— Боюсь, воспитание не позволит отпустить такую беззащитную малышку одну. Мало ли что ещё может произойти. И либо мы едем на твоём метро, в котором я уже лет сто не бывал, либо на моей машине. Кстати, во втором случае получится куда быстрее и надёжнее.

Пришлось, знаете, согласиться на то, чтобы он всё-таки подвез меня до дома, потому как выбора другого этот настырный парень не оставил. С другой стороны, причин не верить ему почти не было, да и тащиться ещё два часа в метро не сильно хотелось.

Доехали мы и правда очень быстро. Никита остановил автомобиль в аккурат возле моего подъезда (простите, парадной!), галантно помог выйти и, как настоящий джентльмен, проводил до самых дверей.

— Ну, всё. Тут я и живу, — произнесла и подняла на него взгляд. Только тут поняла, что глаза у него… изумрудные.

— Доставил в целости и сохранности, — улыбнулся и достал из кармана дорогущий смартфон, явно последней модели. — Диктуй номер, русалочка.

— Что? — ошарашенно посмотрела на него и глупо захлопала ресницами.

Какой номер? Зачем?

— Номер телефона, — рассмеялся и запустил пятерню в густую тёмную шевелюру, изящно взлохматив волосы. — Звонить тебе буду.

— Зачем? — и прижала свой рюкзачок еще крепче к груди.

— А ты против?

— Нет, но…

— Ладно, потупим так, — он вырвал из моих рук телефон, быстро-быстро начал нажимать пальцами на экран, а потом вернул гаджет мне обратно. — Готово. Я позвоню.

Минуточку, а это что ещё за фокус? Эх, если бы я знала! Если бы я только знала тогда, чем всё в итоге обернется… прошло столько времени, а я помню нашу первую встречу, как и сейчас. И все после. Господи, да будь проклят Никита Тарасов!

***

По ушам бьют громкие басы, в квартире над нами становится всё веселее и веселее. Интересно, с кем он там? Уверена, и пяти минут не прошло, как Тарасов нашёл себе новую игрушку. Небось уже успели посмеяться над дурочкой Мирой вдоволь. Как же это жестоко заключать пари на живых людей! Только самым отпетым ублюдкам может такое в голову прийти. Бедненькие мажорчики, скучно им стало! Аж тошнит от того, что скрывает в себе парень, которого я люблю.

— Мир, ну ты чего? — приговаривает ласково Машка и гладит меня по голове. — Не плачь. Всё хорошо будет. Главное, ты ему сдачи дала сполна. Узнает, каково это находиться с другой стороны улицы.

Да, вот только мне не легче. Хочется забыть, стереть его из памяти. Вырвать собственное сердце из груди, чтобы оно больше не смело тосковать по этому эпичному подлецу! Циничная сволочь, вот он кто.

Самое паршивое, дурацкий голос внутри сознания продолжает нашёптывать, что я совершила ошибку. Ведь он смотрел на меня такими глазами… пустыми, разочарованными. Словно я грязь под его ногами, просто никто.

— Девчонки, пирога не хотите? — в комнату заглянула Машина мама. — Яблочный с кори… Мирочка, тебя кто-то обидел?

— Ага, мудак один, — буркнула подруга и замахала на Ирину Алексеевну руками, старательно изображая взбесившуюся летучую мышь.

— Мария! Ну что за лексикон? Ей богу, только не хватает сидеть на кортах в парадной да семечки лузгать.

— Просто называю вещи своими именами, мамуль.

Похоже, Машка была в том настроении, когда готова в пух и прах рассориться с мамой. А у них отношения и так не самые простые, хочу заметить. Впрочем, в последнее время они стараются быть терпимее друг к другу.

— Мне, наверное, пора, — подала голос и решительно поднялась на ноги. — Домой поеду.

— Какой домой? — Ирина Алексеевна уперла руки в бока. Дочка, один в один! — Ты уж оставайся, мы тебя никуда не пустим. А я сейчас на стол накрою, чаю нам заварю. Давайте, умывайтесь и на кухню.

А потом мы пили травяной чай с малиновым вареньем и яблочным пирогом. Машка от сладкого никогда не отказывалась, да и у меня проснулся настоящий первобытный голод.

— Всё забудется, — Ирина Алексеевна тепло меня обняла. — А может этот мальчик одумается? Поймёт, какое сокровище потерял?

Не одумается, только не он…

— Уверена, уже локти кусает, — Савельева-младшая хищно оскалилась. — Но я, пожалуй, подожду, пока он сожрёт их до мяса.

— Фу, Маша! — всплеснула руками Ирина Алексеевна. — Ты просто невозможная!

Проболтали мы практически до рассвета, учебу успешно проспали и решили совсем никуда не идти. Слава богу, Ирина Алексеевна сильно раньше на работу в гимназию убежала.

Для Машки – это настоящий рекорд. Она как-то ногу, помнится, сломала, так явилась в универ на костылях, представляете? Кому-кому, а ей точно не надо было переживать об успеваемости. Школу закончила с золотой медалью, в универ поступила с наилучшими баллами. Редактором газеты и старостой она стала ещё на первом курсе. Без понятия, как всё совмещает, честно. Даже умудряется подрабатывать в цветочном магазине здесь неподалеку.

— Маш, а Дима тебе совсем не нравится, ни капельки?

— Совсем, — отрезала лучшая подруга. — Я таких, как он не перевариваю. Знаешь, он будто яблоки сорта фуджи. Глянцевые, красивые, сладенькие, но… это лишь маска. По своей сути, все они с одной яблони.

Ну, даёт! Сотникова с яблоком сравнила!

— Ты его любишь, — не спрашивает, а утверждает Савельева. — Вижу, как мучаешься. Жалеешь, что пинка под зад дала. Знаешь, Мир… Если он хоть капельку живой там внутри, то придёт объясниться.

— Но ты не веришь.

— Нет.

— И я…

Потому что Маша права хотя бы в одном – Сотников и Тарасов, они оба как яблоки сорта Фуджи.

