Глава 19

– Ну и какие новости? – поинтересовался Виктор у своего юриста, уже немолодого месье с седыми висками в массивных старомодных очках на орлином носу, когда тот сбросил звонок и отложил телефон в сторону.

– А ты готов долго слушать? – приподнял бровь тот, развернулся к своему клиенту и уселся поудобнее, закинув ногу на ногу и сцепив пальцы в замок на округлом животе.

Виктор бросил беглый взгляд на наручные часы.

– У тебя есть двадцать минут, – нетерпеливо пояснил он. – Не хочу торчать в городе допоздна.

– Что ж, тогда сразу к нашим делам, – учтиво кивнул француз, наморщив лоб. – Нам удалось добиться, чтобы к Лали пропустили нашего адвоката. Мне уже передали суть их беседы. Боюсь, двадцатью минутами мы не обойдемся. Она рассказала много любопытного.

– Что конкретного по моим вопросам, касающимся ее сестры?

Юрист приподнял большой палец, взглянув на молодого мужчину поверх очков.

– Ты прав, они родные сестры. Только узнали об этом относительно недавно. Где-то полгода назад. Со слов Лали, Маргалит указал на ее сходство с известной моделью кто-то из знакомых. Она сначала не придала этому особого значения, но потом вдруг задалась некоторыми вопросами. Уж больно девчонки похожи, рост, комплекция, вес, вплоть до мелочей. В общем не отличишь, если не знать, на что смотреть, не так ли?

Мужчина едва заметно усмехнулся и тут же продолжил.

– Об их родстве Маргалит первое время даже не думала. Просто ей пришла в голову идея предложить себя известной модели в качестве двойника. Она нашла ее профили в каких-то соцсетях, уж прости, я сам толком не разбираюсь в этой современной чепухе, не моя специализация. Девушка написала ей письмо, предлагая себя в качестве помощницы. Надо заметить, Маргалит оказалась весьма целеустремленной особой. С приемной семьей ей не повезло, ее не поддерживали, не любили, всячески попрекали, но она твердо решила пробиться в люди. Углубленно изучала иностранные языки, в целом хорошо училась. А еще она прекрасно шила, насколько мне известно, поэтому могла подрабатывать в ателье. Потом приняла решение учиться на дизайнера одежды и переехала из маленького Кутаиси в Тбилиси.

Конечно, для нее знакомство с Лали могло быть весьма перспективно, особенно в свете выбранной профессии. И вот так уж совпало, что и Лали подобные услуги пришлись бы по вкусу. Рано став супермоделью мирового уровня, она набралась гонору, словила звездную болезнь, как это говорят, и пошла в разнос… Пьянки, гулянки, деньги на ветер, плохие компании, веселье… Работа уже стала не радовать, а мешать наслаждаться жизнью, ведь контракты выдвигали довольно жесткие условия. Порой приходилось отказываться от сладкой жизни, а тут вдруг под руку подвернулась Маргалит, готовая с энтузиазмом на любую работу, лишь бы платили и предлагали возможности для роста. Я не осуждаю, пойми… – адвокат поднял обе ладони. – Даже уважаю такую стойкую жизненную позицию. Надо сказать, обе сестры все-таки оказались пробивными, каждая по-своему…

Так вот Лали ответила на ее письмо, предложила встретиться. Девочки оказались в некотором шоке от увиденного, особенно пришла в восторг Лали. Ей-то все это показалось новым забавным развлечением. Была только одна проблема – у Маргалит на коже остались шрамы после избиения родного дяди-опекуна. Но ее быстро решили с помощью одинаковых татуировок. Почти одинаковых…

Поначалу Маргалит не поручала помощнице сложную и ответственную работу, потому что боялась прокола. Однако, все шло хорошо, Маргалит оказалась вдумчивой, адекватной и трудолюбивой, так что лентяйка расслабилась. Ей больше не хотелось ездить на скучные деловые встречи или неинтересные съемки. Она присылала вместо себя двойника и всегда оставалась довольна результатом. Сама тем временем могла зажигать где-нибудь и горя не знать.

