Глава 7
Валерий
Традиционный ужин в семейном кругу проходит очень оживлённо. Полина рассказывает о сценарии выпускного вечера, который они обсуждали с режиссёром, нанятым для постановки праздника. Этот год для большинства её одноклассников не будет по-настоящему выпускным, ведь они после девятого класса продолжат обучение в школе. Но наверняка какая-то часть уйдёт поступать в колледжи и училища, а кто-то перейдёт в другую специализированную школу, чтобы целенаправленно готовиться к поступлению в университет.
Но детям только дай повод лишний раз потусить и покрасоваться друг перед другом… Подозреваю, что наряды пятнадцатилетних выпускниц будут шикарнее тех, что надевают их родители на важные приёмы.
Не пытаюсь вникать во всю эту лабуду, но краем уха слышал, что Полине шьют два платья: длинное вечернее – для торжественной части и короткое – для танцев и других развлечений в ресторане, который давно забронирован за баснословные деньги.
- Мама, ты не понимаешь! То, что он нам предлагает, – это детский сад какой-то! Полный отстой! Каменный век! – эмоционально комментирует сестра предложенные сценарии. – Тебе самой не смешно? Послушай, ну какая гостья из будущего? “Алиса, миелофон!” – кривляется, повторяя интонации героев известного старого детского фильма [1].
- Алиса – это такая девочка с большими серыми глазами? – неожиданно подаёт голос папа, который до того со снисходительной улыбкой молча наблюдал за горячей дискуссией.
- Ага. И причёской “прощай, молодость”! – эмоционально реагирует Полина.
- Тогда мода такая была, у меня тоже была похожая стрижка, – вступается мама за героиню популярного фильма своей молодости.
- Ну, мама, это же прошлый век! Может, тогда все эти прибамбасы из будущего и выглядели органично, но теперь они вызывают только смех!
- Почему же смех? Я бы от такого миелофона не отказалась, – мечтательно говорит мама. – Очень полезным был бы в работе с пациентами.
- А ещё кефир там носят в сетке-авоське в стеклянных бутылках с имитацией крышечек из фольги! – снова вклинивается отец. – Эти цветные кругляшки у меня частенько отскакивали, пока я нёс бутылки из магазина. Часть молока или кефира вытекала, и я получал нагоняй от папы.
Ужин плавно превращается в вечер воспоминаний о юности родителей. Полина начинает зевать. В её голове не укладывается, как можно жить без компьютеров, планшетов, смартфонов и интернета. А я думаю о том, какой рывок в техническом развитии совершило человечество с тех пор.
И дело не только в упаковке продуктов и технологии их производства, хранения и транспортировки, которые напрямую касаются нашей компании, поскольку папа как раз собирается прикупить молокозавод и мой отдел в последние недели занимался анализом рынка и расчётами перспективности этого вложения. Дело в комфорте граждан, удобстве доставки продуктов в отдалённые местности, значительном расширении ассортимента товаров, экономическом росте предприятий-производителей и многом другом. Да и пафосный тезис о борьбе с голодом в развивающихся странах – тоже немаловажный аргумент.
- Ой, я ж совсем забыла! – спохватывается мама. – Нас Болтянские на свадьбу пригласили. Генка наконец-то женится! Галя всё-таки дождалась.
- Неужто решил повзрослеть раньше, чем пенсионный возраст наступит? – скептически реагирует папа. Он не любит соседского сына за склонность к тунеядству.
Раньше мне было на него плевать, а с некоторых пор я полностью разделяю папино мнение и терпеть не могу эту особь мужского пола.
- Ой, ну ты, как всегда, Коля. Нельзя стричь всех под одну гребёнку, – одёргивает его мама, у неё патологическая склонность к миротворчеству и стремление непременно всех оправдать. – Галя, кстати, сказала, что невеста у него очень хорошая, они с мужем в восторге.
- Неужели это не одна из девок, которых он вечно без разбору в барах снимает и таскает домой? Где же он мог с “хорошей” познакомиться? – становлюсь на сторону отца и подливаю яда.
Так вот, что Оля делает в их доме. Их отношения с Генкой, оказывается, серьёзнее, чем я предполагал… Трудно понять, что у них общего. Разве что Марк прав, и всё из-за денег.
- Так, всё, это не наше дело, – командным голосом отрезает мама, прекращая дискуссию. – Не судите и не судимы будете.
- А я успею платье сшить? – включается Полина. – Мне совершенно нечего надеть!
- Пойдём с тобой на выходных по магазинам, – меняя тон на миролюбивый, отвечает мама. – Коля, а ты наденешь костюм, купленный для приёма у китайцев? Или посмотришь себе что-то посвежее?