Глава 20 – Заслужил

Никита

От долбящей по ушам музыки ужасно болит голова. Так, что виски пронзает какая-то невыносимая мигрень и хочется к дьяволу застрелиться. А может и не от музыки, а потому что вчера сильно перебрал.

Проглотил пару таблеток обезбола и залил в себя пол графина воды.

— Кофе, мне срочно нужен кофе.

— Хочешь, я сделаю? — от сладкого, наигранного девчачьего голоса мигрень разошлась ещё сильнее. Кто это вообще?

Посмотрел на девчонку перед собой и тут же смачно выругался про себя. Филатова, чёрт побери! Только не говорите, что у меня с ней что-то было, сам себя уважать перестану.

Регина девочка не сильно разборчивая. Скакала с Димы на Олега, с Олега на Диму и удивлялась, почему Сотников в один прекрасный момент её бросил. Ни то чтобы у них с Димасом было серьёзно, но парни не любят вторые роли. После их громкого расставания, с кем только Филатова не зажигала, по пальцам точно не пересчитаешь. Мне вот только не хватало для полного счастья, чтобы она присосалась пиявкой.

Не-не, никаких больше баб! Взял, получил что хотел, отряхнулся и пошел дальше. Мой последний опыт с девушкой закончился весьма плачевно. Мирослава Князева, чтоб её! Самое отвратное, из головы не выходит, дрянь.

— Уйди, — отталкиваю Регину в сторону и падаю на диван. — Не до тебя сейчас.

Визжит, ножками топает, угрожает даже, потом в слёзы и опять всё по новой. Чёрт побери, как же достало.

Пришлось грубо выставить девицу, по-хорошему понимать отказывалась.

— Хай! — Дима приземлился рядом со мной. — Старушка Филатова вне себя, грозится устроить тебе ад на земле.

— Угу, — потёр виски руками и сморщился. — Башка трещит, оставь свои нотации на другой день, мамочка.

— Слушай… Князева твоя не похожа на девчонку, которая…

— Плевать хотел на кого она похожа, — зло перебил лучшего друга. — Она точно такая же, как и другие девки. А раз так, то лучше выберу фантик поярче.

От Сотникова вылетел, как ужаленный. Этот философ доморощенный решил меня жизни учить.

Ненавидел Миру. До глубины своей чёрной души. Какого чёрта я на неё остро реагирую? Так, что в венах кровь кипит и дышать блин тяжело! Хотел к ней. Получить свою персональную дозу кайфа, закрыть этот гештальт и дело в шляпе.

Какими глазами она на меня смотрела, как говорила! Словно, я действительно страшный монстр, без чувств и эмоций, пустая безжизненная оболочка, а не парень, под которым она так убедительно стонала.

Моё браво! Обидел её три года назад, а она в ответ заплатила той же монетой. А то – все плохие мальчики должны быть наказаны.

И кажется, только сейчас понял, что привязался к ней. Привык приезжать к Князевой, видеть её почти каждый день, смеяться лишь потому, что это делает она. По факту – с ней было хорошо. Даже слишком. Впервые, хотелось находиться рядом с одной девушкой так долго.

В топку!

С такими умными мыслями поехал сначала к себе в квартиру, потом в офис, а после домой. Батя снова не явился на работу и с этим надо было срочно что-то делать. Бизнес и так сильно страдает. Если бы не мы с Евой – Михаил Тарасов уже давно бы обанкротился.

Ева – моя мачеха. Одна «из». Впрочем, задержалась дольше всех предыдущих. После смерти мамы папаня пошёл в разнос. Более или менее успокоился с новой женой. Молодая, умная, в прошлом модель, а сейчас популярная художница. Папа и познакомился с ней на какой-то модной выставке.

Но в последнее время родитель стал крайне плох. Даже замахивался иногда то на меня, то на Еву. По поводу и без. Бизнес грозил развалиться. Приходилось вникать в дела компании и сидеть в офисе почти сутками. Один раз даже времена суток спутал, про день рождения девушки забыл.

Чёрт, а как все красиво начиналось! Надо было просто разок заняться с ней сексом, да гулять себе дальше, как ни в чём небывало. Но что-то пошло не по плану. Может то, что она ломалась и артачилась, словно девочка, отшивала меня раз за разом. Я же к такому не привык. Чтобы девка да в пешее эротическое отправила? Да не было такого никогда! Все они растекались безвольной лужицей у моих ног.

Дома оказалось до непривычного тихо. Это даже на мозг давило, вызывая всё новые приступы острой мигрени. Надо ещё что-то выпить, пока окончательно не подох от этой кровожадной пытки.

Отца застал в кабинете. Как ни странно, трезвым. Окопался в бумагах, вот только сам выглядел, словно чёрт лысый. Мятый, небритый, сонный.

— Па, ты чего такой убитый? — упал в кресло напротив стола. — Гляжу, за работу сесть решил. Похвально.

— Ева со мной разводится, — выдал отец и посмотрел меня. Обречённо, что ли.

Всё же не выдержала. Ну, какая адекватная баба смогла бы стерпеть постоянное пьянство и походы налево?

— Правильно, — сухо кивнул. — Хоть мужика хорошего найдет.

— Не дам развод, — поджал губы отец и снова начал перебирать бумажки. Даже ещё активнее. — Я её люблю.

— Слишком громкие слова, не находишь? Ты забил на работу, девок непонятных водишь…

— Налажал, но не поздно исправить свои ошибки, — он сжал руки в кулаки и улыбнулся на секунду. — Ник, а ты сам как? На учебе нормально?

— Нормально, — отмахнулся. — Девочка бросила, со всего размаху средний палец показала.

— Заслужил? — прищурился отец.

Заслужил…

Глава 21 – Я всё равно его люблю

Ты всего лишь пепел воспоминаний,

След поцелуя на холодных губах.

Я слишком устала от душевных терзаний,

От этой боли в отраженья глазах.

