Глава 14

12 августа 2017 года, 18.58

г. Санкт-Петербург

Другие варианты так и не нашлись, рабочих оставалось по-прежнему два: общий сон и общий гипноз. Но сон делала бессмысленным невозможность поместить в него Ваню, а значит, и псевдо-Мару, а гипноз был сложен из-за количества участников. С двумя Саша справилась бы, даже с тремя наверняка тоже, но их было семь! И Саша прекрасно понимала, что ей такое не под силу.

Выход нашел, как ни странно, Ваня.

— А может, это все совместить? — предложил он. — Ну вроде как было в Кувандыке. Общий сон благодаря снотворному, управляемость благодаря гипнозу.

— Я ведь уже сказала, что не справлюсь со всеми, — мрачно напомнила Саша. — Увы, я не такой сильный гипнолог, как Шумский.

— Да ладно тебе! Вон, Костян вообще не гипнолог, а как ловко с паном атаманом в лаборатории ЗАО управлялся!

Саша настороженно-вопросительно посмотрела на Долгова, как бы спрашивая, как у него такое вышло, но тот лишь развел руками:

— Во-первых, я управлялся все-таки с одним Войтехом, а во-вторых, там большое значение имело снотворное.

— Образец № 17? — догадался Ваня.

— Он самый, — кивнул Долгов. — Насколько я понимаю, в Кувандыке тоже его использовали?

— Именно, — подтвердила Саша. — Возможно, именно поэтому Шумскому и удалось управлять общим сном. Дело в препарате, а не способностях гипнолога.

— А повторить этот препарат вы не можете? — поинтересовалась Анна. — Ведь Костя принимал участие в его создании, ты его изучала в лаборатории ИИН.

— Как мы его повторим? На обеденном столе из того, что есть в холодильнике? — не удержалась от сарказма Саша. — У нас нет доступа даже к нашим файлам.

— Но мы можем попробовать создать нечто максимально похожее, — неожиданно сказал Долгов. — Я помню большую часть составных компонентов, а также могу рассказать тебе, как оно должно действовать на системы жизнеобеспечения. Ты сможешь на основе этих данных скомбинировать препараты?

Саша бросила на него недоверчивый взгляд, чтобы убедиться, не шутит ли он. Долгов явно не шутил.

— Саша, это наш единственный вариант, — мягко заметил Войтех. — Иногда стоит рискнуть.

Она вздохнула, понимая, что они оба правы.

На подготовку ушло много времени. Сначала они с Долговым обошли несколько аптек, чтобы купить все необходимое, потом долго комбинировали препараты, затем высчитывали дозу для каждого. Саша старалась не смотреть на часы, но взгляды, которые друзья бросали на экраны своих смартфонов, замечала и нервничала. Наконец без четверти семь дело было закончено. К этому времени как раз вернулся и Ваня, отвозивший Карину к подруге. Девушка, конечно, рвалась тоже поучаствовать и была страшно недовольна твердым отказом Анны, но та оставалась непреклонна: Карине в этом участвовать не стоит. Поскольку старшую Замятину поддержали абсолютно все, ей пришлось смириться.

— Все, граждане, готово! — объявила Саша. — Подходим за дозой.

Все столпились возле стола, с опаской поглядывая на исписанные листки с именем каждого.

— Слушай, а мы точно сможем проснуться в случае необходимости? — уточнил Дементьев.

— Это же снотворное, — удивилась Саша. — Конечно, вы проснетесь.

— Просто, знаешь, я однажды текилы с сослуживцем перебрал, так часов пятнадцать спал. Даже маньяк с ножом у моего горла не заставил бы меня проснуться.

— Так я тебе и не текилу предлагаю. Не переживай, я, может, невоспитанная и безголовая, но свое дело знаю, — совершенно серьезным тоном сказала Саша, заставив Дементьева фыркнуть. — Так что пей, — она подвинула ему стаканчик.

Устроиться все решили в гостиной, поскольку должны были слышать Сашин голос, направляющий общее сновидение, и уже через несколько минут начали проваливаться в сон.

