Глава 11

Благодаря тому, что Антон первую половину дня проводил в университете, большую часть офисных сплетен он пропускал.

Но главное он уяснил сразу: новеньким в отделе был не только он. За пару недель до его назначения отдел возглавил Борис Иванович. Судя по всему, его поставила в отдел какая-то мохнатая рука. Поэтому коллектив не то, чтобы его не принял, но многие всем своим видом демонстрировали, что могут гораздо больше, и знают все намного лучше.

Антон еще никак не успел себя зарекомендовать, да и не был вхож во все кабинеты. И пока работал по половине дня, был простым мальчиком на побегушках. Но и это позволяло многое увидеть, понять в иерархии отдела.

Борис Иванович собирал себе команду. Он присматривался к каждому.

С самого начала работы он отдельно установил график работы Антона. Но кадровику рекомендовал ставить восьмичасовой рабочий день. Естественно, Антон был благодарен за это. Но понимал, что за этим стояло: Борис Иванович искал себе союзников. Именно по этой причине он и взял парня помощником.

Оказалось, что в кресло начальника отдела метила красивая и амбициозная Анжела Караваева. Она работала в отделе около семи лет и считала, что знает всё и вся, была достойна того, чтобы работать начальником.

Она всегда профессионально улыбалась Борису Ивановичу, но неточно выполняла его просьбы и, если могла, игнорировала. Причем делала это с такой милой женственной улыбкой, что заподозрить ее в том, что она делает это специально, было невозможно.

Ни шатко ни валко Антон работал в отделе уже несколько месяцев. Особенно не старался, внимание к себе не привлекал, получал заработную плату и особенно даже не интересовался ничем.

Однажды Анжела перешла в наступление.

— Какие у тебя планы на выходные? — подобралась она к нему лисьей походкой.

— Собираемся с друзьями на рыбалку, — на всякий случай соврал Антон.

Планов никаких не было, желаний тоже, до выходных было ещё два дня, но напор Анжелы немного пугал. Все в ней казалось слишком: и остро очерченные стрелки на глазах, и красная помада, что алела красной раной на лице, и боковой разрез на юбке, балансирующий на грани фола… Красивая, ухоженная, умная, резкая, безусловно, она всегда привлекала внимание, и пользовалась этим вниманием своих целях. Антон засомневался — для чего он-то ей был нужен?

— Может быть, тогда посидим где-нибудь в пятницу?

Она окатила его взглядом, который можно было прочесть двояко: хочешь — воспринимай буквально, а хочешь — принимай как шутку. Такой офисный юмор.

— Может быть, — ушел он от ответа.

В четверг Антон точно решил, что никуда с ней не пойдет. Анжела все время крутилась рядом, одаривала своим вниманием, шутками. В коллективе мужчины его завистливо подстегивали, а женщины фыркали. Офисные романы не редкость, и многие на это соглашаются, но ему самому было неприятно и немного противно, что все происходит как в скабрезном анекдоте.

Не хотелось усложнять и без того насыщенную жизнь. Даже несмотря на то, что отношения с Натали были совершенно расстроены.

Собираясь в с утра пятницу на работу, он застыл перед зеркалом. Как был — в одних трусах, выдавливая зубную пасту на щетку. Посмотрел на себя и представил вдруг, как бы у него все случилось с Анжелой. Как она стонет, охает, как краснеют ее щеки в самый приятный момент, и внутри у него все подобралось. Сжалось и напряглось. Антон усмехнулся — чисто мужская реакция, но фантазия так понравилась, что он надумал происходящее дальше. Вот они на работе, в том самом темном углу, у фикуса, с огромным копировальным аппаратом, который так трещит, что его «сослали» в коридор, чтобы своим шумом не мешал людям.

Она нагибается ниже, и разрез юбки сбивается так, что ее можно и не поднимать, чтобы добраться до ягодиц. Рубашка на спине топорщится, и ее хочется прижать ладонью, проведя по пояснице. От этого девушка еще больше изогнется, призывно и жарко посмотрит из-за плеча и…

— Антон, ты долго там? — Натали постучала в дверь ванной комнаты, и у Антона по спине пробежал озноб.

— Давай скорее, мне тоже нужно.

— Подождешь, — он огрызнулся, почувствовав себя так, будто его обокрали. Фантазия растаяла.

Натали что-то недовольно пробурчала, хлопнув ладонью по двери, и ушла. Антон сплюнул в раковину.

В кабинете, выйдя от Бориса Ивановича с очередным заданием, он улыбнулся Анжеле:

— Так куда сегодня идем?

Она подмигнула ему:

— Вот вместе и выйдем.

Он взбодрился. Весь день смотрел на часы и думал, что уже завтра домой не вернётся. И, может быть, в университет тоже не пойдет. А будет отсыпаться. Хоть где: хоть в гостиничном номере, хоть на лавочке в парке. А сегодня позволит себе все. Устроит новогоднюю ночь посреди будней. Почему бы и нет?!

