Глава 20. Моника.

Прислушиваюсь у приоткрытой двери, пока меня не унюхали, а там:

- Он отпустил меня, Ги, ты понимаешь? – заглядывает белобрысая, до противного ухоженная леди в глаза вервольфу. – Альфа Серых Волков освободил меня от обязательств!

- И ты приехала сюда? – спросил Гиймон так, словно сомневался, что девушка действительно тут.

Он смотрел на нее неотрывно. Широко распахнутыми глазами, в которых я даже на расстоянии читала неприкрытое восхищение. То самое, которого так и не смогла заметить по отношению к себе самой.

- Конечно, - искусственное восклицание приторным голоском. – Конечно сюда, мил-л-лыый, - повела она мерзкими пальчиками по груди, которую я так обожала гладить.

- А как же Мижель? – не удовлетворил вервольфа ответ. – Ваши клятвы, помолвка?..

«Ну-у, бли… иинчики-вареники! – возмущалась я за дверью. – Что за расспросы?? Да гони ты уже в шею эту изменщицу из башни. Она ж тебя кинула, болван!»

Уверена, тот Мижель посмекалистее оказался моего Остолопика Озерного! Поиграл в женихи да вышвырнул лгунью. А Гиймон тут тянет резину, разобраться старается, что и почему.

Мысль о том, что неспроста Синий брошенка не может сразу выставить бывшую я усердно подталкивала вон из своей головы. Но она, как голодный кот, снова-снова просовывала голову в мои переживания.

- Забудь, - томный шепот и игривая улыбка. – Всё в прошлом.

На этих словах подлючая обольстительница подалась вперед, страстно выдохнув почти в лицо наклонившемуся к ней оборотню.

- Вы расстались? – взлетели брови Гиймона вверх вместе с моими натянутыми как тетива нервами, которые грозились стрельнуть в дамочку всем набором ругани, что имелся в арсенале!

«Нет, бл… блевотный дурила! Она с предложением многомужества тут объявилась. Видно же, что ей там дали ускоряющего пинка до самого необитаемого острова!» - кричала я мысленно Гиймону.

Почему я не уходила? Ну как этого несчастного, бесячего, занудного придурка один на один с шала… шаловливой Волчицей оставить? Обдурит ведь на раз-два.

А мне потом работать еще на этого охмуренного. Представляю, сколько стопок бумаги несэкономленной босс меня исписать заставит!

Да и его шефиня с гонором мне тут нужна, как микрофон селёдке!

- А это еще чьи тапочки? Девичьи?? – резануло слух ревнивым возмущением.

«А вот и первые звоночки от будущей леди Смотритель! Помяни рого-наставительницу, называется!» - посочувствовала я своим милым башмачкам, которым может не за что достаться.

- У тебя тут девушка была? – спросила Миника так, будто имела все права на верность Гиймона. – Кто она?

Вот же нахалка беспардонная!

- Неважно, - отмахнулся вервольф от упоминаний обо мне, как от чего-то незначительного. – Болотная одна, исследую поведение, - с прохладцей отозвался он, словно я была пустым местом.

Лишь объектом изучения для него, - почувствовала как холодность в голосе парня вымораживает что-то в моей груди, болезненно задевая душу.

И тут я вдруг задумалась:

Где же я жить-то буду, если в башне «шведская семейка» поселится и вместе с неизвестным Мижелем, эта мымра Серая здесь в тройничке устроится?

Меня же, еще чего-доброго, вытурят за милую душу. На топи. К Мегерам. Или и того хуже – обратно в Сирены. И хорошо еще, если я с собой успею одного из оборотней в качестве трофея прихватить.

Ну, не возвращаться же к «сестрам» с голым зад… задрыпанным саквояжем.

- Тебе лучше уехать, Ники, - вызывает волну радости совет Гиймона.

Это я боссом своим возгордилась, если чё. Хватило у волчары таки уважения к себе, чтобы не повестись на фальшь прохвостки Серой.

- Мне некуда, - задрожали вдруг ее мелкие губки. – Сам подумай, милый. Агенты Эрика не упустят возможности выследить меня. Теперь, когда я осталась без высокого покровителя и поддержки клана.

- Что ты сообщила Серому Альфе? – спрашивает вдруг Озерный вервольф. – Он ведь снял с тебя клятву крови в обмен на нужную информацию.

- Конечно, - к моему изумлению, не отрицает эта шш… шпионка. – Ты же знаешь, я передавала ему лишь мелочевку. Только то, что ты сам позволял. А ради свободы пришлось сообщить о местоположении кристалла.

- Этого не было в списке позволенного мной! – рычит внезапно вервольф, схватив девушку за плечи.

- Да ладно. Серый Матлер не сунется в Третье Болото. Никто туда не полезет, - говорит Волчица, призывно откидываясь назад в руках оборотня и открывая ему обзор на свое декольте. – Никто, кроме тебя, мой Ги. Ты единственный настолько отважный, рисковый, бесстрашный, - располагает она свои утонченные лапки на литом прессе Озерного оборотня.

- К чему этот спектакль? – спрашивает он, однако я чувствую сомнения в его глухом тембре.

- Не прогоняй меня, Ги, - давит девушка на жалость, моргая увлажнившимися маляпусенькими глезенками. - Остров последнее место, где меня будут искать агенты Безопасности Эрика. Лишь тут я могу переждать бурю.

