Глава 26

Проснулась я рано и не по своей воле. Чуть ли не на ухо залаял Бушуй, а позже выяснилось почему. Кто-то усердно трезвонил в дверь. От внезапного пробуждения соображала я туго, поэтому не ломанулась сразу открывать, а всё ещё осоловело пялилась перед собой.

Переборов слабость и нащупав на краю кровати телефон, едва продрала глаза, чтобы взглянуть на время.

Девятый час утра. Но не это главное, а двадцать шесть пропущенных от Клима.

Мда, знатно меня примагнитило к подушке. И даже вибрация не спасла.

Я вчера так и не дождалась ответа на своё смс, от сильной усталости вырубилась, позабыв обо всём на свете.

Кажется, Джентльмен там тронулся умом.

Или же что-то стряслось, а я всё пропустила?

Поток мыслей прервался очередной трелью звонка и я вынужденно переключилась.

Тряхнув головой, чтобы взбодриться, кое-как выпуталась из одеяла и уже хотела бежать смотреть в домофон, как на опережение уже пролетел мимо, в одних семейных трусах, весьма помятый папа.

— Заткни его! — прохрипел он, тыча в лающего Бушуя пальцем. — Мама спит!

Ага. Как я его заткну? Он мне за любое вмешательство голову откусит. Пусть лает на здоровье.

Гигантскими прыжками достигнув домофона, папа недовольно цокнул:

— Зачем ты его с работы выдернула? Ничего смертельного не случилось. Разобрались бы сами…

— Я ничего не делала. — промямлила я, убеждаясь в личности гостя.

Его требовательное выражение лица светилось на весь экран.

— А чего он тогда так рано вернулся?

Нервно сглотнув, пожала плечами и переместилась подальше, уступая папе почётное право первому поучаствовать в воспитательных беседах.

Не готов был Клим к таким открытиям…

Слишком рано я призналась.

Он хотел этого, но, видимо, теперь не знает, как поступить. Испугался.

Шикнув на пса и быстро открыв замок, папа распахнул дверь и воззрился на мужчину с укором.

— О таких ранних визитах нужно предупреждать заранее. — с порога заявил отец и Джентльмен нахмурился.

— Я это пытался сделать. И не раз. Вы не берёте трубки. — обвинительным тоном высказал он и на автомате утихомирил радостного Бушуя.

— Случилось чего? — насторожился папа.

— Нет. Я приехал к Полине. — морда кирпичом.

Эмоции не покажем. Это исключительно личное.

Тихо порадовалась, что за папиной спиной меня не видно. Сердце забилось так сильно, что меня изрядно потряхивало.

— Извините, что разбудил. — поспешил исправиться Клим.

— Да чего уж там! Проходи. Не стой в дверях. — отошёл в сторону папа и мой мужчина встретился со мной глазами.

Тело задубело и я застыла, как вкопанная.

Всего несколько дней, а я так соскучилась по этому орлиному взгляду, что снова почувствовав себя пойманной, испытала несказанное удовольствие.

Клим уже открыл было рот, чтобы что-то сказать, как его взгляд переместился на мою перебинтованную руку и на его лицо надвинулась тяжёлая тень.

— Откуда это? — не своим голосом заговорил он.

— Я сама. — сбила папино желание взять всю ответственность на себя.

Ему это не понравилось, но спорить не стал.

— Я пойду завтрак накрою. — дал понять где его искать. — Не шумите. Мама отдыхает.

— Не будем. — чётко кивнул Джентльмен и не отрывая от меня испытующего взгляда, быстро разулся. — Пойдём. — твёрдым шагом направился ко мне в комнату.

Бушуй следом за ним.

Поёжилась от приближения разбора полётов.

Сейчас ложкой будет черпать мне мозг.

Облажалась я, конечно. Сейчас одно перекроет другое.

Может всё свалить на то, что я находилась в невменяемом состоянии? И моё признание лишь последствие пережитого стресса?

Где песок? Мне нужно голову спрятать.

— Полина. — суровый шёпот из моей спальни.

Уже можно писать завещание?

Безвыходно поплелась на казнь.

Вошла с пришибленным видом и сторонясь возбуждённого добермана неповоротливо забралась обратно в постель.

Под одеялом никакие монстры не страшны.

А нет.

Одному всё-таки удалось до меня добраться.

Молча стянув с меня щит, обнял со спины и сделал самый тяжкий вздох за последнее время.