Когда Маргалит вдруг заикнулась об их возможном родстве, Лали восприняла это в штыки. Ей это показалось абсурдным. Однако, доводы и уговоры на нее в итоге подействовали, ведь обе знали, что они приемные. Девочки сдали днк-тест, и когда родство подтвердилось, наняли частного детектива, который выяснил, кем были их настоящие родители и почему они оказались разделены. На Маргалит эта новость подействовала как удар грома. Ведь теперь у нее могла появиться настоящая семья: сестра-близнец, да еще добрые любящие родители, которые, возможно, смогли бы принять ее со временем. А вот для Лали это стало неприятным сюрпризом. Она вовсе не была расположена дружить по гроб жизни со свалившейся как снег на голову близняшкой, да еще делить с ней родителей, славу и, возможно, наследство даже гипотетически. В общем их дружба в любом случае дала бы трещину, а тут еще и случай помог…

С тем образом жизни, который вела Лали, неудивительно, что она в итоге попала в беду. Небезызвестный для тебя Антонио Герра хотел с ее помощью подступиться к твоим лабораториям по производству Амнезиака и сопутствующих препаратов для поддерживающей терапии. Ему нужен был не просто бизнес, а секреты производства. Грубо действовать он не хотел, а вот рискнуть безбашенной девчонкой – это вполне в его стиле. К тому же девчонка оказалась им очарована и в некотором роде пошла у него на поводу, пока не поняла, во что ввязывается… Только было уже поздно. Малейшая попытка сопротивления – и Герра раскрылся перед ней во всей красе. Говорит, что бил, грозил изуродовать или вообще убить…

Кое-что из этой истории стало известно и Маргалит. Она была более разумной девочкой и предлагала рассказать про заговор тебе или полиции, попросить помощи у влиятельных людей, но Лали вовсе не хотелось во все это ввязываться, рисковать, разбираться… Поэтому в определенный момент она просто сбежала… Большие деньги помогают решить большие проблемы. Только Лали не была бы Лали, если бы не вляпалась в новые неприятности, о которых ты уже и сам знаешь…

Адвокат развел руками, показывая, что закончил.

– Что ж, на этом, пожалуй, все. Что касается нынешнего положения Лали Орбелиани, прямо скажу, оно крайне затруднительное, но не безвыходное. Нам повезло, что свой человек со связями и соответствующими компетенциями оказался в Таиланде, чтобы немедленно прибыть к ней, не тратя времени на многочасовые перелеты. Думаю, мы ее вытянем. Главное, тянуть за нужные ниточки.

Виктор упрямо качнул головой. Честно признаться, положение Лали не слишком его волновало, хотя он и подключил все свои возможные связи, чтобы ее вызволить.

– То есть ты с уверенностью можешь сказать, что Маргалит ни в чем не замешана? – нахмурился он, напряженно вглядываясь в черты собеседника.

– Я тебя умоляю… – адвокат закатил глаза и встал на ноги, оправляя костюм и широкий красный галстук. – Простая девочка с корабля на бал попала в мир больших денег, опасных связей и жестоких людей… Ее подставили и использовали, а потом выкинули за ненадобностью.

Виктор помрачнел, поигрывая желваками и крепко сжимая подлокотники кресел, так что костяшки пальцев побелели.

– Думаю, Герра угрожал и ей, – заметил он ледяным тоном. – Она смутно его вспомнила, когда увидела в моем доме, и перепугалась до смерти.

– Немудрено, – адвокат сочувственно покачал головой. – Ей даже не к кому было обратиться за помощью. Сестра исчезла, оставив на нее все – документы, рабочий мобильник, деловые встречи… и агента-болванчика, который просто напоминал ей о различных мероприятиях. Обычно Лали консультировала ее по каждому, но… в итоге получилось то, что получилось. Должно быть, она приехала на встречу с представителями твоего клуба, даже не представляя, что ее собираются лишить памяти именно в этот момент. Или догадывалась, но рассчитывала отказаться и как-то уладить вопрос.

Задумавшийся в кресле Виктор рассеянно потер пальцами губы. Некоторые догадки тут же прострелили сознание. А ведь она и правда была совсем другой, когда они летали в Японию. Вовсе не той испорченной, наглой, взбалмошной девицей, которая поначалу так зацепила его в клубе своим гонором и вызовом и которую тут же захотелось выдрессировать и поставить на место. Лали была избалованной, бессердечной, капризной. Маргалит была вдумчивой, сдержанной, трепетной и смотрела на все восторженными блестящими глазами, словно ребенок, который первый раз знакомился с красотой мира. А еще так же восторженно она порой смотрела на него, и этот взгляд пробирал до самого нутра. Какой же он идиот, что не смог сразу отличить одну от другой… В погоне за плотскими удовольствиями и ослепительной красотой проигнорировал настоящее притяжение. Ему ведь было хорошо с ней тогда, также как и эти недолгие дни, когда она безраздельно принадлежала ему по контракту. Впрочем, тут еще можно было поспорить, могла ли эта гордячка и упрямица принадлежать кому-то…

Губы невольно скривились в ухмылке при воспоминаниях о его прекрасной пленнице, но в кармане вдруг зазвонил мобильный и вырвал его из череды приятных мыслей.

