Глава 9

Я минут пятнадцать смотрела в одну точку, на месте которой располагался стойка регистрации аэропорта Шереметьево. В голове был рой мыслей, но ни одна из них не могла мне подкинуть идею — зачем мы здесь. В состоянии угнетения и стыда мне не хватило смелости спросить об этом Дьявола по дороге сюда, который сегодня был особенно внимателен и каждым своим движением подчеркивал, что этой ночью жокей объездил лошадку.

Утром он осмотрел узоры синяков на попе, которые складывались в отпечаток его ладони — клеймо владения. И громко вздохнув, поглаживая припухшее место, поцеловал мою ягодицу, от чего моя кожа настолько покрылась мурашками, что напоминала шкурку курицы перед запеканием. Я вся сжалась то ли от удовольствия, то ли от страха. Не виданная щедрость от такого Дьявола.

Он терпеливо ждал пока я принимала душ и собиралась, запихивая в себя круассан с потрясающим свежезаваренным кофе. Все это время он пристально наблюдал за моими передвижениями по номеру, и я то и дело спотыкалась, давилась, одела футболку наоборот. Он словно пробовал на вкус моё состояние после вчерашнего. А я не могла свыкнуться с мыслью, что вчера отдалась самозабвенно ему без ухаживаний, флирта…

Выйдя из номера, он властно взял меня за плечо, приобнимая, и направляя при ходьбе. В лифте он прижал меня к своей груди интимно поглаживая шею. Никаких разговоров или подшучиваний, но это снисходительное лицо с усмешкой доводило меня, я впадала то в гнев, то в апатию, закрываясь в себе.

И стоя в аэропорту, скрестив руки, пыталась собраться с мыслями, переварить случившиеся и понять, как теперь дальше? Мой статус и моё отношение к Луке? Как я дальше должна себя вести?

Мне казалось, что вся охрана Луки в курсе событий ночи, что они безмолвные свидетели всех вчерашних поз и стонов. Дизель вообще на меня смотрел особенно уничижающе.

Позади столбом стоял неприятный мне Дизель, который даже не моргал. В каждой черточке его лица так и читалось, как его раздражает поручение охранять маленькую пигалицу, шлюшку босса. Каждую минуту рядом с ним я скучала по Захару, к которому успела привязаться.

Лука удалился, чтобы уладить кое-какие дела, оставив меня здесь, властно поцеловав перед уходом, словно напоминая о моих обещаниях ночью. Меня бросило в жар и замкнуло.

Раньше, когда мы с мужем вылетали с Шереметьево, всегда заходили в кафетерий, чтобы выпить вкусное латте с пирожными. Предаваясь воспоминаниям, я направилась в сторону этого кафетерия, игнорируя недовольное бурчание Дизеля. Главное, что я поняла, он не тронет меня за хождение куда мне хочется, ему руки оторвут за это. Захотелось латте со сметанником и черникой.

В груди грустно все сжалось при видя знакомого интерьера и осознания, что раньше я была счастливой женой, такой как многие, находящиеся в гармонии с самим собой и в браке. Вымученно улыбнувшись официантке, спрашивающей меня о чем-то, я огляделась и замерла, не веря своим глазам.

В дальнем углу на нашем месте сидела грудастая красивая блондинка в потрясающем голубом платье, щебетавшая с мужчиной, сидевшем ко мне спиной. Такие девушки всегда притягивают мужское внимание, откровенные и доступные. А вот мужчина… Мне не нужно было видеть его лицо, чтобы знать кто это. Слишком хорошо его знала, как и девушку напротив. Ира…

Сжав кулаки, я решительно направилась к их столику, прикусывая внутреннюю сторону щеки, чтобы выглядеть спокойно. Очень мне захотелось посмотреть в глаза этим двоим.

— Привет! — я вложила все свои силы, чтобы голос казался спокойным и уверенным. Мой муж, как в замедленной съемке, обернулся ко мне, думая, что у него слуховые галлюцинации. Его красивое лицо сменялось эмоциями слишком быстро, не веря увиденному. А вот любимая подруга даже не дрогнула, только раздраженно поморщилась, словно увидела надоедливую муху. Ей сегодня явно не хотелось вести беседы с бывшей ее новой пассии.

— Алиса? — шокировано пролепетал он. А я нагло села к ним третья, забыв даже, что здесь еще стоит мой охранник, который уже поднял телефон и набирал своему хозяину, чтобы тот решил, что со мной делать. Оказавшись рядом с мужем, напротив подруги, я почувствовала, как закровоточила невидимая рана на моем сердце.

— Девушка, можно мне тоже карамельный латте? — я очаровательно улыбнулась официантке, закидывая ногу на ногу. Внутри меня все переворачивалось, и меня трясло. Но не показать этого было дело чести или того, что после нее осталось.

