ГЛАВА 21

“ЗДравствуй, моя Дорогая Бетти! Пишу тебе это письмо из Древней провинции КараДж…”

Да. Мы уехали из Сарты. Император так и не простил мне отказа, запретив нам с Себастианом проживать в столице и появляться во дворце, и мы с Кимли вынуждены были переехать в одну из самых отдаленных провинций Сартаны, Карадж-сар.

Здесь очень тихо и спокойно, а небольшой замок, расположенный в самом сердце озерного края, почти безлюден. Несколько слуг, да десяток воинов — вот и все население Ириона, старинного имения, принадлежащего роду Кимли еще со времен короля Орвина.

Вокруг, на много сотен рье, нет ни шумных больших городов, ни маленьких деревень, ни многочисленных поселений.

Лишь бесконечные миндальные сады, окутывающие замок нежнейшим ароматом, да растущие вдоль реки Ирты мандровые леса, изобилующие голосистыми птицами и непуганым зверьем…

“Мы с Себастианом обвенчались в уеДиненном горном монастыре Стратос. Церемония была тихой и скромной, а сразу после нее, мы уехали в Ирион, оДно из имений лорДа Кимли.”

Все так и есть. Венчание вышло скромным. Ни гостей, ни поздравлений, ни застолья. Впрочем, оно и к лучшему. Добрый фра Джакомо неторопливо совершил обряд, братия пропели нам многолетие, ученики местной школы преподнесли мне букет из полевых цветов. Лишь в самом конце, когда мы уже садились в карету, посреди монастырского двора открылся портал, и из него вышли леди Кросс и Арчи. Моя подруга обняла меня, а Арчибальд неловко откашлялся и сунул в руки охапку синих роз.

“Постарайся быть счастливой, моя девочка” — шепнула мне

пожилая леди.

Я смогла только кивнуть в ответ, сдерживая невольные слезы.

Куорн, как мне показалось, хотел что-то сказать, но так и не решился, лишь молча поклонился и отошел к Себастиану, что-то тихо шепнув ему и передав какую-то шкатулку.

Все забываю спросить у Тиана, что в ней было. Впрочем, это не так уж и важно.

“Ты спрашиваешь, как мое зДоровье? Со мной все хорошо, моя Дорогая Бесс.”

Как ни странно, это правда. Несмотря на все произошедшее, беременность моя протекает на редкость благоприятно. Я полна сил, и доктор Леблан не перестает удивляться тому, что меня миновали обычные, для моего положения недомогания. “У вас очень крепкий организм, миледи” — заметил Роберт, после очередного осмотра, а старая Рут, одна из самых древних обитательниц Ириона и, по совместительству, ключница этого имеция, поддержала его, сказав как-то: “Боги благословили вашего ребенка, Ваша светлость. Не иначе.”

Может, и так. Я, действительно, чувствую себя довольно неплохо. Благословение ли это богов? Не знаю. В последнее время я перестала полагаться на их милость…

“Бетти, ты пишешь, что очень соскучилась. Я тоже, моя Дорогая. И очень хочу тебя увиДеть.”

Имецно так. Мне не хватает моей нежной и понимающей подруги. Наша последняя встреча была слишком мимолетной.

Артур тогда ещё был жив…

Мы ездили в Арсею, по поручению Императора, и, по пути из Клэринджа в Версу, мне удалось увидеться с Бесс.

Элизабет совсем не изменилась. Все то же милое лицо, все та же доброта во взоре. И все то же беспокойство обо мне.

“Ах, Бесс! Ты хотела знать, как я живу, и как относится ко мне мой муж? Что тебе сказать? У нас все хорошо. Себастиан очень Добр и внимателен. Он пытается отвлечь меня от грустных мыслей.”

Да… Тиан переживает. Правда, он немного изменился, после гибели Арта. Кимли стал более нервным и холодным, и в его глазах я часто вижу странное выражение. Как будто он взвешивает что-то, или пытается решить какую-то проблему. Впрочем, несмотря на некоторую отстраненность, Бастиан старается сделать все, чтобы я не чувствовала тяжести изгнания.

Изгнание…

А ведь я совершенно его не ощущаю. Я ничего не потеряла, уехав из Сарты.

После смерти Арта, и столица, и светская жизнь перестали меня привлекать.

Единственное, что волнует меня сейчас, так это мой ребенок.

“Ты спрашиваешь, почему мы решили переехать в провинцию…

Знаешь, Бесс, в КараДже очень хороший климат. ЗДесь солнечно и тепло, а это очень важно в моем положении. К тому же, имение лорДа Кимли расположено в оДном из красивейших мест Сартаны, и мне нравится гулять в саДах Ириона.”

Да, так и есть. Ежедневные прогулки стали моим излюбленным занятием. Я подолгу брожу по округе, уносясь мыслями в счастливое прошлое, или задумываясь о недалеком будущем.

Что оно принесет? Смогу ли я снова быть счастлива? Сумею ли вернуть утраченный покой? Или так и буду мучиться от ощущения невосполнимой утраты?

Я стараюсь. Я очень стараюсь победить ту пустоту, что поселилась в моей душе, со смертью Арта.

Но… Пока у меня не получается.

“До свиДания, моя Дорогая Бетти. Обнимаю тебя и очень наДеюсь на встречу.”

Любящая тебя Анна Мария Кимли.

Сарта, Имение Ирион, КараДж”

Запечатав письмо, положила его на поднос и задумалась.

После гибели Арта прошло уже два месяца. Долгих два месяца.

Я не смирилась с болью утраты. Нет. Но сумела немного притерпеться к ней.

Единственное, что давало мне силы жить, это мой малыш. Мой мальчик.

Он рос. Я чувствовала его толчки. Ощущалапотоки магической силы.

И часто думала о том, каким он вырастет и какое будущее его ждет.

Без помощи и поддержки отца, без его любви и заботы, среди бездушных и холодных аристократов и враждебной природы Сартаны.

Сарты… Ледяные, надменные, почти всесильные…

И своенравная земля, над законами которой они не властны. Как много тайн и легенд она хранит! Как много горя и людских судеб замешаны в ее истории.

Я нередко размышляла о Севере и северянах.

Император, Корс, Куорн, леди Мелинда, адмирал Кросс, лорд Солсберри, лорд Барри, лорд-канцлер Сэрси… Они такие разные. Но, в то же время, всех их объединяет сила льда, живущая в каждом Истинном. Одних она делает горделивыми и бездушными, другие же сумели не поддаться иллюзии всемогущества и вседозволенности, и остались людьми.

Мой муж тоже был Истинным ледяным. Но это не мешало ему быть добрым и человечным.

Артур… Я не встречала человека более честного и достойного, чем он.

Арт так любил свою родину, что отдал за нее жизнь. Так же, как и многие поколения Торнов до него. Его отец, мать, дед, прадед… Все они погибли, так или иначе защищая Север и его обитателей.

Сумею ли я вырастить сына в любви к своей стране? Или он впитает боль и ненависть, что ещё не так давно переполняли мою душу?

В последнее время, я много размышляла над тем, каким вижу будущее своего ребенка. Нашего с Артуромребенка. И поняла одну вещь.

Я должна постараться, чтобы мой сын вырос похожим на своего отца и верил в те же идеалы, что и наместник. Я обязана воспитать его в любви к Северу и в уважении к его древним законам. Так, как это сделал бы сам Артур.

И, как бы больно мне ни было, я не вправе показывать эту боль своему ребенку. Груз прошлого не должен коснуться его сердца. Мальчику нужно знать одно — его отец прожил достойную жизнь и погиб, как герой. Погиб, для того, чтобы тысячи людей могли жить.