- Как скажешь, – отдаёт папа инициативу жене. – Купи себе платье, а там посмотрим, пойдёт ли оно к чему-то в моём гардеробе.
- А можно мне не идти туда? – вырывается у меня.
Не готов я смотреть на Олю в свадебном платье рядом с мерзким боровом… А вдруг я не сдержусь и украду её? Я же псих… Хотя нет, после Генки мне, скорее всего, будет противно к ней прикасаться.
- Ну как же? – растерянно тянет мама.
- Не морочь голову, Валерий. Сказано: пригласили всю нашу семью, значит, семьёй и пойдём. Тебе полезно бывать на таких мероприятиях. Нужные знакомства в нашем бизнесе – как воздух.
С отцом спорить – себе дороже… Придётся тащиться. Может, это и к лучшему. Взгляну наконец в глаза беглянке и получу ответ на вопрос, который не даёт мне покоя уже много времени…
* * *
Перед свадьбой у соседей в особняке начинается оживление. Появляются новые лица – видимо, родственники заранее съезжаются на торжество. Во дворе шумят дети. Трое мальчишек – бойкие, белобрысые, чем-то похожие на Генку. Вероятно, это его племянники, я их уже видел прошлой зимой. А четвёртая – тихая девочка с тёмными кудрями. Она не принимает участие в играх, а стоит поодаль и наблюдает со стороны.
В ресторан мы едем всей семьёй. При полном параде, как и положено на такие мероприятия. Понты идут впереди нас, но мне сегодня это нравится. Я даже безропотно согласился купить новый костюм и нацепил дорогущие часы, вместо которых в обычной жизни предпочитаю фитнес-трекер [2]. Пусть Оля пожалеет, что сделала ставку не на того мужчину.
Волнуюсь. Всю ночь до мельчайших деталей продумывал разговор с ней. Я одержимо хочу понять, почему она тогда сбежала. Марк прав: у неё вполне могли возникнуть какие-то семейные обстоятельства. Но если так, то разве она не сообщила бы мне об этом? Интуиция подсказывает, что в той истории не всё чисто. Неопределённость и таинственность распаляют воображение.
А что будет, когда я узнаю причину её побега? Она ведь может оказаться совершенно банальной. Станет легче? Отпустит? Или появятся новые цели?
Стараюсь об этом не думать. Потому что быть одержимым чужой женой – перебор даже для такого психа, как я.
Оля мне очень нравилась. Очень…
Красивая девушка с классной спортивной фигурой. Руки сами тянулись потрогать её соблазнительные округлости. Умная, эрудированная, молчаливая, сексуальная и при этом скромная… Вечно с какой-нибудь книгой в смартфоне и неизменно в наушниках, в которых слушала тишину.
Самое смешное, что я тоже попробовал надевать наушники и не включать в них музыку. Очень интересный эффект. Заметно повышает концентрацию мыслей и эффективность работы. С тех пор пристрастился…
Возможно, я был с Олей недостаточно галантен, не дарил подарков? Каюсь, водится за мной такой грешок. Но я совершенно точно не собирался пока с ней расставаться. Мне было хорошо, уютно и одновременно головокружительно. Мы были на одной волне. Её тишина оказалась заколдованной...
И плевать, что над ней посмеивался весь факультет… Идиоты, они просто не понимали, какой она клад. Впрочем, когда меня заботило чужое мнение?
Почему она сбежала?
Выходим из машины. Волнение нарастает.
Что я буду делать после свадьбы? Уберу свой наблюдательный пункт? Смогу ли?
На улице оживление – приехал лимузин молодожёнов. Выходим в холл – встречать, поздравлять, фотографироваться. Не могу дождаться, когда окажусь возле Оли хоть на считанные мгновения, пока фотограф будет нажимать на кнопку…
Замираю. Дышу через раз… Боров выбирается из машины и подаёт руку невесте. Она выходит, путаясь то ли в платье, то ли в шлейфе. Свидетельница тут же бросается помогать. А я смотрю, смотрю…
Сердце сразу сигналит, что что-то не так, хотя сознание ещё находится в анабиозе. Когда девушка наконец выпрямляется и берёт под руку Болтянского, мозг рапортует: это не Оля.
Это – не Оля! Генка женится на какой-то другой девице. Но где тогда Оля? И что она делает в доме Болтянских?
Ничего не понимаю! Обшариваю глазами весь холл. Среди гостей её нет!
- Обалденное платье, – восторженно бормочет рядом Полинка. – Скажи, Валерка, что невеста шикарная!
Мне совершенно плевать на девицу и её платье, на Генку, на их свадьбу. Что мне здесь делать, если Оли тут нет? Меня подрывает бежать домой. Она там?