Ни Ира ни Вова не решались ничего мне сказать, тупо разглядывали меня, словно увидели ожившего человека, франкенштейна. Я игнорировала этот факт, делая вид, что не замечаю.

— Как дела? Куда-то летите? — я рукой сжала колено, чтобы не выдать дрожь в руках.

— Отлично. — ответила подруга, принимая вызов. — Собираемся в отпуск, в Испанию.

В Испанию? Серьезно? Сраные лицемеры!

Вспомнила, как Вова смеялся над Ирой, говоря, что она секретарша, способная удовлетворить только потребности босса. И что он не удивлен, что она не замужем. Ни один мужик не подпишется на дорогую проститутку. Я всегда ругалась с ним из-за этого, не хотела чтобы он так говорил о моей подруге. А Ира постоянно шутила, что муж, получающий меньше жены, это провал. И теперь они летели в отпуск вместе.

Мне принесли кофе, и я отпила его.

— А ты изменилась. Похудела так, что не узнать. Лицо такое свежее и отдохнувшее. В дорогом шмотье. — протянула Ира. — Твой папик у входа значит при денюшках? Стараешься для него? У него хоть стоит?

Невольно сравнив эту ночь со всеми, проведенными с мужем, я пошло ухмыльнулась. О да, у Луки точно стоит, да и мастерства побольше. Собеседники недвусмысленно переглянулись, озадаченные моим поведением. Алиса два месяца назад может быть кричала и ударила мужа за измену. А может впала бы в депрессию, занялась самоанализом, но сегодня я просто сидела и испытывала их терпение.

Если на лице Вовы еще можно было разглядеть признаки вины и смущения, то Иру я не узнавала.

— Алиса, ты пропала, передала документы на развод через какого-то мужика. — залебезил мужчина, который согласился развестись со мной через постороннего человека, не зная даже жива ли я. Ах, он же еще сказал, что я не та, за которую бы кто-то хотел бороться. — Ни одного звонка, смс. И сейчас сидишь такая спокойная, пьешь кофе. Ты сделала пластику, да? У тебя лицо другое.

Что они пристали ко мне с моим лицом? Я действительно сильно похудела и подтянулась после занятий с Руни и правильного питания. Но ничего больше. В отличие от Иры я была не накрашена, и не была даже одета в платье. Просто в джинсы и футболку.

— Это все, что ты можешь мне сказать? — гнев нарастал во мне, пожирая и распаляя. Затылок закололо, и тело стало неметь.

Глаза Иры округлились и она подалась вперед, хлопая часто ресницами и не в силах выдавить и слова. И я поняла причину, почему все моё тело занемело. Это была моя реакция на его присутствие. Хищник пришел за мной. Забавно, но именно Ира в тот день, в клубе сказала кто он. И ей так хотелось с ним познакомиться и переспать. Меня передернуло от этой мысли.

Мужа я ей прощу, а Луку…

Когда Лука поравнялся с нашим столиком, я почувствовала, как меня ударило невидимой волной, покорежило. Дьявол был зол и мне не нужно было видеть его лицо, которое никогда не выражало эмоций, чтобы знать, что он чувствует.

— Можно я присяду? — его голос был почти бархатным и обращен к подруге. Она тут же подвинулась, игриво откидывая волосы и облизывая губы. Платье словно случайно задралось выше бедра. Лука сел, напротив меня, испепеляя взглядом. Он зрительно оценивал расстояние на котором я сидела от своего бывшего мужа. Словно был ГОСТ, который определял на какой удаленности я могу находиться от мужчин.

Вову вообще залихорадило при виде горы мышц с повязкой на глазу. Даже не в одном из своих идеальных костюмов и без белоснежной рубашки Лука был великолепен и не оставлял сомнений, он властитель.

— Вы кто? — запищал он таким унизительно тонким голосом, что мне стало стыдно, что я имею к нему отношение и что даже спала с этим тюфяком. Сейчас, сидя здесь, я осознала, что этот мужчина никогда не подходил мне. Слишком мягкий, неудачник. Но почему такие мысли пришли только сейчас?

— Ну что же ты, это Лука Гроссерия! Его знают все — Ира же напротив придвинулась к Дьяволу ближе, кладя руку на его плечо и сюсюкая приторно в самое ухо. Лука не дрогнул, даже не посмотрел в ее сторону, игнорируя ее существование на одной с ним плоскостью. И его отчужденность была словно пощечина ей, звон которой мы услышали все.

— Я жду. — наконец сказал он грозно, обращаясь ко мне и нарушая напряженную тишину, которая образовалась. Нужно было видеть лица мужа и его новой пассии, которые не понимали что происходит. Я же закусила губу, сильно боясь гнева этого человека.