И что? Даже не стал сверлить во мне дыру из дальнего угла комнаты? Никаких гневных сопений, вдохов разочарования, намёков на расставание?

Неужто моё признание принято?

— Не прячься от меня. — нависнув над моей головой, медленно повернул моё лицо за подбородок.

— Зачем ты приехал? — смутилась от его пробирающего насквозь взгляда.

— Сердце подсказало. — от внезапной улыбки на его щеках появились смешливые ямочки и я заворожённо на них залипла. — А сама как думаешь, Полин?

— Всё равно не угадаю… — прильнула щекой к ласковым мужским пальцам и дала понять, что хочу именно его откровений, а не своих домыслов.

— Сначала ты. — не поддался на уловку Джентльмен. — Что случилось, пока меня не было?

Понимая, что придётся играть в открытую, горестно вздохнула и прикрыла глаза.

— Из-за моей неосторожности у тебя могут быть большие проблемы…

— Какой неосторожности? — пропустил мимо ушей вторую часть фразы. — Не тяни, Полин. — обеспокоено произнёс он и у него на лбу ещё сильнее пролегла глубокая морщина.

— Я полная дура… пошла одна ночью выводить Бушуя…думала, что никого поблизости нет… но он накинулся на пьяного мужчину… очень сильно покусал… его увезли на скорой в больницу… нас предупредили, что он может привлечь к суду и…

— А ну остановись. — прервал мой словесный поток впечатлений, накрыв ладонью рот.

Проглотив все оставшиеся звуки, прислушалась к наступившей тягостной тишине.

Широко распахнув глаза, смотрела на то, как Клим стремительно погружался в водоворот эмоций. Его лицо становилось мрачным, а взгляд печальным. Между нами ощутимо проявилась давящая тяжесть и я нехотя почувствовала на плечах целый груз из собственных ошибок.

Идиотка! Со страхами решила бороться… и вот, что вышло. Папу привлекут за дачу ложных показаний, Климу намотают срок, Бушуя могут усыпить, а бедный Саня возможно получит инвалидность.

И всё из-за моей глупости…

— Этот пьяный мужчина… — что-то неприятное проскользнуло в его голосе, казалось, он собирался сказать какую-то гадость, но не знал, как к этому подвести. — У Бушуя была причина броситься…? — приглушённо набрав в грудь воздух, стянул с меня одеяло и впился острым взглядом в мою больную руку.

— Подошёл слишком близко. — виновато прохрипела я.

Придвинувшись ещё ближе, Джентльмен аккуратно провёл по бинтам подушечками пальцев и его лицо исказилось от боли.

— Это от ножа? — выдавил он из себя. — Толкнул? Тащил куда-то?

— Кто? — обалдело моргнула глазами, вспоминая глуповатого на вид Саню.

— Мужчина этот… он пытался тебя…

— Что-о? — отвисла моя челюсть. — Нет. Ты что?? — осмыслив его наихудшие опасения, нервно хихикнула. — Ему твой пёс больше приглянулся.

— Он тебя не…

— Не-ет!

— Господи, Полина… — поднял глаза к потолку и кажется, мысленно перекрестился.

— Ты вообще слышал, что я тебе говорила? — моё утешение сменилось крайним недоумением. — Человек на земле в крови валялся, Клим! Мясо из руки торчало! Бушуя еле оттащили!

— Тогда что у тебя с рукой? — оставил он без внимания мои выкрики. — Пыталась влезть между ними? — под сдвинутыми бровями застыли грозные, точно стеклянные, глаза.

— Да нет же. — под его сосредоточенным взглядом покачала головой. — Упала просто. Пара царапин. Это даже не стоит внимания. — ощутив в горле подкативший ком, стянула дрожащие губы в одну линию. — Я не хотела, чтобы всё так получилось…

— Прекрати. — притянув меня к своей груди, начал укачивать, как ребёнка. — Для меня самое главное, что ты не пострадала. Ты как сказала про этого пьяного ночью… я невесть что успел напридумать…

— Ничего такого не было. — хлюпнула я носом, вжимаясь лицом в одежду, что пахла родным запахом. — Клим, я такого никогда не видела. Я так испугалась… боюсь представить, что испытал мужчина… жуткую боль…

— Я с этим разберусь. — бесцеремонно перебил меня, целуя в висок. — Тебя сейчас должно заботить только твоё выздоровление. Остальное на мне.

— Легко сказать. — буркнула я, всё ещё чувствуя жжение в груди от понимания своей долбанутости.

