Глава 10. Моника.

Моника.

«Вот я и дома», - скептически осмотрела я логово грубияна, доковырявшего всё же до своей башни со мной наперевес.

В том плане, что ему пришлось нести меня, перекинув через плечо, весь последний отрезок пути, в продолжении которого я усердно донимала его вопросами и упреками.

На что мой постоянно огрызающийся болтун внезапно выдал:

- Я, наверное, за всю жизнь столько не говорил, сколько за сегодняшний день! По твоей вине.

- Да ладно? – не поверила я поначалу. Но прикинув, что на безлюдном острове и поболтать-то особо не с кем, предположила:

- Ты тут с рождения живешь?

- Что за дурацкий вывод? – возмутился мой бесплатный носильщик.

- А по-моему, вполне себе логичный. Ты ж ни на секунду не замолкаешь! Значит, прежде не говорил много только потому, что было не с кем, - донесла до него.

- Мне начинает казаться, что в этом были свои плюсы... – глубокомысленно вздохнул вервольф, ловко перепрыгнув через встречный выступ скал, несмотря на тяжесть моего тела на его плече.

Силён! – досадливо прикусила я губу, соображая, как же от такого смыться?

Хотя далеко тут и не убежишь. Со слов оборотня я поняла, что кругом вода да болота, а приезжих тут фактически не бывает.

А еще напрашивался другой неутешительный вывод: что если даже мне очень повезет, и какому-то экстремалу взбредет в голову сюда приплыть, то вряд ли он выберется с острова. Ведь его тут же сграбастают сестричкам-Сиренам, бдящие во все накрашенные глазки.

Хотя-я-я... Лодка или корабль-то от него останутся...

Кстати, а куда все таки подевались те отчалившие полудохлики, которые соскочили с крючка Сирен?

Надо бы убежать от Синего Волка, пока те еще на острове! Авось, сумею прикинуться жертвой маньяка. Или песнью русалок в них дыхнуть.

- Мне не нравится, что ты молчишь, - с подозрением проговорил вдруг оборотень, очевидно, обладающий хорошей интуицией.

- Так ты уже определись, молчаливые тебе пленницы по душе или болтливые, - посоветовала я.

- Послушные, - без лишних раздумий сообщил нахал.

- О-о, так нам, выходит, не по пути, дружочек! Тормози. Моя остановка. Я тут сойду, а ты топай, давай, искать себе узниц по-покорнее, – похлопала я его по рельефным мышцам на лопатке, механически задержав руку дольше требуемого.

Вот же хорош гад, а!

Надо было быть вежливой с Оракуловой Слизью, может, тогда этот Синий зубастик и тут бы был моим трофеем. А не наоборот.

- Вот опять, - проскрежетал Волк зубами. – Почему у меня такое чувство, что ты что-то замышляешь?!

- Потому, что у тебя мания преследования? – предположила я. – К врачам обратиться пытался?

- К кому? – не понял он опять иномирного слова.

- К лекарям, целителям... мозгоправам! – нашла я подходящий термин.

- Арррррр!!!! – ответил «благодарностью» Зверь, зато больше не пытаясь перебить моего злокозненного молчания.

Башня, куда мы все же дотопали, не прихлопнув друг дружку, взирала на нас с мрачным презрением видавшего виды готического стиля. Высокая, необъятная в охвате и с несколькими довольно просторными помещениями на разных этажах. Первое впечатление – её нечаянно оторвало от средневекового замка и принесло сюда попутным ураганом.

Ну, или оборотень довел какого-то великана до синего колена, и тот выкинул Гиймона на остров вместе с этим куском крепости.

Ах да, у рычащего хама обнаружилось имя.

- Гийом? – удивилась я знакомому звучанию.

- Гий-мон! – выстрелил он слогами через сжатые зубы и, протиснувшись мимо меня, первым начал подниматься по винтовой лестнице на третий этаж.

- Да как скажешь! - пожала я плечами, аккуратно ступая по комнате, грубо выложенной необтесанным камнем.