Сгорела на костре наша любовь,

Мы её уничтожили разом,

Страсть током молнии в кровь,

Она стала твоей, но не сразу.

И каждый мой шаг, каждый вздох

По одной простой причине,

А нужно было только нажать на курок

Любимому мужчине.

Ты чёртов Джокер, больной психопат –

Поэтому разве влюбилась?

Дождя искрит звездопад,

Наша любовь мне снова приснилась.

Это дикое танго на стёклах,

В неглиже наш адский вальс,

Ты мастерски играешь на нотах,

Но только знаешь… нет больше нас.

А было ли, были ли мы?

Мне кажется, что это сон наяву.

И я среди темноты

Наощупь к нему бреду.

Чтобы проснуться в любимых объятьях,

Прижаться губами к щеке.

Ты мне решительно скажешь – хватит!

Просто возвращайся ко мне.

Мирослава

В общей сложности в универе не появлялась около двух недель. После дурацкой вечеринки у Сотникова слегла с подозрением на ангину. Хвала богам, оказался типичный ОРВИ. Из-за этого даже Машкин день рождения пропустила.

Самое удивительное, болезнь пришлась, как нельзя кстати. Мне нужно было провести время в одиночестве, подумать, разложить все беспокойные мысли по полочкам и примириться со своими внутренними демонами.

Конечно, нельзя разлюбить парня за четырнадцать дней.

Того, кто волновал, кто одним взглядом заставлял закипать кровь, а сердце биться чаще… но вариться во всём этом больше не могла. Просто не выдержу ещё немного Никиты Тарасова в своей жизни. Если цена любви – вечные страдания и муки, то я не готова платить за неё так дорого.

Снова воскресенье на мокрой от слёз подушке, а рядом тарахтит белый котяра. Лютик за это время умудрился хорошо вымахать. Такой толстяк теперь. И не поймешь, то ли от хорошей жизни, то ли шерстка сильно пушистая. В квартире он освоился, чувствовал себя её полноправным властелином.

Погладила котика по спинке, но он только недовольно что-то промурлыкал и вытянулся во всю свою длину на моей собственной постели. Спит себе без забот и тревог, хорошо ему.

А каждый мой сон – это кошмар наяву. Вижу любимого мальчика с изумрудными глазами, который обнимает меня, любит. Там он меня никогда не предаст. Наступит ли момент, когда смогу начать обращать внимание на кого-то другого? Потому, что перед моими глазами нет никого, кроме одного циничного и надменного засранца.

Почему именно он? За что мне его любить? Абсолютно пустой, словно плюшевая игрушка. Внутри одна вата, стеклянная. Мы с Ником из разных пазлов, абсолютно неподходящие друг другу кусочки мозаики.

Очаровал ради глупого пари, чтобы снова быть первым, всегда и во всём. Мастерски искушал, соблазнял и добился-таки желаемого. А кажется, не слишком сложно ему пришлось, да? Какая же глупая! Круглая дура!

Хотелось найти логику, малейшее объяснение своим бредовым поступкам. Я же твёрдо решила, что нужно держаться от него подальше. Зачем же позволила подобраться так близко? Привязалась к нему и железно убедила себя в одном – у нас по-настоящему.

Умеют же женщины оправдывать мужиков. Искать причины, аргументы, просить тройную добавку сказочной лапши на уши. А Маша предупреждала.

Ещё три года назад…

***

Санкт-Петербург, 2019 год

— Мам, ну какая шапка? — прохныкала, словно пятилетняя, а родительница с завидным упорством продолжала нахлобучивать на мою голову вязанный аксессуар насыщенного изумрудного оттенка. — Мне же не пятнадцать, все девчонки засмеют. Сентябрь на дворе.

— Не засмеют, — мама расплылась в улыбке и заботливо застегнула верхнюю пуговицу на воротнике моего пальто, так что ненавистная застёжка больно впилась в шею. — Мирочка, ты у меня самая красивая! Скажи-ка, с мальчиками уже познакомилась? Есть симпатичные?

Ага, у меня вообще от кавалеров отбоя не будет, особенно с этим огромным помпоном на башке. Ну просто мисс вселенная! Видела она бы наших девчонок из университета. Высоченные, фигуристые, длинноногие, как на подбор. И шмотки исключительно от модных брендов.

Но мама с такой теплотой и нежностью смотрела, что я засунула своё «Не хочу!» подальше и пообещала себе избавиться от шапки на улице.

— Мамуль, когда бы я успела? — подхватила с полки свой маленький рюкзачок, под завязку набитый учебниками и тетрадками. — Всего неделя прошла. Я даже подруг толком завести не смогла. Давай я уже побегу? Не хочется опаздывать.

— Иди-иди, ко мне как раз должна клиентка прийти по записи. Всё, целую. Удачи на учёбе, Мира!

Мама работает мастером маникюра на дому. В Москве у неё был свой салон красоты, но его пришлось продать, чтобы мы смогли съехать от отца и перебраться в свою собственную квартиру.

Около полугода назад родители решили развестись. Нет, конечно, проблемы в нашей семье начались сильно раньше, когда у папы появилась постоянная любовница на стороне. Мама об этом прекрасно знала, терпела несколько лет кряду, но мне ни словечка не говорила, боялась расстроить и настроить против родного отца. Впрочем, рано или поздно всё тайное становится явным, правда?

Был канун нового года, папа объявил в аккурат под бой курантов о том, что у него есть другая женщина и она носит под сердцем ребенка. Моего братика или сестренку, чёрт знает. Никакими словами не передать всей гаммы чувств и эмоций. Мои розовые очки разбились, я ведь считала нас идеальной семьей, счастливой. Папа любит маму, а она его. Поразительная наивность! Как до восемнадцати дожила, одному богу известно.

Он даже привёл её в нашу квартиру – совсем молодую девчонку, практически мою ровесницу. Сколько ей там? То ли двадцать, то ли на пару лет больше. Смазливая, ухоженная фифа с вызывающим макияжем. Одно её платье стоило больше всей моей одежды вместе взятой и перемноженной.