Саша старалась не смотреть в сторону Войтеха чаще других, но ничего не могла с собой поделать. Она переживала за всех, поскольку не была уверена в успехе задумки, но именно за него ей было страшнее всего. Он только что с таким трудом вернулся из похожего сна и вот добровольно погружается снова. Но вариант не пойти Войтех, естественно, не рассматривал. Во-первых, это была его команда, которую когда-то он лично собирал на форуме, во-вторых, во сне у него не болели ребра, и он мог быть полезен, если (когда) кошмары вновь оживут, в-третьих, он утверждал, что его видение Нева может понадобиться при создании общего образа. Саша знала, что порой у этих двоих случались довольно откровенные разговоры, а потому Войтех мог знать Нева со стороны, неизвестной другим. Может быть, даже Лиле.

Ровно в 18.58 в гостиной установилась полная тишина: перестали нервно вертеться Дементьев, вздыхать Айя, громко сопеть Ваня. Дыхание всех участников эксперимента стало ровным и глубоким, а Саша наконец смогла перевести дух и выпить залпом полстакана воды, приготовленной заранее. Она говорила не так много, просто старалась внушить всем, что они находятся здесь же, в гостиной предоставленного Ляшиным дома, но в горле все равно пересохло.

Это не было обычным гипнозом, поэтому никто из спящих не мог ей ответить, и Саша не знала, удалось ли ей собрать их всех вместе, присутствует ли в гостиной Ваня, оставалось лишь надеяться, что все удалось. Не смогли они придумать и знак, по которому Саша должна будет всех разбудить. Как подать знак, когда информация уходит лишь в одну сторону? Поэтому ей необходимо было просто следить за состоянием каждого и будить, если жизни начнет что-то угрожать. А уж ребята там, во сне, должны постараться не умереть быстро и внезапно, чтобы у Саши был шанс их разбудить.

Она поставила стакан на стол, глубоко вдохнула и снова заговорила:

— Вы все в гостиной. Войтех, Володя, Анна…

Она перечисляла всех, кроме Нева, поскольку тот не должен появиться внезапно. Они должны будут его создать. Таким, каким помнил каждый. И тогда, возможно, сложится полный его образ. В виде победившего Ангела Власти его видела только Лиля, у остальных таких воспоминаний не было, а потому Саша надеялась, что создадут они именно того Нева, которому в любой ситуации удавалось вернуть себе контроль.

Московская область

Еще ничего не началось, но в ритуальном зале царила непривычная тишина, а напряжение и страх ощущались так остро, что из-за них, казалось, воздух становился гуще и его было труднее вдыхать. Еще недавно члены Ковена Тринадцати предвкушали проведение этого ритуала и наверняка взволнованно гудели бы, готовясь к самому важному событию, способному изменить их жизни. Однако сейчас они предпочитали помалкивать, а если и обменивались какими-то фразами, то делали это как можно тише, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

И это нового главы еще не было в помещении! По крайней мере, физически. Но некоторые уже подозревали: он всегда где-то рядом, внимательно наблюдает и прислушивается.

— У тебя нет ощущения, что мы все бодрым шагом идем в расставленную перед нами ловушку? — тихо поинтересовалась Магда, приблизившись к Карягину.

Тот выглядел спокойнее и увереннее всех остальных, как будто что-то знал, но не хотел этим делиться. Вот и сейчас он лишь едва заметно повернул голову в сторону собеседницы, но не посмотрел на нее.

— Не понимаю, о чем ты, — ответил тоже едва слышно. — Все идет по плану. Мы ведь сами этого хотели, правда?

— Это меня и смущает! — стараясь говорить шепотом, Магда все же не смогла сдержать рвущихся наружу эмоций. — Ты разве уже забыл его пламенную речь о том, какие мы ничтожные и как он нас изменит? Я вот хорошо помню каждое слово! И что в итоге? Он днями и ночами напролет ковырялся в записях ковена, чтобы в итоге сделать что? То же, что мы сами хотели! Разве это не странно?!

— Власть, Магда, нужна всем, — спокойно отозвался Карягин, едва заметно пожав плечами. — И чем больше, тем лучше. А уж одноименному Темному Ангелу власти точно не может быть слишком много, чтобы от нее отказываться. Сейчас раздвинет границы своих возможностей и примется за революцию. Возможно. Но, скорее, все это было пустым трепом. Обычный наезд нового начальника. Вы все дураки, один я умный, вот я вам сейчас и покажу, как дела делаются. А в итоге все остается, как было. Первый раз с таким сталкиваешься, что ли?