В бар пошли всей гурьбой. Подтянулись коллеги с других отделов, и все вместе расселись в полутемном зале. Анжела присела к нему поближе, но весь вечер, что пили водку, закусывая ароматным шашлыком с сочной зеленью, ему не хотелось смотреть в ее сторону.

Он чувствовал, как она незаметно для окружающих проводит, якобы случайно, рукой по его ноге, прислоняется красивой крепкой грудью к его спине, шепотом, на ухо, о чем-то шутит.

Но Антон тут же наливал рюмку, привлекая к себе внимание, говорил тост, тут же поддерживаемый коллегами, и опрокидывал горячительный напиток в глотку.

Анжела досадливо морщилась, но уже через некоторое время снова нарушала его интимные границы.

Антон повторял свой трюк, и к концу вечера Анжела, увидев, как мужчина пытается пьяно сформулировать мысль, глупо смеется над собой, бросила на стол соломинку, которую крутила между жемчужных зубов и пересела на два стула от него.

Вечер постепенно сошел на нет. Многие разъехались. Остались самые стойкие. Кто-то уходил на танцпол, искрящийся разноцветными огнями дискобола, кто-то курил у входа, а Антон, скинув пиджак и оставшись в белой рубашке, залихватски закинул галстук на плечо, рассказывал нетрезвому коллеге старый анекдот.

Анжела встала, поправила свою узкую юбку, обтянувшую бедра как чулок, бросила на стол несколько купюр и кинула раздраженный взгляд на Антона, который вытянул руку навстречу:

— Анже-е-ела, ну куда же ты?.. Ведь мы же хотели… ну…

Анжела скривилась, будто у нее заболел зуб, и, с грохотом задвинув стул, освобождая себе пространство, проскочила к выходу.

Антон пожал плечами и взялся за горлышко бутылки, разливая напиток по заляпанным рюмкам.

— Женщины, они такие… понимаешь…

Его собеседник что-то непонятно промычал в ответ.

Мужчина махнул рукой:

— Да что ты понимаешь!

В зале включился свет, музыка стала тише. От хлынувшего искусственного освещения все начали морщиться. Обнажившаяся действительность в виде полупустого стола с упавшими фужерами, грязными рюмками, недоеденными нарезками ударила по глазам неприглядной обыденностью.

Антон дрожащей рукой поправил галстук, встал, сдернул со спинки стула пиджак, закинул его на плечо, повел головой и нетвердо пошел к выходу.

— Мал-ла-а-адой чилавэ-эк! — окликнул его официант, что пару часов назад сновал между столами с показной предупредительностью.

Антон сжал губы.

Достал из кармана портмоне и, не глядя, сунул подбежавшему парню в униформе кафе пачку шелестящих купюр. Тот сразу улыбнулся и наклонил голову.

Антон отстранил того рукой с дороги, будто сеятель ржи на лубочной картинке, и вышел на улицу.

Воздух немного отрезвил. Он поймал такси, развалился на заднем сидении, назвал домашний адрес и, глядя на мелькавшие огни, подумал, что похож сейчас на брошенного пса. Только с одной поправкой: по факту, у него было аж два дома, а, учитывая семью жены, то и три, но ни в один не хотелось идти.

Из магнитолы лилась какая-то грустная мелодия, и Антону захотелось даже подпеть, но он понял, что не знает слов, не узнает и мелодии явно популярной песни.

«Вся жизнь в какой-то круговерти. Даже попса мимо пролетает», — фыркнул про себя.

Увидев, что подъезжает к дому, сел ровно, отсчитал таксисту деньги и попросил высадить из машины за пару подъездов до своего.

Повесил на сгиб локтя изрядно помятый пиджак и медленно побрел вперед. Прошел мимо подъезда, возле которого курил какой-то собачник, отсалютовал ему и пошел дальше, не дождавшись ответной реакции.

— Алкаш-ш-ши, — прошелестело в спину.

Антона даже взбодрило это замечание. И возле собственной двери он стоял уже улыбающийся. Открыл своим ключом, скинул ботинки, бросил многострадальный пиджак на пол, даже наступил на него, дошел до спальни, приоткрыл дверь.

Натали лежала, укрывшись с головой. Он вернулся в коридор, поднял пиджак, сделал несколько движений, пытаясь разгладить явные складки, и повесил на крючок для пальто.

Многообещающе улыбаясь, расстегивая ремень брюк, он широко открыл дверь, отчего ручка стукнулась о стену. Натали вскинулась от неожиданного звука.

— Ты чего? — осоловело разглядывала она его в полутьме комнаты.

— Открывай, муж пришел, — неожиданно ясным голосом ответил Антон.