Невольно, обращалась мыслями и к собственному будущему. Что ждет меня впереди? Сумею ли выстоять и не сломаться под ударами судьбы? Вспоминались давние слова мужа о том, что Север любит проверять своих обитателей на прочность и что слабым здесь нет места.

Не хотелось бы оказаться никчемной и беспомощной.

Я сумею. Смогу. Выстою.

Мне есть ради кого стараться. Мой ребенок, мой сын. Когда он вырастет, то не должен стыдиться своей матери.

Мне нужно принять то, что произошло. И гибель Артура, и подлость Императора, и… мой новый брак.

Я думала и о том, что написал Артур в своем прощальном письме. Его слова о единственной паре на двоих… В свое время, читая дневник Себастиана, я немало слез пролила, пытаясь унять ноющее сердце. К чему обманывать себя? С той самой минуты, когда впервые увидела Тиана, и, до сего дня, я чувствовала, что мы с ним связаны крепкими узами. Была ли это любовь, или ненависть, или то, что сарты называли сатаиней, или, запечатление? Кто знает? Но то, что это чувство так никуда и не исчезло, подтверждало правоту Артура.

А ведь Тиан решил, что ошибся. И я, вслед за ним, признала эту ошибку, пытаясь уничтожить и забыть недостойное чувство, терзающее душу.

Один Арт знал обо всем и молчал. Мой сильный, благородный Артур… Он ни разу не упрекнул меня. Не показал, что догадывается о том, о чем умалчивали мы с его братом.

И снова перед глазами возникли строки из письма мужа — “Если сейчас ты оттолкнешь Себастиана, это станет для него ударом…”

Бедный Бастиан. Снова взял всю вину за произошедшее на себя. И снова будет безмолвно нести этот груз, не сгибаясь под своей тяжкой ношей…

Артур, как никто, понимал это и пытался позаботиться о брате. Но что делать мне? Я готова принять свою судьбу, но… Предать мужа…

Мой новый брак не был простым и легким. И Себастиан… Я с трудом находила к нему подход.

То, что так нравилось нам с Артуром, — интересные прогулки, разговоры по душам, долгие ужины, понимающее молчание и уютные вечера у камина, — Тиан отвергал все это, с трудом выдерживая мои попытки хоть как-то наладить нашу жизнь. Он не желал тратить время на мелочи, Кимли хотелось от меня совсем иного. Того, чего я пока не в состоянии была ему дать.

Да, мы делили с ним соседние спальни, он целовал меня в щеку, приходя со службы, а после ужина, провожал до дверей моих покоев, но все это была лишь видимость счастливого брака. Успешно разыгрываемый перед слугами фарс.

Нет, я старалась… Очень старалась подстроиться и сгладить острые углы, но у меня не получалось. Тиан не желал идти мне навстречу. Те перемены, что я заметила в нем, после его возвращения из Хроноса, теперь стали очевидны всем. Резкость, жесткость, бескомпромиссность. Кимли словно подменили. Я не раз ловила недоуменные взгляды слуг, а старая кухарка Лотти даже спросила меня как-то, что случилось с лордом Бастианом.

Что я могла ей ответить? Разумеется, я попыталась выгородить Себастиана, посетовав на то, что онслишком загружен делами наместничества. Да, только, ее это мало убедило.

Если бы еще я сама могла понять, что происходит!

Мои размышления прервало появление Розы. Да-да. Верная горничная не отпустила меня одну, поехав вместе с нами в Ирион. “Чего удумали, миледи! — возмущалась служанка, узнав, что Император запретил нам жить в Сарте, и мы уезжаем в Сарадж. — Да, чтобы ябросила своих хозяев? Не бывать такому!”

И теперь Роза вовсю воюет с местной прислугой, никому не позволяя ухаживать за “своей леди”.

— Ваша светлость, прикажете подавать ужин сюда или спуститесь в столовую? — спросила горничная.

Она улыбнулась, и у меня на сердце стало теплее. Все-таки, хорошо, что Роза рядом. Хоть одно родное лицо из счастливого прошлого.

— А лорд Кимли уже вернулся? — спросила у горничной.

Я посмотрела на горничную, ожидая ее ответа.

— Нет, миледи, — покачала головой служанка. — Милорд ещё не вернулся.

— Тогда, я пока не буду ужинать.

— Но, миледи…

— Не спорь, Роза. Я подожду лорда Себастиана.

— А если милорд опять за полночь домой вернется, вы так и будете его ждать?

— Роза, — я сурово посмотрела на служанку.

— Простите, миледи, — стушевалась та. — Просто, я подумала…

— Можешь идти, — прервала я ее разглагольствования. — Только растопи камин посильнее. Холодно сегодня.

Роза как-то странно покосилась на меня, но спорить не стала. Молча подкинула в очаг поленьев и вышла из комнаты, а я плотнее закуталась в шаль и подошла к окну.

Солнце медленно садилось за Карисские холмы, окрашивая миндальные сады в кроваво-красные тона.

В этой завораживающей красоте чудилось что-то зловещее.

Когда уже наступит лето?

Эта промозглая весна… Как она утомительна.

С каждым днем становится все холоднее. Или это мне так кажется?

Интересно, Себастиан вернется к ужину, или снова появится лишь под утро?

Он все чаще задерживается на службе допоздна.

И все реже бывает в Ирионе. Впрочем, может, оно и к лучшему. Когда его нет, мне гораздо спокойнее. Не нужно ежеминутно ожидать подвоха и притворяться перед слугами.

Присев на диван, взяла в руки книгу стихов Свентона и попыталась читать.

Любовь, разлука, страдания… Нет, не могу. Не верю. Слишком блекло и ненатурально. Модный арсейский поэт вряд ли когда-нибудь испытывал то, о чем писал в своих виршах.

Настоящее горе молчаливо. Оно не кричит о себе, лишь забивается все глубже внутрь и покрывает душу льдом.

Я прикрыла глаза, заставив себя отрешиться от грустных мыслей. Все пройдет. Рано или поздно, боль утихнет. Она не забудется, нет. Но станет меньше. Я знаю. В моей жизни было много потерь, и я помню, что время лечит. Должно лечить. Надо только подождать.

И потом, я не одна. У меня есть мой ребенок, и это уже, само по себе, — огромное счастье.

А Кимли. Что же. Может, однажды у нас все наладится. По крайней мере, я буду пытаться сделать все, что от меня зависит.

Под эти мысли, сама не заметила, как задремала.

Разбудили меня тихие голоса. Тиан. Похоже, он вернулся не один. Только вот, почему провел гостя в свою спальню?

Не сдержав любопытства, осторожно подошла к двери и

прислушалась.

— Себастиан, время не терпит. Нельзя больше ждать, — решительно говорил какой-то мужчина. — Ты же видишь, что Тео окончательно спятил! Взять хотя бы его последние указы… Это настоящий бред безумца!

— Не торопись, Колин, — услышала я ответ Кимли. — Артур предупреждал, что мы должны дождаться подходящего момента.

— Прости, Бастиан, но Арта больше нет, — не согласился его собеседник. — Он сделал свой выбор, а мы должны сделать свой. Нельзя упускать такой шанс. Он может больше не повториться.

— Нет. Тео слишком силен. Нам его не одолеть. Пока Арчи не разберется с клятвой…

— Да, плевать я хотел на свое посмертие! — громко выкрикнул неизвестный мне Колин. — Если мы сумеем избавиться от Теодора, то и наше будущее изменится. Решайся же, Бастиан. Хватит осторожничать!