Его слова заставили Магду задуматься ненадолго, но по-настоящему не успокоили.

— А что, если это не было пустым трепом? Что, если, приобретя это могущество, он просто избавится от нас? Сейчас мы нужны ему, потому что ритуал требует присутствия тринадцати магов. Только тринадцать магов, владеющие тринадцатью шкатулками, могут поработить исполняющего желания. И тот будет служить им до тех пор, пока не умрет последний из тринадцати. Последний, понимаешь? Он может уничтожить нас всех и наслаждаться безграничной властью в одиночку! Ну… или на пару со своим юным протеже, чье тело он, возможно, держит про запас.

Карягин наконец повернулся к ней и безмятежно улыбнулся.

— Ты слишком сильно накручиваешь себя. Да, сейчас он сильнее нас всех и может перешибить хребет любому щелчком пальцев. Но! Сила того, кто исполняет желания, превосходит силу Ангелов. А что это значит? После проведения ритуала мы станем равны друг другу! Но сила одиннадцати желаний всегда будет превосходить силу двух. Понимаешь?

На лбу Магды на мгновение появилась едва заметная складка и тут же пропала, когда в глазах зажглось понимание. Так вот, что он задумал! Что ж, это давало надежду, но полностью сомнения не развеивало.

— А остальные в курсе?

— В общем и целом, — уклончиво отозвался Карягин. — Ты, главное, держи в голове собственное желание избавиться от Ангела. Остальное сделает Хозяин шкатулок.

Он едва успел сказать это, когда почти неслышный скрип двери погрузил ритуальный зал в абсолютную тишину. Все повернулись ко входу, где наконец появился новый глава ковена.

Тот на мгновение замер, окидывая удивленным взглядом своих подчиненных. Те по старой привычке надели свои черные мантии, пока лишь не торопились накидывать на головы скрывающие лица капюшоны. Сам Ангел явился в обычной одежде. Он не менял ее со дня появления в особняке, но она словно потеряла способность мяться или пачкаться, всегда выглядела так, словно ее только что надели.

Он сокрушенно покачал головой и тихо, но внятно заметил:

— Ладно, о форме одежды мы поговорим позже, пока и так сойдет.

После чего без лишних предисловий направился к своему месту в круге.

Остальные последовали его примеру. Магда заметила, что Егор сделал попытку подойти к Ангелу до начала ритуала, но тот жестом остановил его и велел встать в круг. Парню ничего не оставалось, кроме как послушаться.

Когда каждый занял свое место, Ангел поднял правую руку и вытянул ее вперед, направляя кончики пальцев к одной из тринадцати шкатулок, стоящих на столе в центре круга. Остальные повторили его движение.

— Так, начнем! — объявил Ангел, давая остальным знак.

И все тринадцать крышек одновременно откинулись, позволяя постаментам с фигурками подняться, а тренькающей мелодии зазвучать.

Магда посмотрела поверх стола на Ангела в теле Нева и мысленно пообещала себе, что сегодня с этим существом будет покончено раз и навсегда.

г. Санкт-Петербург

Уснувшим было немного проще: как минимум, они точно знали, что Саше удалось поместить их всех в одно сновидение. Войтех вдруг обнаружил себя сидящим за столом с чашкой горячего какао. Его он пил очень редко, почти никогда, и именно поэтому понял, что что-то не так. Поднял голову, осмотрел помещение, обратив внимание на то, каким напряженным выглядит Дементьев. Остальные, казалось, ничего не заметили, но Дементьев определенно понимал, что что-то происходит. Он огляделся, всматриваясь в лица друзей, а потом встретился взглядом с Войтехом.

— Так, — выдохнул он.

— Так, — отражением кивнул Войтех.

Он успел заметить две главные вещи: Саши с ними нет, зато Ваня есть. Тот как раз строил планы на шашлыки, раз уж они все проводят выходные вместе в доме со двором, где наверняка есть мангал.

— Вы все в гостиной, — словно из ниоткуда послышался Сашин голос.

Он звучал странно, будто она говорила лицом в подушку, но тем не менее, каждое ее слово Войтех отчетливо слышал. Как слышали остальные.