Позже выяснилось, что она дочка его начальника. Познакомились они на работе, когда эта химера проходила практику в их компании. Подсуетился папочка, заделал мажорке ребёнка, а та была настолько глупа, что втрескалась в него по самые помидоры. Уж другой причины, почему богатенькая девочка выбрала менеджера среднего звена сложно найти.

Мама тогда всю ночь проревела, да и я просидела с ней, не сомкнув глаз. Папа мог бы оставить нам квартиру или помочь как-то финансово, но он оказался до невозможной степени жадным и жестоким к своей родной дочери и почти бывшей жене.

Практически всё имущество – квартира в жилом районе Москвы, машина и дача были записаны на него. Собственно, именно так мы и оказались в Санкт-Петербурге, сначала на временном жительстве у тёти, а потом перебрались в свою небольшую студию на севере города. Конечно, не чета огромным хоромам в столице, но зато вдвоём с мамой. В нашем маленьком уютном уголке счастья, откуда никто и никогда не погонит поганой метлой.

Вечерами подрабатывала в книжном магазине, чтобы оплачивать подготовительные занятия, нужные мне для поступления в университет, а мама заново набирала клиентскую базу. Так потихонечку и встали на ноги.

Выскочив из парадной на улицу, запоздало поняла, что с неба льёт отвратительный мелкий дождь. Ни то чтобы сырость и влажность какая-то новинка для Питера, но каждый раз я забываю, что нужно брать с собой зонт или хотя бы надевать дождевик. В любой непонятной ситуации.

В итоге в университет приехала вымокшей буквально насквозь и уже десять минут не могла привести себя в порядок. С дурацкой шапки стекали противные капли, блузка прилипла к телу несмотря на то, что я была в пальто. На волосы и юбку вообще смотреть страшно. Кажется, пора покупать плащ. Может быть, возьму пару лишних смен в книжном и закажу что-то бюджетное в интернет-магазине.

— Привет, — раздался над ухом знакомый голос, и я в шоке повернулась на звук. Да не может этого быть!

Но это правда оказался ОН. Тот самый парень, что защитил меня вечером от хулиганов. Никита, вроде бы. Неужели мы учимся в одном универе?

Обалдеть!

— Какая неожиданная встреча, — улыбнулся и сделал шаг навстречу, почти загоняя меня в угол.

Странно, что он вообще помнит, как я выгляжу. Даже и не позвонил ни разу, хотя сам вбил в телефон свой номер. Ни то чтобы мне это было сильно нужно, но…

— Князева, опять ты в рань несусветную приперлась! — моя новая подруга Маша Савельева протиснулась мимо Никиты и повесила свои вещи на вешалку. — Фу, я промокла просто до последней нитки! Волосы хоть выжимай… о, явился всё-таки. Очень зря.

Маша Савельева понравилась мне ещё на вступительных экзаменах. Приятная, милая девочка из простой семьи. Тоже живет с мамой, которая преподает в элитной гимназии русский язык и литературу.

Когда мы встретились уже на учёбе, она помогла мне разобраться с расписанием, где взять учебники и в какой стороне находится каждая из аудиторий. Казалось бы, Маша знала всё и обо всех.

Савельева намотала на кулак длинные волнистые волосы платинового цвета и выжала их, отчего на пол обильно закапала вода. Девушка продолжала хмуро смотреть на Ника, хотя тот и улыбался ей вполне дружелюбно. Кажется, он ей не понравился. Да и вообще… похоже, будто они уже знакомы хорошо.

— Маш, а ты не изменилась ни капли.

— Ага, — неодобрительно хмыкнула она в ответ. — А ты, Тарасов, всё такой же надменный хам. Не буду спрашивать, почему отсутствовал на занятиях аж целую неделю.

Я непонимающе смотрю на подругу и ровным счётом ничего не понимаю. Кроме того, что мы с моим ночным рыцарем ещё и на одном курсе учимся. Но откуда эти двое знают друг друга?

— Никита Тарасов, — почти прошептала Машка мне на ухо. — Мы учились вместе в гимназии.

— Савельева меня просто не любит, — рассмеялся он.

— Угу, — подруга развела руками в стороны. — Обалдеть, и как ты только догадался? Идём, Мирослава.

Девушка потянула меня за собой из раздевалки, продолжая нашёптывать самые разные факты о Никите Тарасове, не умолкая ни на секунду. Я извиняюще улыбнулась ему и поспешила за Машей.

— Он негодяй, — талдычит Савельева. — Гад и циник, прожжённый мажор. Глава местной элиты, понимаешь? А его папочка основной спонсор нашего университета. Таким, как Никита можно всё и всех. Его явно не за выдающиеся интеллектуальные способности в универ взяли. Уж поверь мне! Попробовали бы они своему меценату отказать…

Первой парой у нас был английский, и я заняла привычное место на первых рядах рядом с Машкой и молчаливой девчонкой, имя которой, к своему стыду, до сих пор не узнала. И всё шло привычным ходом. Так же, как и всегда, пока мой смартфон не дал о себе знать громкой вибрацией.

«Привет» от молчавшего два месяца абонента по имени «Ник».

И следом сразу же следующее:

«Можно угостить тебя кофе?»

Руки почему-то дрогнули, но я напечатала в ответ твердое и решительное:

«Извини, не получится»

Несколько минут томительного ожидания и от него приходит новое сообщение:

«Грушевый латте с миндалём и карамелью. Уверена, что хочешь отказаться?»

Вообще-то не уверена, но ему же об этом знать совсем не обязательно, правда?

— Мир, что там у тебя? Парень? — Маша перегнулась через моё плечо и быстро пробежала глазами по диалогу. — Оуч, Никита? Извини, если лезу не в своё дело, но от этого вурдалака стоит держаться подальше.

