Мне была непонятна его твердая уверенность в собственной неуязвимости.

— Рен нашел его логово. Замок расположен в отрогах Севских гор, как ты и говорила.

Артур отвечал спокойно, словно речь шла об обычной прогулке.

— Арт, но…

— Все будет хорошо, душа моя, — мягко улыбнулся наместник. — А чтобы ты не волновалась, я попросил Тиана приехать и побыть с тобой, пока меня не будет. Что, Аннет? — заметив, как я вздрогнула, спросил муж.

Боги… Только не это!

— Себастиан останется в Оллене? Но почему ты не хочешь взять его с собой? Тебе ведь не помешает помощь!

— Нет, — жестко отрезал наместник, и лицо его заледенело. — У меня личные счеты с этим мерзавцем, Аннет, и я не собираюсь вмешивать в них кого-то еще, — Артур невидяще уставился вдаль и замолчал. — Не переживай, душа моя, — спустя пару минут, совершенно другим тоном добавил он. — Со мной будет Рен и его солдаты, этого вполне достаточно.

— Арт, любимый…

— А вот тебе понадобится защита и помощь, поэтому, не спорь, Аннет, мне так будет спокойнее, — не обращая внимания на мои попытки отговорить его, мягко произнес супруг.

Он улыбнулся и легко погладил меня по щеке, а я смотрела в ясные серые глаза и понимала, что ничего не могу сделать. Артур все решил, и переубедить его невозможно.

Сердце полоснуло нехорошим предчувствием. Боги… Я снова испытываю те же чувства, и снова бессильна что-либо изменить. Сначала мама, теперь, вот, Артур.

— Арт…

— Все, Аннет. Хватит об этом. Попроси рэйю Клару подготовить для Себастиана комнату.

Я молча посмотрела на мужа, развернулась и вышла из кабинета.

Душу выворачивало от боли. Интуиция настойчиво требовала не отпускать любимого, а разум безжалостно признавал, что Торн не поддастся на мои уговоры. Проклятый упрямец! Если он что-то решил, то ни за что не изменит своего решения!

Я отдала распоряжение Кларе подготовить гостевые покои, обговорила с Дороти меню ужина, пообщалась с Джоном, велев ему подать к столу самое лучшее вино, но все это не могло избавить меня от тревожных мыслей. Артуру грозит опасность, а я хлопочу, как получше принять его брата! Брата… Щеки опалило огнем. Как я смогу посмотреть Себастиану в глаза?! Как буду разговаривать с ним, сидеть за одним столом, желать доброго дня и покойной ночи, зная, что… Боги, сжальтесь надо мной!

И он… Хватит ли у него смелости вести себя, как ни в чем не бывало? Сумеет ли он забыть? Сможет ли сделать вид, что между нами никогда и ничего не было?!

Сжав ладонями раскалывающуюся от боли голову, я застыла на месте, не в силах куда-либо идти.

Нет. Я должна взять себя в руки. Себастиан — это прошлое, которое я должна забыть. Артур — моя истинная любовь, мое будущее и моя жизнь. Я знаю это. Я чувствую это. И никому не позволю отнять его у меня — ни Тиану, ни былым чувствам, ни черным магам, ни самой смерти.

Распрямившись, вскинула подбородок и решительно направилась в наши с мужем покои. Мне предстояло собрать любимого в дорогу и успеть попрощаться с ним до того, как в доме появится Кимли.

Себастиан приехал к самому ужину. К тому времени, Дороти уже начала переживать, что баранина остынет, а дичь пересохнет, и горестно причитала, что опозорится перед братом хозяина в первый же день.

— Ох, леди Анна, ну, вот, что бы милорду пораньше-то приехать? Вот-вот барашек дойдет, а ежели его сразу не подать, так, хоть собакам тогда выкидывай! Прямо, беда…

Кое-как успокоив Дори, выпроводила ее из гостиной, наказав не паниковать, а сама уселась на диван и заставила себя взяться за вышивание. Как бы ни было тяжело на душе, леди не должна показывать своих эмоций. Это правило в меня вдалбливали с раннего детства, и сейчас, прежняя выучка, ой, как пригодилась!

Я невозмутимо держала в руках пяльцы, принуждая себя класть ровные стежки, а сама прислушивалась к тому, не раздастся ли в холле голос мужа, выехавшего час назад навстречу Себастиану.

Вскоре, в открытые окна донесся стук копыт, послышались звуки речи, ржание лошадей… бдвджгж А спустя пару минут, в гостиную вошли запыленные всадники.

— Аннет, посмотри, кого я привез! — довольно воскликнул Артур, подталкивая вперед своего брата.

Кимли был бледен и выглядел уставшим.

— Добро пожаловать в Оллен, Себастиан, — поприветствовала я деверя, подходя ближе. — Рада видеть вас в добром здравии. Рэйя Клара покажет вам ваши покои.

