Глава 20

Глава 20

Когда мы минуем поворот на деревню, в который живет Бессонов, дорога вдруг резко становится качественной. Гладкий ровный асфальт, разметка, ухоженная обочина – мы словно опять в Москве очутились.

Припав к окну, рассматриваю бескрайние поля, усеянные золотистой пшеницей. Они упираются прямо в горизонт, который, кстати говоря, прояснился. Тучи рассеялись, и пасмурная мгла уступила место теплому полуденному солнцу.

Самое подходящее слово для описания окружающей обстановки – простор. Здесь нет высоких многоэтажек, каменными исполинами загораживающих небо. Нет толп озабоченных и хмурых людей, вечно пребывающих в цейтноте. Здесь вообще нет ничего, что мешало бы взгляду плавно скользить по естественной природной глади. Тут спокойно. И, кажется, очень-очень тихо.

– Откроем окно? – смотрю на Тимура, и он коротко кивает.

Высовываю руку навстречу ветру и позволяю ему ласково перебирать мои пальцы. В груди оседает ощущение небывалого умиротворения. Давненько я не была в таком по-хорошему пустом и безлюдном месте. Хочется, чтобы эта полевая дорога тянулась вечно.

Через десять минут мы добираемся до нужной деревни, однако дом Юрия Александровича находится на ее территории лишь условно. После того, как мы минуем массивные кованные ворота, нашем взору открывается вовсе не здание, как я ожидала, а самый настоящий лес.

Мы снова едем по хорошей асфальтированной дороге, которая пролегает через густые заросли берез, тополей и лип. Слегка обалдев, всматриваюсь вдаль, но никаких строений не вижу.

– Эм… Мы точно по адресу приехали? – интересуюсь недоуменно.

– Да, дом будет через пару километров, – спокойно отвечает Алаев.

– Это не просто участок, а целое поместье, – подмечаю я. – Ты когда-нибудь видел нечто подобное?

– У отца есть похожий дом в области. Раньше там жила бабушка. Но после ее смерти мы редко туда наведывались.

Кручу головой по сторонам и внезапно обнаруживаю самое что ни на есть озеро. Не слишком большое, но и не маленькое.

– Вот это да! У Бессонова и личный водоем есть?! – продолжаю удивляться.

– Ага. Наверное, он тут рыбачит.

Тимур, в отличие от меня, относится к окружающим видам с долей привычного безразличия. Ни частный лес, ни озеро его, судя по всему, не впечатляют. Сразу видно, кто из нас рос в роскоши, а кто в двухкомнатной хрущевке с соседями-алкоголиками.

Когда на горизонте появляется высокий каменный особняк, с правой стороны показывается высокий мужчина в серой форме и жестом просит нас притормозить.

Тимур сбрасывает скорость и опускает оконное стекло.

– Добрый день! – здоровается мужчина. На его куртке я замечаю логотип частного охранного предприятия. – Можно ваш паспорт, пожалуйста?

Алаев протягивает ему документ в обложке, и тот со скрупулезным вниманием его изучает.

– Спасибо, – возвращает паспорт. – Позвольте осмотреть ваш автомобиль.

– А без этого никак? – Тимур почесывает лоб. – Мы спешим.

– Извините, никак. У нас есть четкая инструкция для пропуска приезжающих.

Вот это да! А Бессонов нехило так заморочился…

Вздохнув, Тимур отстегивает ремень и выходит из машины. Охранник проверяет багажник, салон и даже мою дамскую сумочку. Интересно, что он ищет? Бомбу? Оружие? Яд?

– Проезжайте, Тимур Анварович, – вежливо говорит он, закончив осмотр. – Приятного вам дня.

Алаев вновь садится за руль и дает по газам. Теперь я наконец могу рассмотреть дом Юрия Александровича во всем его пышном великолепии. Если честно, он навевает воспоминания о Великобритании времен первой мировой войны. Вся эта английская готика, остроконечные пики, орнамент в стиле «собачий зуб»… Даже не верится, что мы сейчас в России!

Тимур паркует автомобиль на подъездной площадке, и мы вылезаем наружу. Как только моя нога касается сочной зеленой лужайки, слух прорезает резкий звук, явственно напоминающий выстрел.

