Глава 31

— Дана! — радостно вопит существо голосом моего брата.

Он вяло пытается вывернуться из захвата Дэна, но тот лишь сильнее вжимает его в землю.

На лице существа блуждает глупая, пьяная улыбка. Глаза расфокусированы, зрачки плавают.

— Арт? — снова шепчу я, не веря своим глазам.

Он хихикает.

Радость от встречи мгновенно сменяется холодной яростью.

Он снова под кайфом. Накачался мутью. Здесь, на Изнанке, когда мы все висим на волоске!

Он подставил маму. Он продал нас Рогоже. А теперь приперся сюда в таком виде?

Меня срывает с места. Два прыжка, и я вырастаю перед ним.

Размах!

Мой кулак с хрустом врезается в его нос.

Голова Арта откидывается назад.

— Ай! — визжит он.

— Морт недоделанный! — рявкаю я, тряся ушибленной рукой.

Дэн от неожиданности разжимает хватку.

Арт кулем валится на бок. Он барахтается, как перевернутая черепаха, пытаясь встать на четвереньки. Трясет головой, разбрызгивая по траве чёрные куски тьмы и алые капли крови из разбитого носа.

Потом братец плюхается на задницу. Пытается опереться рукой о землю, но ладонь соскальзывает в черную жижу родника.

Он падает спиной назад, ударяясь макушкой о край провала.

Дэн хватает его за шиворот, рывком выдергивая обратно.

Тьма тянется за рукой Арта густой, вязкой смолой, впитываясь в кожу.

Арт же зачерпывает ещё, подкидывает субстанцию в воздух, закручивая спиралью, как он любит делать с дымом. Запрокидывает голову, подставляя лицо под черные хлопья. Вдыхает с блаженным стоном.

Меня тошнит от этого зрелища.

— Эй! — Дэн хлопает его по плечу. — Здесь тьма не дурманит, парень. Здесь она помогает выжить.

Арт взвивается, скидывая руку Дэна.

Он вскакивает на ноги.

Его взгляд проясняется. Дурь выветривается, уступая место злой ясности. Кровь из носа запекается коркой на мертвенно-бледной коже.

Он игнорирует меня. Щурится на Дэна.

— А ты кто такой?

Дэн молчит, напряженно оценивая угрозу.

Арт переводит взгляд на меня. Скользит по моему разорванному платью, обнаженному плечу, спутанным волосам.

Его лицо перекашивает.

— И почему этот мужик здесь, с тобой, в полуголом виде? — шипит он. — Ты что тут устроил с моей сестрой, урод?

Он бочком подбирается к роднику. Вытягивает ладонь над черной гладью.

Тонкая струйка тьмы послушно тянется к его пальцам. Арт перебирает ими, как паук, ткущий паутину.

Черный туман ластится к нему, впитываясь в поры. Бледная кожа наливается жуткой, серой силой. Волосы начинают шевелиться, извиваясь змеями. Из глаз валит дым.

Истинный Морт.

Дэн издает низкий, горловой рык. Его кожа идет рябью — дракон рвется в бой.

Я подскакиваю к нему, обнимаю за шею, прижимаясь всем телом.

— Тише, — шепчу я, гладя его напряженную грудь. — Не надо.

— Он полон под завязку, — шелестит Дэн мне в ухо. — Изнанка питает его. Если нападет, мне придется выпустить Зверя.

Я разворачиваюсь к брату.

— Тебя интересует, чем мы занимались? — я складываю руки на груди. — Мы искали выход, чтобы разгрести дерьмо, которое ты нам устроил!

Арт морщится, отмахиваясь от тьмы и от моих слов.

— Что-то наша жизнь тебя не волновала, когда ты снюхался с убийцей отца! Когда брал у него долг, не думая, чем платить!

— У меня был план! — рявкает Арт. — И даже два! Только Кэт все испортила с этой брошью!

— Брошь папы! — кричу я. — Зачем ты её украл⁈

— Подумаешь, музыкальная шкатулка! — фыркает он. — Морт обещал решить вопрос с Рогожей, но ему нужна была эта безделушка.

