Глава 21

Глава 21

Обед в доме Бессонова превышает все мои ожидания. Стол ломится от обилия самых изысканных блюд. Тут и баранина, и конина, и стерлядь. В красивых хрустальных вазочках сияет прозрачный мед, а на блюдцах разложены всевозможные виды орехов.

Убранство столовой красноречиво говорит о том, что хозяин дома – охотник.

Вдоль стены вместо ковра натянута бурая медвежья шкура, а над входом висит здоровенная голова кабана. Как по мне, выглядит это жутковато, но я, естественно, оставляю свое мнение при себе.

Поначалу разговор идет исключительно на отвлеченные темы: погода, политика, спорт. Затем Бессонов начинает вспоминать Анвара Эльдаровича, с которым, оказывается, виделся незадолго до его смерти. К моему изумлению, в речах Юрия Александровича нет ни тени печали, ни капли скорби. Он говорит о покойном друге так, будто тот еще жив – с воодушевлением и юмором.

– И Анвар мне заявляет: «Если кооператив не организуешь ты, это сделаю я!» Я тогда почесал репу и думаю, ну нет, нельзя позволять этому ушлому татарчонку разбогатеть вперед меня, – смеется Бессонов. – Короче, прикинул, посчитал и дал делу ход. С тех пор ни разу не пожалел, что его послушал.

– Ну а сейчас вы все еще при делах? – как бы между прочим роняет Тимур.

– Куда мне, сынок? – отмахивается он. – Я давно на пенсии. Птичек стреляю, по грибы хожу. Пару раз в год к морю выбираюсь.

Бессонов старательно представляет себя этаким скромным пенсионером, но мне хоть убей не верится в этот образ. Ну не вяжется его эпатаж и исключительность с чем-то обыденным.

– И даже котировки индексов не посматриваете? – Алаев недоверчиво изгибает бровь.

– Нет, ну это святое, – Юрий Александрович покручивает одну из косичек на бороде. – Посматриваю, поигрываю время от времени. Но это так, больше от скуки.

– Значит, все же от мира бизнеса окончательно не отошли? – Тимур продолжает гнуть свою линию.

– А как от него отойдешь? Ты только шаг назад – а он тебя обратно в свои сети засасывает, – усмехается. – Но, знаешь, лет десять назад я одну очень важную вещь понял. С тех пор приоритеты у меня иные.

– И какую же?

– На кой черт эти бабки, если жизнь мимо проходит? – Бессонов заговорщически нам подмигивает. – В общем, нанял я себя грамотного управляющего. Делегировал все, что мог. Теперь живу и наслаждаюсь. Никаких тебе бумаг, компьютеров и прочей нервотрепки. Только спокойствие, чистый воздух и йога по утрам.

– Вы и йогой занимаетесь? – подаю голос я.

– А как же, милая? Без йоги никуда. Плюс дыхательные практики. Плюс цигун.

Продвинутости Бессонова можно только позавидовать. У этого человека поистине удивительная жизнь.

– А с инвестициями как? Тоже делегировали? – Алаев упорно придерживается избранного курса.

– Ну тут знаешь, как, – Юрий Александрович отодвигает от себя пустую тарелку, которую тут же забирает заботливая домработница, и опирается локтями на стол, – основную часть, конечно, делегировал. Благо, есть у меня знающие человечки в окружении. Но порой нет-нет да увлекусь каким-нибудь проектом. Вот, например, из недавнего: отдыхал я на Фиджи и познакомился с компанией молодых ребят. Чуть старше вас, наверное. Ну, значит, слово за слово, и тут выясняется, что у них в разработке обалденный стартап. Они помогают автопаркам переходить на электромобили. Там целый комплекс услуг – от финансирования покупки новых транспортных средств до поставки зарядных станций. Представляете, как здорово? – глаза мужчины горят воодушевлением.

– Действительно, – соглашается Алаев. – За электрокарами будущее.

– Вот именно! Я уже давно на Теслу пересел. А ты, Тимур?

– Я пока не решаюсь.

– А вот и зря! У зеленых все больше и больше власти. Попомни мои слова, сейчас будет много инноваций в сфере экологии.

– Не сомневаюсь.

– Так вот, эти ребята меня не на шутку заинтересовали, и я проспонсировал их проект. Ну а что? Хорошее же дело. Важное.

– Это случайно не американская компания «Global Insp»? – дождавшись логической паузы, я вмешиваюсь в их беседу.

– Они и есть! – ухмыляется Бессонов, глянув на меня как-то по-новому. – А ты откуда знаешь?

– Когда училась в университете, читала доклад об их деятельности. И еще смотрела интервью с основателем, Дэвидом Бейли. Очень увлеченный человек. Даже через экран видно, как он горит своим делом.

