Глава 13. Она
— Ты как? — интересуется подруга.
— Я в шоке… — шепчу пересохшим голосом. — Честно, Даш. Я… У меня слов цензурных нет! Я с трудом держусь, чтобы не поехать к этой шалашовке и не придушить ее собственными руками! И ты посмотри, какая роковая дама… Все мужчины моей семьи по ней сохнут!
— Допустим, не все. Еще есть твой папа и свекр…
— Типун тебе на язык, Даша.
— Извини, шутка вышла неудачная.
Уже поздний вечер.
С трудом вспоминаю, как провела этот день.
Шок после признания сына.
Попытки поговорить.
Игнор.
Слезы дочери.
Мое состояние все еще оставляло желать лучшего.
Почти ничего не ем, боюсь, что снова понесет в туалет. Выпила таблетки, пью чай понемногу.
Креплюсь изо всех сил, но в конце вечера меня разбило что-то…
Давление подскочило.
Как раз подруга позвонила, а она еще полгода назад работала медсестрой. Я попросила ее захватить тонометр…
Теперь сидим с ней в зале. Вернее, я лежу на диване, мне плохо. Подруга сидит рядом и смотрит недовольно.
— Заканчивай со стрессами, Ира. До добра не доведут. У тебя давление сто шестьдесят на сто! Твое рабочее давление намного ниже! Естественно, тебе плохо. Размазывает…
Даша говорит с видом врача, к которому хочется и нужно прислушаться, я согласно киваю: долой стресс. Никаких нервов…
Но потом вспоминаю глаза сына и… мне хочется пойти и убить Наташу, эту дрянь, которая гадюкой влезла в нашу семью.
— Я ей еще подарочки покупала, вкусным кофе поила…
— Ира, перестань. Правда, хватит!
— А она… сыну глазки строила, значит! Он несовершеннолетний! Знаешь, это же растление?
— Ир, на растление не тянет. Не было у них контакта!
— Еще бы был… — хватаюсь за сердце.
— Запрещаю тебе нервничать!
— Да-да. Да… — закрываю глаза и вдруг меня словно подбрасывает. — Боже… А вдруг у них было?!
— Твой Сережка не дурак… И не стал бы о таком врать.
— О чем, о таком, Даш? Ты много своим родителям о первом сексуальном опыте рассказывала? А о мальчиках? А о том, как целоваться училась? Брось… Это же этап взросления, пробуждения сексуальности… Он бок о бок идет с пробуждением стыдливости, скрытности, поиска себя… Не дай бог у Сережи потом проблемы будут… на этом фоне. Представь! Он о ней мечтал, а она… Она его отцу рукой в штанах теребила. Может, к психологу его, а?
— Кого? Мужа твоего?
— Да тьфу на него, пусть катится под гору колбаской! Я за сына переживаю… И за дочь. Она целый день плакала, из комнаты не выходит.
— А сын где?
— У сына тренировка вечерняя.
Закрываю глаза. Под веками жжет. Подруга поддерживает, как может, советует не переживать, но я не могу успокоиться.
Даже отвлечься не получается. Только мысль делает шаг в сторону, как меня сразу же швыряет обратно, и я начинаю переживать события выходных дней снова и снова!
— А завтра еще школа, секции, работа…
— Отлежись. Вот телефон, пиши начальнику, что не выйдешь!
Даша протягивает мне телефон.
— Я отлежусь сегодня, завтра все будет хорошо.
— Пиши! — требует. — Я своим знакомым девочкам позвоню, с клиники. Справку тебе сделают, что ты на больничном, все, как положено. С таким давлением шутки плохи!
***
Он
Настроение паршивое.
Квартира, которую я снял, в модном дизайне. Этакая стильная берлога холостяка, который достиг определенного уровня дохода, но еще не приблизился к пониманию себя и знанию, чего я хочу от этой жизни.
Успешный бизнес, жена-красавица, сын-чемпион и дочка-лапочка…
Неосторожный жест, и пузырь ожога лопается.
— Да чтоб тебя!
Лапочка-дочка, узнав, что я ухожу, плеснула мне на руку из чайника. Сын смотрел злым волком и был рад, что я ухожу. Жена… про нее вообще даже говорить не хочется…
Ужасно больно думать о том, как она меня из дома выставила.
В два счета, буквально!
По плану сегодня я должен был заняться тем, что разбирал бы свои вещи и подстраивал пространство квартиры под свои нужды.
Может быть, немного поработал. Исключительно из понимания того, что работа мне приносит удовольствие. Я отношусь к тем счастливчикам, которые выбрали занятие по душе и успешны в нем. Поэтому работа мне в удовольствие. Бывает и выматывающая рутина, без этого никуда. Но в любимом деле рутина не страшна.
Обработав руку, пытаюсь снова поймать нить размышлений.
Что же потом? Ах да, спортзал. Модное кафе…
Хотя, стоп, почему модное? Я же теперь живу свою интересную жизнь и не обязан соответствовать чьим-то указаниям.
Могу пойти куда угодно, но выбираю никуда не идти. Пытаюсь совладать с кофемашиной на кухне, и она откровенно хуже той, что стоит у нас дома. Кофе получается не тот… Я бы сейчас не отказался от чашечки кофе, сваренной Ириной. Иногда меня сводил с ума весь этот церемониал приготовления и подачи кофе. Хотелось поскорее схватить уже эту проклятую чашку и просто хлебнуть бодрящего напитка, но Ира не спешила, смотрела на меня взглядом, мол, ничего ты не понимаешь!
— Тьфу, бл… Помои какие-то!
Бросаю очередной взгляд на новый телефон, жду, пока загрузятся остатки данных: хвала тем, кто придумал облачные хранилища и резервные копии содержимого телефонов.
Благодаря этому я не потеряю ничего — ни нужные файлы, ни даже глупые, но такие милые семейные фото.
И переписки я тоже не потеряю.
Кстати, о них…
Новое сообщение от Наташи. Честно говоря, немного глаз дернулся от количества непрочитанных и непрослушанных сообщений.
Неужели нельзя коротко и по делу — текстом? Я из тех людей, которые не любят аудио, тем более, по несколько минут.
Внезапно я понимаю, что дело не в дерьмовом кофе, а в том, с кем ты его пьешь…
Поэтому я набираю номер Наташи и предлагаю ей встретить в кафе.
В модном кафе, где вкусно готовят…
Черт, наверное, это неизлечимо.
***
При встрече я целую Наташу в щеку, но замечаю, как она подставляет губы. Я их миновал, тяги не было.
Наверное, просто устал, и ссора с семьей из головы не выходит.
— Что с рукой, Родион? — ахает она в ужасе. — Выглядит кошмарно!
— Ошпарился кипятком, ерунда.
— Это же дочь тебя обварила, не так ли? — спрашивает она.
— Откуда тебе об этом известно?
— Я не могла до тебя дозвониться и набрала номер Сергея, — отвечает она кротко.
Резануло. Неприятно так! Какого черта она лезет туда, куда не следует?!
— Ты звонила Сергею? Зачем?!