— Тихо. Не кричи, — шикнул на него Себастиан. — Держи, вот бумаги. Отдашь их Вилсону.

— Здесь все?

— Да. Я проверил рассчеты.

— И все равно, подумай над моими словами. День летнего равноденствия — самый подходящий для нашего предприятия. Упустим его, и вся многолетняя подготовка пойдет прахом.

— Я подумаю, Колин, — тихо ответил Кимли. — Подумаю, — словно про себя, повторил он.

— Что тут думать? Действовать надо!

— Если бы все было так просто, — медленно произнес Тиан. — Пойми, Лин, я не могу рисковать будущим Анны. Если меня не станет… Нет. Я обещал Арту, что позабочусь о его семье.

— Как же не вовремя ты женился! Лучше бы вдова Торна вышла за одного из тех, кого предлагал Теодор. И сейчас, у тебя были бы развязаны руки.

Да, уж… Замечательный совет!

Я невольно сжала кулаки и глубоко вздохнула, пытаясь унять волнение. Воспоминание об унизительных смотринах, устроенных Императором всколыхнуло забытое уже негодование.

В этот момент, Себастиан что-то ответил, но так тихо, что я не разобрала ни слова, а его собеседник так же тихо сказал что-то в ответ.

— Ладно, идем, провожу, — негромко произнес Кимли.

Я услышала, как хлопнула дверь спальни.

Ушли…

Медленно пройдя к кровати, присела и задумалась над тем, что услышала.

Похоже, против Теодора затевается заговор. Надо же! Не думала, что северяне решатся. Помню, еще Артур говорил о том, что они надеются свергнуть власть Императора, но в его устах это звучало, как нечто очень отдаленное по времени. А сейчас, слушая Себастиана и его ночного гостя, я поняла, что переворот не за горами.

Значит, не мне одной кажется, что Император сошел с ума. Только, как они собираются справиться с тем, в руках которого сосредоточены нити жизней всех северян? Одно неверное действие — и их будущее окажется под угрозой. А вместе с ним, и будущее моего сына.

Я должна поговорить с Тианом. Передать ему слова Артура. И попросить его быть осторожнее.

Но как это сделать, если Себастиан не рвется говорить со мной по душам? Как заставить его выслушать меня?

Почувствовав, что снова озябла, укрылась меховым покрывалом и попыталась согреться.

Скорее бы наступило лето.

Так хочется тепла…

Проснулась под утро, от неприятного ощущения чужого взгляда, и, открыв глаза, невольно вздрогнула.

В кресле напротив сидел Себастиан, и внимательно наблюдал за моим пробуждением.

— Доброе утро, Энн, — задумчиво произнес Кимли, заметив, что я уже не сплю.

— Доброе утро, Тиан, — подтянув покрывало повыше, ответила я. — Что-то случилось?

Мне стало неловко. Вроде бы, Себастиан мой муж, но, каждый раз, когда он так смотрит, мне неосознанно хочется прикрыться.

— Нет. Ничего, — качнул головой мужчина. — Как вы себя чувствуете?

— Хорошо, — прислушавшись к себе, признала я.

Если не считать сбившегося дыхания и истошно колотящегося сердца. Но говорить об этом я, разумеется, не стала.

— Составите мне компанию за завтраком? — спросил Себастиан, небрежно поправив шейный платок, и я невольно отметила, что Кимли снова вернулся к своему излюбленному серому цвету. И к дорогим, изысканным костюмам.

— Если вы дадите мне несколько минут, — постаравшись унять непонятное волнение, ответила мужу, — я с удовольствием проведу с вами утро.

— Что ж, — кивнул Тиан. — Буду ждать вас в столовой, Энн. Да, кстати… — он на мгновение запнулся. — Впрочем, это не важно.

Кимли поднялся с кресла и вышел из комнаты, оставив меня недоумевать, что же заставило его ждать моего пробуждения. С подобным я столкнулась впервые. Никогда раньше Себастиан не входил ко мне без разрешения.

Интересно, как долго он находился в моей спальне? И о чем думал, сидя рядом с моей постелью? Его глаза… В них промелькнуло что-то недоброе. Я видела это. Чувствовала.

Похоже, ледяная сила, которая вернулась к Кимли после обряда, полностью изменила своего владельца.

Себастиан стал молчаливым, холодным, язвительным. И очень скрытным. И этот его взгляд… Надменный, ироничный…

Ох, как же мне не нравились подобные перемены! Но я ничего не могла поделать. На любые мои попытки поговорить, Кимли находил тысячи отговорок и надолго исчезал из дома.

Задумавшись, отложила щетку для волос и уставилась на свое отражение.

Волосы отросли еще больше. Хорошо бы их подровнять. И платье становится тесновато. Скоро я в него не влезу. Надо сказать Розе, чтобы убрала вытачки.

Бедная Роза! Она так старается уговорить меня пошить новые платья. Светлые, яркие… А мне не хочется. Еле заставила себя сменить черный цвет на глубокий темно-синий. Мне не дали возможности носить траур по мужу. Мне не позволили оплакать его. Но я не могу так скоро забыть свое счастье и свое горе. Не могу сделать вид, что ничего не произошло.

На мгновение, мне показалось, что рядом с моим отражением мелькнула неясная тень. Правда, она тут же исчезла, и я решила, что это всего лишь плод моего воображения.

Впрочем, долго размышлять обо всем этом времени не было.

Тиан очень не любил, когда я опаздывала, и я старалась не злоупотреблять его терпением.

Спешно пригладив прическу, спустилась в столовую и наткнулась на все тот ж;е изучающий взгляд Кимли. Странно. Почему Себастиан так смотрит на меня? Что происходит?

К сожалению, ответа я не нашла. Стоило мне поинтересоваться у Кимли, что случилось и почему он ждал моего пробуждения, как Тиан нахмурился и небрежно отмахнулся от моего вопроса.

— Не забивайте свою хорошенькую головку всякой ерундой, Энн, — скучающе посмотрев в окно, заметил он. — Поверьте, оно того не стоит.

— И все же? — не отступала я.

— Если я скажу, что решил лично справиться о вашем самочувствии, вас это успокоит? — усмехнулся Бастиан.

В его голосе послышалась ирония.

Да… С каждым днем Кимли удивляет меня все больше.

Когда он так изменился?

И, главное, почему?

В этот момент, слуги подали чай, и мы приступили к раннему завтраку.

Себастиан снова погрузился в раздумья, заставляя меня судорожно искать тему для разговора. Молчание становилось тягостным.

Я попыталась хоть как-то заполнить тишину ничего не значащимизамечаниями о погоде, но Тиан отвечал неохотно и односложно, как будто мысли его были где-то далеко, и это не нравилось мне все больше. Да, что происходит-то?!

Интуиция настойчиво подсказывала, что впереди ждут неприятности, но я старалась не поддаваться накатывающей панике и принялась рассказывать Бастиану о своей вчерашней прогулке к озеру Лохос.

— Энн, я должен вам кое-что сказать, — неожиданно перебил меня Кимли.

— Да, Тиан?

— Мне нужно уехать, — спокойно произнес Себастиан.

Так. Вот мы и подобрались к разгадке.

— Надолго? — уточнила я.

— Да, нет, — ответил мужчина. — Вы даже не успеете заметить моего отсутствия. Всего на пару недель.

Я вздохнула. Всего… Ну, да. Что такое две недели?

— И куда вы отправитесь?

В душе снова шевельнулась тревога.

— В Хронос, — коротко отчитался Кимли.

В Хронос. На родину черных магов и сильнейшихв мире колдунов. В страну, сам воздух которой отравлен темной магией.

