Глава 68.

— Думаю, надо снова осмотреть место падения цветочного горшка, — предложил Петр. — В тот день я не стал после полиции это делать, потому что уже арестовали Литвинова.

— Но что ты хочешь найти? Там уже наверняка убирались не один раз за эти две недели.

— Вряд ли. Сейчас я специально узнал у Ларисы Самсоновны: на третьем этаже прибирают только раз в месяц. Там же никто не живет, спальни для гостей. Сразу делают генеральную уборку во всех пяти комнатах и коридоре. И следующая уборка послезавтра. И я запретил пока ее делать.

Прекрасно понимая, что Петр придумал все как нельзя верно, я тут же отставила свою чашку, встала.

— Я буду готова через четверть часа. Я пойду с тобой и тоже все осмотрю там!

Вскоре мы с Ростопчиным поднялись на третий этаж особняка, а с нами еще и госпожа Минер, гувернантка моих внуков, как свидетель. Ее я попросила только смотреть за всем. Петр сказал, что если мы что-то найдем, то показания гувернантки вполне могут сгодиться для достоверности, чтобы в полиции нам поверили.

Сначала мы обыскали коридор у окна, далее подоконник, ближайшие стены и окна. Петр все рассматривал через большую лупу. Искал следы крови, волокна или еще что-то подозрительное. Но ничего не нашли, кроме пыли. Затем Петр опустился на колени и начал осматривать ковровые дорожки. Я тоже наклонялась и рассматривала пол. Госпожа Минер с выпученными непонимающими глазами стояла сбоку и молча наблюдала за нами.

В какой-то момент мне показалось, что сбоку, у самого плинтуса, что-то блеснуло. Я наклонилась сильнее и под соседним окном, от того, с которого был выкинут горшок, я нашла некую вещицу. Подняла её. Мы, естественно, с Ростопчиным были в белых перчатках, помня об отпечатках пальцев.

— Пётр, смотри. Это ведь мужская запонка?

Молодой человек тут же подошёл ко мне, с интересом рассматривая золотую миниатюрную вещь.

— Действительно. Но как она оказалась здесь? Неужели это то, что мы искали?

— Наверняка, Пётр! Убийца в порыве бесчинства вполне мог потерять её!

— Пока это только предположение, Нина Георгиевна. Надо понять, кому она принадлежит. Немедленно надо опросить всех слуг. Может, кто-то знает что. Будет ужасно, если эта вещь кого-то из гостей. Тогда нам точно не сыскать убийцу.

Быстро спустившись вниз, я велела Ларисе Самсоновне собрать всех слуг в людской. Их было восемь человек во главе с экономкой. Я показала всем запонку и попросила вспомнить, у кого из мужчин-гостей они могли видеть её. Все мотали отрицательно головой. Однако вещица была очень приметная, золотая, с углублением с перламутром, явно довольно дорогая. И я очень надеялась на профессиональную память слуг. Ведь они порой замечали каждую мелочь, это было обязательно в их службе.

— Мне кажется, я у кого-то видела эту запонку, — заявила вдруг Лариса Самсоновна, задумавшись. — Надо вспомнить где...

— И я вроде, — протянула Ксения, горничная моих дочерей. — Вроде у Аркадия Сергеевича такие были.

— Мне тоже кажется, что Аркадия Сергеевича вещица, — поддержала экономка. — Но я не совсем уверена.

Более никто ничего не вспомнил, и я приказала слугам:

— Спасибо всем за помощь, а теперь ступайте по своим делам.

Горничные и слуги начали расходиться, а я обернулась к Петру:

— Неужели это Аркадий?

— Всё возможно… — протянул телохранитель, провожая цепким взглядом всех слуг и уже тише сказал мне: — Нечто подобное я и предполагал. Его угрозы, и то, что никто не видел Аркадия в гостиной в момент падения горшка, это подтверждает.

— Разве его не было тогда в гостиной? — удивилась я, открывшемуся обстоятельству.

— Не было. Я читал показания свидетелей, которых полиция опрашивала по этому делу на следующий день. Правда, они говорили больше о Литвинове, но я заметил ещё тогда эту странность: Аркадия тоже не было среди гостей в момент выстрелов.

В этот момент в людскую вошел сторож, который по совместительству исполнял обязанности плотника и каменщика в моём доме.

— Извините, Нина Георгиевна, я только освободился. Хотел закончить с вашим автомобилем. Помыл его от грязи.

— Спасибо, Гаврила. Когда придёт механик? — спросила я.

Хотелось, как можно скорее сесть за руль моего «Панарда».

— Вроде Лариса Самсоновна на вечер сегодня его вызвала. У него уйма заказов на работу, только до нас очередь видать и дошла.

— Хорошо, — кивнула я.

— Вы зачем-то хотели видеть меня, Нина Георгиевна?

— Да, Гаврила, — за меня ответил Пётр. — Скажи, помнишь ли ты тот день, когда последний раз сюда приезжал Аркадий Сергеевич? Ещё мы с тобой его за ворота выводили.

— Как же не помнить, сударь, — проворчал дворник, поморщившись. — Такой скандал он учинил, даже вспомнить совестно. Навеселе был сильно.

— Да-да, всё так и было, — продолжал Ростопчин. — А ты часом не видел, был ли он на заднем дворе? К автомобилю не подходил?

— Нет, вроде. Я там как раз крышу доделывал, ну, навес над машиной-то. Он туда и не хаживал. Я тогда услышал крики у парадного крыльца и сразу поспешил туда. А вы уж, Пётр Алексеевич, его по дорожке пытались от дома увести.

— То есть к машине мой муж не подходил в тот день? Это точно? — спросила я.

— Точно, хозяйка. Могу поклясться, — ответил мужчина и даже перекрестился.

— Странно. Тогда что же получается: он тайком что ли пробрался в усадьбу и испортил машину? — сделала я предположение.

— Не мог никто пробраться без нашего догляду, — ответила сторож. — Мы с Лёшкой, моим помощником, постоянно охрану несём. Как и велел нам Пётр Алексеевич. Не видели мы никого. Аркадий Сергеевич только в тот день и приходил.

— Но кто тогда подрезал шланги? Кто подходил к автомобилю? — я говорила Петру, но дворник нас тоже внимательно слушал.

— Тоже не пойму, домашние и слуги точно не могли, они в этом ничего не смыслят, — мрачно ответил Ростопчин.

Опять что-то не сходилось. Если убийца был Аркадий, то как он испортил машину? Или был ещё кто-то, кроме Аркадия? У меня от всего этого голова уже шла кругом.

Мне надо было думать о моём новом предприятии: заводе и фабрике, и о предстоящем разводе и свадьбе. А я занималась поисками душегуба. И это было совсем мне не по душе. Но другого выхода не было. Ведь полиция не жаждала докопаться до правды, как мы с Петром.