Тиан поднял на меня глаза, пристально всматриваясьв мое лицо, но я не дрогнула. Легкая улыбка, благожелательное выражение, невозмутимость во взоре. Я сумела побороть волнение и готова была бестрепетно встретить взгляд Бастиана.

Позвонив в колокольчик, приготовилась ждать, но расторопная экономка возникла в гостиной мгновенно. Подозреваю, что она ожидала моего звонка за дверью. Да…Ничего не изменилось. Любопытство домоправительницы, несмотря на все пережитые невзгоды, осталось при ней.

— Клара, проводи лорда Кимли в его комнаты.

— Слушаюсь, миледи.

Пожилая рэйя, не теряя достоинства, поклонилась и обратилась к гостю:

— Следуйте за мной, милорд.

Когда Тиан с Кларой вышли, я приблизилась к мужу и крепко его обняла. Артур! Как же мне нужна твоя уверенность и сила. Не бросай меня, любимый… Не оставляй наедине со своим братом…

Супруг пристально посмотрел в глаза.

— Ну, что ты, Анцет? — тихо спросил он.

— Арт, молю тебя, не уезжай, — безнадежно прошептала я. — Пожалуйста.

— Ну, ты чего, глупышка? — вытирая бегущие по моим щекам слезы, ласково спросил муж. — Чего ты так боишься?

— Артур, любимый, прошу, останься! — не в силах унять ноющее сердце, продолжала упрашивать мужа. — Зачем нам этот герцог, к чему вспоминать прошлое? Пусть оно останется позади. Проклятие снято, память возвращается, к чему лишние проблемы? Не уезжай!

— Аннет, — Торн оторвал от себя мои руки и заставил посмотреть на него. — Куда делась та смелая девушка, что спорила с Императором? Куда исчезла та Анна, что не испугалась обряда Мергены? Где моя гордая и сильная жена?

Куда она пропала?

Под пристальным взглядом наместника, мне пришлось выпрямиться и высоко поднять голову, как бы тоскливо ни было на душе.

— Она здесь, милорд, — твердо ответила мужу. — Здесь.

— Вот, и умница, — мягко улыбнулся супруг. — Не забывай об этом и не позволяй страху овладеть твоим сердцем. О, а вот и Бастиан! — поворачиваясь к двери, воскликнул Торн. — Ну, что? К столу?

Дальнейшее запомнилось мне лишь тем, что каждый из нас пытался сделать вид, что ничего не происходит. Вежливые улыбки, пустые разговоры, приятная предупредительность… К концу ужина, я чувствовала страшную усталость от скопившегося в комнате напряжения.

Наконец, когда мне стало казаться, что еще немного, и я не выдержу, Артур поднялся из-за стола и посмотрел на нас с Себастианом.

— Пора, — коротко произнес он, и вся фальшь утомительного вечера мгновенно исчезла.

Кимли вскинул голову и резко встал, я оказалась рядом с мужем, торопясь обнять его, слуги застыли на своих местах, стараясь не мешать, но на их лицах была написана растерянность. Прислуга, привыкшая мгновенно улавливать настроение хозяев, чувствовала, что что-то происходит, только вот не понимала, что именно.

— Артур, ты уверен, что тебе не нужна моя помощь? — пытливо взглянул на брата Кимли. — Я бы не стал недооценивать нашего врага. Может, поедем вместе? Или хотя бы подожди до утра. Куда ты в ночь?

— Тиан, ну, ладно, Аннет, она женщина, ей простительно, но ты-то с какой стати вдруг решил меня опекать? — хмыкнул наместник. — Я тебя для чего позвал? Чтобы ты был рядом с моей женой и уберег ее от ненужных переживаний. А ты только масла в огонь подливаешь своими сомнениями, — Артур насмешливо посмотрел на Тиана. — Не придумывай лишнего, брат.

Наместник прижал меня к себе и коснулся губами волос.

— Обещай, что не будешь волноваться, душа моя, — тихо сказал он.

— Я постараюсь держать себя в руках, любимый, — так же тихо ответила я. — Но и ты пообещай, быть благоразумным, и не пренебрегать осторожностью.

— Надеюсь, ты не потребуешь от меня торжественной клятвы?

— весело усмехнулся муж. Он никак не мог забыть мою, как он называл, любовь к юридизму и вечно над ней посмеивался.

— Нет, — покачала головой и серьезно посмотрела в родные серые глаза. — Постараюсь поверить на слово.

— Умница, — шепнул Артур и повернулся к Кимли. — Тиан, проводишь меня до ворот?

Я поняла, что муж собирается поговорить с братом наедине, и не стала им мешать. Пусть говорят. Мы все вместе прошли в холл, где наместника уже ждал один из его сопровождающих, Артур ободряюще улыбнулся мне, коснулсягуб коротким поцелуем, и братья вышли в распахнутые двери.