— Тиан, вы уверены, что это не опасно?

Себастиан внимательно посмотрел на меня и спросил:

— Вы что, волнуетесь обо мне, миледи? — в глазах его промелькнуло какое-то странное выражение, но оно тут же исчезло, и он холодно добавил: — Не стоит. Обычная поездка. Не более.

Не более… Что ж. Постараюсь поверить.

— И когда вы уезжаете?

— Прямо сейчас. Через несколько минут я уже должен быть в Сарте, а оттуда — порталом в Аранайю, столицу Хроноса.

Кимли отложил салфетку и поднялся.

— Надеюсь, по возвращении, найти вас в добром здравии, Энн, — подойдя ко мне, произнес он.

— Тиан…

Я попыталась встать, но Себастиан остановил мой порыв.

— Не нужно, Энн. Не провожайте, — он, на мгновение, коснулся моей щеки губами и быстро вышел из столовой.

— Бастиан!

Боги, какая я стала неловкая! Мое положение… Никогда не была такой неповоротливой!

Выбравшись из-за стола, торопливо кинулась вслед за Кимли. Внутри настойчиво билась мысль, что нельзя вот так отпускать его — не поговорив, не попрощавшись. Но я не успела. Выбежав в холл, увидела затухающие всполохи портала и поняла, что Себастиан уже ушел.

— Миледи, вам нехорошо? — встревоженно спросил меня Том, приятный пожилой дворецкий Ириона.

— Нет, со мной все в порядке, — тихо ответила слуге.

Действительно, чего я так переполошилась? Всего лишь две недели. Они пролетят быстро, я даже не замечу. А потом, когда Себастиан вернется, мы обязательно поговорим. И выясним все, что между нами происходит.

Следующие несколько дней прошли спокойно и мирно. Жизнь уединенного имения шла своим чередом.

Завтраки, обеды, ужины. Долгие прогулки по окрестностям.

Чтение и занятия музыкой… А вечерами, мы с Розой погружались в приятные хлопоты — горничная шила маленькие распашонки и чепчики, а я украшала их вышивкой. Стежок за стежком. Быстро и привычно. Отметая ненужные надоедливые мысли и стараясь думать только о своем мальчике.

Как я впервые возьму его на руки. Как загляну в серебристые глаза — а они будут непременно серебристо-серыми, как у Артура. Каким добрым и красивым будет мой малыш… И как сильно он будет похож на своего отца.

Эти мечты помогали мне не унывать и не поддаваться болезненным воспоминаниям.

Я старательно убеждала себя в том, что все будет хорошо, и, порой, даже верила в это.

А в остальном, все шло, как обычно.

Погода все так же не радовала теплом, и мне приходилось все время кутаться в шерстяные шали и накидки. Слуги бесшумно передвигались по замку, выполняя свою работу, и вокруг царила дремотная тишина.

Я немного успокоилась и больше не переживала из-за отъезда Себастиана, сумев убедить себя, что ему ничего не грозит. И правда… Ну, что с ним может случиться? Тиан — один из сильнейших ледяных магов. Он сумеет за себя постоять. Не может не постоять.

Я утешала себя подобными рассуждениями и ждала его возвращения.

А через неделю, после отъезда Кимли, в Ирионе появился неожиданный гость.

В тот вечер, я отужинала в своих покоях и отпустила Розу, сказав, что хочу побыть одна. Служанка приготовила мне ванну, разложила на кровати ночную сорочку и неслышно выскользнула из комнаты, а я неторопливо сняла одежду и погрузилась в теплую ароматную воду.

В последнее время, у меня все сильнее ныла спина, и сейчас, я с облегчением почувствовала, как расслабляются уставшие мышцы, и как потихоньку отпускает надоедливая боль.

Вздохнув, прикрыла веки и погрузилась в нежную пену поглубже.

М-мм… Как же хорошо…

— Вижу, отъезд из столицы пошел вам на пользу, Анна.

Голос Теодора выдернул меня из приятной дремы.

О, нет!

Вздрогнув, открыла глаза и с удивлением уставилась на застывшего напротив Императора. Он смотрел на меня сверху вниз, и на губах его змеилась язвительная улыбка.

— Что вы здесь делаете? — не сумев скрыть своего возмущения, тщетно оглянулась в поисках хоть какой-нибудь одежды. Увы. Мой халат так и остался лежать на кровати, расправленный заботливыми руками Розы.

— Решил узнать, как вы себя чувствуете, — усмехнулся правитель.

Он отступил на шаг назад и небрежно оперся о стену.

— И вы считаете, что выбралидля этого подходящее время и место? — с негодованием спросила я, глядя на невыносимого Истинного.

— Вполне. Для Императора не существует неподходящего времени и закрытых дверей, — холодно заметил Теодор, продолжая все так же беззастенчиво разглядывать меня своими безумными ледяными глазами.

Под этим взглядом, мне захотелось съежиться и исчезнуть, но я не могла позволить себе такой слабости. Призвав на помощь магию, поднялась из воды и разрешила огню охватить свое тело, скрывая его от недобрых глаз правителя.

— Браво, миледи, — послышался издевательский возглас. — Вы не перестаете меня удивлять.

Император демонстративно зааплодировал.

— Поверьте, сир, у меня не было такого желания, — заметила я, проходя мимо него к выходу.

Внутри бесновался огонь, но я сдерживала его, не позволяя выйти за дозволенные пределы.

Дойдя до кровати и накинув атласный халат, запахнула его плотнее и повернулась к правителю.

— Итак, что вы хотели, Ваше величество?

Я твердо посмотрела на Императора.

— Чего я хотел? — переспросил он, мгновенно оказываясь рядом. — Хотел увидеть ваше раскаяние… Вашу печаль… Осознание вины, — заключив меня в объятия, перечислил он. — А еще… Хотел убедиться, что вы сожалеете о своем отказе.

Сожалею? Ну, уж, нет!

— Отпустите меня, — заглянув в пугающее безумие чужого взгляда, холодно произнесла я.

Боги… Только невменяемого Императора мне и не хватало!

— Отпустить? — издевательски усмехнулся правитель Сартаны.

— О, нет. Один раз я уже отпустил вас. Позволил своему лицемерному племяннику себя опередить. Но сейчас его нет, и я могу взять то, что хочу.

Он плотнее прижал меня к себе.

— Теплая… Настоящий огонь… Такой притягательный и нежный, — тихо, словно в забытьи, прошептал Теодор, касаясь моего лица ледяными пальцами. — Он греет…

Я дернулась и попыталась вырваться.

— Неужели вам так невыносимы мои прикосновения? — резко спросил Император, не позволяя мне пошевелиться. — Почему вы все время отвергаете меня?

Он легко коснулся моих волос.

— Потому что вы для меня — совершенно посторонний человек, а претендуете на то, что позволено только супругу, — ответила я, стараясь скрыть невольную дрожь. Да, мне было страшно. Но я не хотела, чтобы Теодор заметил мой страх.

— Супругу, — задумчиво повторил правитель. — А ведь я могу это устроить. Желаете ненадолго снова стать вдовой? — прищурился он.

— А вы готовы пожертвовать жизнью своего единственного

племянника?

Я с ужасом посмотрела на Императора. Нет. Он не сделает этого.

Искрящиеся синие глаза Теодора насмешливо сверкнули.

Боги… Как же Император схож с Себастианом! Черты лица, мимика, жесты. Их близкое родство бросалось в глаза любому, даже не особо наблюдательному человеку. Неужели, Тео способен избавиться от Тиана, только потому, что тот перешел ему дорогу?

