Глава 11

– Даже так? – удивленно вскинул бровь при моем появлении отец, оценивая мужской наряд. Усмехнулся на мой вызов, скомандовал сопровождающему: – Проверить павильон. Все подозрительное уничтожить.

Вот и посражалась. Меня как котенка…

Книге хана. Хорошо, хоть письма от одноклассниц кровопийца забрал – их было бы трудно объяснить, а деньги я предусмотрительно няне на хранение отнесла.

Следовать правилам – поза гусыни прощай – не имело больше смысла, так что стояла я прямо, величественно задрав подбородок, с максимально невозмутимым лицом, словно у меня за спиной вся королевская рать собралась – поддержать. Если и умирать, то хотя бы сохранив достоинство.

Кроме таинственного друга по переписке, надеяться мне было не на кого. Охрана смотрела на меня, как на предмет, без капли сочувствия. Им приказ хозяина был важнее жизни малолетней дурочки, пусть та и была благородной барышней.

Я насторожено оглядела зал в поисках ритуальных страшилок: кинжала там, которым мне собирались вырезать сердце, зловещих пентаграмм, курильниц с дурманящим дымом. Но комната была все та же: строго-вычурная, с дорогой обстановкой благородного дома. И солнце, пробиваясь сквозь окна, не находило здесь ничего страшного.

Отец о чем-то переговорил с одним из магов и двинулся к дальней части комнаты. Нарисовал знак в воздухе, и стена плавно поехала в сторону, открывая потайной ход со ступенями вниз. Он шагнул туда первым, за ним последовала пара его помощников, а потом и мы с охраной.

То есть убивать меня будут в другом месте. Логично.

Оказалось, что под домом имелся потайной ход, по которому мы шли не меньше часа. И судя закопченному потолку, проходом пользовались регулярно. Потом мы поднимались по выдолбленным в скале ступеням, пока не очутились в открытой с двух сторон пещере.

И вид… Вид был захватывающим.

При других обстоятельствах я бы полюбовалась.

С одной стороны, наша Фухуа раскинулась, как на ладони. Голубая лента реки, арочный мост, коричневые пятна черепичных крыш, величественная круглая крыша храма. Легко опознающиеся – управы и таверны: самые большие в городе.

С другой стороны вставала громадина горы Пяти Ветров, а дальше, на севере, лежала невидимая отсюда столица, в которой мне так и не довелось побывать.

Я поежилась – в пещере гулял пронизывающий ветер.

А еще тут в центре была пентаграмма.

Жирная. Устрашающая.

И клетка, завешенная плотной тканью. Явно магическая – прутья светились белым светом.

При нашем появлении клетка заходила ходуном, защита напряженно замигала, а изнутри донесся скрежет, от которого у меня волосы встали дыбом.

– Тебя почуял, – любезно пояснил отец.

Меня почуял, чтобы жрать? И стало по-настоящему страшно.

В бок клетки с силой ударили, и ткань, не выдержав, свалилась на пол. Я замерла, не в силах отвести взгляд от гибкого тела и массивной, квадратной башки. Чешуя сверкала расплавленным золотом. На голове и вдоль спины плясала грива из огненных языков. Из полумрака двумя желтыми точками светились глаза, и их взгляд был прикован ко мне.

Когти нетерпеливо скребнули по камням, и дракон с силой впечатался в загудевшие от столкновения прутья клетки.

Я вздрогнула, попятилась.

В голове вспыхнул четкий образ: как меня пожирает это золото-огненное чудовище.

– Ну-ну, милый, – успокаивающе проговорил отец, – потерпи, недолго осталось.

Ему или мне?

– Меня будут искать, – предупредила я, отступая еще на шаг. Дракон припал на передние лапы, длинный хвост заметался по камням, взметая вверх фонтаны золотых искр.

Ему явно не терпелось закусить. Мною.

Отец взглянул со злой насмешкой.

– И кто? Твоя драгоценная няня?

– Второй сын министра торговли, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно и твердо. – Я дала согласие на нашу помолвку.

Отец скептически прищурился и вопросительно повернулся к помощнику.

– Чжан Шиуэй был у нас лишь раз. Приходил к вашему брату, – поспешно доложил тот, – барышня с ними ужинала.

– Вот как, – озадаченно протянул отец.

