Глава 5

В моей комнате, на моей кровати, под моим одеялом что-то храпело. Хорошо так храпело, раскатисто.

На всякий случай я скинула кольцо, шустро сплела заклинание контузии и двинулась на разведку. Шаг за шагом приближалась к кровати, вытягивала шею, пытаясь рассмотреть вторгнувшееся на мою территорию чудовище.

Это оказался Мейрис.

– Да вашу ж мать, – я выругалась и всплеснула руками.

Женишок спал на животе, подмяв под себя подушку. Темные волосы растрепались, несколько прядей упало на глаза, на физиономии застыло умиротворенное выражение.

Что оказалось неожиданным – так это отсутствие рубашки, и я смогла во всей красе рассмотреть внушительную мужскую спину. Расслабленную, но с четко прорисованными мышцами.

Я бы не сказала, что он был каким-то уж слишком здоровенным. Крепкий, жилистый, поджарый, как молодой кот.

На плече причудливая татуировка – какие-то завитки да черточки. Я плохо знала драконью символику, поэтому не смогла понять ее значение, но заинтересовалась тем местом, в которое переходила эта красивая загорелая спина. Вдруг тогда в саду Предчувствий на меня действительно снизошло? А что? С дальним путем не ошиблась, со знакомствами тоже, даже с глазами, меняющими цвет, и то угадала. Так, может, и отметка имеется, та самая, в виде сердечка, чуть пониже поясницы?

Я, конечно, девушка приличная, до свадьбы ни-ни, но… посмотреть-то можно.

Поэтому я аккуратно потянула край одеяла вниз. Чуть-чуть, еще чуть-чуть, пока наконец из-под одеяла не выглянула резинка серых штанов.

– Я так не играю, – фыркнула я, небрежно бросив одеяло обратно. А потом и вовсе ткнула дракона пальцем в бок. – Эй! Чешуйчатый! Подъем!

Он сладко всхрапнул, не просыпаясь, перевернул подушку и дальше спать.

– Нет, милый мой, так дело не пойдет. Встаем, штанишки подтягиваем и на выход.

Меня снова проигнорировали.

Тогда я принялась его расталкивать:

– Вставай! Мейр! Вста-вай! Вста-вай! Вста-вай!

Он даже бровью не повел.

– Просыпайся! – проорала ему прямо в ухо.

Дракон нахмурился, дернул плечом, как будто пытался отогнать назойливую муху, потом, как маленький, зачмокал губами… и снова захрапел.

Вот змееныш!

Я оглянулась в поисках того, что могло мне помочь. И не придумала ничего лучше, как взять со стола небольшую, поцарапанную вазу, сходить с ней душевую, которая пряталась за неприметной дверью, и набрать воды.

– Считаю до трех и оболью! – Я грозно занесла над ним снаряд. – Один, два… три!

Реакции не последовало, и я с чистой совестью выплеснула содержимое вазы ему на голову.

Мейрис что-то сонно пробурчал, но глаза не открыл. Вместо этого повернулся на другой бок.

– Вот же толстокожий, – прошипела я, на ходу сплетая заклятие, чтобы просушить кровать. Я все еще надеялась выгнать из нее этого нахала и занять свое законное место.

Когда фокус с водой не удался, я вернула вазу на стол, ухватила дракона под локоть и попыталась стащить на пол.

Ага! Сейчас! Размечталась!

Чуть пупок от натуги не развязался, а этот гад даже с места не сдвинулся.

– Что ж ты тяжеленный-то такой? Может, жрать меньше надо? – пропыхтела я, сдувая прядь волос, упавшую на нос. – Пошел вон из моей кровати. Я… я… я буду жаловаться! Слышишь? Я дочь верховной ведьмы Шаэры, я имею право…

В этот момент он, все так же не размыкая век, поднял руку, вяло пошарил ей по своему плечу, спустился к локтю, нащупал мое запястье и схватил его.

– Эй! Совсем страх потерял?! Я тебя сейчас прокляну! Слышишь? Пустил немедленно!

Он не только не отпустил, но еще и к себе потянул.

– Ну все, мерзавец крылатый. Напросился!

Я шарахнула его заклятием ступора. И оно не сработало! Не отрикошетило, не развеялось, а просто поглотилось.

– Это еще что за новости? – опешила я и, недолго думая, накинула еще одно заклинание – в этот раз с бородавками, для наглядности.

Результата не было. Вот ни бородавочки! Ни пупырышка! Хотя я влила столько сил, что должен был с ног до головы покрыться наростами.

Заклинание икоты тоже ушло в пустоту.

Как и сглаз, от которого на лбу должен был вырасти хвост.

– Чертовщина какая-то.

К счастью, мне хватило ума больше не экспериментировать и не тратить силы на этого негодяя. Но руку-то высвобождать надо! Я попыталась разжать его пальцы – проще с капканом справиться. Попробовала вытянуть свою руку – не получилось тоже. А когда рассердилась и решила его укусить, произошло и вовсе непредвиденное. Дракон снова всхрапнул и, не замечая моего сопротивления, просто завалил к себе под бок.