И Савельева даже не представляла, как чертовски права была в тот момент…

***

Во второй половине дня решила выбраться в город и пройтись по магазинам. За больничный успела похудеть, так что вся одежда на мне мешком висела. Не мешало бы и в салон красоты наведаться и с волосами замутить какой-нибудь апгрейд. Кончики секутся, а цвет уж больно желтит. Сделаю себе подарок в честь дня рождения.

После шоппинга поехала в книжный магазин, где работала уже продолжительное время и стала дожидаться директора. Зарплата тут, конечно, небольшая, но можно совмещать с учёбой. Да и начальство хорошее, понимающее, что не маловажно.

Мама упрямо переводит мне каждый месяц на карту деньги, но я стараюсь их почти не тратить. Иначе, что толку жить в отдельной квартире, но на средства родителей? Уже давно большая девочка, не хочу сидеть ни на чьей шее.

— О, Мирочка, здравствуй! — Оксана Дмитриевна – директор книжного вышла ко мне навстречу и тепло обняла. — Давно тебя не видела. Как учёба?

Мне начальница всегда нравилась. Уверенная, самодостаточная брюнетка тридцати восьми лет. Одета всегда с иголочки, за собой следит. Тот случай, когда женщина в разводе просто наслаждается своей свободой на полную катушку. Причем, с бывшим мужем она в прекрасных отношениях, дружат и общаются.

С Оксаной Дмитриевной познакомилась больше трёх лет назад, когда она только открыла свой книжный магазин. Он был куда меньше, спросом не пользовался, дохода почти не приносил. А теперь у неё сеть из целых десяти филиалов.

— Хорошо, диплом потихоньку пишу, — с охотой ответила. — Пришла спросить, не нужен ли вам работник на полную ставку или, может, смен можно взять побольше.

— Ох, я даже не знаю, — покачала головой женщина. — Ты вроде бы сама перешла на удаленную занятость. Да и нам пока не нужны сотрудники, штат укомплектован. В других магазинах тоже битком людей, Мирослава.

— Жаль… ладно, до свидания, Оксана Дмитриевна. Спасибо большое.

Направилась в сторону двери, когда услышала голос директора:

— Стой-ка, — женщина подошла ко мне и вручила визитку. — Вот, позвони сюда. Скажешь, что от меня.

— Издательство «Астра»? — удивилась и подняла взгляд на женщину. — Вы шутите? Моя подруга проходила там практику на первом курсе.

— Старшая сестра главный художественный редактор, — улыбнулась Оксана Дмитриевна. — Вакансия не предел мечтаний, но для начала и ассистентом можно поработать. Тем более, это куда лучше, чем книжки перебирать.

— Спасибо! — искренне обрадовалась. — Обязательно позвоню. Спасибо вам!

В издательство позвонила тем же вечером, когда вышла из салона красоты. Чуть освежили кончики и сделали ботокс, так что мой блонд заиграл новыми красками. Волосы стали совсем шёлковые, очень приятные наощупь. Заодно обновила маникюр и сходила на коррекцию бровей. Ну и как такую красивую девочку можно не любить? Настроение сразу поднялось сильно выше моего привычного состояния глубокой депрессии.

А собеседование назначили уже на завтра, даже вошли в положение, и мы смогли договориться на послеобеденное время. Как раз у меня пары закончатся и побегу в их офис. Удачно, здание издательства находится через улицу от универа. Если смогу туда устроиться, буду просто на седьмом небе. Ну и пусть, что первое время в качестве ассистента.

Но на этом моё везение закончилось. Подход к парадной перегородил огромный грузовик. Пришлось обходить его по газону. Вернее, оббегать, пока вредные бабульки не засекли злостную нарушительницу.

Несчастье номер два – не работает лифт. Да что за напасть-то такая! Неохота с кучей пакетов тащиться на пятнадцатый этаж.

— Жесть, — вслух простонала. — По ходу, самосвал где-то с чёрными кошками перевернулся.

— Говорят, ремонтники скоро будут, — раздался о стороны лестницы незнакомый мужской голос. — Правда прошло с тех пор уже три часа.

Повернулась на звук и увидела развалившегося на ступеньках первого этажа парня. Широкоплечий блондин с серыми глазами смазливой внешности. Слишком сладенький на мой взгляд.

— Меня Даня зовут, — широко улыбнулся и протянул руку. — Тебе на какой этаж?

— Пятнадцатый, — неуверенно ответила и попробовала прикинуть хоть какой-то план действий.

Тут два варианта – либо ждать у моря погоды, либо идти пешком. И если я в конце этого пути не сдохну, будет очень большое чудо. Но сидеть здесь без дела точно плохая идея.

— Эй, ты куда? — крикнул мне вдогонку блондин. — Безбашенная что ли?

— Ну, я же не с парашюта собралась прыгать, — бросила через плечо и принялась уверенно подниматься по ступенькам.

Второй этаж, четвёртый, шестой…

Уф, маловато бегаю по утрам. Двадцать один год стукнуло, а уже какая-то нездоровая одышка.

— Дай хоть сумки донесу, — Даня вырвал пакеты из моих рук и невозмутимо зашагал по лестнице.

— Слушай, я могу сама, — догнала парня и протянула руку. — Не нужно утруждаться, правда.

— Боюсь, незнакомка, в таком случае пострадает моё мужское самолюбие, — усмехнулся, откидывая со лба светлые пряди. — По-соседски хочу помочь. Ты не бойся, не маньяк.

Что-то раньше этого доброжелательного соседа в глаза не видела.

— Только переехал, — Даня словно мысли мои прочитал.

— Что же ты раньше тогда сидел, не маньяк?

— Так мебель надо грузить, я же не халк, кровать тащить на пятнадцатый этаж.

Кошмар! Мы ещё на одной лестничной клетке живем!

— Убедил.

Когда мы наконец-то добрались до моей квартиры, уже и лифт заработал. Только облокотилась о стену, чтобы перевести дыхание.

— Спасибо за помощь, — поблагодарила парня.