- Учишься покорности? Отлично! – прокомментировал тип, задавшийся целью устроиться рабовладельцем.

- Как ты тут выжил? – с непритворным удивлением спросила я, пропустив его глупые надежды мимо ушей.

Помещение было сплошь завалено всякой всячиной.

Коробки с непонятным скарбом, бумаги, свернутые в рулоны и как попало закинутые в корзины. Книги... колбочки по соседству с тарелками недоеденной еды и с немытыми столетиями кружками.

Незаправленная постель, на которой валялось всё, что только (не)можно. Начиная от лука со стрелами и заканчивая сковородой!

- Вот как раз и приберешься, - ничуть не смутился хозяин всего этого бардака.

Брезгливо окинула взглядом обстановку в поисках питья. Жажда нещадно мучила всю дорогу. Но я бы, скорее, превратилась в мумию из-за полного обезвоживания, чем попросила о чем-то этого истукана!

Чайник обнаружился на книжной полке. Но радости это не принесло из-за прилипшей к донышку заваренной жижи, покрытой мхом.

- Ты пьешь эту дрянь и до сих пор не отравился?? – расширила я глаза, одновременно зажав нос, чтобы не задохнуться от вони.

- Вервольфы - сильная раса, - с гордостью пояснили мне, плюхнувшись в постель прямо в сапогах! Да еще и во все еще влажной одежде, облепленной кляксами из песка и водорослей.

- Сними сейчас же! – автоматически скомандовала я, заметив подобную неотесанность. – Всё же мокрое и грязное.

Синий грязнуля прищурился, склонив голову вбок и явно что-то прикидывая. А потом раз, и одним движением стянул с себя кусок ткани, заменявшей ему шорты.

- Ты что делаешь?! – закричала, подпрыгнув и отворачиваясь.

- Исполняю твоё желание, Рыбка, - хмыкнул он уже у самой моей спины. – Пытаюсь проявить гостеприимство. Правда, я думал, что ты для начала есть попросишь или пить, но можем начать и с главного. Я не против.

- Зато против я! – скрестила руки на груди, продолжая стойко держаться на месте, находясь в опасной близости от фактически голого оборотня. – Прикройся сейчас же!

- И все же ты своеобразная Сирена, - проговорил он совсем близко от моего виска, будоражуще отщекотав дыханием кончик ушка. - Ущербная, наверное.

- А ты одичалый неряха! – не осталась я в долгу.

Смешок, горячей волной воздуха заскользив по моим разрумянившимся щекам, заставил сердце предательски затрепыхаться.

«Да уймись же ты! - велела я про себя безмозглому органу в груди. - Он меня испытывает, не сечешь?»

- Будешь грубить – начну наказывать, - предупредил меня вервольф, не догадываясь, сколько «оттенков серых фантазий» во мне сейчас всколыхнулось!

- А ты точно Синий, а не Серый? – спросила у Гиймона, забывшись и механически повернувшись к нему.

- Ой! – зажмурила я тут же глаза, чтобы не знакомиться на ночь глядя с подробной анатомией нижней части туловища оборотней. А то приснятся потом сны... всякие...

- Либо сведения исследователей неверны, либо ты не совсем Сирена, - услышала я вдруг, как отошедший от меня парень констатирует результаты своих подлючих наблюдений. – Слишком стыдлива для морской нечисти. Те обычно оходчивы до ласк.

- М-да, не повезло тебе, бедняжке, - прошипела я, всё так же борясь с желанием открыть глаза. – Зря только губу на меня раскатал!

- На Мегер вообще не похожа, - сухо продолжал он, будто делая запись в диктофон. - Хотя простецкие обороты речи и напоминают говор Орков, - отрешенно добавил оборотень, последней фразой заставив меня таки распахнуть глаза.

- Орки? Ты сказал, Орки?! Они тут водятся?! – почувствовала я, как подкашиваются коленки.

И иди разберись – это от страха перед настоящей нежитью или от вида четко очерченных кубиков на прессе полуобнаженного нелюдя.