— Что ж, вы правы, — неожиданно отпустив меня, скривился Император. — Я не хочу смерти Себастиана.

Я смотрела на правителя и так и не могла понять, что за блажь на него нашла? Теодор не влюблен в меня, ему наплевать на мои чувства, да, он и сам не раз признавал, что не умеет испытывать эмоции.

— Ваше величество, зачем вам именно я? — задала мучающий меня вопрос. — В Арсее есть и другие огненные, вы вполне могли бы…

Договорить я не успела.

— Другие? — Теодор усмехнулся, и его совершенное лицо исказила странная гримаса. — Думаете, я не пробовал? — на щеках мужчины проступил морозный узор. — Пробовал, и не раз. Но они не могут меня согреть. Их огонь… Я его не чувствую. Вообще ничего не чувствую.

Император взял меня за руку и принялся медленно поглаживать мою ладонь.

— Я не раз задавался этим вопросом — почему вы? — негромко, будто про себя, спросил он. — Именно вы встретились на моем пути? Что в вас такого особенного? Я знал женщин гораздо красивее вас. Умнее. Ярче. Сильнее, — Тео неожиданно коснулся губами моего запястья, а я, словно под гипнозом, не могла пошевелиться. — Так почему же только рядом с вами я ощущаю, каково это — быть живым? — прошептал он, глядя на меня почти растерянно.

На какую-то долю секунды мне его даже жалко стало. Правда, в следующий момент, я вспомнила, что именно он виноват в смерти моего Артура, и неуместная жалость тут же пропала, уступив место привычной неприязни.

— Как глупо, — продолжал, между тем, Император. — Никогда не чувствовал себя таким слабым. Неприятное ощущение. Хотя… Теперь я понимаю и Торна, и Тиана. Даже такие эмоции лучше того однообразного бесчувствия, в котором мы живем.

Император говорил, но мне казалось, что он забыл о моем присутствии.

Нет, все-таки никогда мне не понять этих Истинных! Как в них может сочетаться пугающее всемогущество и эта, почти неосознанная жажда простого тепла? Холодный эгоизм и неожиданные порывы человечности?

Сделав шаг назад, попыталась осторожно выпутаться из ледяных объятий, но Теодор не позволил. Он продолжал удерживать мою руку, все так же легко поглаживая ладонь.

— Анна-Анна… Почему вы так жестоки? Неужели, вам не жаль своего Императора? Всего лишь чуть-чуть тепла… Я не прошу от вас многого, — Правитель пристально посмотрел мне в глаза и, прочитав в них ответ, еле слышно вздохнул. — Что ж, рано или поздно, вы поймете, что… Впрочем, неважно. Доброй ночи, леди Анна, — отрывисто произнес он и внезапно исчез.

Просто, взял и растворился в воздухе. Безо всяких порталов и заклинаний. Мгновенно и бесшумно.

Я обессиленно опустилась на кровать. На щеках до сих ощущались следы холодных прикосновений Императора. Ладони покалывало. Сердце тоскливо ныло.

Боги, за что мне все это? Почему именно я привлекла внимание безумного правителя? И эта противная жалость… Как можно жалеть того, кто причинил тебе зло? А ведь жалею. Жалею и хочу помочь…

Разве это нормально? Или как раз это-то и нормально? Прощать обидящих, принимать кающихся.

Анна-Анна… Опомнись! Нельзя поддаваться иллюзиям. Теодор не нуждается в сочувствии.

Он, не задумываясь, в один момент может уничтожить твою жизць, а ты жалеть его вздумала!

Вздохнув, потерла озябшие руки и попыталась призвать свою магию. Огонь откликнулся, но теплее мне не стало. Я уже давно заметила, что магия слушается меня все менее охотно. И все чаще я чувствую только мертвящий холод, вместо привычного ласкового тепла.

Закутавшись в покрывало, устало откинулась на подушки и прикрыла глаза.

Визит Императора отобрал у меня слишком много сил.

Ну, ничего… Нужно просто немного отдохнуть, а наутро, я забуду о словах Теодора. Забуду и смогу спокойно жить дальше. Как будто ничего и не было.

Увы…Сон не принес мне долгожданного отдохновения.

Стоило закрыть глаза и погрузиться в забытье, как я вновь встретилась со своим давним таинственным незнакомцем.

…Прежняя непонятная комната, полная неясных шорохов и звуков.

Горячая темнота, обнимающая меня со всех сторон.

И томительное присутствие неизвестного мужчины.

— Ты пришла.

Тихий хриплый шепот заставил меня вздрогнуть.

— Ты, все-таки, пришла. Откликнулась на мой зов…

Я почувствовала, как тьма довольно запульсировала вокруг. Она обнимала меня, обволакивала сознание, туманила разум…

— Ты сама сДелала этот выбор. Вернулась ко мне, — в голосе незнакомца послышалось торжество. — Моя… Только моя!

Мужчина ликовал. Я ощущала это и чувствовала, как сжимаются вокруг меня невидимые путы.

— Иди сюда. Подойди ко мне, — властно приказал неизвестный.

Словно завороженная, я сделала шаг в такую манящую и приветливую темноту.

“Я иду, — отозвалось на этот призыв все мое существо. — Твоя… Только твоя…”

Сердце забилось сильнее, низ живота сладко заныл, бедра дернулись, в ожидании желанного прикосновения, слепое обожание пронзило душу, и все тело окатило предвкушением порочной страсти.

— Да. Ты моя! — прохрипел незнакомец. — Наконец-то!

Я почувствовала Дуновецие прохладного возДуха, и ощутила, как моих волос коснулись чужие руки.

Мужчина надавил мне на затылок и медленно, с расстановкой, произнес:

— На колени. Живо.

Все во мне требовало подчиниться этому властному приказу. Ноющая плоть заставляла наплевать на гордость, смириться, выполнить все, что прикажет неизвестный, лишь бы получить такое желанное наслаждение. Горячая истома охватила мое лоно. Дыхание зачастило. И я уже готова была поддаться, но…

Вспомнилась совсем другая ночь. И совсем другой мужчина. Мой муж. Артур. Его любовь, его объятия, его страсть, его нежность и преклонение…

В тот же миг, наваждение рассеялось, и я смогла очнуться от порочцого дурмана.

— Ну? Я долго буду ждать? — раздался негодующий шепот. — На колени! Признай мою власть. Покорись моей воле. И я подарю тебе любовь иблаженство, каких ты ещё никогда не испытывала.

— Ты понятия не имеешь, что такое блаженство, — отступая от незнакомца, ответила я. — И, уж тем более, тебе не дано знать, что такое любовь.

Я не стала ждать ответа своего мучителя — быстро развернулась и кинулась прочь, в неизвестность пугающей черноты дверного проема.

В голове билась только оДна мысль — как я могла поДДаться безумию порочного очарования? Как могла позволить себе забыться? Если бы не воспоминание о муже… Кто знает, что стало бы со мной, после запретной страсти с неизвестным?

Я бежала по каким-то кориДорам, огибала повороты и торопливо спускалась по лестницам, и, наконец, заметила забрезживший впереДи свет. ВыхоД. Я виДела его, стремилась к нему и, Достигнув… Проснулась.

Боги… Всего лишь сон… Как же хорошо, что это всего лишь сон!

С трудом уняв сбившееся дыхание, поднялась с постели и подошла к окну. Небо только начинало сереть.

Я плотно запахнула халат и прислонилась пылающим лбом к прохладному стеклу.

Мысли о недавнем видении кружили в голове, мучая и вызывая неприятные вопросы.

Почему я снова увидела этот сон? Проклятие давно уже снято, и былые страхи не должны иметь надо мной силы. Или это вчерашний визит Императора так повлиял, разбудив прошлое?