Я-то без всякой нагрузки плелась, словно полудохлая черепаха, а он ещё и мои вещи тащил.

— Может тогда чаю? — нагло улыбнулся. — Куплю тортик.

Ишь, какой резвый!

— Извини, но не получится, — отрицательно покачала головой. — Правда, благодарна за помощь, но знакомиться ближе очень плохая идея.

— Есть парень?

Скорее, разбитое сердце…

И сразу после этих слов громко звякнул лифт, двери разъехались, мы с Даней синхронно повернулись в ту сторону. Сказать, что у меня от увиденного челюсть просто отвисла – это всё равно, что ничего не сказать.

— Значит, так ты болеешь, Князева?

Повисло молчание, я совершенно точно оказалась не готова к такому повороту судьбы. Никита Тарасов на моей лестничной клетке!

— Занятная у тебя ангина, Князева.

Иногда в жизни наступает момент, когда тот, кого ты любишь всем сердцем начинает проигрывать по всем пунктам. Раньше этот парень был для меня целым миром, но нашей вселенной больше нет. Её затянуло в чёрную дыру под названием «любовь».

Ник в своём репертуаре. Наглый, самодовольный, ведёт себя так, словно ровным счётом ничего не случилось. Спорим, циничный засранец даже и не догадывается, что я могла узнать об их глупой и жестокой игре?

Глазами стреляет на поражение, прожигает соблазнительной и самой любимой на свете улыбкой насквозь, будто мы играем в пейнтбол. На руке парня сверкает неоновый браслет из какого-то элитного ночного клуба. Точно времени зря не терял, развлекался всеми доступными ему способами. А теперь приперся, посмотрите на него! Конечно, Мира же наивная дурочка, сразу к ногам упадёт, лишь пальцем помани.

Шах и мат, мажор! Дальше мы будем играть по моим правилам. Больше нет наивной девочки, с сердцем которой можно безнаказанно шутить.

С самого начала мне следовало показать Никите Тарасову его законное место в моей жизни. Вернее, полное его отсутствие. Пока не поздно нажать на «рестарт», я верну подонку всю мою ненависть с отдачей. Помнишь, я тебя любила? Забудь!

— Твой знакомый? — первым нарушил тишину новый сосед. И сейчас была рада, что он здесь с нами на лестничной клетке. Иначе, мне бы пришлось во многие разы тяжелее.

Но как бы трудно и больно не было, как бы сердце не обливалось кровью, а душа распадалась на осколки, я обязана отыграть этот спектакль до победного конца.

Растянула губы в улыбке и представила парней друг другу:

— Это Даня, — посмотрела на Ника в упор, продолжая улыбаться. Наслаждалась скривившейся физиономией Тарасова и позволяла яду в своем сердце растекаться ещё больше. — А это – Никита. И Ник думает, что он мой бывший.

Не узнавала собственный голос и почти не понимала, что говорю. Но с каждым сказанным словом приходила новая порция боли. Я люблю этого парня и мне будет невыносимо сложно вырвать свою любовь из сердца, но всё равно сделаю это, чёрт побери! Даже если придётся отдирать её с мясом. Вытерпеть сегодня, чтобы быть счастливой завтра.

Внутренний голос орал благим матом, заклиная остановиться и прекратить притворяться той, кем я никогда не была. Но мне это нужно. Я обязана уничтожить его, раскатать в асфальт, увидеть хотя бы на одно жалкое мгновение, как самодовольное выражение исчезнет с лица Никиты Тарасова.

— А это так? — новый вопрос от Дани.

Казалось, он почти понял, что здесь происходит и почему-то начал подыгрывать мне. Придвинулся ближе, бросая на Ника больно задумчивые взгляды.

— Конечно, нет, но…

— Мне интересно, — зло процедил Тарасов сквозь зубы. — Мирослава, твой хахаль вообще в курсе, что ты на два фронта играла?

Назовите меня отчаянной безумицей, но я упивалась сейчас эмоциями Никиты. Его злостью, яростью, обидой. Не досмотрела видео до того момента, когда они с Сотниковым и Авдеевым на приз забивались, но внезапно упасть со своего пьедестала очень больно и неприятно.

Он мнит себя победителем по жизни, настоящим королём мира. Пусть хоть разок почувствует себя лузером.

— Играла лишь на одном фронте, Ник, — усмехнулась. — Стой, ты же не подумал, что у нас было по-настоящему?

— Пошла ты, Князева!

Он круто развернулся и направился в сторону лифта, с остервенением нажимая на кнопку вызова. Потом зашёл в кабину и бросил на меня свой последний взгляд – хмурый, колючий, полный ледяного отвращения.

Технично вставила ключ в замочную скважину и зашла в квартиру, Даня умудрился следом за мной проскочить и захлопнуть за собой дверь.

И вот тут больше не могла сдерживаться. Накрыло. Да так, что тушите свет. Разревелась раненной белугой, заорала навзрыд, сползая по стенке на пол.

Боже, как же я его ненавижу! Даже отомстить по-человечески не могу за своё разбитое вдребезги сердце. Позволила ему пройтись по осколкам своей души и что-то ещё там собрать пытаюсь, склеить. В то время, как влюблённая безответно девочка Мира готова на стенку лезть от фатальной безысходности.

Давайте просто признаем? Он меня сломал. А я в ответ его. Всё вроде бы честно, мы друг другу никто, ничем не обязаны, но почему тогда на душе так паршиво?

— Эй, ну ты чего? — Даня присел передо мной на корточки. — Так любишь его, что ли?

Люблю…

Сволочь! Скотина! Негодяй!

— Мира, да? — парень погладил меня по волосам. — Ты это… не реви. Потому что я точно не знаю, как успокаивать девчонок. Меня вообще-то невеста бросила. Почти у алтаря.

