Глава 81.

Он пришёл всего за четверть часа до облавы.

Громко затарабанил в дверь. Замшелая квартира находилась на последнем этаже жилого дома на Мещанской улице. Открыли быстро, и парень в несвежей рубахе с волчьим взглядом неучтиво спросил:

— Чего стучишь? Чего надо?

— Анна здесь? Позови! — велел мрачно Пётр.

Всё его существо было до крайности напряжено, но он старался делать вид, что спокоен. Но сердце в висках отсчитывало каждую секунду промедления.

— Может, и здесь, — протянул парень, криво поморщившись. — А может, и нет.

— Кого там чёрт принёс? — раздался позади парня ещё один голос. И в дверном проёме появился мужчина. В руке у него был револьвер.

— Аньку ему надо, — кинул через плечо своему товарищу первый.

— Так позови, — ухмыльнулся второй, опуская револьвер. — Анна, иди сюда! Тут кавалер к тебе!

Девушка появилась быстро и удивлённо взглянула на Ростопчина.

— Аня, мне надо поговорить с тобой, — спокойно заявил Пётр, поводя взором по двум неприятным физиономиям мужчин.

— Пётр? — недоумённо спросила девушка, выходя.

— Знаешь его? — подозрительно спросил второй, уже убирая револьвер в кобуру. — Говори, только недолго.

Молодые люди ушли внутрь квартиры, а Аня сделала шаг в коридор.

— Ты зачем пришёл? И как отыскал меня здесь? — недовольно спросила она. — А-а-а, опять следил? Неугомонный!

— Собирайся, мы уходим отсюда, — приказал Пётр. — Немедленно!

— Ага, сейчас, побежала, — огрызнулась девушка. — Я только десяток листовок напечатала на станке. Только начала.

Ростопчин знал, что скоро они будут здесь, и продолжать дольше препирания грозило реальной угрозой жизни.

— Анна, тут опасно, — попытался увещевать Ростопчин.

— Опасно — уходи, — бросила она небрежно, уже отвернувшись от него. Зашла обратно в квартиру, собираясь закрыть дверь. — И вообще, зачем пришёл, не пойму.

В следующий миг с лестницы послышался топот ног и шум.

Петр затравленно обернулся. Тут же дернул девушку за руку и почти выволок из квартиры. Она попыталась сопротивляться, но молодой человек насильно затащил её в дальний угол общего коридора и, стремительно прижав к стене, поцеловал. Жёстко сжал в руках, не позволяя вырваться. Загородил девушку своим телом, чтобы подумали, что они всего лишь милующаяся парочка.

В коридоре появились мужчины в белых и зелёных формах.

— Эта квартира! — гаркнул один из них, указав на приоткрытую дверь, из которой минуту назад Пётр вытащил Анну.

Один из городовых ударом сапога пнул дверь и полицейские ворвались внутрь. Раздались оглушительные выстрелы, крики и ругань.

Ростопчин чуть отпустил Анну, оглядываясь и она испуганно хлопала глазами, ничего не понимая.

— Говорил, пошли. Твоих дружков арестовывать пришли, — объяснил Петр и, схватив Анну за руку, потянул к лестнице. — Уходим быстро.

— Нет! — заупрямилась она, упираясь ногами.

— Дура! Сейчас еще и бомбу найдут. И тогда дай бог, чтобы всё тут на воздух не взлетело.

— Пусти!

— С ними в тюрягу захотела, глупая?

Петр почти насильно тащил Аню по лестнице вниз. Они спустились лишь на один пролёт, как из квартиры выбежал один из парней и устремился в их сторону. Но за ним тут же выскочил один из полицейских.

— А ну стой, падла! Не уйдешь! — выкрикнул городовой и, накинувшись на убегающего парня, затащил его обратно в квартиру.

— Быстрее! — приказал Петр, стягивая девушку вниз.

Она, поджала губы, все же побежала с ним, слыша, как из распахнутой двери квартиры разносятся звуки борьбы и вопли.

Спустя минуту молодые люди стремительно вышли из подъезда. Во дворе стояли два полицейских унтер-офицера в зеленой форме. Видимо, дожидались своих.

— Возьми и меня под руку и иди как ни в чем не бывало, — скомандовал Петр.

Аня поняла с полуслова, ухватилась за его локоть. И Ростопчин медленно пошёл вперёд, изображая жильца этого, который вышел с девушкой на прогулку. Благо они были одеты довольно прилично, потому спокойно прошли мимо полицейских, которые подозрительно оглядели их, но не остановили. Вышли под арку дома и повернули за угол, на шумную улицу.

— Какой ужас, — пролепетала Аня, облегчённо выдыхая, когда они уже перешли на другую сторону дороги.

— Ты вообще слушаешь меня, Анна? — начал нравоучительно Ростопчин, сверкая глазами на девушку. — Если головой не думаешь, то хоть матушку свою пожалей. Сколько раз говорил тебе: заканчивай якшаться с этими народовольцами. Ещё бы немного, и тебя бы или подстрелили, или в кутузку забрали, а потом и ссылка не за горами.

— За что же ссылка? Я только листовки печатала, а они помогали их распространять на заводах и фабриках среди женщин.

— Никто бы разбираться не стал. Ты сейчас была на квартире с бомбистами. Вчера едва не убили градоначальника, взорвали его экипаж, чудом жив остался. Так полицейским за это так влетело, что они злющие, как черти. И поверь, теперь они найдут виновных. И ты бы под общий замес попала. Хорошо я успел вывести тебя оттуда.

Аня резко остановилась посреди мостовой и отпустила его локоть.

— То есть ты знал, что туда идут полицейские, и не сказал парням? — процедила она. — Ну ты и гад, Ростопчин! Ты позволил, чтобы их всех арестовали сейчас!

Он вперил в неё мрачный взгляд и ответил гневно:

— Да мне плевать на них, пусть гниют в ссылке, если так хотят. Они сами это выбрали — террор неугодных.

— Как ты мне надоел!

— Пошли, я отвезу тебя домой.

— Оставь меня, сама доеду.

— Хороша же твоя благодарность за спасение, — выпалил Петр ей в лицо.

— А я не простила меня спасать! — бросила девушка через плечо, уже устремившись в противоположную сторону от молодого человека.

Мы едва закончили завтрак в столовой, как мой слуга доложил, что пожаловали господа из полиции. Я быстро направилась в кабинет, куда слуга проводил пристава и его помощника. Едва я вышла, как полицейский быстро представился и свирепо заявил:

— Госпожа Литвинова, мы хотели бы получить объяснения, что ваша дочь Анна Литвинова делала вчера в квартире на Мещанской? Там собирались запрещённые опасные элементы-народовольцы, которые готовили покушение на царя.

— Даже не знаю, что вам и сказать, — ответила я.

— Отпираться бесполезно. Мы нашли на той квартире её сумочку с документами. И хотим, чтобы Анна Михайловна проехала с нами в полицию, где её допросят по всей строгости. Просим вас позвать её немедленно.

Я запаниковала.

Вчера поздно вечером я говорила с Петром, и он вкратце рассказал мне об участии моей младшей дочери в кружке народовольцев. И что он чудом успел вывести её из той злосчастной квартиры, где собирались эти «бунтари против режима». Слова молодого человека взбудоражили меня. Думая о дочери, я почти не спала всю ночь. А теперь с утра и жандармы по её душу пожаловали.

— Сейчас я велю позвать её, — произнесла я, вздыхая и позвонила в колокольчик.