Боги, помогите…

Сдержав подступающие слезы — слуги не должны их видеть, — повернулась к экономке и поинтересовалась, все ли понравилось нашему гостю.

— Вроде бы, да, миледи, — ответила Клара. — Лорд Кимли сказал, что всем доволен.

— Но? Договаривай, Клара.

— Не знаю, удобно ли, миледи, — замялась экономка.

— Ну, Клара, не томи, что ты хотела сказать?

— Ох, миледи, не сочтите, что я сплетничаю, да только, похоже, лорд Кимли плохо себя чувствует. Такой уж он бледный! А когда я из его покоев выходила, так в зеркало увидела, как милорд скривился, словно от боли, и побелел весь. Вот, ни кровиночки в лице не осталось! И взгляд такой был…

Измученный.

— Ладно, Клара, я постараюсь узнать, что с лордом Кимли, — кивнула пожилой рэйе. — Попроси Джона выделить Тони в помощь нашему гостю.

— Слушаюсь, миледи, — экономка почтительно склонила голову и покинула холл.

Позже, когда я проходила мимо кухни, мне довелосьслучайно услышать разговор Клары и Дороти.

— Ох, как наша леди Анна изменилась, Дори! — делилась с кухаркой своими наблюдениями домоправительница. — Такая взрослая стала, уверенная, серьезная. И взгляд такой… Как посмотрит, властно так, с силой, и сказать-то ничего в ответ не можешь. Я уж не раз леди Агату вспомнила. Вот, на нее наша леди похожа становится. Кажется, со времени ее отъезда на Север не месяцы, а годы прошли!

— Да, уезжала птенчиком неоперившимся, а вернулась орлицей, — одобрительно хмыкнула Дороти. — А я ещё когда говорила, что бабушкина порода свое возьмет.

— И муж у миледи такой представительный! Видный мужчина. Как взглянет, у меня аж мурашки по коже бегут! И леди свою любит, сразу видно! Надышаться на нее не может. Повезло нашей леди Анне, жаль, леди Агата не дожила, не успела за внучку порадоваться.

Женщины принялись вспоминать свою старую хозяйку, а я потихоньку отошла от двери и направилась в гостиную. Да… Не думала, что Клара будет сплетничать с Дороти. В былые времена, экономка никогда бы не опустилась до подобного общения с кухаркой, а теперь, гляди-ка, обсуждают хозяев, как завзятые кумушки! Видно, последние недели мытарств, сблизили всех слуг, заставив забыть о классовых различиях.

Кимли ждал меня в гостиной.

— Леди Анна.

При моем появлении, Себастиан встал и склонил голову в коротком поклоне.

— Мне казалось, мы отбросили церемонии, — тихо сказала я, стараясь придать голосу необходимую твердость.

— Да, простите, Анна.

Тиан пристально посмотрел мне в глаза, и я увидела, как его щеки медленно покрывает морозный узор.

— Быть может, вы хотите отдохнуть с дороги? Вы ведь наверняка устали.

— Анна, пожалуйста…

Себастиан оказался рядом со мной и порывисто взял за руку.

— Вы читали его? — В голосе Кимли прозвучало волнение. — Вы прочитали дневник, Энн?

Тиан смотрел на меня, и в глазах его мелькали отблески пламени.

— Да, я прочитала дневник, — спокойно ответила я, мягко забирая свою руку. Боги, чего мне стоило это спокойствие!

— И… Вы, верно, ненавидите меня? — Бастиан впился в мое лицо отчаянным взглядом. — Энн, не мучайте меня, скажите. Вы сможете меня простить?

Он снова схватил мою руку, крепко сжав ее.

— Себастиан, пожалуйста, — Я попыталась вытащить ладонь из его захвата. — Мне больно, — тихо прошептала, глядя в искрящиеся синие глаза. Метель, что бушевала в них, выворачивала мне душу.

— Да, Энн. Простите. Я не хотел, — Тиан поспешно выпустил мою руку и отступил на шаг, словно бы не был уверен в том, что не схватит ее вновь.

— Спасибо, — потирая занемевшую кисть, тихо произнесла я, а потом, решительно распрямилась и твердо посмотрела на Кимли.

— Я прочитала ваш дневник, Себастиан, — Тиан дернулся, собираясь что-то сказать, но я остановила егодвижением ладони. — И могу сказать только одно. Все, что было… Мы должны забыть об этом. Похоронить раз и навсегда. Сделать вид, что этих воспоминаний нет и никогда не было и жить

дальше.

— Артур знает?

— Нет. Я не стала говорить об этом мужу. Для него было бы ударом узнать подобное, — резко ответила я, пытаясь заставить замолчать чувство вины, мучающее меня на протяжении всего последнего времени. — Надеюсь, что и вы постараетесь не распространяться о нашем… путешествии, — сдержав горький смешок, посмотрела на своего собеседника. — А еще лучше, попытайтесь забыть.