Он пожимает плечами.

— Архи как ребенок, всё бы ему в игрушки играть. Что с них взять, с мортов… Эх, была ещё надежда на расписки Рогожи…

Он осекается.

Повисает тишина.

Я замираю, раскрыв рот.

Арт отводит глаза, перекатывается с пятки на носок. Делает вид, как будто ищет глазами что-то интересное в кустах.

— Ты… ты хотел украсть расписки? — шепчу я. — Доказательства убийства?

Арт взрывается:

— Вы всё равно не знали, что Рогожа должен отцу. И не узнали бы. А я бы всё решил. Нет расписок — нет моего долга, нет улик, все спят спокойно!

Его волосы встают дыбом, образуя черный ореол. Он скалится.

— Я спасал нас!

Дэн притягивает меня к себе, пытаясь заслонить спиной. Я вырываюсь.

— Я знала, — кричу я из-за мужского плеча. — Я нашла расписки! Я переписала их и отнесла копии Вершителям. Острог по нему плачет. Это не самозащита, Арт. Рогожа убил папу из-за денег!

Арт хватается за голову.

— Что вы натворили… — стонет он.

Брат проводит руками по волосам и замирает.

Щупает длинные, жесткие пряди, которые живут своей жизнью. Вытягивает одну перед глазами.

Вздрагивает.

Смотрит на свои руки. На черные, острые когти вместо ногтей. На серую, неживую кожу.

Он вертит кистями, разглядывая их с ужасом и отвращением.

— Что… что происходит? — его голос дрожит.

— Ты превратился в морта, — припечатываю я. — Вот твоя истинная натура.

Арт опускает руки, поникает плечами.

Он садится на край черного провала, сгорбившись, как старик.

Смотрит в пучину. Тьма не пугает его. Она зовет его.

— Я думал о безопасности Талии… — бормочет он, водя когтем по черной глади. Капли тьмы впитываются в его палец. — Надо было лишь отдать то, что нужно Рогоже. Или Архи.

Он подцепляет когтем сгусток тьмы.

— Но вы такие умные, сестрички. Всё решили без меня.

Он подносит черную жижу ко рту и глотает.

— Вот и решайте сами.

Он наклоняется и начинает жадно, взахлеб пить прямо из родника.

— Не поможет, — говорит Дэн. — Тьма здесь не дает кайфа. Перестань.

Я поворачиваюсь к Дэну.

— Откуда ты знаешь про кайф?

Дэн криво усмехается.

— Было дело. Ещё в реальности. Мы ловили мортов, потрошили из них чернь. За это нас и сослали сюда. Ошибки молодости.

Я смотрю на него с укором.

— У нас это тоже вне закона.

Воздух вокруг родника сгущается. Темные испарения окутывают Арта плотным коконом.

Он продолжает хлебать, давясь и кашляя, пытаясь найти забвение, которого здесь нет.

— Ты же лопнешь, братец, — бросаю я с презрением. — Или козленочком станешь.

Неожиданно раздается звонкий хлопок! Словно лопнул гигантский пузырь.

Арт исчезает.

Темные ошметки разлетаются во все стороны. Один шлепает меня прямо в лоб, стирая ухмылку.

Над родником, на том месте, где сидел брат, зависает черный, пульсирующий сгусток тьмы. Размером с тыкву.

— Морт, — выдыхает Дэн за моей спиной.

Не человек. Сущность.

Единый, в кого превратился мой брат? Арт окончательно потерял себя.

— Лопнул… — ошеломленно шепчу я, машинально вытирая лоб.

Черный ошметок впитывается в ладонь, оставляя ощущение холода. Руки зудят от желания схватить эту дрянь, встряхнуть, вытряхнуть брата обратно.

— Вот паршивец! — я дергаюсь к нему в необдуманном порыве.

— Стой! — кричит Дэн.

Но я уже хватаю туманное пятно.

Вокруг меня с терском сыпятся искры. Меня бьет разрядом, вышибая воздух из легких. Я отлетаю назад, кубарем катясь по траве.