Сжав руками раскалывающуюся от боли голову, вернулась в постель и уставилась в смутно белеющий в темноте потолок.

Артур… Как же мне тебя не хватает!

Как я хочу ощутить твои объятия, твои поцелуи, твои ласки. Провести ладонью по твоему лицу… Коснуться любимыхгуб. Разделить одну на двоих страсть и одно на двоих дыхание…

Я вспоминала мужа, нашу с ним жизнь, его любовь и заботу, и находила в этих воспоминаниях горькую радость.

Мне не нужны были другие. Ни Себастиан, ни порочный незнакомец из моих снов, ни Император.

Мне нужен был только один мужчина — мой муж. Арт. Артур.

Тот, кто сумел покорить мое сердце, и занять его целиком, не оставив остальным ни малейшего шанса.

Если бы я могла его вернуть…

Если бы был хоть какой-нибудь способ…

Встреча с богиней не дала мне надежды. Вернее, она породила сплошные вопросы.

Что записано в моей судьбе? Какой выбор мне предстоит?

И что будет зависеть от этого выбора?

Одни загадки. И ни одного ответа.

Мысли снова вернулись к неприятному сновидению. Было в нем что-то, что цепляло сознание. Какая-то мелочь, незаметная деталь. Она мучила, не давала покоя… Мне казалось, что, если как следует подумать, я смогу понять, что же показалось мне странно знакомым в личности моего таинственного незнакомца. Но, сколько я ни пыталась сделать это, у меня не получалось.

Если бы я могла увидеть его лицо! Я ведь даже не догадываюсь, кто он. И отчего имеет надо мной такую власть…

Я еще долго продолжала размышлять над увиденным, пока, сама не заметила, как снова уснула.

Утро началось с прихода Розы.

— Вы уже проснулись, миледи?

Горничная тепло улыбнулась мне и поставила на стол кружку с топленым молоком.

— Доброго утречка!

Она прошла к окну и распахнула створки.

— Воздух-то сегодня какой! — поправляя шторы, жизнерадостно произнесла служанка. — Просто, красота!

Я с сомнением посмотрела на хмурящееся тучами небо и перевела взгляд на румяное, улыбающееся лицо Розы.

— Красота? — переспросила у горничной.

— Ну, да, — охотно подтвердила та. — Чувствуете, как сладко миндаль пахнет? И тепло так, словно летом.

Странно. А я мерзну.

Роза улыбнулась ещё шире и направилась в гардеробную.

Да… Чего не отнять у Розиньи, так это ее оптимизма.

— Ох, миледи, я же забыла вам сказать! — служанка снова появилась в комнате, неся легкое муслиновое платье. — Милорд вернулся.

— Вернулся? Уже?

В душе шевельнулась тревога. Тиан говорил, что поездказаймет пару недель, если не больше. Неужели, сумел уложиться в седмицу? Или он снова уедет?

— Вернулся, миледи, — кивнула Роза. — На часах еще и трех утра не было. Уставший такой… Даже не поздоровался, сразу к себе прошел.

— А где он сейчас?

— Так в столовой, завтракает, — простодушно ответила служанка.

Я торопливо надела предложенное Розой платье, не обратив внимания на то, что оно довольно легкое, и с трудом дождалась, пока горничная соберет мои волосы в замысловатую прическу.

— Куда же вы, миледи? — воскликнула добрая женщина, когда я, схватив шаль, кинулась прочь из комнаты.

Как куда? Завтракать, — на ходу, ответила служанке.

Разумеется, это был лишь предлог. Мне нужно было увидеть Тиана. Узнать у него, как прошла поездка, и попытаться поговорить о предостережении Артура. Я должна была передать Себастиану слова брата. Боги, сделайте так, чтобы он меня выслушал!

Спустившись по лестнице, миновала холл и открыла двери столовой.

В длинной просторной зале царила тишина.

Тиана я увидела сразу. Он сидел во главе стола и, не мигая, смотрел на горящий в камине огонь. На мои шаги Кимли даже не повернулся.

— Доброе утро, Себастиан.

Мужчина медленно поднял на меня глаза и небрежно кивнул.

— Доброе утро, Энн, — ответил он.

— Вы вернулись раньше, — внимательно посмотрела на Кимли. Он выглядел уставшим и расстроенным.

Видимо, поездка вышла не особо удачной.

— Так получилось, — односложно ответил Кимли, снова отвернувшись к огню.

Да-а. Похоже, Себастиан не горел желанием со мной общаться.

Я плотнее закуталась в шаль, пожалев, что надела такое легкое платье, и села на свое место, справа от Кимли.

— Тиан, я хотела бы поговорить с вами, — взглянув на… супруга, произнесла я. — Вы можете уделить мне время?

— Прямо сейчас? — уточнил Себастиан.

— Если это будет удобно.

Мне не хотелось откладывать разговор на потом. Кто знает, сколько времени у нас осталось? Если заговорщики решат ускорить события… Нет, промедление может оказаться смертельно опасным. Я должна убедить Себастиана не совершать опрометчивых поступков.

— Что ж, говорите.

Кимли повернулся ко мне и отодвинул в сторону так и не тронутую еду.

Я посмотрела Тиану в глаза и вздрогнула. В его взгляде полыхала настоящая ненависть! И направлена она была именно на меня. Боги… Да, что происходит-то?

— Помните, вы передавали мне письмо? — собравшись с духом, спросила я. — То, что Артур написал перед… Перед своей гибелью. Так вот, — остановилась, пытаясь подобрать слова. — В общем, Арт… Артур хотел предупредить вас насчет Императора. Он считал, что…

Договорить я не успела.

— Артур… Снова Артур, — резко оборвал меня Кимли. — Везде и всюду прекрасный, безупречный Артур! Я только и слышу от вас — Артур, Артур, Артур…

— Но…

— Замолчите, Энн! — выкрикнул Кимли. — Я больше не могу!

— О чем вы, Тиан? — глядя, как мгновенно леденеет прекрасное лицо, прошептала я. — Что с вами происходит?

Себастиан горько усмехнулся.

— Вы спрашиваете, что происходит, Энн? — он подпер голову рукой и медленно произнес: — Я устал. Устал бороться с идеальным Артом! Идеальным, бесценным Артом. Мне никогда не победить того, кого вы вознесли на пьедестал. Невозможно соперничать с идеалом! Даже умерев, он не стал для вас воспоминанием! Вы так и продолжаете считать его своим мужем, Энн. Его, не меня!

— Себастиан…

Я слушала Тиана, и мне было его искренне жаль. Он говорил правду. Да. Я не могу забыть Арта. Не могу отпустить его. Но ведь я предупреждала Бастиана. Он должен был понимать… Ну, не готова я переступить через себя! Не готова пустить в свою постель другого. Тем более, сейчас, когда ношу ребенка. Ребенка Артура.

Что мне делать? Как успокоить Кимли? Как все исправить?

— Себастиан, послушайте меня, — попыталась достучаться до отчаявшегося мужчины. — Я…

— Что? Ну, вот, что вы можете мне сказать? — раздраженно перебил меня Кимли. — Что любите его? Да, любите на здоровье! Только не забывайте, что любите вы покойника. Того, кого больше нет! Того, кто бросил вас, прикрывшись своими идеалами! И плевать ему было и на вас, и на вашу любовь.

Я вздрогнула. Услышать такие слова… Это было больно.

— Тиан, что с вами происходит? — я смотрела на Кимли и не узнавала его. — Вы слышите сами себя?! Артур — ваш брат! Как вы можете так говорить о нем?