— Даю вам слово, Энн, — тихо промолвил Тиан, и глаза его как-то странно блеснули. — От меня никто не узнает о прошлом, но вот забыть… Нет. Не просите меня об этом. Несмотря ни на что, это самые драгоценные мои воспоминания, и я никогда с нимине расстанусь.

— Что же, как знаете.

Я отвернулась, не в силах больше выносить присутствие Кимли.

— Энни, — тихо произнес он.

— Да? — устало посмотрел^ на своего мучителя. Как же тяжело было находиться рядом со свидетелем моего падения!

— Вы сможете когд^-нибудь простить? — еле слышно, спросил он.

— Я виновата в произошедшем ничуть не меньше в^с, Тиан, — невесело усмехнулась я.

— Нет, Энни! Не смейте винить себя! — воскликнул мужчина. — Вы ни в чем не виноваты! Это я… Это все я…

Он отчаянно посмотрел на меня и тихо добавил:

— Если бы я тогда смог удержаться… Впрочем, сейчас уже поздно рассуждать об этом.

— Вот именно, Себастиан, — резкость прорвалась в моем голосе, но я тут же постаралась приглушить ее. — Поздно. И давайте больше не будем…

Не договорив, махнула рукой и пошла прочь. От своего несостоявшегося возлюбленного, от былых чувств, и от измученных синих глаз, выворачивающих душу.

Боги, ну зачем мне все это? Я была так счастлива с Артуром. Я люблю своего супруга. И я оказалась недостойна его любви. Поездка в Кен, которой я так радовалась поначалу, превратилась для меня в испытание. Каждый раз, глядя на мужа, я ощущала угрызения совести. Каждый раз, наслаждаясь его объятиями и поцелуями, не могла отделаться от мысли о других руках и губах. И каждый раз, обнимая Арта, чувствовала себя предательницей, вспоминая тоску в синих глазах Себастиана.

Едва передвигая ноги, доплелась до своих покоев и рухнула на кровать. Тяжелое предчувствие, так и не собирающееся покидать душу, высасывало все силы.

Арт… Упрямый, уверенный в себе, сильный и честный. Как же ты уязвим, мой любимый!

Не выдержав гнетущей тоски, скребущейся в сердце, встала с постели и решительно направилась во двор, в старую часовню древних богов. Быть может, они услышат молитвы и защитят моего мужа…

Из дневника Себастиана:

“…21 орсеня.

Наместнический бал. Место сбора всех местных клуш, желающих пристроить своих прелестных дочурок. Единый, дай мне терпения! Придется безропотно сносить красноречивые взгляды, томные вздохи, наборы шаблонных фраз… И завуалировацные расспросы маменек, с холодным расчетом оценщиц прикидывающих, как повыгоднее продать своих “очаровательных птенчиков”.

Поручил Рену собрать сведения о леди Кервуд. Возможно, у него это получится лучше, чем у меня. Все-таки, моя северная внешность заставляет людей относиться к расспросам настороженно, а полковник легко может выдать себя за южанина. Нет, я мог бы применить личину, но не хочу оставлять магический след. Мало ли, как все пойдет.

22 орсеня.

Увы. Единый не внял моим мольбам. Вероятно, мстит за то, что я не чту его божественных установлений. Ха! Честно сказать, не особо верю в то, что боги интересуются жизнью людей. Что им эти жалкие букашки? Поколения уходят и приходят, времена меняются, фимиам курится… А верховные отходят от человеческих проблем все дальше и дальше.

Взять хотя бы наши легенды. Что ни событие в жизни сартов — то участие в них высших существ, будь то Белая дева, или древние боги. Помощь, защита, вразумление… А сейчас?

То ли верховные ослабели, с оскудением веры, то ли ушли от людей, перестав внимать их мольбам. Впрочем, о чем я?

А, да… Бал.

Как и предполагал, скучное сборище провинциалов. Напыщенный наместник, болтливые чиновники, тоскливая музыка и куча безвкусно разряженных девиц. Ну, и их маменек, куда ж без этих сплетничающих матрон?

Видел леди Кервуд. Что можно сказать о предполагаемой невесте Артура? Недурна. В отличие от подруг, выглядит более-менее прилично… На этом, пожалуй, и все. Никаких особых достоинств за ней не заметил. Ну, разве что улыбка. А так, обычная девица. Не знаю, что разглядел в ее портрете Артур, но мне кажется, что брат ошибся. Скорее всего, за внешней миловидностью скрывается ограниченность и глупость. Впрочем, это не так уж и плохо. Главное, добиться инициации, а все остальное мне даже на руку. Внушу ей пару основных установок, заставлю осознать, как следует вести себя с моим братом, и всего делов-то.

