37

Анриш и Варнар половину дороги молчали, хотя много о чём хотелось поговорить. Анриш, словно ещё  не веря, посматривал на новоприобретённого брата, и сам себе дивился. Своим мыслям, чувствам своим. Брат ведь, брат. Хотя до того братом он только Яна кликал, да вот… Судьба штука такая. Одного забрала, да другим наградила.

Тот, лишь искоса разок взглянув на младшего, тяжко вздохнул, но заговорил:

- Ну, давай, спрашивай.

Анриш не знал, с чего и начать. Но надо же как-то.

-Ты знал? Что Рами…

- Мой отец? Знал. – Пожал плечами жрец. – Касьян мне сразу всё рассказал, он с детства меня в жрецы готовил, себе на смену. Он меня и обучил всему, и силу научил контролировать. Отца заменил почти что. Мне другое интересно. Тебя-то он не разглядел что ли? Метку твою, божественную, что до поры – до времени силу держит, пока не окрепнешь, в возраст не войдёшь?

Помрачнел Анриш, не укрылось то от Варнара. Но тот ждал ответа.

- Разглядел, будь уверен. И Келберу доложил, что не его я, кровный. За то и изводил он меня всю жизнь. А потом Верховной Матери лунных меня продал, в обмен на Темиру… А Касьян с ними в сговоре был, это я своими глазами видел. Хотели они от нас, видать, силу получить, через право первой ночи. Слыхал о таком?

Варнар лишь поражённо кивнул, и Анриш продолжил.

- Попользоваться хотели, да в утиль… На волосок я был от того, чтобы не сдаться. Околдовала меня Мелисса, магией своей ослепила. Да случай повернулся, избежал я той участи. А Темира?...

И столько боли, столько невыносимого страдания было в его голосе, что Варнару даже стыдно стало. Ведь верил он раньше в байку старейшины, что снасильничал парень свою невесту. А тут вон как…

- Не успел он, хотя пытался. – Выдохнул жрец. – Я когда узнал о том, под дверью Темирушки ночевал, лишь бы не пустить этого хряка в её опочивальню. Я и бежать ей предлагал, да не успели мы. Пораньше бы решиться…

Анриш вдруг остановился, и Варнару тоже пришлось – парня что-то явно зацепило в его словах.

- Бежать, говоришь? И в качестве кого?

Вот она – ревность,  понял, почувствовал, что не всё так просто.

Жрец даже улыбнулся тому, поражаясь, как мысли их схожи. Сам недавно так ревновал.

- Скрывать не буду. – Произнёс он спокойно. – Полюбил я Темиру, а как иначе? Ты же видел её, невинную, кроткую, нежную. И ей о том сказал, и Келберу, и всем. За то меня старейшина и пообещал убить, если проиграю. А я проиграл…

- А она что? – Голос Анриша сделался сухим, напряжённым.

Варнар добродушно хлопнул младшего брата по плечу.

- А она тебя выбрала. Даже мёртвого. Нам же сказали, что казнили тебя…

Охотник медленно выдохнул,  приходя в себя. Не предала, не разлюбила… Теперь только ещё оживить её, любимую…

- А ты, стало быть, не в обиде?

Варнар покачал головой.

- Нет. Так лучше.

Тут уж и Анриш устыдился мыслей своих. Радоваться бы, что хоть кто-то за жизнь Темиры радел в его отсутствие, а он в ревности погряз. Собственник недобитый.

Вот уж до дома добрели, но присесть не успели, как Рами вошёл следом. Величественно переступил порог дома, как, наверное, только боги и умеют. А вот не знать, что природа его божественна, да одеть в обычную для Сынов Солнца одежду – рубаху льняную, доспех кожаный да накидку из шкур, волосы в хвост подобрать, и не отличишь. От простых, от смертных.

Так Анриш про себя рассуждал, пока все трое в гляделки опять играли. Недолго, ведь дело ждало неотложное. Темирушку надо было возвращать, пока не поздно.

- Вот мы и встретились, дети мои. – Грустновато начал Рами.

Жрец тут же насупился, и Анриш уж было испугался, что он сейчас скандалить начнёт – характер,  как он сумел уже понять, у братца дай боже. Келбер, забери Черновей его душу, зубы об такого бы сломал, случись поменяться им местами.

Но Варнар лишь спокойно произнёс.

- Оставь сожаления и разговоры о родстве на потом. Скажи лучше, где Черновея искать. Ты же знаешь?

Рами кивнул.

-Знаю. – Устало выдохнул он. – Оттого и не спешу. Опасен он и хитёр, и просто так помогать не будет.

-Даже дочери своей? – Удивился Анриш. – Да как же так…

Хотя, подумал он, он и сам-то давно об отце узнал? О настоящем, о Рами. Где вот он раньше был? Думал ли о том, что с его детьми? Знал ли о смертельной опасности, что порой угрожала им? И это светлый бог. А что тогда о Черновее говорить…

- Я готов. – Крепко сжал зубы молодой охотник. – Хоть на смерть за Темиру, а пойду.

-Веди, отец. – Устало протянул Варнар. – Заплатим,  какой бы не была цена…