— Да где ж нам быть, Айболит! — весело отозвался Ваня, еще не замечая подвоха. — Ты мясо-то купила?

— Войтех, Володя, Анна…

Саша перечисляла всех присутствующих, и тогда они наконец поняли, что что-то не так.

— Что происходит? — непонимающе нахмурилась Лиля, оглядываясь по сторонам. Потом подняла правую руку и посмотрела на раскрытую ладонь. Перед тем, как уснуть, она зажала в кулаке обручальное кольцо Нева, но сейчас его не было. — Где… Ох, черт!

Она тоже все вспомнила.

— Что дальше? — поинтересовался Долгов, подходя к ней. — Надо что-то сказать или просто представить Нева, чтобы он появился?

Никто толком не знал, и прежде, чем они успели обсудить дальнейшую стратегию, что-то упало на втором этаже. Войтех тут же отставил чашку и поднялся на ноги, отмечая, что ребра совсем не болят. Пока он дошел до двери, Дементьев уже оказался в прихожей.

— Твою мать! — донеслось до Войтеха.

Тот ускорил шаг и меньше секунды спустя тоже вышел в прихожую, проследил за взглядом Дементьева и шумно выдохнул. По лестнице со второго этажа к ним на четвереньках спускалась Нина. Точнее, существо, когда-то бывшее ею. Теперь же длинные волосы немытыми паклями свисали вдоль землисто-серого лица, залитые черным глаза пристально следили за коллегами, а рот оскалился, обнажая два ряда острых зубов. Нина сползала по ступенькам странными, рваными движениями и улыбалась так, будто знала о чем-то, чего еще не поняли Войтех и Дементьев.

Московская область

Егор не имел привычки нервничать, волноваться или переживать. Он довольно рано понял, что отличается от других людей, что может больше, а потому никто и ничто не способно причинить ему вред. Это понимание убило в нем страх, а ведь именно боязнь дурного исхода заставляет людей нервничать.

Но недавно страх вернулся. Он воскрес в тот момент, когда Егор оказался один в окружении более взрослых, сильных магов и понял, что потерял с таким трудом добытые дары Ангелов. Он впервые оказался лицом к лицу с более сильным противником, по-настоящему осознал, что собственная неуязвимость ему лишь чудилась. А когда пришел Ангел в теле Нева, это осознание усилилось.

И сейчас, вместе с другими членами Ковена дожидаясь начала ритуала, он впервые за долгие годы всерьез нервничал. Так, что искусал изнутри губы едва ли не до крови.

Что-то было не так. Капитально не так! Но Егор никак не мог уловить, в чем именно подвох? В волшебном ритуале, который должен дать тем, кто его проведет, безграничную силу? Или в намерениях Ангела, который почему-то решил все же провести этот ритуал? Егор не понимал, зачем ему наделять подобной силой людей, которых он презирает.

Поведение членов ковена тоже настораживало. По мере приближения начала ритуала на их лицах становилось все меньше страха. Нет, они все еще были напряжены, некоторые прямо-таки на взводе, но страх, обуявший их после первого собрания, на котором Ангел продемонстрировал свою силу и намерения, постепенно исчезал. Возможно, они просто привыкали, смирялись, убеждали себя, что и с новым главой можно иметь дело, но Егору чудилось что-то иное, какая-то угроза.

Уверенность в этом возросла, когда он заметил, как изменилось выражение лица Магды после короткого разговора с Карягиным. Невероятно спокойным Карягиным. И Магду ему тоже удалось успокоить, а это означало только одно: они что-то задумали. Ковен. Против Ангела и, скорее всего, против него, Егора, ведь с ним никто ничего не обсуждал. То ли не простили предательства со шкатулкой, то ли считали его приближенным к Ангелу. Теперь оставалось только очень сильно сожалеть о том, что он стоял слишком далеко и не услышал, о чем шептались эти двое.

Как следует обдумать ситуацию Егор не успел: дверь отворилась, и в зал вошел Нев. Времени оставалось мало, и Егор сделал шаг к нему, собираясь предупредить о том, что остальные члены ковена что-то против него замышляют. С деталями Нев наверняка и сам разобрался бы.

Но старик не дал ему шанса. Жестом велел не приближаться, а встать в круг. И Егор против воли повиновался, сам не зная почему.