– Ты вообще обнаглел?! – я шипела, словно разъяренная кошка, и пыталась встать, но была бессовестно придавлена тяжелой лапищей. – Да я тебя сейчас…

В ответ комнату огласил раскатистый глубокий храп.

– Хоть бы проснулся для приличия!

Спящему дракону приличия были до одного места. Он самозабвенно храпел, но стоило мне попытаться отползти в сторону, как рука напрягалась и придавливала меня обратно, а между темными драконьими бровями образовывалась недовольная складка.

Я уж и локтями его пихала, и крутилась, и коленками острыми ему в бок упиралась, и редкую поросль на груди пару раз дернула. Даже нос дракону зажимала в надежде, что хоть от этого он очнется.

Все бесполезно. Только запыхалась, вспотела и окончательно выбилась из сил.

Это была хорошая битва, но пора признать очевидное: я проиграла. Мне не вырваться из когтей чудовища и не выгнать его из комнаты. Поражение по всем фронтам.

– Ладно, драконище, – прошелестела, прикрыв глаза и медленно проваливаясь в сон, – завтра я тебе такое устрою…

Утро началось с громкого и протяжного зевка, возни и сонного кряхтения. Я повернулась с боку на бок, подперла щеку кулаком и хмуро смотрела, ожидая, когда это сокровище соизволит распахнуть глаза.

Сокровище не спешило. Пару раз потянулось, потерло ладонями физиономию, еще раз зевнуло. И только после всего этого приоткрыло один глаз.

Посмотрело вверх, нахмурилось, увидев над собой незнакомый потолок, посмотрело направо – нахмурилось еще сильнее, посмотрело налево – и замерло, увидев меня.

Потом скользнуло взглядом по моим открытым плечам – ночью было жарко, и я стащила рубашку, оставшись в майке с тонкими бретелями, – перескочило на свой голый торс, зачем-то заглянуло под одеяло.

– Не переживай, я не покушалась на твое целомудрие.

– Кто ты? – возмущенно спросил он, прижимая к себе одеяло так, будто я прямо сейчас собиралась на него наброситься.

Просто поразительная самоуверенность! Мне такое чудовище даром не сдалось, а все туда же!

– Не узнал, что ли? – хмыкнула я и покрутила головой, демонстрируя свою физиономию со всех сторон. – Невеста я твоя.

Он аж подавился от неожиданности и, прокашлявшись, просипел:

– Какая еще невеста?

– Самая что ни на есть настоящая. Элион Виндироуз – дочь верховной ведьмы Шаэры, между прочим, – не без пафоса представилась я и протянула ладонь для рукопожатия. – Мы вчера уже встречались.

Он мой жест проигнорировал и вообще как-то в лице поменялся. Наверное, вспомнил, как мы вчера по главному залу кружили. Как он старался меня свалить с ног, а я, мерзавка эдакая, не сваливалась.

– Ты… ты…

– Я, я, – бодро покивала в ответ на протест в драконьих глазах.

– Чем все закончилось? – с присвистом спросил он. – Я не помню.

– Папенька твой вмешался в наше общение. Аккурат после того, как ты театрально лишился чувств. – Я обворожительно улыбнулась и подмигнула.

Это что? Скрип зубов или мне показалось?

Я специально злила дракона, потому что у меня, как у каждой уважающей себя ведьмы, созрел план, как добиться своего чужими руками.

Если не получается сбежать отсюда и никак не повлиять на мать по причине того, что я тут, а она в Шаэре, то пусть тогда Мейрис решает эту проблему со своим отцом. У него шансов больше.

– Мне такая невеста и даром не сдалась! – сердито выплюнул он.

И на мгновение, на какую-то безумную долю секунды я почувствовала, как точнехонько между ребер впилась острая игла обиды. Я чуть было не начала доказывать, что невеста из меня просто волшебная, но вовремя вспомнила, что ни ему, ни мне это не нужно.

– Зато папенька твой считает, что мы идеально друг другу подходим. Даже распорядился, чтобы тебя сюда из лазарета приволокли и мне под бок положили. – Вряд ли он помнит, как я ночью толкала и орала, пытаясь его разбудить, и как он сам завалил меня себе под бок. Опустим эти досадные мелочи. – Так что готовься к свадьбе, женишок.

После этих слов дракон как ошпаренный скатился с кровати и начал метаться по комнате. Полуголый, босой, растрепанный – я аж залюбовалась.

– Где моя одежда? У тебя? – прорычал он, как будто я в его жизни только затем и появилась, чтобы воровать чужое барахло.

– В лазарете, наверное, – я беспечно пожала плечами, – тебя же сначала туда отнесли.

Он отчетливо зарычал, а мне что-то так смешно стало, что еле сдержала улыбку.

