Глава 31
Глава 31
– Ты договорился насчет аренды помещения? – спрашиваю я, плечом прижимая телефон к уху.
Руки заняты: торопливо перебирают бумаги, которые кипами лежат у меня на столе. Рабочее совещание уже через полчаса, а нужный отчет все никак не находится.
– Да, договорился, – Тимур, судя по слегка запыхавшемся голосу, тоже куда-то спешит. – Моя помощница скинула технические характеристики здания тебе на почту.
– Спасибо, сегодня же перешлю все организаторам.
– Кстати, им удалось найти подходящих артистов?
– Они в процессе. Многие исполнители из утвержденного списка на эти даты уже заняты, – вздыхаю.
– Надо предложить им больше денег. Обычно это срабатывает.
– А как же бюджет? – посмеиваюсь. – Он у нас не резиновый…
– Плевать. Не хочу вбухать кучу бабок и в итоге слушать какое-то дерьмо.
Улыбаюсь я, представляя, с каким надменным видом Алаев это произносит. Все-таки он тот еще привереда.
– Да уж, тебе нелегко угодить.
– Неправда. Просто нужно придерживаться первоначального списка.
– Хорошо. Именно так я и сказала организаторам.
В ворохе бумаг наконец обнаруживается папка, которую я искала. Выдернув ее из общей стопки, я наконец беру мобильник в ладонь и откидываюсь на спинку кресла.
– Когда у тебя встреча по поводу музыки? – спрашивает Тимур.
– С Соколовым? Сегодня.
– В котором часу?
– В четыре.
– Сколько это займет времени? – осведомляется по-деловому.
– Эм… Не знаю… Может, быть час, – пытаюсь предположить. – А что?
– Скинь адрес. Я тебя заберу.
Вот так просто и безапелляционно. Заберу – и точка. Алаев в своем репертуаре.
– Зачем? – на губах проступает улыбка предвкушения.
– Затем, что хочу.
– Хочешь чего? Познакомиться с моим другом детства? – включаю дурочку. – Он и впрямь славный парень…
– Кончай морочить мне мозги, – обрывает с усмешкой. – Я хочу тебя, Лер. И ты это прекрасно знаешь.
С тех пор, как Алаев заявил, что у нас с ним любовь (без всяких там «типа»), наши отношения перешли на новый уровень. В них что-то изменилось. Я все еще не воспринимаю нас как полноценную пару, но определенные подвижки все же есть.
Например, позапрошлую ночь я провела в его квартире. Мы встретились после работы, поужинали, а затем поехали к нему, чтобы посмотреть кино. Да-да, именно под этим нелепым предлогом я отказалась от такси и вновь села к нему в машину.
Разумеется, до телевизора дело так и не дошло. Мы его даже не включили. Да что уж там… Мы даже до зала не дошли. Набросились друг на друга, едва перешагнув порог квартиры, и слились воедино прямо на банкетке в прихожей. Как животные, ей-богу…
Вспоминаю – и до сих пор немного стыдно.
Но в то же время безумно хорошо. Даже фантомная дрожь удовольствия по телу пробегается.
– Ладно, – хихикаю я. – Забирай меня в пять, но не раньше. Все-таки мы с Тёмой сто лет не виделись.
Артём Соколов – парень из моего родного города, который, переехав в столицу, стал большой звездой отечественного шоу-бизнеса. Он с детства увлекался музыкой, но, если честно, мало кто верил, что он действительно добьется успеха. Все-таки в провинции как-то не принято иметь настолько смелые мечты.
Однако прошло пять лет – и вот Соколов уже входит в число самых востребованных диджеев России. Он знаменит, популярен и совсем скоро выступит на роскошном мероприятии, которое мы с Тимуром организуем.
Изначально идея шумного празднования тридцатилетия холдинга принадлежала Бессонову. Он утверждал, что нам нужно громко заявить о себе. Ознаменовать, так сказать, новую веху развития бизнеса.
Эта мысль показалась нам стоящей, и мы решили рискнуть. Но на деле выяснилось, что забабахать вечеринку на несколько сотен гостей не многим проще, чем написать годный бизнес-план. Короче говоря, уже который по счету день мы с Алаевым занимаемся организационными вопросами. И это при том, что нас работает крупнейшее event-агентство в Москве.
– Тогда до встречи, – бросает Тимур. – И адрес не забудь скинуть.
А затем, как обычно, первый сбрасывает вызов. Последнее слово всегда должно быть за ним.
***
Совещание проходит нормально, без эксцессов. Как показало время, увольнение Савченкова принесло свои плоды: меня действительно стали меньше третировать. Хотя, думаю, на этом моя холодная война с топ-менеджерами не закончится. Москва не сразу строилась, поэтому прежде, чем мне удастся завоевать полное доверие коллектива, наверняка пройдет немало времени.
Теперь я это хорошо осознаю. И больше не строю иллюзий.
