Глава 9

Дело ясное, что дело… плохо. Я схватилась обеими ладонями за его руки, пытаясь оторвать их от своего горла и объяснить, что происходит, но не могла. Из горла вырывались лишь хрипы. Реакция Тариера понятна, если он принц. В первую очередь он привык ожидать отовсюду опасность и вполне может допустить мысль, что кто-то подослал к нему убийцу. Но как я ему отвечу, если он не даёт сказать и слова? Собственно, а что я ему отвечу? Что я – чаровница из Лайоры? Тогда он отправит меня на плаху, а мне туда ой как не хочется. Ну Энфрей! Что б его… Я дотянулась до груди парня, выпуская магию. А он силён, зараза. Как я раньше не догадалась, что он из королевского рода? Придётся приложить больше усилий. Я почти высушила себя до дна, прежде чем рука его высочества дрогнула и ослабла, а взгляд сделался добрее и рассеяннее. – Ты не видел сегодня меня. Не приходил на свидание. Ты просто оставался весь вечер в своей комнате. Сейчас ты отправишься туда и ляжешь спать. Тариер вздрогнул и… отступил. Поднялся и направился в сторону выхода. Я же прислонилась спиной к стене, чувствуя, как вокруг всё кружится и мутнеет. Я отдала слишком много сил… и хорошо, что всё-таки сработало. Я была одной из самых сильных чаровниц, поэтому и смогла подчинить принца. Конечно, у нашего подчинения были ограничения. Мы ведь исходим из любви. Мы не могли отправить на смерть, не могли приказать кого-то убить или причинить вред. Мы могли заставить сделать только что-нибудь безопасное, что не причинит вреда жертве. Голова продолжала кружиться. Я чувствовала, как пальцы немеют. Нет-нет, только не истощение… Если меня найдут с утра целители и отнесут в лазарет, то при первом же исследовании крови поймут, кто я. Нельзя! Я с трудом поднялась на ноги. Колени дрожали, и, казалось, я в любой момент упаду в обморок, но я заставила себя идти вперёд. Энфрей… он единственный, кто может мне помочь. Нужно дойти до его комнаты, если потребуется – доползти. Ночь была холодной. Я еле передвигала ноги, когда свалилась без сил под огромным деревом в академическом парке. Полежала минуты три, чувствуя, что сознание вот-вот уплывет, и вновь поднялась. Нет, нужно дойти… я обязана. Не могу так просто умереть. Путь казался бесконечным. До общежития оставалось совсем немного, но как я попаду внутрь? На глаза попалось знакомое окошко. Я доковыляла до него и постучала по стеклу, опираясь руками о подоконник и боясь прямо сейчас потерять сознание и разбить подбородок. Окно открыл герцог. – Так быстро разделалась с Саркенсом? – хмыкнул Энфрей, но улыбка быстро пропала, когда он понял, в каком я состоянии. – Боги, Одетт! Ты сошла с ума! Мужчина подхватил меня под мышки и втащил в комнату. Перехватив поудобнее, донёс до кровати и аккуратно уложил. Последние силы меня покинули, а свет слепил глаза. Я просто смежила веки, благодаря природу, что всё-таки смогла сюда добраться. – Одетт, дурная девчонка! Ты что, пыталась очаровать Тариера? Да на нём защита знаешь какого уровня?! Глупая, глупая моя девочка… Подожди. Как тебе вообще удалось? – в последней фразе сквозило восхищение. Мне в горло что-то влили. Сил, чтобы спрашивать, не было. Я просто была куклой, которой управлял Энфрей. Он что-то говорил, шипел, ругался, иногда гладил. – Ты ведь говорила пару часов, пару часов! Одетт, ну как ты могла так подставиться. Это не я, это всё жучара! Когда найду его, запихну трубку по самую… кхм, куда-нибудь точно запихну. Энфрей говорил что-то ещё, убаюкивал, и я незаметно для себя заснула, чувствуя тепло мужского тела рядом и, кажется, даже улыбаясь во сне. Проснулась внезапно. И тут же почувствовала жар мужского тела. Энфрей спал рядом, подтянув меня к себе. Он и вчера был без рубашки, но я этого не заметила, а сегодня смогла насладиться великолепным торсом во всей красе. Дотронулась пальчиком до оголённой горячей кожи, провела вниз, до пупка, и остановилась у тёмной дорожки волос, уходящей вниз, под ремень