Вот бессовестный, а!

Стоит тут весь себе довольный и насмешливый, да в целые брюки одетый!

А я уже размеч... разнапугалась, что сейчас и продолжение увижу, наконец. То есть – на конце треугольника мышц увижу!

Ну как же не совестно доводить девушку до такой безосновательной взволнованности!

- Пахнешь настоящим беспокойством и даже страхом, - потер оборотень высокий лоб. – Боишься Орков? Я думал, они только с Мегерами враждуют. А с вам чего не поделили? Вы ж на Болота не претендуете...

- Мне нужно сесть, - почувствовала я, что ноги реально слабеют от всего услышанного.

- Эй, ты чего? – нахмурился оборотень, вглядываясь в мое лицо. – Только зеленеть заново не вздумай! - внезапно придержал он меня за талию, усаживая на ближайший стул.

Это заняло время. Потому что на стуле живописно были разложены документ с восковой печатью, вилка, и криво заштопанный носок.

Я же, опираясь на крепкую руку вервольфа, все это время гадала, с чего бы ему проявлять заботу?

В своих размышлениях я даже дошла до того момента, где он посчитал меня союзницей добропорядочных (?) Мегер, но была перебита жалобным воплем собственного желудка.

Голодное урчание моего измученного организма громко возвестило о том, что без еды и воды я долго не протяну.

- А чем питаются Сирены? – озадаченно поинтересовался вервольф, с подозрением уставившись на мой животик.

- Понятия не имею, - честно призналась я, с неменьшим изумлением вперившись в лицо непривычно заботливого Гиймона. – Обед выглядел как каша из водорослей и моллюсков.

- М-мм? - протянул он мне кружку с водой. - А мох и плесень подойдут? Можешь нарвать за оградой, – после секундного размышления выдал он без тени улыбки.

- Ты серьезно? – захлопала я глазами, готовыми вот-вот утопить его в своих слезах. – Я есть хочу, а не травиться...

- Ты плачешь? – опешил вервольф.

Он смотрел, не моргая, будто пытаясь понять, откуда на моих щеках могла появиться солёная влага. Гиймон протянул ко мне смуглую ладонь с длинными, но сильными пальцами, грубые прикосновения которых я всё еще помнила кожей запястьев.

Однако сейчас движения парня были пропитаны неторопливой осторожностью. Он легонько проследил шероховатыми подушечками пальцев за слезинкой, рисующей щекотную дорожку на моем лице.

Я же как завороженная следила за его раздувающимися ноздрями по бокам от тонкого носа с еле заметной горбинкой античных героев.

А где-то там в районе моего солнечного сплетения тоскливо сжимались в узел гасимые мною ненужные эмоции.

- Совсем как обычная девушка, - потряс Гиймон головой, словно в попытке прогнать назойливую картинку моей противоестественной обыкновенности.

Вот же странные создания эти мужики!

То им особенную подавай. А как что-то выходит за рамки привычного – так сразу: «Почему ты не можешь быть как все?»

- Я и есть девушка, Вервольф ты недоутопленный! - захныкала, давясь подступающими к горлу слезами и отталкивая его от себя.

- Опять огрызаешься? – укорил меня Гиймон. – Я вообще-то стараюсь сейчас быть вежливым и найти тебе еды, - «очень любезно» проскрежетал он сжимаемыми челюстями.

- Огр.. То есть я огр… ызаюсь, потому что устала. Переволновалась. И вообще-то надеялась, что вы, волки, мясом питаетесь. А не сорняками, которыми ты меня угощать вздумал. На заднем дворе! Как корову какую-то...

- Ешь мясное? – спросил он так, будто вообще ничего из моих слов не слышал.

- Да. А еще овощное, куриное, фруктовое, крупы... Представляешь? – перечислила я, поймав неожиданную волну мягкости в настроении оборотня.

- Подожди, - бросил он, вставая и направляясь к закрытому деревянными ставнями окну.