25 орсеня.

Был с визитом в замке Блэквудов. Что же, все предсказуемо. Леди Анна оказалась именно такой, какой я ее и представлял. Глупенькая юная красавица, нежная и ранимая, этакая арсейская роза, не привыкшая к трудностям жизни и каким-либо серьезным мыслям. Меня посещают сомнения, выдержит ли она северные реалии? Хотя… Тео ведь не даром предупреждал нас не делиться с южанкой секретами Сартаны. Пусть живет в неведении, так всем будет проще.

Да…

Но я вернусь к описанию вчерашнего вечера.

Вероятно, девушка полностью покорна своему отчиму. Во всяком случае, бумаги она подписала, даже не прочитав их, что еще раз подтвердило мое мнение об ее умственных способностях. А уж когда лорд Стрэй принялся поздравлять ее с помолвкой…

Надо было видеть, как она смутилась! И как очаровательно покраснели ее щечки. Правда, девица не смогла выдавить из себя ни слова, ну, да, ладно. Надеюсь, Арт найдет, о чем поговорить со своей женой.

Впрочем, к чему разговоры? Внешности леди Кервуд вполне достаточно, чтобы приятно проводить ночи, а все остальное Артуру без надобности. В конце концов, ему есть с кем беседовать.

26 орсеня.

Мне предстоит последнее испытание. Осталось выдержать ещё один бал, на котором будет объявлено о помолвке наместника и леди Кервуд, и можно будет наконец-то отправиться в путь. Как же мне надоела Арсея! Не дождусь, когда покину эту отсталую страну.

Да, Единый, ты поистине наказываешь меня за грехи! Давно уже мне не было так тоскливо…

И эта неприятная боль за грудиной… Странно, что магия не способна справиться с ней. Надо будет показаться Леблану, похоже, это по его части.

27 орсеня.

Свершилось. Помолвка оглашена, кенское общество взбудоражено, невеста потеряла дар речи окончательно, а ее отчим был так счастлив, что напился почти до беспамятства. Еще бы! Это ж какое счастье ему привалило! Пройдоха воспользовался давно забытымарсейским законом, по которому, имущество и титул девицы, выходящей замуж за представителя другой страны, достаются ближайшему родственнику по мужской линии. Хорошо подготовился, мерзавец.

Ну, да, ладно. В Сартане леди Кервуд ее графский титул ни к чему. К тому же, герцогская диадема будет весьма неплохо смотреться на ее хорошенькой головке.

Итак, завтра мы покидаем Кен.

Единый, я все-таки надеюсь на твою помощь. Как представлю — две недели наедине с этой девицей… Заранее боюсь всех этих охов-вздохов, жалоб на неудобства кареты и тяготы пути. Женщины… Они не могут иначе.

28 орсеня.

Сарташи унаш! Эта несносная девчонка… Эта скромная и послушная леди… Эта… Грррасс! Сбежала. Обвела всех вокруг пальца! Пока ее папаша праздновал свою победу, сумасбродная девица выбралась из дома и исчезла. Магический поиск ничего не дает. Похоже, на ней какая-то защита.

Подключил Рена и его ребят, они прочесывают окрестности Кена и ведущие из него дороги.

Кто бы мог подумать! Вот тебе и тихоня!

Объехал всех ее подруг, леди Кервуд к ним не заезжала. И ведь приходится действовать втайне, чтобы не предавать огласке ее побег… Сарташи урр! Найду — лично выдеру!

29 орсеня.

Уму непостижимо! Мы до сих пор не нашли беглянку!

Допросил слуг. Все молчат. Гррррас!

Придется проводить ритуал. Дорг бы подрал этого Уоттса! Если он заметит… Не хотелось бы, чтобы до Сэрси дошли подробности. Старый маразматик только и ждет, как подловить меня на нарушении правил.

И дорг бы подрал Совет, принявший этот идиотский закон! Опасаются они, видите ли, северной магии… Боятся, что

Истинные ледяные слишком сильны…

И ведь наши идиоты повелись на льстивые речи старика Россома! Согласились на запрет. Им-то что? Они за пределы Сартаны уж лет триста не выезжали, какая разница, что те, кто вынужден бывать в странах Альянса, оказываются беспомощнее младенцев — ни возможности применить магию, ни права использовать оружие…

30 орсеня.

Есть. Мне удалось узнать, где скрывается беглянка. Ее старая наставница проговорилась. Испугалась, когда я пригрозил, что ославлю ее “голубку” на весь белый свет. Как же! Не могла благовоспитанная леди сбежать из дома! А уж с конюхом и подавно. Ну, это был маленький штрих, который я добавил для пущей убедительности.

31 орсеня.