Мне не хотелось с ним враждовать или злить, хотелось, чтобы сказал "Малыш", а я могла свернуться калачиком в его руках. И эти руки не отдадут меня за копейки, не променяют на шлюшку подружку. Неожиданный приступ нежности в области сердца запустил какое-то успокоительное лекарство по моим венам, потому что дрожь пропала.

— Нужно заплатить за мой кофе. — пробормотала я, не зная что еще можно сказать в такой ситуации. Лука подозвал Дизеля, не прерывая со мной зрительного контакта. В его жестах, голосе и взгляде, в каждом слове между строк звучало право на меня.

— Игорь, расплатись. И сделай так, чтобы этот ушлепок не попадался мне на глаза. — Дьявол встал, как ни в чем не бывало, и подхватывая меня, поднимая на ноги рывком, потащил за собой. Теперь у Иры не останется вопросов с кем я исчезла после того вечера. Я следовала за ним, послушно передвигая ноги и ощущая злость. Мне самой хотелось поставить точку в общении с мужем, но эту возможность отобрали у меня.

Хотя шокированные лица этих двоих доставили мне удовольствие.

— Пошли вон отсюда. — Лука выгнал всех из вип-комнаты, яростно рявкнув, оставляя за закрытыми дверями всю свою охрану. Мы были одни, и я сглотнула, не ощущая ничего хорошего. — Значит пуповина еще не перерезана?

Боясь его гнева, я сделала несколько шагов назад, не желая находится на расстоянии вытянутой руки от него.

— Мы просто говорили.

— А тебе разрешили поговорить? — прошипел он, надвигаясь на меня следом.

— Я значит приватизированная вещь? Которой ничего нельзя сделать без твоего одобрения? — я продолжала пятиться. Выпитое кофе лезло наружу, не успев освоиться внутри меня.

— Да!!!! — зарычал он, одним рывком сокращая расстояние между нами и хватая меня за талию, сажая меня поверх себя, широко разводя мои ноги, так чтобы я могла почувствовать его стояк даже сквозь джинсовую ткань. Его руки напористо стянули с меня футболку, оставляя в одном ажурном белом лифчике, выбранным Дьяволом для меня. По коже пробежала сладостная дрожь в предвкушении.

Тяжелая и грубая ладонь легла на мой живот, двигаясь медленно, забираясь в трусы. Я выгнулась, вскрикивая, чувствуя его пальцы на моей припухшей промежности. Двигая бедрами, попыталась высвободиться из его хватки, чувствуя как его пальцы забираются внутри меня, лаская изнутри. Я была вся мокрая там и не оказывающая ему сопротивления.

Я даже заскулила от ненависти к своему телу, покорно следующему ему по первому зову.

— Ты моя. И я даже слышать не хочу, что ты сидишь рядом с кем-то и попиваешь кофе. — его голос раздавался внутри меня, гипнотизируя. — Тем более с бывшим мужем, которого я оставил жить, видимо, по ошибке…

Уперлась ладонями в его грудь, стараясь оттолкнуть, чтобы поговорить об этом. Но сопротивляться Дьяволу было бесполезно, он бесцеремонно делал, что ему хочется. Я уже была приподнята за попу, а джинсы расстегнуты. Ему пришлось поставить меня на ноги, чтобы стянуть джинсы.

— Лука, что это значит? Ты убьешь его? — я была зла на бывшего, но смерти ему не желала. И не хотелось узнать, что он лишится жизни из-за меня. — Лу…

Жестким рывком, он разорвал мои трусы и усадил меня обратно, освобождая свой член. Я застонала, отгоняя это наваждение. И заставляя не отвлекаться от интересующей меня темы. Но между ног запульсировало, прося заполнить пустоту. Я невольно, просяще, заелозила.

— Пожалуйста. — прошептала я, всхлипывая. — Не убивай его, не трогай…

— Почему? — рыкнул он, хватая меня за подбородок и притягивая к себе ближе. Ноги раздвинулись еще шире, елозя по его стволу складочками. Я часто дышала, все мои мысли были сконцентрированы только на этом трении.

— У меня больше ничего нет с ним, пуповина перерезана. — было неудобно быть так растянутой на нем, во власти его рук. Его лицо было в миллиметрах от моего, и оно прожигало меня, образуя невидимые раны. — Встреча сегодня была случайна, и я не удержалась от разговора с ними…

— В следующий раз ты сначала спросишь меня… — сказал Лука снижая силу хватки. — Ты моя, Мониша, а я жуткий собственник…

Рыча, Лука вошел в меня медленно, заполняя полностью. Сегодня его член входил меня свободнее, растягивая под себя. Делая своей. Я застонала, вскрикивая от каждого глубокого толчка, расстегивая дрожащими пальцами его рубашку, чтобы прильнуть к его голой груди, почувствовать его запах. Обхватила его, прижимаясь всем телом, не отдавая отчет, что подстраиваюсь под его ритм, двигаюсь на встречу.