Субботнее утро обрушилось на него светом и прохладой. В горле царапалась противная сухость, язык напоминал жирного червя. Антон прикрыл рукой глаза от света. Нестерпимо хотелось пить, но вставать ради того, чтобы дойти до кухни казалось невозможным.

Вдруг стало темнее. «Натали задернула шторы», — догадался Антон и воспользовался возможностью:

— Воды, — сипло протянул он.

Жена засмеялась.

— Вставай. Отец твой звонил, скоро прибежит.

Антон застонал и перевернулся на другой бок. Натали сдернула с него одеяло.

— Я уезжаю на два дня. С подружками на базу отдыха. Отмечаем юбилей Муси.

— Он же недавно был, — сделал попытку удивиться Антон.

— У Муси не было! — почему-то разгневалась Натали.

Антон застонал и заставил себя подняться с кровати. Поискав в постельном белье трусы, натянул их и прошлепал в ванную. Там посмотрел в зеркало, потрогал заросший щетиной подбородок и решил принять душ, чтобы окончательно почувствовать себя человеком.

Как и ожидалось, отец приехал через пятнадцать минут. Натали угощала его на кухне кофе, аромат которого вызвал в Антоне неприятные ощущения, и мило улыбалась.

— Ты же уезжать собиралась? — прохрипел Антон, усаживаясь за стол.

Жена зло сверкнула глазами.

— И уеду.

— Ну-ну, не ругайтесь, дети! — миролюбиво сказал отец.

Натали улыбнулась ему и, не взглянув на Антона, выскользнула из кухни.

— Чувствую, веселая ночь была? — в голосе не было порицания, только удивление. — Неужели уже есть, что отмечать?

— Конец рабочей недели, — буркнул Антон.

— Ой, какие мы нежные! — всплеснул руками отец. — Заработался он! Ты мне, Антоха, это брось! Диплом себе сделаешь, так веселись сколько влезет. А пока…

Он предостерегающе погрозил пальцем.

Антону стало смешно. Он, вообще-то, уже взрослый! Даже вон, жена, какая-никакая тоже имеется.

— Так недолго осталось, до диплома-то.

— Ну, вот тогда и отметим.

— Ты чего с утра пораньше приехал? — свернул с неприятной темы Антон.

Отец аккуратно отпил кофе. Поставил чашку на блюдце.

— Да вот, хочу разведать обстановку.

— Разведал? — Антон откинулся на спинку стула, сложив руки на голой груди.

— Да я не том, успокойся. Ваша семейная жизнь — ваше личное дело. Главное, чтобы ссоры не слишком громкими были. Это мать твоя над имиджем трясется. А по мне, министр может быть и холостяком.

Антон иронично выгнул бровь.

— Как в отделе дела? — цепко взглянул на него отец.

— Работаем.

— Борис Иванович справляется?

Антона удивил вопрос, он даже придвинулся ближе к столу.

— Что ты хочешь сказать?

— Как коллектив его принимает? Сам что о нем скажешь?

Молодой человек задумался.

— Мужик как мужик. Работает много, командировки частые, наверное, по-своему справедлив. Ну а коллектив так себе принимает.

— Ну-ну, — отец постучал пальцами по столешнице, задумавшись. — Ну-ну.

В понедельник Анжела демонстративно не разговаривала с Антоном. А через пару дней он застал ее у копировального аппарата в тени фикуса. Девушка вытащила изжеванный в гармошку лист и чуть не зарычала от досады.

Антон молча отодвинул Караваеву, открыл крышку и достал две скрепки.

— Попробуй еще раз.

Анжела нажала на зеленую кнопку, и на поддон выплыли листки ксерокопии.

— Спасибо.

Он пожал плечами.

Анжела развернулась и взглянула ему прямо в глаза.

— Смотрю, у тебя папка внушительнее!

— Да, диплом сдаю.

— Ого! Поздравляю!

— Да рано еще, но спасибо за участие, — хмыкнул он.

— А потом какие планы? — приосанилась Анжела, продемонстрировав в вырезе блузки упругую грудь.

Антон непонимающе посмотрел на нее.

Девушка дернула плечами.

— Ну а папа что говорит?

Мужчина рассмеялся.

— А отец в министры метит.

— В мини-истры? — она смешно выпучила глаза и как-то по-рыбьи приоткрыла рот на последнем слоге. Антон сразу поймал себя на мысли, что больше не считает ее такой же привлекательной, как раньше.

— А ты сам?

— Чтобы министром стать, наверное, надо какое-то время заместителем поработать, нет?

Он подмигнул ей, а Анжела насупилась. Посмотрела по сторонам и наклонилась к нему доверительно близко.

— Антон, у меня есть предложение, от которого я бы на твоем месте не отказывалась.

Мужчина сначала отшатнулся, а потом прислушался к ее жаркому шепоту.