Да… Похоже, ошибся я с характеристикой юной леди. Покорная? Как бы, не так! Фурия в юбке! Подруга, у которой она пряталась, тоже та ещё штучка. Чуть глаза мне не выцарапала, защищая свою Энн! Можно подумать, графиня нуждалась в подобной защите. Поначалу девица пыталась изобразить оскорбленную добродетель и презрительно цедила слова. Ничего, я быстро сбил с нее эту спесь. Видите ли, не хочет она выходить замуж за наместника Сартаны. А что ж тогда документы, не глядя, подписывала?

Достал договор и ткнул в лицо.

Вот когда до нее дошло, что отвертеться не удастся… О, чего мы только не наслушались. И то, что она никогда по своей воле не покинет Арсею, и то, что мы обманом заставили ее подписать бумаги, и о коварстве отчима, попытавшегося продать ее в рабство. Глупышка.

А какие ругательства сыпались из ее уст! Грешным делом, заслушался. Рен и в подметки не годится этой маленькой забияке. Как она на меня своими глазищами сверкала! Не знал бы, что леди не инициирована, решил бы, что настоящая огненная. Столько силы…

Привез ее в старый замок, доставшийся девчонке от бабушки. Пара дней, взаперти, пойдут юной леди на пользу.

1 реденя.

Решил использовать благоприятный момент и провести инициацию. Сейчас, когда девчонка кипит от злости, сделать это будет несложно. Запустил простейшую иллюзию, с самым минимальным набором меток — подземелье, цепи, злой палач, угрожающий расправой… Ну, и добавил пару установок, приводящих к покорности. Артуру не нужна такая дикая кошка. Пусть запомнит, что женщина должна быть молчаливой и скромной. Нет, ничего сверхсложного. Обычные иллюзии. У нас такими даже малышей не напугаешь.

Думаю, к утру она как раз дозреет до выброса силы. А тогда… Запру в карете и доставлю в Ругден, и пусть только попробует дернуться!

Рен спросил, не жалко ли мне ее. Жалко? Нет. После всего, что она устроила, я еще довольно мягко с ней обошелся.

2 реденя.

Что-то пошло не так. Анна ведет себя странно. Никакой реакции. Безвольно делает то, что говорю, но даже проблеска мысли нет в ее лице. Попытался отследить иллюзии… Не получилось. Девчонка полностью закрыта.

Понаблюдаю за ней немного, и, если все останется по-прежнему, попробую вмешаться в матрицу.

3 реденя.

Ничего. У меня ничего не вышло. Стоит только проникнуть в маску первого слоя, как меня тут же выкидывает обратно. Не пойму, в чем дело. Я явственно чувствую бурлящую в девчонке силу, но почему-то она не находит выхода. Странно.

Может, усилить каркас ещё парочкой меток?

4 реденя.

Выехали из Кена. Ждать дольше нет возможности. Через две недели мы должны быть в Ругдене, Теодор не терпит опозданий. Я и так задержался сверх меры…

Анна так и не пришла в себя. Молчит и делает то, что говорят. Попробовал остановить действие иллюзии, но ничего не вышло.

5 реденя.

Все пошло не так. Иллюзии… Мне удалось проникцуть в сознание Анны. Единый, это ад. Не могу описать то, что увидел. Как простая иллюзия могла превратиться в ЭТО?! С какой стати девушка отвела мне роль своего мучителя? И с чего вдруг решила, что я способен поднять на нее руку? Неужели, я успел внушить ей такой страх? Не понимаю…

И откуда она… (зачеркнуто) Никогда не думал, что мне… (зачеркнуто)

Попытался напрямую воздействовать на разум леди Кервуд, но меня выкинуло из ее сознания. Откат был настолько мощным, что я с трудом пришел в себя.

Как она держится?! Пятый уровень… Как такое возможно? За грудиной вновь появилась боль. Видимо, откат виноват.

6 реденя.

Сегодня было небольшое улучшение. Анна ненадолго пришла в себя и, наконец-то, посмотрела на меня осмысленным взглядом. О, этот взгляд… В нем было столько тоски и боли. Если бы мое сердце умело чувствовать.

Впрочем, длилось просветление недолго. Уже через несколько минут, все вернулось на круги своя. Жаль.

Вечером остановились в Сториндже.

В довершение всех бед, Анна подхватила простуду. Только этого мне и не хватало!

Местный доктор прописал кучу микстур и велел укутать больную потеплее. Если бы это было так просто! Она то хрипит, что ей жарко, то трясется от холода, и я едва успеваю укрывать ее одеялом и менять влажное полотенце у нее на лбу.

Всю ночь просидел у постели мечущейся в бреду девушки, заставляя ее пить горькие отвары и отвратительно пахнущие настойки. Признаться, местная медицина оставляет желать лучшего. Варварская страна.

Сознание Анны для меня по-прежнему недоступно. Графиня шепчет что-то о каком-то письме, упоминает Бетти, уверяет ее, что у нее все хорошо.