Взвизгнув, обхватываю голову руками и инстинктивно пригибаюсь. Адреналин ударной дозой вбрасывается в кровь.

Господи! Что же за день сегодня такой?!

Боязливо припав к машине, кошусь на Тимура. Его голова задрана к небу, а руки уперты в бока. Он, как всегда, абсолютно невозмутим. Знай себе стоит и что-то там рассматривает в облаках.

– Что это было? – шиплю я, перебежками приближаясь к нему.

– Кажется, сегодня на ужин у нас будет утка, – задумчиво изрекает он.

– Какая еще утка? – ничего не понимая, тоже пытаюсь смотреть наверх, но из-за слепящих солнечных лучей толком ничего не вижу.

Удовлетворить мое любопытство Алаев не успевает. Потому что в эту самую секунду воздух сотрясет густой мужской бас:

– Тимур! Мальчик мой!

Перевожу взгляд к источнику звука и уже который раз за день теряю дар речи.

Раскинув по сторонам руки, к нам навстречу спешит Юрий Александрович Бессонов. Я никогда прежде его не видела, но почему-то сразу понимаю, что это он. В одной ладони мужчина сжимает охотничье ружье, другой – манит к себе Тимура.

На вид Бессонову лет шестьдесят, но выглядит он… Как бы лучше выразиться? Крайне экстравагантно. Треть его лица скрывает густая борода, часть которой заплетена в маленькие косички с бусинами на концах. А вот на голове волос у него немного, и у меня тут же возникает ассоциация с Толстым. Тем, который Лев Николаевич. Ну просто потому, что других настолько бородатых мужчин я не припомню.

Хотя на этом сходство с великим писателем у Бессонова заканчивается. Он одет в ярко-красный кафтан и черные штаны, которые заправлены в голенища высоких кожаных сапог. На груди у него красуются многочисленные цепочки и медальоны, а пальцы рук окольцованы внушительными по размеру перстнями.

Алаев тоже шагает к Юрию Александровичу, и мужчины крепко обнимаются.

– Вот это ты вымахал! – Бессонов хлопает Тимур по плечу. – Два метра, не иначе!

– Ну, около того, – Алаев смущенно трет щеку. – А вот вы совсем не изменились.

– Это потому, что я на свежем воздухе живу и натуральными продуктами питаюсь, – поучительно изрекает Юрий Александрович, а затем переводит взгляд на меня. – А это, надо полагать, Лерочка?

Он приближается, а я отчего-то робею. У этого человека сильная энергетика. Примерно такая же, какая была у Алаева старшего. Только Анвара Эльдаровича я хорошо знала и более-менее понимала, а этот Бессонов для меня черный ящик.

– Здравствуйте, Юрий Александрович. Да, это я.

Совершенно не таясь, он проходится по мне внимательным взглядом. Оценивает. А затем добродушно улыбается и легонько сжимает мою ладонь.

– Чудо, какая красивая девочка! – произносит с искренним восхищением. – Тимур, сейчас в Москве все такие? – оглядывается на Алаева.

– Нет, – тот отвечает довольно серьезно. – Единицы.

Щеки снова рдеют. Мало того, что Бессонов настроен крайне дружелюбно, так еще и Тимур открыто признал, что я красивая. Я, конечно, это и раньше знала, но все равно чертовски приятно.

– Ну что ж, пойдемте в дом, – Юрий Александрович жестом приглашает нас к крыльцу. – Вы, наверное, жутко проголодались. Сейчас скажу Аннушке, чтобы накрыла на стол.

Тимур первый двигается с места, а я осторожно семеню следом. Поравнявшись с Бессоновым, он заводит разговор об охоте, в который мужчина с энтузиазмом включается. Мне в их беседу вставить абсолютно нечего, поэтому я просто молча озираюсь по сторонам и слушаю.

Уверена, чуть позже мне дадут слово. А пока надо определиться, какую тактику ведения переговоров лучше избрать. На первый взгляд, Бессонов – простой душевный мужик, но я уверена, что на деле это не совсем так.

Тот, кто ворочает большими деньгами, по определению не может простым. А внешность, как известно, довольно обманчива.