— А вот могу! Могу, Энн! — резко ответил Кимли. — Вам самой не надоело изображать безутешнуювдову? Носить унылые тряпки, кутаться в эти проклятые шали? Ложиться в холодную постель и хранить верность покойнику?

Он язвительно усмехнулся, глядя прямо мне в глаза.

— Покойнику, Энн. Покойнику.

Это слово отозвалось в душе болью.

— Перестаньте, — через силу, прошептала я.

— Ах, не нравится, когда вам говорят правду? А строить из себя целомудренную монашку нравится? Кого вы пытаетесь обмануть, Энни? Неужели, воспоминания могут заменить вам горячие и страстные ночи? Или, может быть, призрак способен подарить вам наслаждение?

— Вы забываетесь, Себастиан!

Я возмущенно посмотрела на язвительно улыбающегося Кимли.

— Да? Что ж, вас никто не держит. Ну, же… Уходите! — взорвался он. — Уйдите, я не хочу вас видеть! Мне надоел этот фарс! И этот ваш лицемерный траур!

— Тиан, пожалуйста, успокойтесь. Я не хотела вас…

— Вон!

Себастиан отбросил салфетку и посмотрел на меня взбешенным взглядом.

— Хватит напоминать мне об Арте! Хватит сравнивать! Всю жизнь я только и делал, что пытался быть похожим на него… Но я не он! Не он…

Я поднялась из-за стола. Продолжать этот разговор было бессмысленно. Сейчас, Тиан меня не услышит. А я… А у меня не было сил слушать все то, что говорил он.

— Думаю, нам обоим нужно успокоиться, — взглянув на Кимли, тихо сказала я. — Я пойду к себе. Доброго дня, Себастиан.

Кимли ничего не ответил. И даже не посмотрел на меня. Он лишь презрительно улыбнулся и отвернулся к окну.

Что ж, мне оставалось только покинуть столовую, что я и сделала. Нам обоим нужно было успокоиться. Тиан не в себе. Пусть пройдет время. А потом…

Думать, что будет потом, мне не хотелось.

Нет, я не обижалась на Себастиана. И даже понимала, что он чувствует. Но… Но мне было больно слышать все, что он говорил об Артуре. Больно и обидно.

Арт не бросил меня. Нет. Он сделал тот выбор, который считал правильным. Хотя… О каком выборе можно было рассуждать? Если бы Артур не пожертвовал собой, от Сарты це осталось бы камня на камне. Но он… Он остался бы жив… Жив.

Уже который месяц меня преследовала эта мысль. Недостойная мысль. Что лучше — благо многих или мое собственное, единоличное счастье? Я гнала ее от себя, старалась не думать о том, как все могло бы повернуться, если бы Арт поступил по-другому, обвиняла себя в эгоизме… Но мне так хотелось однажды утром проснуться и снова увидеть рядом с собой любящие глаза мужа. Ощутить тепло его объятий. Услышать такое родное и теплое “Аннет”…

В такие моменты, мне не было дела до счастья всего человечества. Мне хотелось своего. Собственного. Эгоистичного и такого простого счастья.

А Себастиан…

Да, я знала, чего он хочет. Видела голод в его глазах. Ощущала снедающие его желания…

И понимала, что не могу их утолить. А потому и избегала всяческих разговоров. Закрывала глаза на правду. И убеждала саму себя, что проблемы не существует.

И вот, теперь, я столкнулась с ней лицом к лицу.

Тиан ревнует… Ревнует к погибшему брату. И чуть ли не ненавидит меня за это.

Боги… Как достучаться до Кимли? Как успокоить? Как убедит его в том, что он неправ?

И что ждет нас дальше? Ведь, рано или поздно, мне придется переступить через себя и разделить с Себастианом ложе.

В тот момент, когда это произойдет… Боюсь, именно тогда я и перестану быть женой моего Арта. Не вдовой. Жецой. Я до сих пор не верю в то, что он ушел навсегда. И до сих пор жду.

Потому и не решаюсь сделать последний шаг. Не могу совершить измену.

Время до обеда я провела в своих покоях, а когда спустилась вниз, узнала, что Кимли снова уехал.

Что ж… Похоже, Тиан решил избежать неприятного выяснения отношений.

И, может быть, это и к лучшему. Пусть пройдет время. Оно все расставит по своим местам.

Следующие три недели пролетели незаметно.

Ирион жил своей обычной неспешной жизнью. Слуги неслышно выполняли свою работу, не докучая ненужными вопросами, Роза вязала детские вещички и рассказывала мне о своих многочисленных племянниках, а старая Рут бродила по замку и разговаривала сама с собой, поминая прежние счастливые деньки, когда лорд Бастиан еще не женился и часто приезжал в Ирион на охоту.

“Вот уж времечко-то было, — вздыхала служанка, громыхая внушительной связкой ключей. — Сколько народу в замке останавливалось! Сам Император приезжал. А леди какие красивые у Его светлости гостили! Веселые, живые. Не чета нынешней… И милорд уж такой счастливый был! Не то, что сейчас… Ох, не доведет до добра эта его женитьба! Не доведет…”

Рут, как привидение, слонялась по дому, бормоча под нос неясные предсказания и предрекая всевозможные беды, но я старалась не обращать внимания на ее слова. Бродит себе и бродит. Что взять с выжившей из ума старухи?

Между тем, погода, по-прежнему, не радовала теплом. Бесконечные дожди, зарядившие после отъезда Себастиана, нагоняли дремотную тоску. Миндаль отцвел, и его нежные лепестки укрывали дорожки сада, напоминая о былом розовом великолепии, а старинные цветники, устроенные ещё при лорде Гарвине, не торопились радовать обитателей Ириона яркостью красок.

Я часто гуляла по саду.

Мне нравилось бродить по извилистым тропинкам, вспоминая похожие прогулки с Артуром, объятия и поцелуи мужа. Тепло его рук…

Эти воспоминания были такими живыми, что, порой, мне казалось, что он рядом. Что он, по-прежнему, жив. И снова ко мне вернется.

Наверное, кто-то мог бы сказать, что я сошла с ума, но… Но я ничего не могла поделать. Моя интуиция, моя душа, мое сердце… Все убеждало меня в том, что я права.

Какое-то неясное предчувствие настойчиво билось внутри, заново возвращая меня к жизни, заставляя очнуться от той апатии, в которой я жила все это время.

Я даже в зеркало теперь смотрела с большим интересом. Правда, то, что я там видела, меня не особо радовало — от прежней тонкой талии не осталось и следа, фигура выглядела совсем иначе, чем прежде, да, и чувствовала я себя ужасно неповоротливой.

Правда, Роза успокаивала меня и говорила, что это нормально. “А как иначе, Ваша светлость? — с улыбкой убеждала меня верная служанка. — Лорд Артур-то наш какой сильный мужчина был! Высокий, видный… Вот и сынок его, крепыш, видать. Вон, как растет!”

Да, малыш рос, и мое тело менялось, подстраиваясь под эти перемены.

А еще… У меня появилась новая привычка. Как-то незаметно, я стала разговаривать со своим мальчиком. Делиться с ним своими мыслями, желаниями, надеждами. И получала в ответ столько эмоций! Любовь, тепло, радость… Мой сын щедро одаривал меня ими, и я упивалась этим единением со своим малышом, стараясь не обращать внимания ни на холод, ни на тревогу, поселившуюся в душе, ни на неприятные сны. Да-да. Проклятые сновидения так и продолжали преследовать меня.