Невыносимо…

Рен предлагает нанять сиделку. Плохая идея. Если слухи о болезни леди Кервуд распространятся… Нет. Я не могу так рисковать.

7 реденя.

Анне стало хуже.

Жар усилился, появился кашель. Доктор развел руками и велел ждать кризиса. Вытолкал его взашей.

Единый, помоги… Не могу смотреть, как она мучается.

Похоже, мне не остается ничего другого, как вызвать Корса, при условии, что он не успел покинуть Лидлтон.

Попробовал снова проникнуть в сознание Анны. Она… (зачеркнуто)

Как ни странно, ощутил, что. (зачеркнуто)

Похоже, я. (зачеркнуто)

Кажется, Единый услышал мою мольбу. Уилл сумел приехать.

Кстати, когда он был здесь, Анна ненадолго пришла в себя. Как же я обрадовался! Эти ее бездонные глаза… Когда она посмотрела на меня… Я забыл, как дышать. Увы. Просветление длилось недолго. Стоило Корсу уехать, как она снова впала в беспамятство.

Уилл выругал меня, что я плохо справляюсь с ролью сиделки и велел переодеть девушку в сухое.

“Как ты не догадался снять с нее дорожное платье, Тиан?”

Действительно! И когда бы я успел об этом подумать?! Всю ночь менял холодные компрессы и поил больную отварами… Я не лекарь, в конце концов!

Платье…

Снять его оказалось непростой задачей.

Не знаю, что померещилось Анне, в ее горячечном бреду, но она отчаянно сопротивлялась. Умоляла не трогать ее. Торопливо бормотала что-то о своей чести.

Какая, к доргу, честь? Что я, обнаженных женщин не видел? Что есть у нее, чего нет у других? Все одинаковые…

Кое-как стянул одежду, развязал завязки сорочки… Взгляд невольно задержался на груди.

Пышная, зрелая, с яркими сосками…

Нет, я не хотел смотреть, но какая-то сила не позволила отвести глаза. Эта молочно-белая кожа… Каштановые кудри так ярко контрастировали с ней… Не удержавшись, коснулся мягкости округлых полушарий. Какая роскошная красота… И сколько наслаждения сулит тому, кто… (зачеркнуто)

Опомнившись, быстро обтер девушку полотенцем, нанес ей на спину согревающую мазь, оставленную Корсом, натянул свежую рубашку и укрыл до подбородка толстым одеялом.

Анна странно затихла, а потом беззвучно заплакала.

Единый… Что теперь происходит в ее иллюзиях?

Коснулся мокрой щеки девушки и наткнулся на разъяренный взгляд.

“Не трогайте меня! Не смейте!”

Не смею… Не могу… Не имею права…

Похоже, я схожу с ума…

Впрочем, это неудивительно, после того, что я увидел в иллюзиях Анны. Интересно, кто тот мужчина, которого она так боится и ненавидит? Судя по внешности, какой-то южанин. Думаю, нужно будет дать Рену его описание, пусть подключит своих агентов.

8 реденя.

Анне никак не становится лучше. Впервые испытываю такую растерянность, и не знаю, что делать. Попробовать построить портал? Нет… Плохая идея. Графиня не выдержит перехода.

Слишком хрупкая…

Всю ночь она провела в бреду.

Несколько раз обтирал ее прохладной водой с уксусом, как советовал Уилл, но это лишь ненадолго сбивало жар, а потом, все начиналось по новой…

В душе пробуждаются странные эмоции. Глядя на потрескавшиеся губы девушки, не могу отделаться от острой, противной жалости. Ненавижу это чувство! Не люблю, когда жалеют меня, и сам стараюсь никого не жалеть. Гррррас!

Странно слышать, как Анна произносит мое имя. С ненавистью, с мольбой, с отчаянием… Судя по всему, ее иллюзии приняли слишком тяжелое течение.

Я хотел бы. (зачеркнуто)

Я уже не могу это выносить.

Постоянно пытаюсь пробиться в ее разум, и раз за разом терплю неудачу.

Вижу только обрывки ее мучений, но и этого достаточно, чтобы начать себя ненавидеть.

Все время пытаюсь понять, что я сделал не так? Почему обычная матрица превратилась в ЭТО?

И откуда взялись подобные видения?

Кажется, Анна… (зачеркнуто)

О, нет! Энн ненадолго пришла в себя, посмотрела вокруг осмысленным взглядом и тихо спросила, где она. Не успел обрадоваться и ответить, как она снова впала в беспамятство.

Рен интересуется, как долго я намерен оставаться в Сториндже и напоминает об Императоре.

К доргу Теодора! У меня на руках умирает девушка, а я должен думать о своем долге!

С места не двинусь, пока она не поправится.

Вечером все стало еще хуже. Кашель сотрясает Энн так, что она почти не может дышать. И ей все время холодно.