Перед глазами плывут цветные круги. Сквозь них я вижу, как дымовое облако растет, нависая надо мной грозовой тучей.

Дэн подхватывает меня под мышки, оттаскивая подальше.

— Куда ты лезешь голыми руками⁈ — рычит он мне в ухо. — Это чистая магия. Без крагов сожжет!

Я моргаю, прогоняя «зайчиков».

На черном сгустке вспыхивают два красных уголька. Глаза. Они смотрят на меня немигающим, пустым взглядом.

Пятно выпускает рваные щупальца, ощупывая пространство. Оно ищет путь.

Я вжимаюсь в Дэна.

— Не шевелись, — шепчет он, прижимая меня к себе. — Они реагируют на угрозу. Это полуразумная сущность с инстинктами.

Я застываю, наблюдая за тем, что осталось от моего брата.

Пятно успокаивается. Дым вокруг него рассеивается, оно сжимается в плотный ком. Делает круг над Черным Родником и… устремляется прочь.

Оно летит над рекой, ускоряясь с каждой секунду.

— Арт! — кричу я, не выдержав. — Арт, куда ты⁈

Сущность не реагирует. Она уходит в точку, растворяясь в кроваво-красном закате.

— Морт, морт, морт… — шиплю я сквозь зубы, сдерживая ругательства покрепче.

Я кошусь на Дэна. Стыдно.

— Я-то губы раскатала, — бормочу я, обхватывая себя руками. — Думала, братец спасать меня пришел. Спасатель мортов! И что мне теперь с ним делать?

Я закрываю глаза, пытаясь собраться с мыслями.

И вдруг… я чувствую его.

Тонкая нить связи. Родная кровь. Или тьма к тьме?

— Дэн! — я встрепенулась. — Я знаю, где он. Я чувствую!

Я порываюсь бежать.

— Что там за краги? Где их взять?

Дэн поднимает руку, призывая к тишине. Его глаза стекленеют, как будто он «слушает» пространство.

Спустя пару минут сбоку шуршат кусты.

На поляну выбираются Бэн и Тоха. Запыхавшиеся, взлохмаченные.

Я инстинктивно пячусь, упираясь спиной в грудь Дэна. Он обнимает меня одной рукой, но в этом жесте нет прежней нежности. Его рука твердая и холодная, как камень.

Он отстраняется.

Бэн расплывается в улыбке, увидев нас. Тоха хмурится.

— Чего звал? — басит он, сверля взглядом руку Дэна на моем плече.

Дэн игнорирует его тон.

— Темные Родники проснулись, — он кивает на черную лужу. — У нас гость. Морт. Нужно его поймать. Живым.

Он замолкает, глядя на парней в упор. Я чувствую, как между ними пробегает невидимая искра. Ментальная передача?

Тоха отмирает первым. Скрещивает руки на груди.

— Тебе надо, ты и лови. На кой он нам сдался?

Я складываю ладони в мольбе.

— Мне. Это мне надо. Пожалуйста.

Дэн напрягается, сжимая мое плечо — мол, молчи.

Но Тоха меняется в лице. Его хмурость сменяется странной торжественностью.

— Приказ Лучезарной — закон, — гулко произносит он.

Он выпрямляется, прикладывает кулак к сердцу и склоняет голову. Бэн подмигивает мне и повторяет жест.

Меня передергивает.

Это жест храмовников Двуединого. Религиозный, фанатичный. Я никогда не была верующей. А они смотрят на меня, как на икону.

— Дозволяй и напутствуй, — шепчет Дэн мне на ухо.

Я теряюсь.

— Э-э… Идите, — выдавливаю я, махая рукой в сторону заката. — Только не убивайте. Тащите его сюда!

Парни исчезают в кустах.

Дэн опускает руку. Тепло его тела исчезает, оставляя холод пустоты.

Я поворачиваюсь к нему.

— Дэн… Как мне попасть домой? Я прыгнула в колодец, потому что видела, как Морт прошел.