Лука сжал мои ягодицы, вызывая приятную боль. Меня захлестывало дикое наслаждение и эйфория. Какой же он был огромный! Во мне… Я застонала громче, слыша только стук сердца в висках и как адреналин перекачивает мою кровь. Стенки стали сжиматься, проталкивая его ствол еще глубже в меня, что уже было на грани безумия. Лука обнял меня, смыкая руки на спине, целуя в губы, проникая в рот властным языком. Мне стало так томно и лениво. Просто хорошо. Я припала к нему, цепляясь за плечи, чтобы не упасть, наслаждаясь его последними толчками.

Дьявол зарычал, кусая игриво за ухо, кончая шумно, обильно изливаясь в меня снова. Сердце пропустило пару ударов, а что если я забеременею?

Лука ласково погладил мою шею, спускаюсь к груди, освобождая ее из лифчика и припадая губами к соску, терзая его.

— В сексе ты мне нравишься намного больше, податливая и страстная, честная сама с собой. — Я все еще чувствовала его в себе и не могла спорить или противиться. Но от его слов стало хорошо. — Нужно собираться, у нас вылет через пол часа.

— Куда мы летим?

— На Бали. — спокойно ответил Лука, ставя меня на ноги, и подавая джинсы, валяющиеся у наших ног. Я хлопала глазами, не веря своим ушам. — Нужен небольшой отпуск.

Я старалась привести себя в порядок, приглаживая растрепанные волосы. Носить джинсы на голое тело было дискомфортно. Лука взял меня за талию и вывел из комнаты. Я походила на красного рака. Все эти люди за дверью знали, чем мы занимались, а может и слышали.

К ним присоединился помятый Майлз, обсуждающий что-то с Дизелем. Я встретилась с ним глазами и не узнала его. Майлз больше не смотрел на меня как раньше. Теперь он воспринимал меня исключительно, как женщину Луки, которая только что стонала на нем. И его взгляд был таким режущим, что мне показалось, что он даже знает, что я стою без трусов.

Рука Дьявола сжала меня сильнее, подталкивая вперед, и я направилась к Майлзу, слабо улыбаясь.

— Привет, Алисхен! — его голос был добрым, но менее задорным, чем раньше. Он разглядывал руку друга, покоившуюся на моем бедре. И меня, раскрасневшуюся с опухшими губами, стоящему рядом с ним, не вырывающуюся и не спорящую. Он незаметно покивал головой, сопоставляя увиденное со своими мыслями.

Майлз.

Факт, что люди пришли в его дом и нанесли удар по нему, привела Луку в бешенство. Его гнев обратился на всех вокруг себя, в особенности на его же людей за такое упущение. И он не мог простить смерти. Но больше всего, о чем он не говорил вслух никому, страх, что среди этих людей могла быть его Мониша. Его… Ангел при дьяволе…

Златовласка стала другой, преобразилась изнутри, начиная приобретать в себе его отражение, или же она всегда была такой, просто я не замечал?

Она двигалась параллельно с ним, перенимая каждое движение и туша в нем приступы ярости, не давая пожару спалить все к чертям. Она жалась к нему, как ребенок к родителю, ожидая его защиты и ласки. Лука не выпускал ее от себя ни на секунду, боялся, что покушение может повториться и ему нужно было быть уверенным, что он лично проконтролирует ситуацию.

Было невыносимо смотреть на ее горящие щеки, румянец которых был не от духоты в аэропорту. Ответ был слишком очевиден. Все в ее лице говорило об истоме после секса.

Радовало, что у меня будет время передохнуть от этого любовного треугольника, пока они будут на Бали. Лука решил устроить отпуск, и спрятать Алису, пока в Москве будет кровавая вендетта, исполнить которую было поручено мне. И мои руки чесались, чтобы выпустить пыл и надрать парочку задниц. Это поможет мне отвлечься от мыслей о златовласке.

Уже слышал о ее встрече с бывшим мужем, редкостным гандошей. Игорь лично посадил его на самолет и убедительно попросил, что если он еще раз столкнется с Алисой и не побежит в обратную сторону, то он покойник. Я вообще был удивлен, что Лука оставил его жить. Может в дьяволе проснется человечность?

Проводив их в самолет, мы с Лукой остались одни неслучайно. Нам было о чем поговорить серьезно. Я чувствовал себя мальчишкой, который боится, что его будут отчитывать.

— Я хочу, чтобы ты отчитывался мне постоянно, держал вкурсе в течении всего дня, вне зависимости времени суток. Как только Захар поправится, приедет ко мне. Всех остальных оставляю тебе… — Лука положил руку мне на плечо и сжал его. — Майлз, ты мой брат, и я надеюсь, что наши разногласия остались позади, а со временем они сотрутся даже из воспоминаний.

— Не переживай. Я надеюсь, что Сказочный Бали сделает свое дело!