57

Темира осторожно приняла из рук Анриша широкую серебряную монету, оказавшуюся многим тяжелее, чем чудилось на первый взгляд.

- Откуда у тебя это?

Анриш осмотрелся по сторонам, словно в комнате мог кто-то внезапно возникнуть из пустоты и подслушать их. Сейчас же они были одни, Аркела ушла к соседке по срочному делу, и им никто не мешал.

- Нашёл в кострище, после того как.. – Голос его дрогнул при горьком воспоминании, но парень тут же отмахнулся от эмоций. – Наверное, убийца точно так же подложил её Яну, как и Шанне, чтобы лишнего не сболтнул… после смерти…

- Значит теперь у нас есть шанс узнать, кто это! – Воскликнула Темира, сжимая монету в руке. – Только, я не знаю как…

Анриш тяжко вздохнул.

-А сейчас ты ничего не чувствуешь? Как бывало у тебя с Гойдом и Шанной…

Темира покачала головой.

- Ничего…

Вмиг помрачнев, парень понуро опустил голову.

- Прости меня. – Прошептала девушка, чувствуя себя виноватой.

- За что, Темирушка? – И как он, даже в такой скорби, умудрялся быть с ней ласковым и нежным? – Пойду я спать, утро вечера мудренее.

Он протянул ладонь, коснувшись щеки девушки, так нежно, что где-то глубоко внутри приятно заплясали бабочки, касаясь лёгкими крылышками самого сердца.

- Анриш, оставь пока монету у меня… Авось что надумаю…

- На что она мне? Хоть совсем забери…

И поцеловав девушку в лоб, отправился к себе на сеновал.

Уже было совсем темно и тошно было возвращаться в то место, которое они делили на пару с Яном. Нет, дело было не в страхе, мертвецов Анриш не боялся. Но боль от потери была ещё настолько острой, что находится сейчас здесь в одиночестве казалось парню добровольным адом. Хотя деваться было некуда.

Но едва открыв дверь и переступив порог добротного сруба сеновала, Анриш понял, что вовсе он не один. Высокая фигура поднялась ему навстречу, расправляя платье и складывая руки в стеснительном жесте, скорбно опустив голову.

- Сапфира?! – Удивлённо вопросил он подходя ближе к девушке. – Что ты тут делаешь?

Вздох. Всхлип. И вот уже она падает в объятия молодого охотника, шепча громко, надрывно:

- Мне так его не хватает, Анриш! Мне так его не хватает…

***

Они сидели рядом, разговаривая в полголоса о Яне, и Анриш, погружённый в свои переживания, больше молчал, а Сапфира без устали говорила и говорила. Хотя, что она могла знать о своём несчастном возлюбленном? Знакомы-то они были всего ничего… Но Ян перед смертью так просил заботится о ней, словно знал, что его ждёт. И несмотря на личную неприязнь, он сдержит своё слово. Ради Яна, ради его памяти…

Внезапно парень почувствовал, как длинные пальцы коснулись его руки, нежно массируя её, и поначалу не сообразил, что это значит. Но вот Сапфира потеряв всякий стыд и разум, коснулась его лица, пытаясь губами завладеть его ртом, и…

Да что же это такое?!

Анриш вскочил, шарахнувшись от неё, как от беса, но девушка не сдавалась.

- Утешь меня! – Страдальчески воскликнула она, вновь приближаясь. – Ты обещал, обещал Яну! Сам говорил… Ты же знаешь, как я страдаю!

В полутьме Анриш нащупал поленницу дров, и ухватившись за одно, так, на всякий случай, замахнулся…

-  Я не Ян, Сапфира! Я другую люблю! – Предупредительно крикнул он.

- Клянусь, она не узнает!

Эта сумасшедшая жрица надвигалась на него, попутно опуская платье с плеч (накидка из шкур давно валялась где-то на полу), обнажая соблазнительную белую грудь, приоткрыв рот, готовый, по видимому, ко всем видам удовольствий, и сдаваться не собиралась.

Спасение пришло неожиданно, в лице старой Аркелы, что, распахнув дверь, так и застала картину в действии: Анриш с зажатым над головой поленом и полуобнажённая Сапфира, готовая к завершающему прыжку хищницы.

- То-то я чую, тухлым завоняло! – Громко произнесла бабка, глазами пожирая взвизгнувшую от неожиданности жрицу. – Не успела одного схоронить, на второго вешается, стерва! А ну, пошла вон отсюда!

После этих слов, Сапфиру, закрывающую обнажённую грудь руками, как ветром сдуло, и тогда Аркела обратила свой взор на Анриша.

- Пойдём, сынок. – Ласково позвала она, словно ничего и не произошло сверхнеожиданного. – Да положи ты полешку-то, ещё поранишься. Вот, так. Пойдём, негоже тебе тут одному оставаться. Холода начались, околеешь ещё. Да вот такие как эта чумная повадятся, чего хорошего…

До Анриша наконец дошёл смысл её слов.

- Да как же я, в дому-то, с вами… До клятв нельзя, чего люди скажут…

Аркела лишь покачала головой, повздыхав.

- Экай ты неиспорченный, откуда только взялся… Пусть болтают чего хотят, нам то что? Аль желаешь чтобы эта ведьма и к тебе в штаны залезла? С неё станется…

- Не желаю! – Громко возразил Анриш. – Мне только Темира нужна!

- Я знаю. – Загадочно пояснила бабка. – А потому бери вещи, да в дом пошли. Спать пора, ночь уж…

… Когда они вошли в теплую избу, девушка уже спала, сладко посапывая, Анриш аж загляделся. И сразу вспомнил неприятные навязанные ласки Сапфиры, от которых сделалось мерзко на душе. Неужели она и вправду думала, что предаст он свою единственную ради сомнительных удовольствий? Вот уж стерва так стерва.

Расстелив свой скромный скарб на полу, Анриш улегся поудобнее, и ещё долго слушал мерное дыхание Темиры. Аркела погасила свет, и вскоре он заснул, провалившись в глубокий чёрный сон без сновидений. Сейчас это было всё, чего Анриш желал по-настоящему.