Но на удивление в открытом состоянии арочный проем оказался встроенным в стену шкафом.

Хотя постойте. Как так-то? Стены ведь выложены не настолько широким камнем, чтобы там шкафчик уместился. С любопытством подошла ближе, чтобы высунувшись в проем, разобраться в этом феномене.

- Через окно не сбежать, - предупредили меня, решив, что я полоумная и могу спрыгнуть на скалы с высоты птичьего полета.

- А может я крылатая рыба? – хмыкнула, скрестив руки на груди.

- Как Тосиника? – выгнул он бровь в кривой насмешке. – Ты не настолько мелкая, Малёк, чтобы во второй ипостаси становиться одной из этих летающих рыб.

- Тут и такое встречается?.. – пробормотала я, вновь выглядывая в окно. – Ах вон оно что! – радостно воскликнула, обнаружив, что в таинственном шкафчике нет никакой магии. – Это тебе для длительного хранения продуктов изготовили? Прикольно!

Снаружи к окну была приделана деревянная коробка. И, видимо, из-за частого морского бриза и низких температур этот самодельный шкаф выполнял роль холодильника.

- Ага, изготовили бы они! – буркнул он, возвращаясь к доставанию еды из холодильника. – Я четыре дня убил на его установку.

- Сам смастерил? – поразилась я, механически начав помогать накрывать на стол.

Вернее, отодвигать пожитки Гиймона, обитающие на столе, на противоположную сторону дощатого плато, чтобы кое-как поместить на краюшек посуду с незамысловатой пищей.

- А у тебя случайно не найдется чего-нибудь, во что бы могла переодеться я? – указала ему на свой бедственный наряд промокшей исполнительницы восточных танцев живота.

- Тебе неприятно в мокром? – в очередной раз удивился Гиймон.

А я почувствовала, что уже доведена до точки невозврата его упрямым желанием видеть во мне амфибию.

- Ты видишь где-то тут чешуйки? – сердито выпятив грудь, очертила я руками свою фигурку.

- Не-е-ет, - медленно сглотнул Гиймон, почему-то выискивая рыбью чешую исключительно в области моего экзотического серебристого бюстгалтера.

- Тогда будь добр одолжи мне одежду, - процедила, наблюдая за его бешено вздымающейся грудной клеткой.

А теперь он почему сердится?..

Хотел, чтобы я перед ним полуголая целыми днями бегала?..

- Сейчас, - невнятно прохрипел оборотень, кинувшись к комоду.

"Псих какой-то", - покачала я головой, любуясь размашистыми движениями, которыми Гиймон, сидя на корточках перед самой нижней полкой, разбрасывал вокруг своё белье.

- Нашел, - победно выдохнул он в какой-то момент и, не оборачиваясь, протянул мне серую тряпку.

- Спасибо, - приняла я предлагаемую оборотнем растянутую стирками рубашку.

Ее единственным плюсом была значительная длина, прикрывающая мне даже коленки, благодаря многовековой изношенности.

- Видимо, новые рубашки слишком хороши для меня?.. - пробубнила себе под нос, возвращаясь к еде.

- Они белые, - прилетело мне в ответ объяснение, лишенное логики.

Придвинула к себе мясной салат с овощами, отказавшись от безнадежной идеи понять двуликого Гиймона. Который сейчас, без сомнения, показывал свое второе Я:

то есть Косноязычного Молчуна.

- А очаг используется только для разогрева помещения? - полюбопытствовала я, указав на подобие камина в дальнем углу. – Еду там разогревать нельзя?

- Это долго, - буркнул жующий оборотень.

- Э-эм... конечно, - согласно кивнула, решив не рисковать.

Еще психанёт и начнет швыряться кастрюльками в поисках подходящей для подогревания пищи! Как только что поступил с одеждой.

К слову, разбросанное белье вервольф потом заботливо подобрал, нежно запихнув всей помятой кучей обратно в выдвижную полку. Последняя ожидаемо не пожелала закрываться, подавившись белым пригорком рубашек. А потому была сурово наказана пинками вплоть до частичного захлопывания.