Потер шею. Неодобрительно поджал губы. Кажется, я его неприятно удивила. Он-то считал, что мое воспитание под полным контролем. Верил, что ему известен каждый мой шаг, а тут – такой сюрприз…

– Кажется, ты выросла быстрее, чем я ожидал, – с легкостью признал он свой промах. – Не думал, что ты сможешь завоевать чье-то сердце за один вечер.

Лоб отца прорезала задумчивая морщина.

Честно, я тоже не верила, подозревая жениха в тайных умыслах. Может, ему нужна была поддержка ордена? Но тогда бы он просил разрешение на брак у отца.

Однако черт с ним, с женихом. Надо было раньше на шею кидаться. Побег организовывать. Лучше позор, чем быть сожранной тварью, которая сейчас с настораживающим вниманием следила за каждым моим движением. Прикипела взглядом.

– Не беспокойся, я лично отправлю господину Чжану письмо с искренними соболезнованиями, – заверил меня отец.

– Я… умру? – голос дрогнул.

Я облизнула пересохшие губы. Ноги ослабели. Мысли путались. Я держалась на чистом упрямстве.

Дракон нетерпеливо шлепнул по камням хвостом, предвкушающе прокрутился золотой юлой.

– Если не дашь себя убить – нет, – пожал плечами отец.

Он отошел к постаменту, больше похожему на алтарь и раскрыл какой-то древний фолиант.

– Оставьте нас. Все.

Охрана послушно удалилась. В пещере остались трое. Я, мой отец… и дракон.

Я оценивающе посмотрела на проем, за которым голубым простором разливалось небо. Один хороший забег и…

– Тебе туда рано, – отец поймал мой взгляд. – Да и защита не даст упасть. Даже не пытайся.

Все предусмотрел… Но если рано сейчас, то что потом? Он рассчитывает, что меня сожрут не полностью, и я еще с обрыва прыгну? Или он меня оживит и заставит прыгать?

– Знаешь, что там? – глава ордена вышел из-за каменного постамента и указал на горизонт.

– Шэнду? – предположила я, подходя ближе.

– Священная столица, – скривившись с неприязнью, подтвердил он. Постоял, вглядываясь вдаль, словно мог разглядеть красные стены города и торжественным голосом произнес: – Линь Юэ, тебе выпала великая честь вернуть славу нашему ордену.

И замолчал, давая оценить значимость момента.

На орден мне было плевать. На его славу – тем более. А вот дракон пугал. Его горячий взгляд я кожей ощущала. Такое чувство, что тварь не видела никого больше в пещере, кроме меня.

– До сегодняшнего дня я сомневался в том, что у тебя хватит сил воплотить мой план в действии, но сейчас вижу – ты справишься.

Это его мой мужской наряд убедил или попытка шантажа женихом?

– Ты его боишься, – он махнул в сторону клетки, где приплясывал от нетерпения дракон. – А зря. Он – это ты.

Не поняла. Мы вообще не похожи.

– Я растил его, питая твоей кровью и силой, много лет, – голос отца звучал с нотками гордости.

И я совсем другими глазами посмотрела на дракона. Тот ответил влюбленным взглядом, радостно выбивая искры хвостом. Чисто собачонка, страдающая без ласки хозяина. С огромными такими зубами и когтями.

Так вот куда уходили мои силы… И моя кровь…

– Взять его под контроль будет несложно. Главное, не бойся быть главной.

Он бросил силовой импульс в книгу. Та засияла, разворачивая над собой объемную – с домами – карту города.

Я подошла ближе. Правильные улицы, высокие стены, пруды, изящные пагоды, павильоны. Это было похоже на…

– Шэнду? – выдохнула потрясенно. Не думала, что город такой большой, а дворец – словно город в городе. Пару дней за стенами бродить можно.

– Доберешься за час примерно, – отец кровожадно осматривал карту, словно хотел сожрать город целиком.

– Не трать силы на простолюдинов, пусть их дома и легко горят. В центр не суйся – он защищен, а вот дома прислуги, наложниц и евнухов – отличная добыча. Попугай их там. Не стесняйся.

Он выбирал мне цель, а я думала, как сбежать.

– Под стрелы не суйся, обычные вреда тебе не причинят, а магические наделают дыр в ауре. Не будешь глупить и подставляться – останешься в живых и сможешь вернуться. На Ракушечном архипелаге я подобрал тебе потухший вулкан.

Я прикрыла глаза. Потухший вулкан? Теплое гнездо с подогревом от лавы. Океан. Необитаемый остров в моем распоряжении… Заманчиво. Если бы не одно «но». Я человек и хочу им остаться, а слияние, похоже, обратной силы не имеет. И «принцесса» до конца дней останется чудовищем. Симпатичным таким. Золотым. Горячим.