И, с каждым разом, ночной незнакомец становился все более агрессивным, мучая меня и вынуждая покориться. Но я держалась. Вспоминала мужа и держалась, не поддаваясь ни на изощренные ласки, ни на проклятия и угрозы.

А однажды, в один из особенно ненастных дней, в Ирионе появилась неожиданная гостья.

— Миледи, к вам леди Корс, — огорошил меня дворецкий. — Вы ее примите?

Я с удивлением посмотрела на Томаса.

Интересно, что забыла здесь Каролина? После гибели Арта, они с Уильямом как-то отдалились от нас с Себастианом, и мы перестали общаться. Так что же понадобилось Кэрри в этой забытой богами глуши?

— Проси, — кивнула я дворецкому.

Том проворно исчез, а спустя несколько минут, в гостиную вошла Кэрри. В темном, с высоким воротом платье, и плотной, закрывающей лицо вуали.

— Анна!

Герцогиня нетвердой походкой подошла ко мне и молча опустилась на колени.

— Каролина? — я с удивлением смотрела на подругу. — Что ты делаешь? Встань, немедленно!

— Пожалуйста, Энн, — прошептала женщина. — Мне нужна твоя помощь! Только ты можешь спасти его!

— Спасти кого? Кэрри, объясни, что происходит?

Я попыталась поднять подругу, но та не обратила на мои усилия никакого внимания.

— Уильям… Император арестовал его, Энн! И Арчи, и Кросса, и Мелинду… Всех!

— И Себастиана? — почувствовав, как похолодело внутри, прошептала я. Ноги подогнулись, и я тяжело осела на диван.

— Нет, Энн. Себастиан на свободе, — безжизненно ответила Каролина. — Это он…

Она замолчала.

— Кэрри! Ты можешь толком объяснить, что происходит? — в нетерпении взглянула на подругу. — И поднимись ты уже, мне невыносимо видеть тебя на коленях!

— Леди Анна, я умоляю вас, — Каролина откинула с лица вуаль и уставилась на меня заплаканными глазами. — Я прошу! Ради памяти лорда Торна… Помогите!

— Кэрри, пожалуйста, встань, — ничего не понимая, смотрела я на герцогиню. — И объясни, что произошло.

Леди Корс поднялась с колен.

— Энн, Себастиан… Он…

Она замолчала, с отчаянием глядя на меня.

— Что, Кэрри? Что с Себастианом? Он жив?

— Он жив, — как-то странно вымолвила герцогиня.

— Кэрри, ты можешь толком объяснить, что случилось? — не выдержав, повысила голос

— Он предатель, Энн, — глухо произнесла Каролина. — Он предупредил Императора о готовящемся перевороте, и тот арестовал всех заговорщиков.

— Но этого не может быть! Кэрри, ты, наверное, что-то путаешь? Себастиан не мог…

Я с ужасом смотрела на герцогиню, чувствуя, как сердце сжимает ледяная рука.

— Энни, я была бы рада ошибиться, — устало вздохнула Каролина, поднимаясь с колен. — Только… Лорд Кимли снова получил должность Лорда-канцлера. И именно он вынес приговор моему мужу и всем остальным.

— Но, может быть, все не так, как кажется? И Теодор заставил Тиана…

— Заставил? — в голосе женщины прозвучал гнев. — Ты не видела его, Энн! Ты не видела своего мужа, в тот момент, когда он произносил приговор. Он наслаждался происходящим. А когда Арчи попытался воззвать к его совести, Кимли ударил его по лицу и презрительно сказал, что давно пора очистить Север от кучки жалких неудачников, которые возомнили себя великими магами и спасителями человечества!

Я слушала герцогиню и не могла поверить в то, что она рассказывала. Себастиан предал своих… Как такое возможно?! Это бред какой-то!

А потом, я вспомнила, каким он был в последние дни… Как часто отлучался в Хронос. Сколько времени провел в добровольном изгнании, когда даже Артур не ведал, где он и что с ним. И как изменился за это время.

— Я не знала. Я ничего не знала, — прошептала, пытаясь хоть как-то уложить в голове все происходящее. — Прости, Кэрри.

— Энн, пожалуйста, — ухватила меня за руку Каролина. — Только ты можешь нам помочь.

— Как? — я с отчаянием посмотрела на подругу. — Я-то что могу сделать?

— Поговори с мужем, — резко произнесла та. — Попроси его смягчить наказание. Император полностью отдал судьбу моего Уильяма и его друзей в руки Себастиана, и только ты способна уговорить Кимли не губить их.

— Что им грозит? — уже догадываясь, что услышу в ответ, спросила у герцогини.

— Их казнят, — глухо ответила Каролина. — Послезавтра, на площади Короля.

— Нет, — неверяще прошептала я. — Это невозможно!

— Увы, — печально ответила Каролина, и по ее прекрасному лицу заструились слезы. — Кимли не дал им возможности отсрочки. “Измена должна караться немедленной смертью” — сказал он на суде.

Я смотрела на плачущую женщину и никак не могла представить, что все происходящее — правда. Мне казалось, я сплю и вижу дурной сон.

— Я поговорю с Тианом, — поднимаясь с дивана, пообещала подруге. — Мне кажется, тут какая-то ошибка. Этого просто не может быть. Себастиан не мог…

— Энни, прости, что говорю тебе это, — Каролина посмотрела на меня с жалостью. — Но… Кимли всегда был жесток.

Я отвела глаза от проницательного взгляда Кэрри и задумалась. Если она права… Это многое объясняет.

— Ты ведь знаешь, что мне довелось пережить, — тихо сказала герцогиня. — Себастиан… Он из той же породы, что и мой бывший муж. С самой первой нашей встречи я всегда чувствовала в нем порочную темную силу. Она может скрываться под внешним лоском и изысканными манерами, но… Я слишком хорошо знаю ее симптомы, Энн, — грустно вздохнула моя подруга.

— Кэрри…

— Он не обижал тебя, Энн? Не требовал… удовлетворять его… прихоти?

— Мы ни разу не были близки, — тихо ответила я.

— Слава Единому! — выдохнула герцогиня.

— И все-таки я до сих пор не могу поверить, что Себастиан объединился с Императором. Он ведь так яростно восставал против него!

— Не ты одна, Анна. Мой муж тоже не верит. Только, боюсь, ледяные стены Марбута слишком осязаемы, чтобы сомневаться в их существовании.

— Я постараюсь сделать все, что смогу, только, знаешь, Кэрри,

— я посмотрела подруге в глаза. — Не уверена, что Себастиан меня послушает.

— Но он же любит тебя.

— В этом я тоже не уверена, — покачала головой. — Он хочет меня. Ему нужно мое тело. Я всегда понимала это. А вот любовь… Нет. После того, как встретила Артура, я хорошо поняла разницу между обычным вожделением и любовью. Тиан никогда меня не любил. Он жаждал обладать мною, и только.

— Значит, я была права. А Уильям убеждал меня, что я ошибаюсь, и ты — настоящая пара Кимли.

— Арт тоже так думал, — тихо ответила я. — Может быть, потому и ушел. Ладно, не будем об этом. Мне нужно переодеться и предупредить прислугу. Том!

Молчаливый дворецкий мгновенно оказался рядом.

— Принеси леди Корс чаю.

— Энн, я не хочу! — попыталась возразить Каролина.

— Не противься, Кэрри. Когда ты в последний раз нормально ела?

— Не помню. Мне не хочется.

— Пока не поешь, мы никуда не пойдем.

Обнявподругу, тихо шепнула:

— Уильяму не понравится, если его жена похудеет. Так что…

Я развернулась и вышла из гостиной, оставив слуг хлопотать вокруг герцогини.