брюк. Сглотнула. – М-м, пожалуй, это самый прекрасный способ пробудить мужчину… причём всего, – хрипло произнёс его светлость в своём истинном облике и теперь, уложив меня на лопатки, навис сверху. – Доброе утро… Одетт. Я посмотрела на герцога. Как же он прекрасен! Эти чарующие глаза цвета молодой листвы, упрямая линия подбородка, высокие скулы. Я бы могла смотреть на него вечно, но смутилась. – Как же так, герцог? Вы ведь молили богов, чтобы они избавили вас от такой ученицы, – весело протянула я, припомнив его же фразу, брошенную на балу. – Помните, в нашу первую встречу? Тогда ещё никто не знал, что мы встретимся здесь, в академии. – Видимо, боги решили надо мной подшутить… во всех смыслах, – хмыкнул он и наклонился ниже, но я упёрлась ему в грудь. – Не готова расплачиваться за своё спасение натурой. Лучше деньгами. – Надеюсь, вы представляете, сколько стоят мои услуги. Так что подумайте о натуре… – Я уже успела сколотить немалое состояние. – Прекрасно, значит, приданое есть, – рассмеялся Энфрей, и я насупилась. – Замуж не собираюсь! А теперь отпустите. Уйдите же, вы такой тяжёлый! Мне нечем дышать. Его светлость усмехнулся и откатился в сторону. Я тут же поднялась, проверяя завязки на своём платье. Герцог подпёр голову рукой и смотрел на меня задумчиво. Мы встретились взглядами. – Почему у тебя не было мужчин? – внезапно спросил он. – В твоём возрасте многие уже детей в магические школы отправляют. Конечно, маги живут намного дольше, но всё-таки? Вопрос был очень личный. Я почувствовала, как румянец вспыхнул на щеках. Но с Энфреем не хотелось лгать, мне неожиданно захотелось излить душу. – А ты как думаешь? Моя жизнь – череда бесконечных заданий, а мужчины в ней либо враги, либо коллеги. Коллеги знают о моих способностях, и, о, очень многие из них хотели бы провести со мной ночь… Вот только не со мной конкретно, а с чаровницей, которая наложит на них чары, и это будет лучшая ночь в их жизни. Я не знаю реакции собственного тела, я боюсь его. Вдруг мне это понравится? В моём голосе сквозила боль. Как бы я ни пыталась её удержать, но не могла. Если Энфрей начнёт жалеть меня, я не выдержу. Не хочу от него ещё и жалости. Но герцог словно прочёл мои мысли и, потянувшись так, что все мышцы стали ещё отчетливее, с широкой и самоуверенной улыбкой предложил: – Если со мной, то определённо. Хотелось кинуть в него подушку. Сдержалась. – Я ведь идеальный вариант, – продолжил его светлость. – На меня твои силы не действует, так почему бы не попробовать? Какая самоуверенность! Я не ослышалась? – Ты предлагаешь мне стать твоей любовницей? – изумилась я. На самом деле, предложение было более чем интересным. Во-первых, меня манила эта запретная сторона жизни, но я не позволяла похоти и страсти взять верх, ведь боялась, что после первого раза будет второй, третий… и скоро это выпьет меня до суха, я пойду по более лёгкому пути для чаровниц – стану постельной грелкой. А я этого не хотела. Во-вторых, этот мужчина не просит его заколдовать, я не смогу это сделать. Значит, если между нами что-то и будет, то нечто настоящее, правильное, естественное. Даже мысль об этом заводила меня. В-третьих… это же Энфрей Деалрон! – Если да… ты согласишься? И так он это сказал, таким тоном, будто опасался моего отказа, что я сама испугалась своих чувств. Хотелось крикнуть “Да!”, потянуться к нему, но я прикусила язык. Нельзя соглашаться так легко на предложения этого искусителя! Он ведь шпион, а значит, обладает актёрским талантом. Кто знает, что он просто не играет с моими чувствами? – Зачем ты предлагаешь мне это? Другие бы получили от меня восхитительную ночь любви, а ты готов согласиться на девственницу, с которой не испытаешь ничего особенного? Ты уверен, что тебе это нужно? Энфрей рассмеялся. – Ты так уверена, что ничего особенного? Ты даже не представляешь, насколько ты сама особенная, поэтому… да. Вот это признание… Сердце забилось быстрее во сто крат, мне очень хотелось