– Да? – сухо ответил Аюне, которой не слишком-то был доволен в последнее время. Ее голос и сбившееся дыхание как-то сразу ему не понравились.

– Приезжай к Le Millésime2 как только сможешь, – взволнованным полушепотом сообщила она. – Тони назначил там встречу с Маргалит. Лучше тебе не задерживаться.

– Что?.. Где ты? – прорычал, понизив голос и вставая с места, но звонок уже был сброшен. – Какого черта… – нахмурился озадаченно, набирая собственную охрану.

– Что-то случилось? – поинтересовался юрист, но не получил ответа.

– Где Маргалит? – задал Виктор всего один вопрос начальнику своей охраны. Долго напряженно вслушивался в объяснения, постепенно приходя в бешенство. – ТЫ УВОЛЕН! – заорал яростно, сбросил звонок и стремительно вышел из офиса, не попрощавшись.

* * *

Уже около получаса Маргалит сидела за столиком кафе и отрешенно наблюдала за дорогой. Флешку сжимала в руке до боли, но даже не чувствовала этого. Она пыталась найти оправдания для себя… пыталась доказать себе, что все делала правильно… пыталась убедиться, что другого выхода не было. Постепенно восстанавливая цепь событий, лишь все сильнее пропитывалась страхом, что больше никогда не увидит сестру в живых.

Когда Лали не объявилась даже после подписания контракта, Маргалит понятия не имела, что случилось и где ее искать. Ее телефон не отвечал, а больше ей не к кому было обратиться. Даже агент Лали не был в курсе, в какие игры они играли со всеми окружающими. Он лишь звонил, когда требовалось, и сообщал, когда и куда она должна явиться. Маргалит подчинялась, не смея подвести сестру. Агента звали Майк. Голос у него был занудным, нравоучительным и безразличным. И всякий раз, когда Маргалит приходилось общаться с ним вместо Лали, ей казалось, что он ее недолюбливал. Впрочем, неудивительно. Сестра со многими разговаривала с вызовом, по-хамски и в приказном тоне.

Поначалу девушка убеждала себя, что все нормально. Это было вполне в духе сестры – застрять где-то на несколько дней. Тем более что она собиралась на какую-то очередную тусовку. Однако, тот факт, что она не явилась на подписание этого чертова договора уже всерьез напрягал. Буквально через полчаса после возвращения в гостиницу Маргалит вновь увидела на мобильном входящий звонок от Майка. Тот в своей обычной отстраненной манере сообщил ей, что у нее встреча с представителями клуба «Амнезиак» через сорок минут, и что поэтому через пятнадцать минут за ней пришлют автомобиль.

– Я же только что встречалась с их представителями, – изображая раздраженный голос сестры, возразила она.

– Это не мое дело, Лали. Ты просила меня расписать тебе полный список мероприятий с ними через их управляющую. Я это сделал. Дальше тебе решать, как поступать.

Маргалит напряженно вздохнула.

– Что там? Какой дресс-код и где все пройдет?

– Никаких уточнений насчет дресс-кода, так что, думаю, casual. По указанному адресу – элитный жилой дом с апартаментами люкс-класса и кучей офисов. Должно быть, личная встреча, поэтому управляющая и не описывала подробности. Дать ее номер? Или, может быть, номер Равинского? Могу в принципе все отменить.

Сейчас девушка отчетливо слышала, что агент разговаривает с ней, как с умалишенной, неспособной запомнить даже банальные вещи. «Тупая стерва» – вот что он о ней думал, да и многие другие оскорбления, хоть и не звучали вслух, но, казалось, подразумевались в его интонациях, манере речи и формулировках.

– Нет, не нужно ничего, – раздраженно бросила она. – Я приду.

– Всегда пожа-а-алуйста-а, – протянул он с противным сарказмом, уже в открытую пытаясь ее уколоть.

– Напомни мне, почему я тебя еще не уволила? – вспылила она вдруг, сама не ожидая от себя такой реакции.