Боюсь, только народ не оценит моей красоты и с энтузиазмом начнет записываться в драконаборцы. Отец в первых рядах – возвращать славу ордену.

Ирония судьбы – для того, чтоб тебе дали денег на борьбу с волками, нужно самому вырастить волка. Что же… Император вполне может перепугаться, и тогда на орден посыплется дождь из золотых монет.

Вопрос, что сделает отец, если ценой славы будет условие добыть шкуру огненного дракона… Редкой, кстати, твари. Я про встречаемость. Вдобавок, еще и знаменующей серьезные перемены или бедствия. Думается, до вулкана я не доберусь… Печально.

– Я не смогу, – отступила от карты, холодок пополз по спине, – там же люди!

Ну да… Не все смогут выбраться из пожара.

– Эти люди выгнали твою мать, – желчно выговорил отец. Поймал мой удивленный взгляд и подтвердил: – Да-да. Она из Шэнду. Ее зимой с ребенком выгнала семья на мороз за глупый оговор. Поверь, тебе есть кому там отомстить. Так что просто сожги это гнездо с пауками.

Моя мать… Сердце болезненно сжалось. Что ей довелось пережить? Одна, с ребенком на руках. Вдова? Скорее всего. Разводов здесь не существовало.

– Как она умерла? – спросила тихо.

Он ответил не сразу. Долго молчал, смотря вдаль, туда, где за горизонтом скрывался ненавистный ему город. За что он его так? Неужели только за урезание финансирования ордена?

– Ей пришлось тяжело. Она много страдала. Когда я ее нашел, она была ранена. Долго болела. Так и не смогла до конца оправиться.

Я украдкой взглянула на его профиль. Лицо – как высеченное из камня. Ни эмоций, ни сочувствия. Сложно представить, что он мог проявить жалости к больной женщине и ребенку. Подобрал на улице. И дело не в милосердии. Здесь могли поделиться едой, могли приютить на время, но принять в род, дать убежище…

В империи не существовало свободных женщин. Они всегда принадлежали кому-то: роду, семье или мужу. И приняв под кров чужаков, надо было быть готовым скрывать их от родных, властей или платить выкуп. Похоже на рабство, правда? Забавно, но женщина могла быть главой рода, обладать властью, но без семьи теряла свои привилегии. Местные называли это защитой слабых, охраной матерей своих детей.

Исключение – сильные маги. Им позволялось не иметь семьи. Даже поощрялось – меньше привязанностей, проще служить. Все остальные…

За то, что мой отец принял нас, спас, я простила его холодность ко мне. Но за то, что использовал ради мести – простить не смогла.

– Почему ты нас тогда взял? – не удержалась от вопроса.

Он промолчал. Вернулся к фолианту, уткнулся в книгу, будто меня не было рядом.

А мне думалось о расчете.

Что если он смог разглядеть мой дар? Придумал план атаки на столицу? Может, он давно пленил дракона? Еще до моего появления на свет. И все это время искал подходящего носителя для слияния. Потом встретил мою мать… Женился на ней.

За что же он так ненавидит императора?

– Раздевайся, – бросил вместо ответа отец.

Начинается…

Я осталась стоять на месте, понимая, что прямо сейчас моя жизнь заканчивается. Потому как дракона, покусившегося на жизнь императора, не оставят в живых. Меня либо прикончит отец, либо кто-то из желающих выслужиться перед властью.

– Не боишься, что я никуда не полечу? – прищурилась, не решаясь обнажиться.

Отец посмотрел на меня прямо, усмехнулся так, что стало понятно: полечу, как миленькая. Я буду контролировать дракона, он – меня.

– Не разденешься сама, позову охрану помочь, – произнес он скучающим тоном, давая понять, что делает мне огромное одолжение, удалив мужчин.

Охрана, конечно, с радостью «поможет», а я от них разве что водой отбрызгаться смогу… Жалко, что мастер Гу не успел научить меня ничему толковому.

Я медленно расстегивала пуговицы…

– Быстрее, – поторопил отец. Фыркнул насмешливо: – Что я там не видел?!

Я вспыхнула, покраснела. Проглотила просящуюся на язык колкость. Смысл ругаться? Я все равно лягу на эти камни по собственной воле или по чужой.