«Ну и пусть, — обиженно решил он про себя. — Пусть сам тогда выкручивается». А он всегда может просто сбежать, пока остальные будут разбираться между собой. Егор решил, что именно так и сделает, если что-то пойдет не так.

Но когда это случилось, оказалось, что сбежать можно не всегда.

Ритуал начался в строгом соответствии с описанием. По знаку главы они все направили свою силу к шкатулкам, чтобы открыть их, а потом монотонно забормотали слова заклинания, которые каждый знал наизусть.

Потоки силы побежали от магов к шкатулкам, а после — по кругу, от шкатулки к шкатулке, смешиваясь, складываясь, усиливаясь. Вскоре их стало видно невооруженным глазом: яркое разноцветное свечение закружилось над столом подобно маленькому, пытающемуся родиться смерчу.

Внутри воронки проявились размытые очертания: Хозяин не имел явного человеческого воплощения, он не был живым существом, лишь сгустком энергии, но сгусток этот тоже мог становиться похожим на человека. Или на его тень.

Голоса непроизвольно звучали все громче, с каждым мгновением члены круга вливали в воронку все больше силы, ожидая того момента, когда давление изнутри смерча — сопротивление Хозяина — исчезнет. Это будет означать победу, успешное завершение ритуала и обретение безграничных возможностей.

Но сопротивление все не исчезало, и Егор заметил, что некоторые члены ковена уже заметно морщатся от напряжения: им не хватало сил. В голове успел промелькнуть вопрос, а что будет, если кому-то их действительно не хватит? Смогут ли они прекратить ритуал? Просто остановиться и вернуть все, как было, без последствий? Сможет ли превосходящая их всех сила Нева компенсировать более скромные возможности других?

Ответ не заставил себя долго ждать, и он оказался страшнее, чем Егор предполагал. Он вдруг понял, что уже не контролирует процесс. Не вливает силу сам, ее из него тянут. И не только магию, но и саму жизнь. Предчувствие не обмануло его: ритуал оказался ловушкой! Но ее приготовил не Ковен Тринадцати и даже не Темный Ангел.

Эту ловушку поставил Хозяин шкатулок.

г. Санкт-Петербург

Прошло около десяти минут, прежде чем что-то изменилось. Саша продолжала разговаривать с ребятами, пытаясь напомнить им о необходимости создания образа Нева, вспоминая общие расследования, когда Нев так или иначе себя проявлял, чтобы стимулировать их воспоминания, когда вдруг часто и поверхностно задышал Дементьев. Ему явно начало сниться что-то не слишком приятное.

Саша тихонько подошла к нему, наклонилась к лицу, прислушиваясь. В глубине души она надеялась, что Дементьев что-нибудь скажет. Это позволило бы ей хоть примерно понять, что у них происходит, но бывший следователь был явно не из тех, кто болтает во сне.

Следом за Дементьевым оживился Войтех, но тут уж Саша ни на что не надеялась: из него и в обычном-то состоянии слова порой клещами вытягивать приходится, что уж говорить о сне!

Саша только собралась сказать, что им ничего не угрожает и они смогут со всем справиться, как вдруг что-то схватило ее за лодыжку. Она подпрыгнула, с трудом удержав крик, и обернулась.

Это был Ваня. Ему не хватило места ни на диване, ни в креслах, поэтому он лег прямо на ковре, притащив из спальни подушку под голову. И теперь внезапно проснулся.

— Ваня? — удивилась Саша.

Почему он проснулся? Ведь не должен был! Саша была уверена, что хорошо рассчитала дозу снотворного для каждого, он не должен был проснуться так быстро. А если бы не успел по какой-то причине заснуть, то сказал бы сразу. К чему было ждать десять минут?

Ваня продолжал крепко сжимать ее лодыжку, не давая отойти в сторону, и сверлить взглядом, в то время как сам медленно приподнимался на локте.

— Отпусти меня, — твердо попросила Саша. Если вдруг это какой-то подвид лунатизма или же необычное воздействие ее гипноза, то просьба должна подействовать.

— Не то что? — насмешливо поинтересовался Ваня, еще крепче сжав пальцы.