- А чем ты обычно занимаешься? – спросила, наевшись досыта нормальной, твердой, трудно разжевываемой едой для человеков, а не рыбьих сестер.

Вку-у-снооо. Но надо бы как-нибудь потом объяснить этому пушистику клыкастому, сколько кипятят мясо до полной готовности.

- Мне просто любопытно, как ты проводишь свободное время, - дружелюбно пояснила я свой допросик.

- Свободного - почти не бывает, - буркнул он, не поднимая головы.

- А несвободное на что тратишь? - не желала униматься моя общительность.

Гиймон лишь вскинул на меня недовольный взгляд и, ничего не ответив, опустил его вновь к своему высокобелковому салату.

- Читаешь, гуляешь?.. Ловишь мне подобных? – подсказала я.

- Сирен я сегодня видел впервые, - запил он обычной водой свой простой обед.

- У моря ты был более разговорчивым, - вздохнула, поняв, что поболтать не удастся.

- Сказалось пережитое волнение, - сухо отрапортовали мне. – Под воду меня раньше тоже не утаскивали.

- И ты только сейчас решил обидеться? – фыркнула я. – Знаешь, на меня раньше тоже кандалы не надевали. Но я же с тобой говорю!

- Я тебя об этом не прошу, - встал он из-за стола, даже не подумав прибрать за собой. – Если не будешь доедать, то остатки еды лучше вернуть в морозильный шкаф.

- А где ты моешь посуду? – заозиралась я в поисках раковины.

- Этажом ниже есть несколько уборных. Только тарелки там не оставляй, Мегеры унесут, - предупредил вервольф.

- Ла-а-адно...

"А как мне теперь идти туда одной? Среди ночи. А если мне приспичит нужду справлять?!" - пронеслось в голове хаотичным роем.

Но вслух решилась лишь на главный вопрос:

- А они опасны? - облизнула я пересохшие губы.

- Кто?

- Мегеры.

- Не всегда, - успокоили меня.

- А на этом этаже нет ванной? На случай, если мне будет нужно. Ночью, - пояснила ему как могла.

- Зачем тебе подниматься сюда, если в твоей комнате есть своя, смежная уборная? – решительно не поняли мы друг друга.

- В моей комнате? У меня будет отдельная комната?

У МЕНЯ БУДЕТ СВОЯ КОМНАТА!

А жизнь-то налаживается.

- Ты надеялась, что я сегодня же впущу тебя в свою постель? – хмыкнул он, пренебрежительно закатив глаза. – Я что, по-твоему, совсем безмозглый – лечь с той, что мечтает прикончить меня во сне и смыться в море?

- Продолжишь ухмыляться в том же духе, и вправду захочу прибить, - предупредила его, взявшись за кривую подставку догорающей свечи, чтобы забрать ее с собой вниз.

Оборотень дёрнулся так, словно решил, что я сейчас в него подсвечником металлическим запущу. Не сказать, чтобы мне не хотелось после его самовлюбленных слов, но я же неадекватная Сирена! И поэтому пока дам этому грубияну шанс.

И потом личная комната всё же стоит того!

- Покажешь, где мне спать? – хмуро спросила Гиймона.

- Идем, - пропустил он меня вперед, но отнюдь не из вежливости. Скорее, боялся, что я заеду ему сзади по макушке тяжеленной свечой.

- «Комната» было громко сказано, - скептически рассматривала я любезно предоставленную мне коморку.

- Кровать там, - показал вервольф на односпальную пришелицу из эпохи ренессанса, спрятанную под полог, изъеденный табуном моли.

- Угу, - мрачно кивнула я. – А дверь тут запирается?

Не хотелось бы по ночам принимать в гости вороватых Мегер.

- Конечно, - услышала я за спиной. – Иначе пришлось бы тебя привязать.

- Что? – слишком поздно обернулась я на сказанное, застав лишь характерный щелчок закрывающегося дверного замка.

Этот гад меня запер!