‍​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ​ ​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ‌…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 5

Вокруг и внутри было размаривающе влажно. Воздух затекал в лёгкие густой патокой. Во рту разбухло от жажды. Кости будто расплавились и потеряли угловатую твёрдость.

Медленно просыпаясь, Саша провела горячей рукой по лбу, стирая испарину вместе с налипшими прядями волос. Лениво перевернулась на спину, ощутив под отчего-то голыми ягодицами сухую, тёплую, но, на контрасте с отсыревшей частью под ней, показавшуюся относительно прохладной простыню.

Прищурившись из-за яркого света, проникающего даже через опущенные веки, Саша обнаружила на себе задравшееся до пояса банное полотенце. Прежде чем попытаться одёрнуть его, она бросила быстрый взгляд на дверь и, убедившись, что та плотно закрыта, присела.

«Надеюсь, Андрей не проверял меня и не застал нелепо выставленную напоказ задницу», — подбодрила себя Александра, полностью выпутываясь из перекрученной широким жгутом ткани. Грудь, перетянутая во время сна, свободно задышала будто сама по себе. Шея неприятно вспотела, и Саше срочно захотелось обратно в душ.

Она собрала оба полотенца, подняла сваленную у входа одежду и внимательно осмотрелась. На раме окна, за которым, похоже, стояло позднее утро, если не разгар дня, крепились жалюзи. Одна из торцевых стен представляла собой треугольную конструкцию с чередующимися открытыми и закрытыми полками. Рядом с ними стоял обычный стул. На противоположной стене разместилась торчащая примерно на полметра перпендикулярно ей штанга с десятком тонких деревянных плечиков, небольшой кондиционер и зеркало. В нём отражалась обнажённая девушка с узорно помятой кожей на правой щеке и плече, припухшими глазами и как попало высохшими волосами, больше похожими на разорённое хищниками гнездо.

Саша медленно приблизилась к зеркалу, разглядывая себя, как постороннего человека. Прикоснулась по очереди к набрякшим векам, разочарованно покачала головой и ринулась к рюкзаку. Притормозила возле него на секунду, прошла дальше к стулу и сгрузила на его сидушку стопку вещей, которую в защитном жесте продолжала тесно прижимать к груди. Снова выудила влажное большое полотенце. Морщась, замоталась в него. Подхватила рюкзак и вышла в молчаливый сумрак коридора.

Она просканировала приоткрытую дверь в тёмный санузел, закрытую — в спальню Андрея и, тихонько шагнув к лестнице, вытянула шею, пытаясь определить, что происходит на первом этаже. Едва сделав вывод, что Андрей либо ещё спит, либо вышел во двор, Саша услышала шорохи из соседней комнаты и испуганно метнулась в душевую. Влетела в неё, не заботясь, что может подвернуть не окрепшую ногу. Слишком громко грохнула замком, неловко уронила рюкзак, сдавленно вдохнула, выдохнула и похлопала себя по горящим щекам: «Господи, мало того, что выгляжу как пугало, так ещё и неисправимая идиотка!».

Отрезая себя от внешних звуков и собственных атакующих мыслей, Саша включила на полную мощность кран в раковине, прополоскала рот, не рискнув проглотить необычную на вкус воду, и забралась под освежающий душ. Закончив с мытьём, наскоро вытерла руки и запустила вхолостую фен. Создала гудящий фон, не оставляя себе ни единой возможности уловить, чем буквально за стенкой занимается Андрей. Просушив волосы полотенцем, она принялась расчёсывать их и укладывать, подворачивая кончики с помощью фена.

Взбодрившись и оценив в наполовину запотевшем зеркале разгладившееся лицо, Саша снова обозвала себя глупой курицей. Надела нижнее бельё и новый сарафан сочного подсолнухового цвета на широких лямках и с подолом-солнцем чуть ниже колена. Тщательно подбила немного смявшиеся складки на нём, убрала волосы за уши. Расправила плечи и, не таясь, вышла в коридор. И тут же немного растерялась, очутившись в прежней пустоте, в которую добавилось лишь лёгкое монотонное жужжание.