– Черт с ним! Так пойду! – Он ринулся к двери.

А я подумала, что надо держать руку на пульсе, и тоже скатилась с кровати, предусмотрительно прихватив с тумбочки снятое накануне кольцо.

– Милый, погоди. Я с тобой.

Милый выскочил из комнаты так быстро, словно за ним демоны гнались. Я настигла его только у лестницы, ведущей в башню к кабинету Верховного Магистра.

– А ты можешь шлепать своими пятками не так быстро?

– А ты можешь просто отстать от меня?! – рявкнул он, пригвоздив бешеным драконьим взглядом.

Я аж замерла по стойке смирно и сдавленно пискнула:

– Никак нет.

– М-м-м-м, – сдавленно замычал он и помчался вверх по лестнице.

Я за ним.

К кабинету магистра Хардиана мы подскочили почти одновременно. Мейр без стука толкнул дверь и с гневным криком:

– Отец! – ввалился внутрь.

Я тоже зашла и тихонечко встала в уголке, всеми силами изображая скромность и смирение

Эртан оторвался от бумаг, разложенных перед ним, и поднял невозмутимый взгляд на разгневанного сына:

– Я тебя внимательно слушаю.

– Я не хочу жениться!

– Надо сын, надо. Мы долго шли к союзу с ведьмами, и ты это прекрасно знаешь.

– Ты меня не понял. Я не хочу жениться именно на ней. – Мейр двумя руками – видимо, для пущей наглядности – указал на меня.

– А что с ней не так? – усмехнулся Хардиан-старший, смерив меня насмешливым взглядом. – По-моему, милейшее создание.

– Ты помнишь, в каком виде она завалилась на смотр?

– Согласись, в этом что-то есть.

– Она с меня чуть шкуру не спустила!

– И это прекрасно. Я всегда говорил, что тебя надо держать в ежовых рукавицах. Уверен, с этой задачей Элион справится

– Пф-ф-ф, – фыркнула я, подливая масла в огонь, – да раз плюнуть.

Мейрис окатил меня лютым взглядом и что-то беззвучно сказал. Я плохо читаю по губам, но, по-моему, это было ласковое: тебе конец, ведьма.

– Она меня чуть не обесточила! Я не знаю, что за чертовщина это была, но вчера я просто не мог остановиться! Меня захлестнуло! Еще немного – и эта, – снова пренебрежительный кивок в мою сторону, – полностью бы все высосала!

– Она же тебя и наполнила. Вчера целители до самой ночи бились, пытаясь восстановить твой резерв, и у них ничего не получалось. Но стоило вам провести ночь вместе – и вуаля. Ты бодр как огурчик.

Такой большой, бодрый, злой огурчик… который, кажется, ни черта не справляется с возложенной на него миссией по расторжению брака.

– Значит, так, – вздохнул Эртан, явно утомленный нашим появлением. – Звезды выбрали вас друг для друга, между вами уже образовалась связь, так что идите отсюда и не треплите мне нервы.

– Я на ней не женюсь.

– Я за него не выйду.

– А я ректор этой академии и глава рода Хардианов, и мое слово закон. Так что проваливайте отсюда и не мешайте мне работать. Ах да, поскольку вы официально помолвлены оракулами, вам положена одна комната на двоих.

– Отец! – взревел мой потенциальный муж. – Я протестую!

– И я!

– Протестуйте, пожалуйста, где-нибудь в другом месте, – с этими словами магистр щелкнул пальцами, и нас выкинуло из его кабинета через портал прямо во двор академии.

– Да что за… – дальше непереводимая игра слов.

– Попрошу не выражаться в моем присутствии, – чопорно сказала я, – я девушка нежная, хрупкая и ранимая.

– Значит, так, хрупкая и ранимая, – грозно сверкая изумрудными глазами, Мейр двинулся на меня, – мне не нужна такая стерва, как ты, и я не собираюсь на тебе жениться.

– Я, знаешь ли, тоже не горю желанием стать твоей супругой…

– Поэтому не путайся у меня под ногами, а еще лучше – просто исчезни. Вернись туда, откуда прилетела на своей метле, или как там вы, ведьмы, перемещаетесь.

– Я бы с радостью, но двери этой дыры закрыты на год. Ты и сам это знаешь.

Он снова скрипнул зубами, а потом мрачно процедил:

– Если я найду способ выпустить тебя из академии, ты исчезнешь?

– С превеликим удовольствием.

– Договорились, – с этими словами он развернулся и решительно потопал прочь.

Правда, далеко не ушел – наступил босой пяткой на камень, охнул, снова выругался и начал прыгать на одной ноге.

– Подуть? – ядовито предложила я.

– Убью! – прорычало в ответ.

– Как знаешь. – Я подошла ближе, похлопала его по плечу и неспешно отправилась дальше, не без удовольствия слушая, как за спиной шипит и охает рассерженный змееныш.