С видом королевы, идущей на эшафот, разделась и заняла место в центре пентаграммы. Лежать на холодных камнях было неудобно и скоро меня начало трясти. Еще и кисть щекотала кожу, вызывая мурашки. Хотелось одного – чтобы быстрее все закончилось. И дурацкое раскрашивание. И ожидающееся слияние.

Отец не торопился. Нанес узор на мои лоб, руки, ноги, живот. Посыпал кожу каким-то порошком.

Дракон тоже притих, наблюдая.

– Помни, ты главнее, – напомнил он, давая выпить что-то темное и ужасно гадкое на вкус. Сознание помутнело. Мир поплыл. Сквозь шум в ушах я слышала раскатистое рычание, величественный голос отца, читающего заклинание. Камни подо мной потеплели. Кожу начало печь от потоков закручивающейся надо мной силы.

Я закричала – тело пронзили сотни иголок.

Потом боль исчезла и вместо нее пришло тепло. Жар взял в плен, заключив в огненный кокон. В подбородок ткнулось что-то горячее. Я распахнула глаза – и встретилась с золотым взглядом стоящего надо мной дракона.

Усы струились потоками пламени. Чешуя отливала золотом в лучах заката. В округлых глазах я увидела собственное отражение – и в тот же миг оно закрутилось, исчезая в сверкающем омуте. Меня потянуло следом, засасывая в чужую сущность.

Мгновение – и я стою. Устойчиво так. На четырех конечностях. Еще и хвостом опираюсь.

Что?!

Паника ударила по нервам. Я дернулась, сделала неловкий шаг, грохнулась на пол. Поднялась. Резко отряхнулась. На всякий случай нервно зарычала.

И задохнулась от эмоций, не в силах справиться со всем сразу. Огонь внутри ощущался током крови. Мир стал иным. Я чувствовала его потоки – не глазами, будто смотрела на ощупь, проникая взглядом в суть. Солнечные лучи тянулись к камням полосами живой, золотой энергии. Следом небо падало на землю полупрозрачными росчерками силовых линий.

– Лети! – донесся до меня голос, вырывая из завораживающей картины мира.

Слишком громко. Я раздраженно тряхнула головой. Обернулась. Он стоял близко – один точный прыжок. Весь объят тьмой, от которой чесался нос и тянуло чихать. Кто-то внутри меня одобрительно зарычал. Ему тоже хотелось размазать этого человека по полу. Чужая ненависть вспыхнула, обжигая, в груди. Заставила изготовиться к прыжку. Хвост заметался, выбивая искры, в предвкушении драки.

– Лети! – спокойно приказал тот, которого я ненавидела до кончиков усов, и тут шею сдавило, перехватывая дыхание. Боль пронзила голову. Я жалобно заскулила. Затрясла башкой. Передние лапы подогнулись – и я глухо ударилась мордой об камень.

– Лети! – человек терял терпение.

Я обиженно зарычала. Вскочила, потерла лапой ушибленный нос. Подцепила когтем ошейник, пробуя содрать, но меня тут же наказали волной новой боли, заставив, скуля, кататься по камням.

Второй раз поднималась я тяжело. В глазах двоилось, дыхание стало рваным. Я яростно посмотрела на того, кого хотела сожрать и кого сожрать не могла. Не сейчас.

Взмахнула хвостом, обещающе оскалилась на человека – я еще вернусь. И шагнула с обрыва.

Ветер тут же набился в уши, засвистел. Внизу стремительно надвигалось ущелье с острыми, как ножи, скалами и тонкой ленточкой воды. Я задергалась, паникуя – как летать без крыльев?! А камни все ближе…

Кто-то насмешливо фыркнул у меня в голове, беря контроль над телом. Импульс. Дрожь по чешуе. Напряжение мышц. Огонь в крови отозвался гудением. И земля с небом поменялись местами, а мы рванули вверх, сквозь пунктир силовых линий, прямо в оглушительную голубизну неба.

Свобода! Мы оба захлебывались от восторга! Носились огненной молнией между гор. Напугали стадо коз. Попали в облако, заставив его недовольно шипеть от соприкосновения с огненной шкурой.

Потом любовались собой в отражении озера. Но нас неотвратимо тянуло на закат…

Огромный золотой шар висел над горизонтом. Такой близкий, что, казалось, мы вот-вот влетим в него на полной скорости, нырнем в кровавое золото, словно в океан.