И новый сосед зачем-то рассказал мне свою печальную историю любви. Как любил девушку ещё со школьной парты, а в выпускном классе его зазноба наконец-то сказала заветное «да». Он хулиган, она отличница, встречались пять лет. Два года жили вместе, снимали квартиру, шесть месяцев назад Даня сделал своей любимой предложение и всё бы ничего, но эта стерва решила выбрать более перспективного мужика. Сыночка богатенького бизнесмена. Вот же гарпия ядовитая!

И я тоже поделилась с Даней своими душевными терзаниями. Возможно, это глупо так откровенно говорить с едва знакомым человеком, но почему-то мне захотелось этого. С ним было уютно, комфортно, без всякого напряжения. В конце концов, мы оба страдали любовным недугом. Нас предали те, кому мы вручили свои сердца.

А после он позвал меня в кино. Долго отнекивалась, потому что была совсем не на настроении для прогулок, но Даня уговорил выбраться на просмотр какой-то комедии. Да и что я теряю? Развеяться правда нужно, переключиться хоть ненадолго. Не думал и не вспоминать о том, что съедает изнутри.

Мы выбрали ближайший от дома кинотеатр, располагающийся в торговом центре, забронировали билеты на какую-то популярную комедию. Рейтинг 4.9, надеюсь, фильм нас не разочарует.

После того, как сосед разобрался с грузчиками и полностью перенёс свои вещи в новую квартиру, зашёл за мной.

— Твой сидит, — кивнул в сторону дороги Даня. — Выдержишь?

— Да, — улыбнулась и вдохнула воздух полной грудью. — Я это выдержу.

Казалось, что сейчас я нахожусь в таком состоянии, когда вообще не до смеха. Нервы натянуты, как струна и малейшее «дзинь» не по плану лишит хрупкого душевного равновесия. Какая это была невыносимая и изощренная пытка пройти мимо Никиты с высоко поднятой головой, словно его в этом мире для меня никогда не существовало.

Руки в карманах пальто дрожали, а сердце билось невыносимо быстро. Но я справилась. Увлечённо что-то говорила своему спутнику, сама даже не понимая слов. В трамвае уже выдохнула, когда Тарасов оказался далеко позади. Это мой первый круг Ада. Чем дальше и глубже, тем страшнее и одновременно легче.

Несколько часов, которые мы провели с Даней в торговом центре и прогулка после, определённо, пошли мне на пользу. Наверное, впервые за последнее время улыбалась и чему-то радовалась в своей жизни. Очень давно не наслаждалась глупостями вроде кино и карамельного попкорна.

Мой новый сосед крайне интересный собеседник. Мы обсудили сюжет комедии и вдоволь посмеялись над репликами главных героев. Вспомнили все любимые сериалы, книги и обнаружили, что наши вкусы почти сходятся. С этим парнем чувствовала себя так же легко, как и с Машкой.

Честное слово, и не скажешь, что мы всего один вечер знакомы. Казалось, он мог поддержать абсолютную любую тему. А главное, объединяющее нас – разбитые вдребезги сердца. Его бывшую и моего Ника стоило бы познакомить, чтобы те взаимно самоуничтожились.

— Знаешь, а я ведь тоже был фееричным придурком, — усмехнулся парень, неожиданно возвращаясь к больной теме. — Вроде твоего Тарасова.

Уже не моего… а был ли когда-то им? Ответ скорее отрицательный, чем положительный. Наше прошлое – фальшивое, ненастоящее, словно ваза из поддельного китайского фарфора.

Раньше я пыталась что-то там спасти. Найти причину, зачем Ник поступал тем или иным образом. Умудрилась простить его за мучительные годы ада, в которых погрязла, словно в вязком болоте. Доверила своё сердце, дала шанс. Мне просто хотелось быть для него всем. Жить этим электричеством, одним на двоих. Чувствовать вкус любимых губ и тепло сильных рук. Обожала прогулки с ним до утра, походы в кофейни и самый лучший на свете грушевый латте.

Смотрела в его изумрудные глаза и видела там своё отражение. То, как сильно нужна ему. Наверное, я просто всё придумала. Мужики вообще народ изобретательный. Особенно, когда дело касается секса. А дальше, хоть трава не расти. Получил, победил и остыл романтический пыл.

Стоило уловить сигналы тревоги раньше. Последнее время мы виделись лишь ради коротких мгновений уединения. Всё было горячо, дико и страстно. Теперь понимаю – секс ради секса. Ник вновь прошелся по мне своим бульдозером на радиоуправлении. Раскатал чувства в мясо, сравнял с землей девушку, которая его любит. Но что значат искренние чувства для такого парня? Пшик!

Почему же отказаться от него, вопреки всему, невыносимо больно? Говорят, старые раны не заживают. Просто покрываются толстым слоем корки, но где-то там внутри всё равно остается ноющая пустота. Словно большую часть тебя вырвали, нагло украли, нарушили целостность. И, кажется, что проще забыть об этом. Каждый день притворяться, улыбаться, а по ночам распадаться на атомы.

Но, знаете, сейчас уверена – поступаю правильно. Что мне принесла порочная зависимость от Ника Тарасова? Ничего, кроме слёз, боли и разочарования. Идиотка! Два раза на один и тот же крючок клюнуть. Талант надо иметь!

— Сильно сомневаюсь, — возразила и ещё раз пробежала глазами по меню. — По части чудачества на букву «м» он негласный лидер. Тебе до него сотни световых лет топать черепашкой.

Мы решили перекусить в небольшой уютной кофейне недалеко от дома. После прогулки хотелось выпить горячего вкусного кофе с какой-нибудь ароматной выпечкой. И чем вреднее, тем лучше.

— Не поверишь, я мог бы составить ему конкуренцию.

— Нет, — отрицательно покачала головой. — Ты слишком милый, Дань. Не каждому же играть роль Доктора Зло.

— Может быть, это всего лишь маска? — с умным видом спросил он и жестом подозвал официантку. — Добрый вечер, будьте добры, ореховый капучино и панини с ветчиной и сыром.