Саша не понимала, что происходит. Голос его казался обычным, даже интонации ее не удивили, Ваня часто дразнил людей, порой очень обидно. Несмотря на их дружбу, иногда доставалось и Саше, и даже родной сестре, что уж говорить об остальных. Но он не стал бы шутить в такой ситуации, только не сейчас.

— Ваня! — громче и тверже повторила Саша.

— А Ваня спит, — шире улыбнулся тот. — Ты сама дала ему снотворное, усыпила и лекарствами, и голосом. И теперь он уступил место мне.

В одно мгновение Саша все поняла. Какая плохая была идея заставить Ваню выпить снотворное! Теперь его сознание оказалось беззащитным перед тем, кто привязался к нему два месяца назад, и тот, другой, наконец получил власть.

Мысленно извинившись перед другом, Саша свободной ногой изо всех сил лягнула его по той руке, которой он держал ее. Не надеялась, что существо почувствует боль, скорее всего, ему плевать на то, что испытывает тело Вани. Она просто пыталась заставить его рефлекторно разжать пальцы. И у нее получилось. Ровно на одно мгновение хватка ослабла, но этого времени оказалось достаточно, чтобы вырваться и отскочить назад.

У нее появилась фора в пару секунд, пока «Ваня» встанет на ноги, и она могла бы попытаться убежать и спрятаться, но побоялась. Во-первых, если она оставит друзей без своего голоса, управляемое сновидение может превратиться в неуправляемое, а во-вторых, она боялась, что, упустив ее из виду, «Ваня» переключится на остальных. Он убил Нину, пытался убить их во сне, о его намерениях гадать не приходилось. А они сейчас совершенно беззащитны перед ним. Нет, его нужно увести подальше от гостиной.

Саша остановилась посреди комнаты, не спуская глаз с «Вани», и продолжила говорить с того места, на котором остановилась.

— А потом появился Нев. С рюкзаком, доверху набитым банками с консервами. Он не знал, сколько дней мы уже провели на острове, и сколько еще проведем, пока выберемся, поэтому хотел принести нам еду. Вспомните каждый тот момент, когда мы обернулись и увидели его. Вспомните свои ощущения и выражение его лица.

«Ваня», очевидно, понял, что она не собирается убегать, поэтому поднимался медленно, не сводя с нее пристального взгляда и не переставая улыбаться.

— Затем было расследование в Праге, — продолжала Саша, медленно, очень медленно, спиной, отступая к выходу. Она не хотела пропустить момент, когда «Ваня» бросится на нее. — У Нева не получилось приехать, потому что у него не было визы. Но без него мы в итоге зашли в тупик, и только на него была надежда. Оказалось, что он знает иврит, и он смог правильно перевести то, чего мы не понимали.

«Ванины» шаги были гораздо шире ее, поэтому расстояние между ними стремительно сокращалось.

И все-таки Саша упустила момент, когда он приблизился настолько, чтобы одним стремительным движением дотянуться до нее. Свою ошибку она поняла лишь тогда, когда он быстро выбросил вперед руку. Саша инстинктивно отпрянула, и его пальцы лишь скользнули по вороту ее рубашки, не успели ухватить. Тут уж думать было нечего — она развернулась и побежала.

К сожалению, она довела его до самого выхода из гостиной, и теперь, сделав всего один шаг вперед, он уже видел все ее возможные ходы. Куда бы она ни направилась, от его глаз это не укроется.

Саша панически огляделась по сторонам: если спрячется в гардеробной, отрежет себе все пути к отступлению. Если побежит наверх, шансов спрятаться больше, но сможет ли она оторваться от него на лестнице? Коротко взглянув в другую сторону, она заметила, что входная дверь не просто не заперта, а даже чуть приоткрыта. Если ей удастся выбраться на улицу, тогда шансы увеличиваются многократно. Там стоят две машины, и как минимум от ее собственной ключ лежит у нее в кармане. Она успеет скользнуть в салон и заблокировать дверь. Но что дальше? Забор высокий, никто из соседей ничего не увидит и не придет на помощь. Да и не нужна ей помощь, не нужны лишние глаза в доме. Уехать? Даже если «Ваня» откроет свою машину и направится за ней следом, то остальные опять-таки остаются без ее голоса.

— Что же ты выберешь? — послышался за ее спиной насмешливый вопрос.