Внизу показался город. Земля покрылась черепичными крышами, расчертилась дорогами. Рисовые поля легли ровными квадратами. А впереди по курсу вставали более высокие крыши, взятые в плен широкими стенами. Над ними круглыми плюшками поднимались крыши храмов. Голубыми пятнами мелькали пруды. Извилистой лентой лежала река, опоясанная несколькими мостами. Белой башней – свечой – вздымалась обитель астрологов.

Меня тянуло левее. Туда, где каскадами лежали сады, между которых прятались дворцовые павильоны. К массивным воротам вела гигантская лестница. А дальше, за стенами из красного кирпича, раскинулся другой город, войти куда еще можно было, а вот выйти…

В закатных лучах лежащий подо мной Вечный город казался залитым кровью…

А где-то там, в столичном особняке, жила семья, которая выгнала мою мать. Почему-то я была уверена – она из благородных. Наверное потому, что на портрете, который несколько раз показывал мне отец, изображена была настоящая красавица. Тонкие пальцы явно не знали тяжелого труда. Бледная кожа. Роскошные волосы. Помнится, служанки часто сокрушались над тем, что я совсем не похожа на мать…

Может, и не только мой дар был причиной того, что отец принял чужую женщину в семью? Может, он ее хоть немного любил? Во всяком случае, ее покои до сих пор не заняты, и в них ничего не тронуто. В детстве я любила пробираться туда, ложиться на ее кровать и засыпать. Потом… перестала.

Я зависла над лестницей, с интересом наблюдая за мельтешащими внизу фигурками. Совсем крошечные и бегают быстро.

Зов тянул за стену, отец явно подстраховался, оставив во дворце что-то привлекательное для дракона, но он сам сказал: я сильнее.

Хотя… Быстрее сожгу, быстрее вернусь. Спрячусь в вулкане. Забуду все, как страшный сон. За мать отомщу. Всем – и виновным, и непричастным.

Нет!

Меня передернуло от этой мысли. Я беспокойной юлой метнулась в воздухе. Поймала себя за хвост, прокрутилась нервно, досадуя на собственную нерешительность.

Что делать-то? Жечь или не жечь?

И тут что-то блестящее привлекло мое внимание. Оно неслось прямо на меня – и явно не с добрыми намерениями.

Я метнулась вверх. Проскользнула над спешно тормозящим и разворачивающимся вслед за мной предметом.

Мамочки! Сверкающая сеть выглядела угрожающе крепкой. Так, что стало понятно – стоит ей меня коснуться и вместо золотого дракона будет дракон спеленатый.

Я припустила, усиленно работая хвостом. Внизу замелькали дома, деревья, дороги, горожане с раскрытыми ртами…

Сеть, не отставая, бодро рванула за мной.

Твою же…

Вверх. Потом через петлю вниз. Фигуры высшего пилотажа заставили дракона верещать от восторга, меня – от ужаса, что я не справлюсь и не выйду из штопора. Но мы справились, успешно разминувшись с чье-то крышей.

Быстрый взгляд назад показал, что надрывались мы зря. Сверкающая паутина успешно повторяла все маневры.

Я бессильно зарычала, понимая – не уйдем. Эта тварь, похоже, на меня заколдована. Она как самонаводящаяся ракета: пока не поймает, не успокоится. Но где взять тепловую ловушку, чтобы сбить с цели?

И словно в ответ на мои страдания, три такие взлетели над городом. Я заморгала, вглядываясь. Думала, показалось, нет реально летающие мужики. По мою душу.

А вот не надо было пасть разевать и долго думать. Не сложно было догадаться, что у столь серьезного города и охрана будет соответствующей.

Ладно, с охраной потом разберемся. И мы усиленно заработали хвостом в сторону крайнего мужика.

Тот явно такого маневра не ожидал. Растерялся. Перед носом у меня просвистела стрела. Зараза! Синяя такая… В смысле, синевой объятая. Даже не хочу проверять, что она с моей шкурой сделает.

Я запетляла, не меняя общий курс и проклиная охрану.

Накинулись на бедного маленького дракошку, который вообще ничего плохого не сделал. Не успел!

Перед носом мелькнули расширенные от ужаса глаза, выставленный на меня трясущийся меч – ха, напугали дракона булавкой! Нырок вниз – я гребнем почти его сапог коснулась. Перевернулась – и полетела спиной вперед, любуюсь приятной картиной сверкающего кокона, из которого доносились протестующий вопли. Миг – и кокон рухнул. Надеюсь, его внизу кто-нибудь поймает.