попробовать, но… Он из Энлады. Он враг. Опасный. Что, если это его игра? Хочет вывести меня из строя. А я боюсь, что этот герцог слишком хорош, чтобы я в него не влюбилась. Поэтому… – Нет, – с улыбкой ответила я. – Мне ты нравишься в роли соперника. Не будем всё усложнять. Схватив край простыни, я накрыла ею великолепное тело Энфрея Деалрона, чтобы не искушаться, а после направилась к выходу. – Ты мне отказала? Первый раз мне отказывают. Необычное чувство. – Уверена, ты быстро залечишь раненую самооценку. – Хм, надо придумать для тебя наказание, – задумчиво произнёс он. – На конюшни. Три дня… нет, неделю! Ха, напугал жука курительной трубкой! Да хоть месяц. Я упрямо продолжила идти к двери. – Адептка, я же вас выпорю! Да кто ему позволит? Я и сама с кнутом неплохо управляюсь. Или он имеет в виду нечто иное? – Я вас поцелую! Нет, ну это угроза уже ни в какие… подождите, что он сказал? Я остановилась и оглянулась на ректора. Ну, и где приведение угрозы в исполнение? Я тут жду, между прочим. – Не забыли, что вы женаты? – едко спросила я, наблюдая, как Энфрей приближается ко мне. – На адюльтер я не согласна. – Ну какой же адюльтер в нашем положении? – мурлыкнул он, оказавшись непозволительно близко. – Мы ведь почти женаты. По крайней мере, наша связь крепче любых брачных уз. Конечно, поэтому никакой свадьбы. Потому что… потому что нельзя полюбить таких, как я. Коварных интриганок. – Ты так и не ответил… связь лишь с моей стороны? Или с твоей тоже? – Только я для тебя особенный, – наконец, произнёс мужчина, и я шумно выдохнула. – Спасибо за честность, – фыркнула и развернулась, чтобы уйти, но он не позволил, захлопнув дверь и привалившись ко мне всем весом. – Поэтому я с уверенностью могу утверждать, что мои чувства – искренние, немагические и полностью мои. И уже тебе решать, хочешь ты их попробовать или нет. Поцеловав меня в уголок рта, Энфрей отстранился и открыл дверь, мол, выбор за тобой. Я же не знала, что делать. Его слова – почти признание. Даже если это игра, то… зачем ему это? не такая уж я важная птица. Однако, если даже я всеми силами хочу согласиться на его предложение, мне сначала нужно разобраться с собой. Я – сильная и независимая, не могу просто так повесить на мужчину все свои проблемы. Попросить помощи – да, но не полностью их отдать. Сначала разберусь с отцом. Напишу ему. И только после приду с ответом. – У меня есть время на раздумья? – Вся моя жизнь, – ответил Энфрей. – Буду ждать тебя, чаровница. Когда тебе говорит подобное такой великолепный мужчина, то невозможно остаться равнодушной. Шумно выдохнув, я подалась к нему и поцеловала точно так же – в уголок рта, а после резко отстранилась и поспешила на выход. Пока бежала к студенческому общежитию через парк, чувствовала, что сердце готово выпрыгнуть из груди. Быть может, я наивная? Может, зря хочу довериться словам Энфрея? Однако в душе расцветала надежда на что-то волшебное, хрупкое и такое невыносимо притягательное, что я с трудом могла сдержать эмоции. Я бы так и была погружена в свои мысли, если бы меня не остановил шёпот. Совсем тихий, едва слышный для обычного человека, но я – не человек, я монстр, как принято называть нас в народе. Я прислушалась и определила источник звука – в глубине академического парка, в одной из беседок. Я тут же забыла о любых своих переживаниях, спрятавшись за одно из деревьев и прислушиваясь… – Мадам Люксмир отказалась, – сказал Закаэль и фыркнул. – Она слишком привязана к людишкам. Впрочем, союзников у нас достаточно. – А что насчёт новенькой чаровницы? Мия Иоль говорила обо мне так легко, словно давно уже догадалась о моей настоящей натуре. Я испуганно прижалась к земле, не понимая, как вообще могла попасть в подобную ситуацию? Откуда эти студенты знают обо мне? И такие ли они простые? Людишки… неужели передо мной троица монстров? Но ведь отец проверял их – и ничего. Впрочем, обо мне тоже не было известно в официальных источниках. – Узнать