— Собака чья? Моя. Ты чья девушка? Моя. Значит, и вопросы все ко мне. — потеревшись носом об мои волосы, Джентльмен, не размыкая рук, осторожно опустил нас обратно на кровать. — И хватит, Полин.

— Что?

— Винить себя. Это делаешь только ты. Как по мне, так это бесполезное занятие. — пробравшись рукой под мою пижаму, очертил пальцем круг и накрыл ладонью пупок. — Может это прозвучит жёстко, но тот покусанный мужчина меня волнует меньше всего. Я знаю своего пса. Отклонений в его поведении никогда не замечал. Следовательно, агрессия объяснима. Виноватым себя не ощущаю. Будем разбираться.

Под навесом его соображений на время замолкла.

— Он жертва, Клим…

— Я другого мнения. — и чтобы закончить тему своим решительным словом, приложил палец к моим губам. — То сообщение ты написала уже после случившегося? — прочитав ответ в моих глазах, отвёл от меня руку и с выдохом разочарования, протёр своё лицо.

— А для тебя есть разница? — пыталась понять что его расстроило.

— В состоянии аффекта можно что угодно написать… — и столько непринятия в его глазах, что мне моментально захотелось оправдаться. Но я всё же пересилила себя. Если я сейчас начну тут разглагольствовать, то снова не дам ему возможности высказаться.

А пора бы уже. Я устала от того, что не могу заглянуть к нему в душу.

А хочется. Очень.

— Зачем ты приехал, Клим? — повторила свой вопрос и затаила дыхание, разрешая доверить мне свои тайны.

— Чтобы убедиться. — расстроенным голосом изрёк он. — Я ждал этого… — остановив на мне долгий внимательный взгляд, прошептал безжизненным голосом. — Хотел прожить этот момент с тобой, а не по одиночке.

— И вот ты здесь… — уверенно сказала я, ощущая внезапную смену ролей.

Будто теперь я веду Джентльмена за руку, а не он направляет меня.

Это странно.

Но я необъяснимым образом чувствую, что так надо. Что это правильно для нас обоих.

— Да, я здесь… — не торопился он продолжать, надеясь, что за него это сделаю я. — Но уже ни в чём не уверен…

— Жалеешь, что приехал? — его сомнение неприятно царапнуло в груди, но я прекрасно знала, что его реакция могла быть ещё хуже.

Я вообще ожидала своей отставки.

Так что всё ещё терпимо.

— Ничуть. — знакомая сталь в голосе. — Ты же прямо напрашивалась на выяснение отношений… право за мной оставила. Я и прикатил в твои глаза бесстыжие посмотреть.

— Ты бы не приехал. — подтолкнула его к моменту истины. — И не позвонил. И мы бы зашли в тупик.

— Если бы я ничего не сделал… — без утайки посмотрел в упор. — …я бы остался ни с чем. А потерять тебя равносильно последнему вздоху. — мимолётно прижавшись губами к моим, внёс ту ясность, о которой я так мечтала, только немного иными словами. — Я настолько прикипел к тебе, что не смыслю жизни без тебя…

Чувствуя, что моё сердце воспарило на опасную высоту, обхватила ладонями лицо любимого мужчины и совсем по-сумасшедшему поцеловала. Так сильно вцепилась в него, лишь бы сейчас нас ничего не разделяло. Всё, что мной двигало, это желание упиваться его словами.

Да, это не «я люблю тебя»… но это ничуть не меньше переполняет меня эйфорией. Зная Клима, возможно, я не скоро услышу три заветных слова. Он не из тех, кому это легко даётся. Он не будет кричать о своих чувствах. Хотя и умеет красиво выражаться.

Он говорит только то, что считает нужным.

И видимость «любви» создавать не будет.

Доверие превыше. Ради него он всё и затеял.

— Я не возьму свои слова обратно, Джентльмен. — едва ли удалось вернуть его собранность, мужчина так захмелел от поцелуев, что не с первой попытки смог сфокусировать на мне взгляд.

— Какие? — вопрос с подвохом.

Надежда в его глазах твердила о том, что всё мы поняли, просто включили дурачка.

Иногда это меня так умиляет, что девочкой-розочкой в паре кажется он, а не я.

— А что мне за это будет? — коварно улыбнулась.

— Бить не буду. — для приличия даже задумался.

— Ты и так меня не бьёшь. — фыркнула я.