— Ты не морт, Дана, — жестко говорит он. — Они используют Родники как туннели. А тебя Бездна просто выплюнула. Ты для неё чужеродный объект.

— Ага, кость в горле, — огрызаюсь я, чувствуя, как обида снова поднимает голову.

Я смотрю на небо. Закат догорает, уступая место серебристой вязи.

Где Луна? Где черное пятно?

— Еще рано, — говорит Дэн, читая мои мысли. — Луна приходит позже.

Он делает паузу. Лицо его становится серым.

— Я знаю, почему Карим умер.

Я вздрагиваю.

— Что?

— Твой призрак прав. Луна чистит Изнанку. Она выталкивает нас. Но Карима вышвырнуло прямо на территории Приказа.

Дэн отводит взгляд, глядя на тёмную гладь родника.

— Я и раньше видел отражения мертвых тел. Там, в реальности. Тех, кого из наших выбросило раньше. Они не просто умерли от удара. Их разорвало.

Меня колет страх.

— Разорвало? Как?

— Сначала мы все считали, что тёмной луной. Но пока тебя не было, я проверил периметр военной базы, и нашел… артефакты, — горько усмехается Дэн. — Охранные плетения, оставленные в реальности, чтобы убивать. По всему периметру базы. Они заминировали Приказ. Кто-то очень не хотел, чтобы мы, перевертыши, не вернулись. Нас предали, Дана. Свои же. Те из нас, кто попал под луну и вернулся домой, попали в мясорубку.

Я зажимаю рот рукой.

— Но… но зачем?

— Может, кто-то хотел скрыть правду? О нашем существовании… а может что-то ещё…

Дэн молчит минуту, потом тихо добавляет:

— Раньше мы думали, что здесь нельзя умереть. Мы не старели, раны заживали мгновенно. Но нам нельзя было вернуться в реальность. Мы все, стражи изнанки, были навечно заперты здесь.

— Ты… — догадка пронзает меня. — Ты пытался?

Дэн поворачивается ко мне.

— Я искал выход, Дана. Любой выход. Я бросался на скалы, я подставлялся под клыки зверей. Я пытался перестать существовать… Но Изнанка не отпускала. Она лечила меня, чтобы мучить дальше. Пока мой дракон не отнял у меня контроль, и человеческая часть уплыла в забытье… А потом меня разбудила ты. И говоришь, что прошло уже под сто лет.

Дэн говорит спокойно, и от этого мне становится еще страшнее. Что же такого произошло, что он так мучал себя?

— А теперь… теперь у нас есть Луна. И это твой шанс вернуться домой, Дана.

Я трясу головой, отгоняя ужас.

— Значит… нам нужно место подальше от Приказа? Чтобы Луна выбросила нас там, где нет ловушек из смертельных артефактов?

— Да. Самое безопасное место — тот странный Дом в лесу, который не пускает посторонних за контур вокруг него.

— А Луна? — я снова задираю голову. На ночном небе лишь серебристая вязь.

— Будем надеяться, — сухо говорит Дэн. — Надо двигаться. Луна реагирует на активность.

Я сверкаю глазами.

— Будем надеяться? У меня нет времени на надежду, Дэн! У МЕНЯ нет времени! Сегодня последний срок!

Я выделяю «меня», пытаясь задеть его, заставить сказать «у нас». Но он непробиваем. Он снова закрывается в своей скорлупе.

— Пойдем в Дом. Я передам парням, чтобы тащили твоего брата туда.

Дэн прикрывает глаза, связываясь со стаей.

Я нервно тереблю волосы.

Мама. Рогожа. Пожар.

Картинки прошлого накладываются на страх настоящего. Я не могу просто ждать, пока парни поймают Арта. Я не могу ждать Луну.

— Сестры заперты в лесу, — говорю я. — Но я могу проверить Рогожу. Я знаю, где он живет.

— Дана, стой! — Дэн открывает глаза.

— Ты со мной? — бросаю я через плечо.

И, не дожидаясь ответа, срываюсь с места.

Мир смазывается в серую полосу. Я лечу к Горянкам. К дому убийцы.