– Вот как раз таки Дэвид и заразил меня своей идеей, – огорошивает Юрий Александрович. – Повезло, что мы с ним в одно время на Фиджи оказались.

– Он потрясающий, – с долей благоговейного трепета говорю я. – У него ведь много других проектов в сфере зеленой энергетики. На основании одного из них я даже диссертацию писала.

– Да, Бейли – человек, который творит прогресс, – поддерживает Бессонов. – А ты, Лера, я смотрю, не только красива, но еще и неглупа? – он щурится, будто сканируя меня. – Чем занимаешься по жизни?

– В данный момент пытаюсь не запороть дело Анвара Эльдаровича, – набрав в легкие побольше воздуха, выпаливаю я.

Повисает недолгая тишина. Бессонов задумчиво теребит бороду, а Тимур смотрит на меня с едва различимым одобрением.

– И как успехи? – помолчав, интересуется мужчина.

Снова бросаю взгляд на Алаева и с его безмолвного позволения признаюсь:

– Если честно, пока не очень. Меня там никто не воспринимает всерьез.

Бессонов медленно кивает, как бы обмозговывая мои слова.

– Это неудивительно. Молодых хорошеньких женщин в принципе никто не воспринимает всерьез. Такова правда жизни.

– Правда, но не истина, верно? – пытаюсь пошутить.

– Верно, – серьезно отзывается он. – Лера, скажи, а как у тебя с историей?

Его вопрос настолько неожиданный, что я слегка теряюсь.

– Эм… Нормально вроде.

– Тогда назови один из наиболее эффективных исторических методов подчинения воли масс, – мужчина сцепляет руки в замок и кладет на них подбородок.

Крепко задумываюсь. Мысль крутится на языке, но никак не формируется до конца. Метод подчинения воли масс? Да их в истории сотни, если не тысячи…

– Публичные казни, – отвечает за меня Тимур.

– Вот именно! – Бессонов посылает ему многозначительный взгляд и снова фокусируется на мне. – Показательные публичные казни. Зрелищные и беспощадные. Они подстегивают страх, а страх – это базовое чувство, активирующее инстинкт самосохранения. Понимаешь, к чему я веду?

– Не совсем…

– У тебя есть власть над этими людьми, и надо перестать бояться ее использовать. Сказали слово поперек? Лишила премии. Проявили неуважение? Уволила. Одного, второго, третьего. Поверь, после того, как несколько недовольных потеряют свои рабочие места, возмущения в их рядах заметно поубавится.

– Но разве так можно? – удивленно расширяю глаза. – Они же все работают давно. И наверняка заслуженно занимают свои места…

– Тебя это не должно заботить, – отсекает Юрий Александрович. – Твоя задача – показать, кто тут хозяин. Прискорбно, но в большинстве своем люди понимают только язык силы.

– Это очень агрессивный подход…

– А как иначе, милая? Ты обязана вынудить их с тобой считаться. Я, конечно, понимаю, что сейчас в моде так называемые бирюзовые компании*, но подобный тип функционирования подходит не всем и внедряется далеко не сразу. Когда структуру потряхивает, ей нужна сильная рука. Так что тут либо ты, либо тебя.

– Вы думаете, что, напугав людей, я смогу заслужить их уважение? – помолчав, подытоживаю я.

– Нет, уважение ты сможешь заслужить профессиональными успехами. А публичные порки просто дадут понять, что с тобой шутки плохи. Согласись, никто не захочет дразнить зверя, который в любой момент может цапнуть.

С одной стороны, теория Бессонова чересчур авторитарна и противоречит принципам, в соответствии с которыми, как мне кажется, должен действовать грамотный руководитель. Но с другой – я не могу не признать, что в его словах есть толика здравого смысла.

Если провести параллель с животным миром, то в бизнесе, как и в дикой природе, побеждает сильнейший. Тот, кто оказался хитрее, быстрее, проворнее и… безжалостнее. Если я дам слабину, меня заклюют. Если проявлю грубую силу, станут бояться. Признаться честно, я не хочу ни того, ни другого. Но если все же придется выбирать, то лучше, пожалуй, второй вариант.

– Спасибо за совет, Юрий Александрович, – поразмыслив, отвечаю я. – Мне и в голову не приходило посмотреть на ситуацию под таким углом, но я обязательно подумаю над вашими словами.

– Поначалу мы все травоядные, – усмехается он, отправляя в рот кусок вяленого мяса. – А потом волей-неволей приходится отращивать клыки.

* Бирюзовые компании - организации, которые характеризуются отсутствием иерархической структуры, максимальной прозрачностью и большой свободой сотрудников в самовыражении и принятии решений.