Так увлеклась приятным чувством победа, что проворонила главную опасность. Загривком ощутила присутствие врага. Веретеном перевернулась и резко остановилась, словно мордой в стекло впечатавшись.

Он висел передо мной. Невозмутимо ожидающий. Черный плащ за спиной развивался, струясь, как крылья. Волосы собраны и схвачены серебряной заколкой. Закатный свет смягчил надменные черты, но от позы веяло таким высокомерием – я себя червяком ощутила, которого вот-вот сапогом раздавят.

Князь даже меч заранее вытащить не потрудился. Висел – само небесное величество – сложив руки на груди и глядя со скучающим видом куда-то поверх моей головы. Я точно червяк в его глазах.

Обидно, чес слово. У меня, между прочим, когти, зубы и пламя гневно в животе гудит, рвется на волю.

А сердце заходилось в умилительном восторге. Оно умирало от счастья, видя перед собой темного ангела души моей. Ему было плевать на то, что мы враги сейчас. Что я прилетела сжечь его город. Что он здесь, дабы убивать. Оно, глупое, было готово умереть от его руки, лишь бы на крошечное мгновение коснуться…

Я досадливо мотнула башкой, стряхивая любовный дурман, ибо умирать была не готова. И вообще… Чудовищам принцы не полагаются, разве что на обед.

Дракон согласно ощерился, и мы поприветствовали князя оглушительным рыком. Растопырили когти. Вдохнули поглубже – пламя радостно забурлило в горле.

Сердце попыталось упасть в обморок – оно было категорически против малейшей царапины на его темнейшестве и было послано… в дальнюю часть под хвост. Царапин не будет. Будет прожарка. Легкая. Чтоб испугался. И не стал преследовать, когда я покину город. Мне внезапно расхотелось и жечь, и повиноваться приказам отца. Это не его стрелами дырявят и мечами в морду тыкают.

– Давай, – вдруг улыбнулся князь, и сердце срочно вернулось из-под хвоста, завопив о том, какая у него потрясающая улыбка. И ведь он именно нам улыбается! Прицельно, так сказать.

А еще у него меч потрясающий, – буркнула я. И сейчас он нам прицельно в нем дырок наделает, целясь, между прочим, как раз в сердце.

А где-то там стрелок. Изготовился, небось. Надо срочно уматывать. Одного с хвоста я еще стряхнуть смогу, а вот двое меня в клещи зажмут. Князя точно надо выводить из игры.

Я разорвала зрительный контакт. Лопнуло, протянувшееся между нами напряжение. Оглушительный рык пронесся под небесами. Сверкающей молнией мелькнуло лезвие меча – достал-таки из ножен. Потоком пламени наполнился мой выдох.

И мы понеслись навстречу друг другу.

Огонь обтек фигуру князя, превратив на мгновение в сгусток пламени, но стек вниз – алым золотом дождя, вместе со сброшенным плащом – тот полетел вниз, полыхая.

Я резко извернулась, уходя от метнувшейся ко мне черной тени. Однако князь был быстрее. Блеск металла отразился ужасом в моих глазах. Боль острым жжением воткнулась в плечо. И вопль боли – мой вопль – ударил по ушам.

Я заметалась, понимая, что атака не закончена.

И вдруг мир изменился. Разорвался пополам. Запястье обожгло холодом. А меня резко поволокло назад – словно за веревку потащили.

– Ваше высочество, как вы? – с беспокойством спросил Лун Вэй, убирая лук за спину.

Князь моргнул, выныривая из завораживающего зрелища – растаявшего в воздухе золотого дракона. Последняя искра желтой точкой блеснула на солнце и пропала.

– Нормально, – отмахнулся князь. Раздраженно хлопнул себя по дымящемуся рукаву. Ожогов избежать не удалось, но это ерунда – залечит.

– Откуда он вообще взялся? – раздраженно спросил он у стража, всматриваясь в пустой горизонт. – Еще и сильный такой. Защиту практически пробил. Следующий залп – и от меня бы головешка осталась бы. Да и от твоих стрел он отлично уворачивался. На какое-то мгновение показалось, мы город не отстоим. Сожжет, зараза. Надо бы проверить, что его так привлекло…

– Подозреваете кого? – нахмурился страж.

– Всех, – честно признался князь, – но мы можем хотя бы выяснить, откуда он прилетел. И куда так неожиданно делся…