– Ха, – хохотнул Майк холодно, – потому что, кроме меня, тебя больше никто не выдержит, детка.

Маргалит сбросила звонок и зло швырнула телефон на диван. Что ж, значит, ей предстояло самостоятельно решить эту проблему. В конце концов, главным правилом всегда было – не сболтнуть лишнего. К тому же она тайно надеялась, что теперь ей предстоит встреча с Виктором, раз уж он не явился на подписание. Возможно, она смогла бы с ним объясниться или даже признаться во всем…

Пройдя в спальню, Маргалит разделась до нижнего белья и открыла огромный гардероб. От такого разнообразия глаза разбегались, но сейчас ее так внутренне колотило, что не было ни малейшего настроения долго рыться в вещах. Выбрала сдержанный деловой стиль – белые узкие брюки, голубая рубашка, удобный пиджак-стрейч в морском стиле цвета берлинской лазури. Перешла к отделению с обувью и вдруг вся похолодела от ощущения чужого присутствия за спиной. Резко обернулась и почти одновременно отпрянула назад, вжимаясь спиной в зеркало. На пороге гардеробной, прижавшись одним плечом к дверному проему и сдвинув черные очки на кончик носа, чтобы получше все разглядеть, стоял Антонио Герра и хищно скалился.

Не успела сделать вдох и прикрыться, как мужчина оказался рядом. Очки убрал в нагрудный карман пиджака, голову склонил набок, плотоядно облизался и погладил костяшками пальцев плечо Маргалит.

– Черт, как же вы похожи… – прошелестел он восхищенно ей в самые губы. – Нежный невинный ангелочек и развратная похотливая дьяволица… Член колом встает, как только думаю, что бы я сделал с вами обеими. – Его рука переместилась на шею и придушила, заставив задрожать и вцепиться когтями в мужскую руку.

– Не трогай меня! – зашипела сдавленно, пытаясь вырваться.

– Убери когти, кошка бешеная! – заорал вдруг и тут же схватил за волосы и огрел по щеке. – Будешь выпендриваться, я тебя по кругу пущу, – зарычал в самое ухо. – Быстро тебя на члены натянут. Пискнуть не успеешь. А пока что слушай, что тебе говорят, и запоминай. Ваши тупые игры в маскарад и в прятки меня порядком достали. Думаешь, мне есть разница, кто из вас кто? Хочешь, чтобы твоя милая сестренка осталась живой и невредимой, сделаешь, как я скажу. Мне плевать, как ты это сделаешь, и мне плевать на твои трудности. Принесешь мне то, что нужно, и обе останетесь целы. А вот если нет…

Он склонился так низко, что его тело крепко прижалось к ее, а его дыхание ошпарило ухо и щеку. Он зашептал такие мерзости, что Маргалит не выдержала и завыла, дрожа всем телом и едва удерживаясь на ватных ногах. Сил сопротивляться не осталось, к горлу подступала тошнота, а он все шептал, и шептал, и шептал, изрыгая тошнотворный яд своих извращенных фантазий и заставляя ставить под сомнение его вменяемость.

Когда он наконец ее отпустил, Маргалит рухнула на пол, как подкошенная, а этот урод стоял и наслаждался тем, что с ней сделал. Долго стоял, пока, наконец, не убрался неспешной походочкой человека, который не привык отвечать за зло, которое совершал.

Она не знала, сколько прошло времени, прежде чем пришла в себя. Наверное, она сильно опаздывала, но это уже не имело значения. Она в любом случае должна была пойти на эту встречу, чего бы ей это ни стоило. Вытерла слезы, умылась, привела себя в порядок. Кое-как натянула на себя костюм, дрожащими пальчиками поправила его перед зеркалом и направилась к выходу.

Ожидающее у входа в отель такси доставило по нужному адресу. Апартаменты больше походили на частную клинику, и встретивший ее персонал весь носил белые халаты. Они проводили в светлую уютную приемную, предложили устроиться в удобном кожаном кресле, которое вскоре привели в горизонтальное положение. Замерили давление, пульс, спросили о самочувствии, взяли какие-то экспресс-анализы, а потом сделали укол, от которого перед глазами все поплыло и померкло.

Теперь Маргалит вдруг снова показалось, что перед глазами образовался туман, потому что у тротуара чуть поодаль припарковался темно-синий Бугатти.

– Вам принести еще что-нибудь? – обратился к ней официант и заставил вздрогнуть. – Прошу извинить меня, мадемуазель. Я не хотел вас испугать, – тут же виновато ретировался он.