бы, кто она! – со вздохом произнёс один из близнецов, Дайл или Коул. – Но нам так и не удалось выяснить её личность. – Если бы не очарованный мистер Олвидж, я бы даже не догадалась, что она в академии, – хмыкнула Лирабет. – Нужно найти её скорее и предложить присоединиться к нам. Участь чаровниц в нашем мире весьма незавидна. – Этот мир давно пора менять, – кивнул Зак. – И мы это сделаем. Только бы раздобыть Голубой сапфир… – Что ты здесь делаешь? Я вздрогнула и подняла взгляд. Надо мной возвышалась Эмма Янис. Я тут же поднялась на ноги и повела плечами. – Живот скрутило, – солгала я. – Немного отдохнула и готова идти дальше. – Ты ведь их слышала? – неожиданно спросила девушка, и я вздрогнула. – Это ведь ты чаровница, не так ли? Её глаза едва заметно блеснули – хищно, по-змеиному. Я осторожно дотронулась до амулета. Сейчас ехидна не проявляла эмоций, но всё-таки… Амулет мигнул. Эмма опустила к нему взгляд и улыбнулась. – Забавная вещичка. Давно я таких не видела. Лет сто уже как. – Лучше бы ты оказалась парнем, – вздохнула я, пуская ей пыль в глаза. – А так… даже не знаю, что с тобой делать. Эмма улыбнулась, и я, воспользовавшись её дезориентацией, бросилась вперед. Вынув одну из шпилек в волосах, я легко воткнула её в шею девушки. Ехидна зашипела и в один миг обернулась монстром – туловище осталось всё то же, но вот хвост… змеиный, мощный, он клубился подо мной, и в какой-то момент откинул в сторону. – Рр-ра! – зарычала ехидна и бросилась на меня. Её зубы едва не впились мне в шею, но я увернулась, запрыгнув ей на спину и применив захват. Если яд в шпильке не подействовал, то подействует второй. Я уже достала другую шпильку, когда позади раздался голос Закаэля: – Эмма, уймись! Хвост исчез, а я с двухметровой высоты полетела вниз. Приземлилась почти изящно, ничего себе не сломав, и тут же вскинувшись на группу монстров. Лучшие студенты академии. Они ведь здесь уже давно, ещё с первого курса. Выискивали, вынюхивали, сплотились. – Так-так-так, а вот и ехидна, – пропела Мия. – Очень приятно познакомиться! – Сирена, как я полагаю? – хмыкнула я. – Угадала, чаровница. Я перевела взгляд на Зака. Сейчас он даже не стеснялся своего истинного обличья, и я увидела две пары копыт и рога. – Фавн, – заключила я, и парень кивнул. Посмотрела на близнецов. – Кости гидр находятся реже, потому что каждая голова – отдельная, особенно в человеческом облике. Видимо, вы ещё совсем молоды, раз вас всего лишь двое? – Мы поджидаем третьего, – произнесли Дайл и Коул одновременно. Осталась Лирабет. Я понятия не имела, кто она. – Я сестра Эммы, – сама представилась девушка. Так вот почему артефакт дал сбой тогда, в столовой! Потому что ехидн было две, а он настроен на поиск одной. – Рада со всеми познакомиться. Значит, вы жаждете захвата мира? – Всего лишь хотим справедливости, – вышел вперёд Зак. – А вы не боитесь, что вас сейчас таких красивых увидят? – На границе парка купол – людишки обходят его стороной, сами не зная, почему. И лишь монстр мог пройти. Лишь ты, чаровница. Попалась. Я даже не заметила никакого купола. Хитро. Причём подобная магия, насколько я знаю, подвластна лишь фавнам – они создают барьеры за счёт звуковых волн своих флейт. – Хорошо подготовились, – кивнула я и отступила от Эммы, которая смотрела на меня зло. – Ну так в чём ваша справедливость? Я слышала, как вы пытались уговорить мадам Люксмир, а она не согласилась. Подозреваю, ваша цель несколько мерзкая. Фавн рассмеялся, его поддержали мрачными ухмылками. – Можно сказать и так… Видишь ли, мы хотим проклясть этот город – столицу Тарндора. Каждый из нас немало пострадал из-за этого… многие лишились родителей, пришлось взять на себя чужие личности, чтобы существовать дальше. Мы всегда были изгоями здесь… И мы жаждем мести. – Мы оказались в этой академии не просто так – внизу находится мощный алтарь, благодаря которому мы проведём ритуал, – продолжила Мия. – Мы над ним работали почти три года… и