— Никогда не поздно начать. — жадно проведя ладонью по моему бедру, протиснул руку между ног и прямо на промежности показательно оттянул материю трусов, заставляя меня дёрнуться от горячего прикосновения.

— Бьёт, значит любит? — схитрила я.

— Если любит, никогда не ударит. — перевернул весь смысл мужчина, начав прерывисто дышать.

— Ах да, ты же эксперт в любви! — улыбнулась я, закидывая на него ногу. — Разбираешься, как никто другой!

— Получше некоторых. — хмыкнул Клим и я с радостью отметила, что его вечная настороженность развеялась, уступая месту расслабленности.

— А что скажешь про меня? — слегка застонав от дискомфорта в руке, успешно оседлала своего слишком сложного мужчину и наклонилась прямо к губам. — Твой краткий итог, Джентльмен.

Он так долго и внимательно смотрел в мои глаза, что мне почудилось в его взгляде какое-то сожаление.

Но слава Богу, что это всего лишь разыгралась моя больная фантазия.

Так, как Клим сейчас улыбнулся… он не улыбался никогда.

— Ты меня любишь. — произнёс он шёпотом, как молитву и я успела почувствовать, как по его телу пробежала дрожь.

— Да… — также тихо, чтобы никого не впустить в наше сокровенное. — Вот здесь. — приложила его руку к своему сердцу. — А не поверхностно, как ты боялся.

С мужчиной происходило что-то странное. Его грудная клетка ходила ходуном, а руки то сжимали, то разжимали мне кожу на спине. Но больше всего поражали глаза.

Они же отражение души… и сейчас в них было далеко не счастье и покой… а что-то отдалённо напоминающее вину и сопротивление…

— Клим? — меня накрыла оторопь.

Он вдруг резко приподнялся и приник губами к моей груди:

— Ты даже не представляешь, как мне важно быть здесь… — нежно поцеловал меня в область сердца. — Быть твоей частью… знать, что я нужен тебе… с тобой… это что-то абсолютно новое… мечта стала реальностью… — обхватив мой затылок ладонью, притянул к себе так близко, что мне пришлось согнуться. — Просто знай, Полин, что вот здесь вся моя жизнь… и только тебе под силу растоптать её… не делай этого… я смогу сделать тебя счастливой.

Я, конечно, не мнительная, но блин, что за фигню он городит?

— Ты пугаешь меня… зачем мне топтать твою жизнь? Почему ты просто не можешь порадоваться?

— Потому что я не такой, как все… и это не исправить.

— Я иногда чувствую себя ребёнком рядом с тобой… — проболталась я, охваченная непониманием. — Будто я дёргаю тебя за рукав, чтобы привлечь внимание и пытаюсь показать что-то очень важное… лезу к тебе со своей любовью, а ты вроде и киваешь мне, но только для того, чтобы я отстала…

Боже, опять этот дурацкий снисходительный взгляд.

И улыбка такая ласковая-ласковая, что тупее положения не придумаешь.

— Твоя любовь — самое лучшее, что со мной происходило. И я не считаю её детской. Опять ты на мой возраст намекаешь, да? — и помассировав мне голову, нежно заправил растрёпанные волосы за уши. — Я часто говорю запутано… тебя это, наверное, настораживает, но всё, что я пытаюсь донести до тебя… я сам верю в это.

— Вечное мозгоклюйство… — рассмеялась я.

— Я почти привык. — намёк на меня.

— Ты насовсем вернулся? — повалив мужчину обратно на подушку, взвалила ему на грудь перевязанную руку и грустно вздохнула, когда услышала ответ:

— Нет. Вырвался на пару дней. Потом снова буду придерживаться графика.

— Мало. — надула губы.

— Увы. — дотронувшись пальцами до моих бинтов, сомкнул раздражённо зубы. — Сейчас переговорю с твоим отцом и поеду выяснять что за дебил по ночам лезет к девчонке с доберманом.

— Мне можно с тобой?

Как там Саня? Живой хоть?

— Нет. Будешь помогать маме с вещами. — безапелляционно отрезал Джентльмен.

— Какими вещами? — в полнейшем смятении раскрыла я рот.

— Вы с родителями пока поживёте у нас дома. До моего приезда, конечно. Уверен, что смогу договориться с твоим отцом.

— Ты впустишь в дом посторонних? — с недоверием уставилась на него я.

— Твоя семья — значит, и моя семья.

И это так убедительно звучало, что у меня по всему телу пробежались мурашки.