– Ничего страшного. Принесите счет. Сдачи не нужно, – проговорила она на автомате, положила на столик рядом с нетронутой едой и чашкой с остывшим кофе скомканные пятьсот Евро и встала. Ноги казались чужими и не хотели идти. Только отступать уже было поздно и нельзя. Подошла к автомобилю со стороны пассажирского сидения и замерла в ожидании. Окошко отъехало вниз, и перед ней предстало лицо ослепительно красивой блондинки, с которой уже виделась как-то раз в офисе клуба «Амнезиак». Кажется, ее звали Аюна, и у нее были невероятной красоты голубые глаза. Сейчас глаз не было видно за солнечными очками. Лицо казалось безразличной кукольной маской с аккуратно подведенными алыми губами и было обращено к ней.

– Здравствуй, Маргалит… – насмешливо прохрипел до отвращения знакомый мужской голос. От него по коже прошлись судороги омерзения, будто проползли насекомые. Немного наклонившись, Маргалит увидела за рулем спорткара Тони. Его злорадная улыбочка и отталкивающая красота вновь вызвали прямую ассоциацию с дьяволом. – Давай не будем тянуть, – сразу перешел к делу он. – Ты сказала, что тебе удалось достать некую информацию из сейфа нашего общего друга. Мне необходимо ее проверить. В противном случае наша маленькая сделка не состоится.

Аюна выставила из окна руку ладонью вверх. Маргалит сглотнула и положила в нее флешку. Только сейчас заметила на коленях блондинки ноутбук, в разъем которого та воткнула носитель. Открылось окно с папками, затем стали открываться файлы с документацией. Девушка прокручивала страницы, внимательно вглядываясь в написанное.

– То, что нужно, – кивнула она наконец и вопросительно взглянула на своего нового босса. Тот недоверчиво пожевал губами, но тоже кивнул в ответ.

– Убери ноут в сумку, оставь его здесь и выметайся, – скомандовал он вдруг.

Аюна, казалось, на миг опешила, не веря своим ушам, но злоупотреблять терпением Тони не стала. Открыла дверцу, выбралась из автомобиля и замерла перед Маргалит, будто изучая ее на прощание. Затем медленно сняла очки, демонстрируя жуткий багрово-синий кровоподтек под левым глазом. Едва заметно помотала головой и шевельнула губами, будто уговаривая ее остановиться.

Маргалит опустила глаза, но с места не сдвинулась. Почувствовала, как в ее ладонь ткнулось что-то холодное, вновь вскинула взгляд и прочла в голубых глазах блондинки немой призыв. Сомкнула пальцы, чувствуя, как в них осторожно вкладывают какой-то предмет. Не глядя, осторожно сжала его в руке и отступила в сторону, пропуская Аюну, чтобы та могла уйти. Ощутила ее легкий толчок плечом, будто в поддержку, сглотнула и, вся немея от ужаса, кое-как забралась на переднее сидение автомобиля. Успела аккуратно спрятать переданный ей предмет под правое бедро, прежде чем сесть.

Она уже поняла, что это было. Шприц. Наполненный каким-то препаратом шприц. Тошнота от подступающего к горлу ужаса усилилась, руки безбожно дрожали и леденели. Ее всю трясло в лихорадке от контраста летней жары на улице и холода кондиционера в салоне. Маргалит облизала губы и взглянула на сидящего рядом монстра. Он улыбнулся ей до отвращения обаятельным белозубым оскалом, протянул руку и погладил по щеке ладонью, словно скользкими щупальцами прошелся, оставляя след от ожога.

– Мечты сбываются, да, малышка? – улыбнулся он с притворным дружелюбием и больно сжал ее подбородок. – Мои – да, – добавил самодовольно и погладил большим пальцем ее онемевшие губы. – Не доверяю я блондинистым сучкам… Все в конечном счете приходится делать самому. А ты будешь моей маленькой страховкой, моим талисманом… Ну и развлечемся заодно. Твоей сестричке нравилось скакать на моем члене.

– Где моя сестра? – услышав о ней из уст этого чудовища, нашла в себе силы на гнев.

В ответ раздался гадкий язвительный смех.

– Я понятия не имею, где шляется эта шалава. – Герра небрежно пожал плечами. – Эта сучка нас кинула. Но теперь все будет хорошо, – он склонился и прошелся склизким языком по ее губам. – Я обещаю.