вот сейчас как никогда близки к осуществлению. – Что за ритуал? – Мы хотим, чтобы каждый в столице испытал ту боль, что испытываем мы. – В каждой семье родится уродец. Монстр, которыми они нас называют, – со злобой выплюнула Мия. – Посмотрим, каково им будет, когда их собственные дети станут изгоями. Гонимыми, ненавидимыми, уничтожаемыми. Не мы выбирали свою судьбу, мы такими родились. Родились, да. И да, отношение к нам было более, чем несправедливо. Но я никогда не оправдывала путь борьбы со злом тем же злом. Тем более, многие монстры лишь подтверждают мифы о себе. Гидры топят корабли ради обогащения. Сирены – заманивают в свои сети богачей. Все они пытаются нажиться на своём даре, оттого их и невзлюбили. Пробовали ли они быть другими? Впрочем, я лучше всего знала пренебрежение общества. Даже если одна особь пытается быть другой, идти по наилучшему пути, всё равно все будут относиться с недоверием и предубеждением и в какой-то момент благой настрой сломается. И мы озлобимся. Не каждый. Но многие. Слишком тяжело противостоять обществу, когда ты не вписываешься в его стандарты. Могла ли я их судить? Даже не собиралась. – Ты ведь понимаешь нас? – спросила Лирабет. – Ты такая же. Сколько всего тебе приходится терпеть, чтобы оставаться на плаву? Скольких мужчин ты уже ублажила и будешь ублажать дальше? Одного-единственного. В голове явственно возник образ Энфрея. Я действительно хотела, чтобы он стал первым и единственным мужчиной в моей жизни. Однако на вопрос я бы так не ответила. Мне тоже было больно, в том числе от пренебрежения отца. Но разве я могла что-то сделать? Как-то повлиять на ситуацию? Увы. – Я понимаю вас, – тихо ответила я. – И что вы от меня хотите? Чтобы я вас поддержала? – Не совсем, – улыбнулся Зак. – Когда мы узнали, что в академии появилась чаровница, очень обрадовались. Ведь у нас для тебя есть дело. Опять дело… ещё одно задание. Неужели я только для этого гожусь? Кто-нибудь будет рассматривать меня как обычную девушку? Даже собратья по несчастью видят во мне исключительно выгоду. – В том алтаре, о котором мы тебе рассказывали, абсолютно закончилась энергия, – начал один из близнецов. – Её нужно восполнить… – Голубым сапфиром, – догадалась я и прищурилась. – Вы хотите, чтобы я его выкрала? – Ты чаровница. Тебе легче лёгкого кого-нибудь очаровать и безболезненно вынести камень, – пожала плечами Мия и тряхнула сиреневыми волосами. – Я тебе помогу, конечно. Завлеку кого надо и куда надо, но ты ведь понимаешь, что после я не смогу вынести сапфир просто так из дворца? А ты – сможешь. Очаруешь охранников, и магический контур тебя пропустит. Коул и Дайл будут тебя сопровождать, а Зак отвлечёт внимание. – А что будут делать ехидны? – Дадим магические накопители, чтобы скрыть следы, – отозвалась Эмма и прищурилась. – Или этого мало? Этого совсем не мало: даже одна чешуйка стоила дорого. И всё-таки дело рисковое. Более того, я совершенно не желаю ввязываться в эту грязь. – А если я не соглашусь? – Мы тебя убьём, – тут же ответил Зак. – Прости, но если ты не с нами, значит, против нас. – Мадам Люксмир вы оставили в живых. – Мы не рассказали ей то, что рассказали тебе, однако взяли клятву о неразглашении, – хмыкнул Зак. – Ну так каков твой ответ? Я огляделась. Их было больше и они были монстрами. Мы находимся в контуре, где меня не услышат и не спасут. Две ехидны, одна гидра – вот основные противники, а фавна и сирену за боевые единицы можно не считать. Однако даже трое сильных монстров на меня одну уже много. А учитывая, что Эмме больше ста, она опытная. Нет, мне не выжить, если они всерьёз захотят убить меня. Да, мой труп обнаружат, но сомневаюсь, что мне это как-то поможет здесь и сейчас. Я конечно буду счастлива, что моих убийц накажут, но как-то всё же хочется быть более живой в этот момент. – У вас нет карты дворца? – вместо ответа спросила я, и получила в благодарность сразу несколько радостных оскалов. И куда я вляпалась?