Молодые становятся возле арки из цветов, и ведущий по очереди вызывает гостей поздравить жениха и невесту. Чем раньше вызвал, тем выше статус гостя. Нашу фамилию называют одними из первых. Папа доволен. Подойти, пожать руку жениху. Искренне улыбнуться невесте. Кто бы знал, как я за неё рад! Они с Геной – чудесная пара, потому что она – не Оля. Несколько дежурных кадров для истории. Наконец мы отходим в сторону, и я шепчу отцу:
- Папа, мне обязательно тут находиться до самого конца? Может, я потихоньку свинчу? Не люблю такие мероприятия…
- Терпи казак – атаманом будешь, – шипит отец. – Надо немного посидеть для приличия. Как только народ поплывёт, можешь уходить.
Ненавижу свадьбы… Столько пафоса и никому не нужных понтов… Когда я соберусь жениться, непременно увезу невесту куда-то на острова и забуду позвать гостей. Чтобы красота, романтика, только я, она и наш общий праздник.
За столом приходится просидеть довольно долго. Успеваю дважды потанцевать с Полинкой, попасть под горячую руку ведущей и поучаствовать в дурацком конкурсе, получив в качестве приза грейпл – гибрид винограда и яблони, выращенный селекционером-извращенцем. От скуки много ем. Кухня, кстати, в этом ресторане неплохая, всё довольно вкусно.
Вернувшись домой, зависаю в компьютере, рассматривая записи и делая нарезки видео. Уничтожение пункта наблюдения откладывается на неопределённое время…
Утром просыпаюсь поздно. Организм не в восторге от вчерашнего застолья. Решаюсь выйти на пробежку, чтобы взбодриться и разогнать кровь. Погода солнечная, хотя по прогнозу обещали дождь. Бегу привычным маршрутом к стадиону. Подтягиваюсь и отжимаюсь на турнике и брусьях до жжения в мышцах, после чего разрешаю себе вернуться домой.
Неподалёку от въезда в коттеджный посёлок на детской площадке возится малышня. Глаз скользит по красочным сооружениям без какой-либо цели и неожиданно натыкается на Олю. Она катает на качелях ту самую кучерявую девочку, которую я заметил несколько дней назад во дворе Болтянских.
Прежде чем соображаю, как стоит поступить, ноги сами начинают движение в её сторону. Всё-таки есть в этой девушке что-то ведьмовское. Что-то такое, что притягивает меня к ней магнитом и не оставляет ни малейшего шанса для сопротивления.
Она почти не изменилась: всё такая же красивая и стройная. В неизменных джинсах и короткой курточке. Будто и не было этих четырёх лет…
- Привет, беглянка, – выдаю бодрым голосом.
Я безумно рад встрече. И, кажется, даже готов простить ей тот побег.
- Привет, – она отвечает без энтузиазма, как будто напугана.
- Какими судьбами тут? – стараюсь спрашивать удивлённо. Ей вовсе не нужно знать о том, что я за ней слежу.
- Я тут живу!
Это и так знаю… Понять бы, какое отношение она имеет к Болтянским.
- Больше не слушаешь тишину? – вырывается у меня дурацкий вопрос как реакция на отсутствие у неё наушников.
- Слушаю, когда нет необходимости прислушиваться к звукам внешнего мира.
Перевожу взгляд на девочку на качелях, зачем-то разглядываю её.
- Решила переквалифицироваться в няню? – несу пургу, пока собираюсь с мыслями, чтобы сформулировать и задать интересующий меня вопрос.
- Это моя дочь, – короткая фраза выливается на меня ведром ледяной воды. – Её зовут Алиса.
У Оли есть ребёнок? Она замужем? Шарю глазами по её рукам. Кольца не нахожу!
- Вот как? Прикольно, – не умею разговаривать о детях, не знаю, что принято спрашивать и говорить. – Сколько ей лет?
- Три.
Зачем-то вычисляю, это вовсе несложно. Три года… Оля сбежала ровно четыре года назад. Её дочери – три. Обкатываю в уме эту информацию. Ничего особенного, просто цифра. Но откуда вдруг берётся неясное беспокойство?
Снова перевожу взгляд на малышку. Кого она мне напоминает?
Ей три года… Ещё и кудри… Но разве это возможно? Под ложечкой неприятно ноет. Кажется, я перестарался на турнике. Или это отзывается орган, в наличии которого у себя я давно сомневаюсь?
- Она… моя? – выталкиваю из себя нелепое предположение вместе с воздухом раньше, чем эта мысль формируется в голове. Слова цепляются за горло и никак не хотят вылетать.
------------------------
[1] Речь о старом детском фильме “Гостья из будущего” (Москва, 1984 г.).
[2] Фитнес-трекер – компактный «умный браслет», который используется вместо наручных часов и предназначен для фиксирования и четкого контроля физической активности пользователя.