По босым ногам потянуло приятным сквозняком. Комната Андрея оказалась открыта. Саша осторожно заглянула внутрь. Её встретила заправленная постель — близнец кровати в её спальне, опущенные жалюзи на окне и работающий кондиционер. Немногочисленные вещи были аккуратно сложены на полках. На вешалке висела рубашка, та самая, которую именно Саша настояла купить перед отъездом.

Порядок в спальне у мужчины кольнул чувством стыда за оставленный ею беспорядок у себя. Она отступила назад и вздрогнула от внезапного оглушительного свиста, раздавшегося где-то в недрах дома. Непроизвольно подавшись к лестнице, Саша прижала одну руку к заколотившемуся сердцу, второй взялась за перила и занесла ногу над ступенькой, чтобы начать спускаться.

— Куда?! —прозвучало ей в спину знакомым голосом, но оттого напугало не меньше.

Саша вскрикнула и пошатнулась. Её тут же обхватили мужские руки и, удерживая почти на весу, втащили обратно на устойчивый пол.

— Ты же обещала меня позвать и не пытаться свернуть себе шею, — возмущённо выговаривал Андрей в затылок Саши, вдавливая её лопатки в свои рёбра.

— Откуда ты здесь взялся? — тоненько пропищала Саша, выдавая пережитый страх. — И что там так пронзительно надрывается внизу? — Она повернула голову и натолкнулась на горящий взгляд Андрея.

— Чайник, — кратко ответил он и словно застыл.

— Ты бы меня всё равно не услышал, — начала было Александра, но осеклась, потерявшись во враз оживших ощущениях.

Одна рука Андрея крепко обнимала её за талию, окольцевав через живот. А другая служила филигранно совпадающей по размеру чашей, которую до краёв заполнила левая грудь Саши.

Андрей действительно немного приподнял Сашу. Пальцами ног она касалась его стоп, тоже босых. Стоило ей всего лишь чуть-чуть напрячь подъём и вытянуть носочки, можно было бы встать на его ноги и воспроизвести нежно любимый всеми романтиками медленный танец, когда девушка воистину парит в руках мужчины, безоглядно следуя за заданным им темпом и позволяя ему шагать за них обоих. Лёгкие мужские штаны щекотали её голые пятки и переплетались с подолом сарафана. Ягодицы Саши прилипли к бёдрам Андрея. Не отдавая себе отчёта, она сама успела вцепиться в его предплечье.

Их взгляды перемешивались, не отрываясь, не отвлекаясь и проникая всё глубже и глубже. Линия подбородка Андрея, напряжённые мышцы, даже мочки ушей, как и он весь целиком, вдруг затвердели. Саша прижималась к будто бы неподвижной мраморной статуе с изъянами впадин и выпуклостей живого человеческого тела, которое внезапно окаменело, пока её собственное, наоборот, плавилось и растекалось. Ткань разделяющей их одежды истончалась под натиском миллиардов крошечных импульсов, беспрепятственно проникающих под кожу и гостеприимно приглашающих на освободившееся место несущихся им навстречу двойников.

Время — величина неумолимая, как бы люди ни пытались его притормозить или ускорить. Оно всегда идёт своим чередом. Человеку же под силу проживать его качественно или терять, пропуская сквозь пальцы. Порой не удаётся поспеть за календарём, отрывая месяц за месяцем, перепрыгивая через сезоны и года. Иногда же несколько секунд растягиваются в самые длинные минуты и, разделяясь на милли- и наночастицы, позволяют фотографировать сердцем. Каждое мгновение отпечатывается вспышкой, позволяя быть в нём настолько полно, что можно почувствовать малейший наэлектризованный волосок, россыпь нервных окончаний в самых неожиданных и, казалось бы, неподходящих местах, мурашки, которые своими малюсенькими иголками так невыносимо остро и горячо сшивают воедино двоих. Её и его.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Они оба знали, что испытывают одинаковые ощущения спаянности, притяжения и… правильности их случайного совпадения. И пусть где-то на заднем фоне истерично выкипает чайник, вступает в свои права южный день, просачиваясь даже в самые теневые закутки дома, а они никуда сегодня не пойдут и проведут здесь под крышей ещё несколько общих совместных часов.