Пуховое одеяло, выпрошенное мной у хозяйки, не помогает. Девушку трясет в ознобе.

Вспомнил рассказ Рена о южанах, потерявшихся в наших льдах, и решил применить их метод.

Лег рядом с девушкой и обнял ее. Надеюсь, мое тело не покажется ей холодным…

9 реденя.

Впервые за последние несколько суток сумел немного отдохнуть. Анна вела себя спокойно, и мы всю ночь проспали вместе. Под утро, она обняла меня и доверчиво уткнулась в шею.

В душе появилось странное тепло. Ничего не понимаю…

Интересно, а я способен заразиться? Чем иначе объяснить то, что мой лед начинает таять?

Кажется, Анне стало немного лучше. Она пришла в себя, но по-прежнему уверена, что я — ее надзиратель. Ладно. Пусть так, лишь бы поправилась…

Рен настаивает на том, что мы должны уехать. Он уже несколько раз видел рядом с домом старого лиса Уоттса. Если Сэрси станет известно о происходящем… Гррррас!

Полковник прав. Нужно уезжать.

Анна бездумно смотрит в окно, не узнавая меня и не откликаясь на свое имя. Время от времени, она бормочет какие-то фразы, но мне с трудом удается разобрать лишь отдельные слова.

(зачеркнуто)

Ее разум, по-прежнему, закрыт для меня. Дальше первого слоя пробиться так и не удалось. Остановить иллюзию — тоже.

У меня такое ощущение, что я что-то упустил. В тот момент, когда я запускал матрицу, в сознании Анны мелькнуло нечто странное… Какая-то мелочь…

За грудиной болит все сильнее. Такое чувство, будто вся левая половина горит огнем. Неприятно.

Собрал вещи и подготовился к отъезду.

Только бы Энн выдержала эту поездку!

10 реденя.

Ночь выдалась бессонной.

До самого утра, прислушивался к хриплому дыханию Анны.

Мне казалось, что если я закрою глаза и усну, то с Энн случится что-то плохое. Знаю, это похоже на сумасшествие, но… Ничего не мог с собой поделать.

Лежал на соседней кровати и наблюдал за неспокойным сном девушки. Ее лицо было напряженным, иногда, она что-то беззвучно шептала, ее темные волосы разметалисьпо подушке. Моя вчерашняя попытка заплести их в косу, не увенчалась успехом. Непослушные кудри быстро выбились и снова оказались на свободе.

Они такие мягкие на ощупь. Никак не могу забыть ощущение этой роскошной тяжести в своей руке. В прошлый раз, когда я. (зачеркнуто)

Нужно одевать Энн, пора…

Выехали из Сторинджа. Анна выглядит неважно. Бледная, исхудавшая, почти прозрачная…

Она безучастно сидит напротив меня и смотрит в окно.

Единый, я не могу видеть ее измученное лицо! Несмотря на болезнь, оно остается все таким же прекрасным.

Энн что-то тихо сказала, и ее серые глаза странно вспыхнули. Поначалу не понял, но потом разобрал, что она увидела Стоунский лес. Побег, ирвий, обещание слушаться… Снова мое имя… Грррас! Да, что происходит в ее голове?

И почему хочется прижать девушку к себе и крепко обнять?

С трудом удерживаюсь от этого нелогичного желания.

У меня такое ощущение, что весь мир сузился до маленького пространства кареты, и за ее пределами больше ничего не существует. Похоже, я понемногу схожу с ума.

11 реденя.

К утру миновали Уэсскую заставу. Келльское графство встретило нас грязью, вонью и ужасными дорогами.

Остановились ненадолго на постоялом дворе. Анна безвольно делает все, что я говорю, но мысли ее, по-прежнему, далеки от реальности.

Начинаю жалеть, что лишен возможности нанять сиделку. Приходится брать на себя не совсем удобные обязанности, и даже сопровождать девушку в уборную, чему она упорно сопротивляется. Не знаю, что мерещится ее воспаленному сознанию, но каждая такая “прогулка” дается мне с трудом.

Рен только молча качает головой и бросает на Анну сочувственные взгляды.

Меня жалеть полковник опасается. И правильно. Знает, что я ненавижу жалость.

Ближе к вечеру достигли Келля.

Вновь попытался проникнуть в сознание девушки.

Единый, зачем я это сделал?!

Невыносимо видеть, как она мучается. Тот урод, которого она величает моим именем… Я убью его.

Не знаю, кто он, но ему не жить.

12 реденя.

Подъезжаем к переправе. Очень надеюсь, что Энн выдержит переход.

Единый, ты не заметил? С каждым днем я призываю тебя все чаще…

Если ты слышишь, помоги. Помоги Анне.

Я боюсь. Впервые в жизни я боюсь. Не за себя. За нее. За Энн…”