«Неужто пожалеет?» - болею я за вервольфа как честная сотрудница и постоянная квартирующаяся.

Однако «голодный до правды кот в моих мозгах», упорно разъясняющий реальную причину переживаний, намекает, что расстраивает меня вовсе не бомжевание в топях.

Кстати, что за прибабахнутое сравнение своих мыслей с каким-то внутренним зверьем?!

«У меня от волнения уже коты в мозгу завелись! Они же там всех тараканов распугают!» - забеспокоилась я, старательно отвлекая себя от воркования парочки злостных адюльтерщиков.

Не иначе, как Док накаркал своими беседами о «Бессознательном «Я» и глубинном душевном сожителе».

О-о! А ведь на худой конец, я могла бы к Доку в квартирантки напроситься. Он-то бездомную помощницу не выставит за дверь, как некоторые…

И до того мне жаль вдруг себя стало, что я непредвиденно хныкнула. И носом напоследок шмыгнуть успела, прежде чем раздался визг Миники, полный вопиющего негодования:

- Нас подслушивают!

Называется, почувствуй себя еще более жалкой, чем секунду назад.

- За нами следили. Тут какая-то девушка! – глазеет на меня вытянувшееся личико этой мини Ники.

- Нет, это Моника, - падает камнем возражение Гиймона прямиком в моё потрясенное восприятие.

Ну супер! Меня на фоне этой стервозины даже девушкой теперь назвать зазорно? И с кем ты тогда спал?

- Извращенец! – выдаю я вслух итог своих умозаключений.

- Как это понимать? – оборачивается Миника к оборотню в благонравном упреке.

- Ты пришла просить убежища, я тебя верно услышал, Ники? В таком случае тебе придется согласиться на несколько условий, – возвращается к Гиймону привычное хамство. Очевидно, при виде меня.

«Всё-таки я ужасно положительно действую на вервольфа!» - удовлетворенно отмечаю про себя.

- О, конечно, я приму условия! Нельзя же подставлять тебя безвозмездно, милый, – сходу меняется настрой Серой Волчицы.

- Во-первых, не называй меня так, я же просил, - морщится Гиймон, а затем переводит взгляд на меня. – Объяснишь, что ты тут делала?

- … - задетая его резким тоном, пытаюсь вспомнить, какого лешего я тут действительно забыла. - Чай! - выпаливаю я, наконец, сконцентрировавшись.

- Чай? – хихикает худосочная красотка.

- Да, чай, - тычу в направлении котелка. Я его в порыве энтузиазма целиком с собой притащила. – Док решил угостить нас, - говорю лично Гиймону, подчеркивая, что его мымрочка не приглашена.

- Какой Док? – удивляется оборотень.

«Всё веселее и веселее!»

- Ты еще скажи, что нет никакого Дока! Как и меня не существовало пару минут назад! – не замечаю, как перехожу на крик.

- А он… существует? – в полном недоумении смотрит на меня застывший вервольф.

- Да перестаньте вы уже разыгрывать сцены, - махает вдруг Миника ручкой. – Я и так уже поняла, что в моё отсутствие ты коротал время с этой… с этой… - принюхивается она ко мне, - хм, рыбой? Любопытный запах, словно знакомый… Как бы там ни было, не мне тебя судить, Ги. Так что, как пожелаешь, могу остаться в качестве подруги. Надеюсь, в холодильном шкафчике есть чего поесть, – как ни в чем не бывало добавляет она, возвращаясь в гостиную. – Я такая голодная. Кстати, я принесла тебе отменный кофе, ми… Ги! – докрикивает она уже из глубины помещения, чем-то там шурша.

А мы с Гиймоном стоим двумя истуканами. Глаза в глаза.

- Это слезы? – спрашивает он, намолчавшись всласть.

Отдыхал, наверное, после долгого общения с Серой. А потом еще и меня на место ставить пришлось. Перетрудился молчун!...

- В чайнике? Вода, - отвечаю живенько.

Отворачиваемся, быстро размазываем сопли, поворачива-а-аемся… Ну, не мог что ли тоже отвернуться?!

- У тебя на глазах, - продолжает он буравить во мне позорную яму.

- Я думала, ты уже догадался, что Сирены не умеют плакать, - отвечаю, задрав голову повыше. – Это морская вода вытекает, когда стараюсь… заглушить магию!

- Магию голоса? – всматривается Гиймон в меня с подозрением.

- Могу перестать противиться своей силе, - предупреждаю, сжав от надломленной злости кулаки.

- Моника… - делает он острожный шаг навстречу.

- Стой! – решительно выкидываю вперед руку, на которой мгновенно вспыхивает рунический браслет подчинения. – Я отнесу чайник хозяину, - отступаю к спасительной железяке.

- Хорошо, - кивает вервольф. – Поговорим, когда вернешься.

Расслабленно выдыхаю и, схватив свою ношу, начинаю спускаться. Неторопливо. Не хочу, чтобы видел моё побитое бегство.

- Моника, - зовет он зачем-то.

И я замираю посереди лестницы, не зная, что правильнее: жалко проигнорировать или гордо отозваться. То есть наоборот. Хотя, по сути, одна лажа.

Пока я обдумываю, как не урониться носом в еще большее унижение, мне вдогонку летит вопрос:

- А кто хозяин чайника? – спрашивает этот изверг!

- Тот, кто тебе необходим! – рычу я через плечо и, больше не притворяясь сдержанной, бегу к Доку.