Или дней.

Пусть!

Главное, не размыкаться.

И не думать так много…

Только поздно. Мозг догнал тело и устыдился спонтанных реакций.

Под ногами Саши возникли гладкие доски пола. Грудь качнулась, лишившись поддержки Андрея. Хватка его пальцев на талии Александры ослабла, но предплечье Славенского осталось притиснутым к её животу, зафиксированное руками Саши. Она сдавила его ещё сильнее и подалась вперёд, настигая другую ускользающую мужскую ладонь, которая сжалась в кулак настолько резко, как будто опасалась выронить добытое бесценное сокровище. Непостижимым образом они оба видели, как общий на двоих золотистый воздух, густой и мягкий буквально секундой ранее, бледнел, прореживался и распадался туманными клочьями на разрозненные части.

Саша отдёрнула руки, и Андрей тут же освободил её от себя полностью.

— Боже, я как попрошайка, которая отказывается понимать слово «нет». — Она заметалась, опустив глаза, не в состоянии сообразить, как ловчее обойти Андрея. — Осталось ещё предложить тебе плату за поцелуй! — Её лицо запестрело красноватыми пятнами. — Следом двойную за продолжение… и пробить дно. Какой кошмар… — Саша попыталась сбежать в свою комнату и стукнулась локтем об стену.

— Саш, — Андрей бережно взял её за плечи и выровнял, отодвигаясь в сторону.

Она сразу вывернулась из его рук.

— Прости, что вынудила тебя нарушить обещание меня не трогать.

— Саш…

Она вдруг разозлилась и вскинула на Андрея заблестевший взгляд.

— Не притворяйся, что ты не видишь, как трещит лиф моего сарафана и напыжились соски, только бы ты потрогал ещё! — выдала напрямую без обиняков. — Ведь я не прикидываюсь слепой. — Саша выразительно посмотрела на его набухшую ширинку и ринулась к спальне.

Славенский поймал девушку, накрыл её затылок ладонью и притянул к себе. Саша начала яростно сопротивляться, отталкиваясь от его груди. А потом закрыла лицо руками и уткнулась ему в подмышку.

— Уже сутки я веду себя безобразно, — прозвучало задушенно, но вполне разборчиво. — Как псих, помноженный на всю побочку пубертата.

Андрей тихо усмехнулся:

— Если тебя это успокоит, то я недалеко ушёл.

Саша забавно хрюкнула, и они оба рассмеялись.

Воздух вокруг вновь наполнился осязаемыми солнечными лучами.

— Кстати, я не прятался, — сказал Андрей, когда смех наконец растворил остатки напряжённости между ними. — Услышал, что ты принимаешь душ. Твоя комната была открыта, и из неё тянуло невозможной духотой. Я подумал, что ночью ты, скорее всего, не заметила жалюзи и кондиционер. Зашёл, опустил одни и включил другой. Извини, что без спроса.

Саша помотала головой.

— Перестань, не стоит. Спасибо за заботу. Я и правда их не заметила и чуть не сварилась, потому что утром стало нестерпимо жарко.

— Саш, — рука Андрея погладила её волосы и соскользнула на плечо.

Она отняла руки от лица и распрямилась.

— Я не стала бы спускаться на первый этаж, как ты решил. Просто присела бы пониже, чтобы покричать тебе между балясинами.

— Саш…

Александра внезапно широко улыбнулась.

— Я сбилась со счёта, в который раз ты повторяешь «Саш».

Андрей отзеркалил её улыбку.

Саша сняла его руку со своего плеча и указала на лестницу:

— Пойдём заново кипятить чайник.