Встреча с Соколовым становится поистине достойным завершением тяжелого трудового дня. Увидев кучерявого парня из прошлого, я как-то сразу забываю все свои рабочие неурядицы и полностью растворяюсь в общении с привкусом детства.
Тёмка все такой же обаятельный, веселый, слегка нарциссичный. Он по-прежнему носит яркую одежду и шокирует общественность обилием татуировок. Однако кое-что в нем изменилось: в голубых глазах больше нет юношеской беззаботности, которая обычно ощутимо срезает возраст. Его взгляд стал другим: более осмысленным, но в то же время более холодным и мрачным.
Соколов уже не шестнадцатилетний пацан, чьи озорные выходки сводят с ума взрослых. Он – молодой мужчина, который успел вкусить и радость побед, и горечь поражений, и даже терпкую печаль несбывшейся любви.
Так сложилось, что двое моих близких друзей – Василиса и Тёма – с детства питают чувства друг другу. Чувства сильные, глубокие и очень болезненные для обоих. Их любовная эпопея тянется уже почти двадцать лет, и они до сих пор никак не могут объясниться друг с другом.
Мне, как их общей подруге, очевидно, что драма высосана из пальца. Что они обязаны быть вместе, несмотря ни на что. О чем я, собственно, и говорю Тёме. Но одно дело – наблюдать за отношениями со стороны, и совсем другое – быть непосредственным участником процесса.
Чужую беду руками разведу, а к своей ума не приложу.
Это прям про меня. Для других людей я прекрасный советчик. Жаль только, что со своей жизнью так же лихо разобраться не могу.
Какое-то время мы с Соколовым обсуждаем личные темы, а затем плавно переходим к рабочим. Я детально излагаю свои планы на грядущий праздник, а затем выслушиваю Тёмкины предложения. Друг – истинный профессионал своего дела. У него все четко, конкретно и по делу. Думаю, мы отлично сработаемся.
Увлекшись разговором, кидаю случайный взгляд в окно и вдруг замечаю, что к главному входу ресторана приближается статная фигура Алаева. Он выделяется из толпы благодаря высокому росту и безупречному стилю.
Скашиваю глаза на наручные часы и прикусываю нижнюю губу. Время: двадцать минут шестого. Я заставила Тимура ждать.
– Ну ладно, Тём, рада была тебя видеть, – выдаю несколько суетливо. – Мне пора…
– Привет, – Алаев вырастает за спиной Соколова и вонзается в меня пристальным немигающим взглядом.
Слегка теряюсь. Во-первых, я не поведала Артёму о своих романтических отношениях с Тимуром. Во-вторых, не успела морально подготовиться к этой встрече.
– Привет, – лепечу я, поднимаясь на ноги. – Познакомься, это мой друг, Артём Соколов, – перевожу взор на давнего приятеля. – Тём, а это Тимур Алаев. Мой… Эм… – запинаюсь не в силах подобрать правильное определение. – Сводный брат.
Наверное, я должна была представить его как-то иначе… Ведь теперь мы гораздо больше, чем просто сводные. Но в экстренной ситуации моя мысль пошла по давно протоптанной дорожке.
Мы шесть лет носили статут сводных брата и сестры. И привыкнуть к тому, что отныне все по-другому, не так-то просто.
– Приятно, – улыбнувшись, Соколов протягивает Алаеву ладонь.
– И мне, – тот жмет ему руку.
Но на ответную улыбку не расщедривается.
– Тёма будет играть у нас на вечеринке, – тараторю я, тщетно пытаясь сгладить сгущающуюся неловкость момента. – Я обо всем договорилась.
– Так ты диджей? – Тимур окатывает Соколова таким взглядом, будто сильно сомневается в правдивости моих слов.
– Да, а ты? – друг тем не менее сохраняет доброжелательность.
– А я тот, кто тебе платит, – дерзко припечатывает Алаев.
– Надеюсь, из своего кармана? – Артём насмешливо щурится, на этот раз решив не спускать выпад Тимура на тормозах.
По непонятным причинам ситуация накаляется. И мне это чертовски не нравится.
– Мальчики, не ссорьтесь! – вклиниваюсь между парнями, прерывая их зрительный контакт. – Все, Тимур, пошли. Я готова.
– Пока, Лерон, – Соколов как ни в чем не бывало обнажает белые ровные зубы в улыбке.
Хорошо, что характер у него легкий. Он не их тех, кто загоняется по пустякам.
– Пока, Тём. Будем на связи.
Клюнув друга в щеку, подхватываю Алаева под руку и увлекаю за собой по направлению к выходу. Он не произносит ни слова, но исходящая от него энергия красноречиво сигнализирует о том, что парень чем-то недоволен.
Вот только чем? Ему Соколов не понравился? Или дело все же во мне? ___ Историю любви Василисы и Артема можно прочитать в книге "Слабо не влюбиться?". Вот ссылка: https:// /ru/book/slabo-ne-vlyubitsya-b406871