Внутри все упало. От жуткого понимания, что ее предали, все внутри переполнилось горечью и разочарованием. Что ж, она знала, с кем имела дело. Лали всегда вела себя как злой, эгоистичный ребенок, не желающий брать на себя ответственность и не умеющий быть благодарным. Наверное, она сможет с этим жить, если в принципе выживет. И если ей еще захочется жить, оказавшись в лапах этого монстра. Сейчас он наслаждался триумфом от произведенного эффекта и предвкушал… много чего предвкушал, потому что все его гадкие желания выдавали глаза – глаза жестокого садиста и убийцы.

Наконец выпустив ее подбородок, Герра взялся за рычаг коробки передач, переключил сцепление, нажал на газ, вывернул на дорогу и начал набирать скорость.

Силясь подавить беспощадную дрожь в руке, Маргалит просунула руку под бедро, нащупывая шприц. Осторожно сдвинула с него тугой колпачок, больно царапая палец о кончик иглы и чувствуя, как в руке становится тепло и влажно от крови. Вдохнула и выдохнула. Плевать. Она сделает все, что от нее зависит, чтобы спастись, просто ей нельзя ошибаться. Осторожно глянула на сидящего рядом мужчину, прикидывая, куда лучше колоть и успеет ли она ввести хоть сколько-нибудь препарата, прежде чем он прикончит ее одним ударом, как мошку. А еще автомобиль уже несся по дороге с приличной скоростью, и едва ли ей самой удалось бы выжить, если бы начала бороться с человеком за рулем прямо сейчас. Попыталась выровнять дыхание и расслабиться, чтобы набраться сил, сосредоточиться и все верно рассчитать.

– Какого хера?! – вдруг выругался ее похититель и резко крутанул руль вправо, потому что слева его чувствительно бортанул другой автомобиль. Маргалит дернулась от толчка и уперлась руками в приборную панель перед собой. Когда увидела за окном еще один темно-синий Бугатти, дыхание перехватило и от нахлынувшего приступа надежды, радости, благодарности грудь сдавило, и глаза защипало от слез.

Между тем, двигатель завыл, как реактивный, неистово набирая обороты. Петляя по узкой дороге, Тони задевал и сшибал все, что встречалось на его пути: зеркала чужих автомобилей, мусорные урны, припаркованные велосипеды, цветы в кадках, выставленные ресторанами и кафе столики и штендеры с меню, потому что его преследователь поджимал, напирал и беспощадно бил то сзади, то слева, уродуя и корежа металл, уничтожая идеальные космические формы и сияющую темно-синюю поверхность роскошного автомобиля.

Тони шипел и матерился, зверел и бесился, выходя из себя. Автомобили сигналили со всех сторон. Где-то вдалеке послышался вой полицейской сирены. На него откликнулся второй и третий. Маргалит швыряло из стороны в сторону. Понимая, что автомобили скоро выйдут на трассу и гонка легко может превратиться из опасной в смертельную, кое-как нащупала ремень безопасности и пристегнулась. Игнорируя красные сигналы светофоров, проносясь в убийственной близости от оторопевших пешеходов на переходах, распугивая птиц и собак, Тони вырвался наконец на более широкое шоссе вдоль морского побережья, и вдавил в пол педаль газа. Теперь они проносились в опасной близости от других автомобилей на головокружительной скорости, петляя, подрезая и продолжая получать удары и толчки от не отстающего от них преследователя.

На более или менее свободном участке дороги машины поравнялись. Водитель второй, притираясь бортом, начал подрезать. Метал скрежетал, автомобили дергались и шарахались из стороны в сторону, то съезжаясь, то вновь расходясь в стороны. Разъяренный Тони выхватил пистолет и выстрелил, не целясь, в боковое окно соперника. Маргалит закричала, закрывая лицо руками. Сердце выпрыгивало из груди, из глаз брызнули слезы. Уже ничего не соображая от страха, выхватила шприц и со всего маху всадила его в ногу сидящего за рулем чудовища, вдавив клапан до предела. Герра взвыл, автомобиль резко затормозил. Бугатти Виктора вынесло перед ними и развернуло поперек. Маргалит почувствовала, как ее кидает вперед и бьет в лицо подушкой безопасности. Когда раздался оглушительный звук столкновения, она уже была без сознания. Спасительная чернота заботливо защелкнула свою акулью пасть, забирая и унося прочь боль и страх.