— Отличный выбор, — улыбнулась та, старательно записывая заказ в блокнот. — Девушка, а вы определились? Могу порекомендовать наш сезонный напиток – малиновый раф с карамельным сиропом, а на десерт яблочный штрудель с корицей.

— Пожалуй, стоит попробовать.

— Прекрасно, — официантка застенчиво улыбнулась, бросив мимолетный взгляд на Даню и прижала блокнотик к груди. — Напитки будут сразу, выпечка через десять минут.

— Мы с моим другом подождём.

Дождалась, пока девушка отойдет к стойке и придвинулась ближе к парню.

— Слушай, она точно на тебя запала. Вот какие сигналы подаёт. И она очень милая.

— Блин, Мира! — рассмеялся Даня. — Давай без сводничества, а?

— А я, может, переживаю, что ты до конца дней будешь обсуждать со мной супергероев.

— Уже достал?

Вообще-то нет. Я была очень рада знакомству. Это для меня все равно, как глоток свежего воздуха.

— О, у тебя телефон! — показала на вибрирующий гаджет.

— Посмотри, вдруг что-то важное.

— Вот и моя нарисовалась, — разблокировал смартфон, стеклянным взглядом полируя экран. — Пишет, что цацки свои забыла.

Ну-ка, ну-ка…

Мы оба склонились над телефоном, пока абонент «Настя» писала всё новые сообщения. В основном, ничего содержательного.

«Пупсик, я оставила шкатулку в нашей комнате. Привези в аэропорт к одиннадцати часам».

Или вот ещё:

«Милый, лучше закажи доставку. Сережа не будет рад твоему появлению».

Нет, ну вот хватает некоторым наглости? Нагадила в душу, но и в покое не оставляет парня.

Как и Ник меня. Зачем он вообще приходил? Впрочем, там всё банально и просто, уверена. Надо же мальчику самоутвердиться, последнее слово за собой оставить.

— Я фигею, ну и гадина, — не сдержалась и высказала всё, что думала о бывшей невесте Дани. — Отправь её в чс, слушай!

— А ты своего добавила? — поднял на меня глаза, которые сейчас были слишком грустными и печальными. — Мы оба цепляемся за наше фатальное прошлое, чтобы не говорили.

А ведь так и есть.

Сама не знаю, почему до сих пор не заблокировала Ника везде и всюду. Писать я ему, конечно, не собиралась. Слава богу, гордость и самоуважение не дают скатиться в самую пропасть.

— Идея! — хлопнула в ладоши. — Мы с тобой оба баним наших бывших. Во всех мессенджерах, чтобы неповадно было. Пусть хоть обзвонятся.

В ситуациях, когда тебя предаёт близкий человек важно иметь хоть какую-то поддержку. Вот уж не думала, что сломанный лифт преподнесет мне такой подарок судьбы.

Но наступила полночь, а сильная и независимая Золушка превратилась снова в девочку с разбитым сердцем. Оказавшись за стенами собственной квартиры, уже не была такой храброй и смелой. Разумеется, стало легче. Больше не рыдала и не заходилась отчаянными воплями. Просто понимала, что несмотря ни на что люблю этого мудака. Даже после того, как он украл и уничтожил моё сердце.

Глава 22 – Собеседование

Забери моё сердце – оно больше не нужно!

Оставь себе, как сувенир.

Я однажды стану лучше,

А ты всё так же будешь один.

Окруженный фарфоровыми куклами –

Искусственный взгляд, фальшивая улыбка.

И разобьётся кровавыми лунами…

Любовь между нами – ошибка.

Которую я никогда не забуду

И память о тебе никому не отдам,

Помню каждую нашу минуту.

Душа наизнанку и пополам.

И может быть, другого полюблю

Хорошего и доброго парня.

Но однажды пойму, что самой себе вру –

Ты моя вечная тайна.

Мирослава

Новый день начался со слишком солнечной и ясной для поздней осени в Питере погоды. Дул лёгкий ветерок, ничто не предвещало ни дождя, ни беды. Перед первой парой мы встретились с Машкой и на лекцию отправились уже вдвоём. Появление Ника почувствовала спинным мозгом. Он незаметно занял место на заднем ряду за нами, в компании Сотникова. Весь день не спускал с меня своих глазищ. Ничего, Мира! Скоро всё закончится, скоро ему надоест.

В целом, времени на амурные терзания практически не оставалось. Перед декабрем нас начали гонять, как стадо глупых несмышлёных барашков. Я так вообще пропустила аж две недели, преподаватели на мне вовсю отыгрались. Благо, самостоятельно занималась и не позволила застигнуть себя врасплох. К осенней сессии допустили, осталось теперь экзамены с зачётами сдать. И в отличии от Савельевой, у которой был пожизненный автомат на большинство предметов, мне так сильно не повезло.

После последней пары пулей понеслась в раздевалку за пальто, потому что очень хотела прийти на собеседование в издательство пораньше, а не в самый последний момент.

Сердце пропустило пару ударов. Потом меня бросило в жар и резко в холод. К горлу подступило какое-то непонятное чувство тоски и разочарования.

Ник активно обменивался слюной с какой-то смазливой куклой и всё, что мне хотелось, так это просто исчезнуть, под землю провалиться. Но пришлось взять себя в руки и молча пройти к вешалке. Игнор – вот моя лучшая тактика.

Сказать легко, да сложно сделать. За спиной парень, от которого по-прежнему без ума, целует другую. Причём на том самом подоконнике. На нашем месте! Сволочь!

Оделась и так же медленно двинулась к выходу, под пристальным взглядом Тарасова. Честное слово, если так будет продолжаться, то он точно дыру у меня в спине прожжет.

Нужно выдохнуть. Потом сделать глубокий вдох и просто вынырнуть из этого смертельного водоворота под названием «любовь».

Вот только неприятности на этом не закончились. На самом выходе из универа меня поймал Сотников и схватив под локоть, отвёл в сторону.

— Князева, поговорим?

— О чём? — устало подняла на него глаза. — Дима, я спешу.

— Это касается тебя и Ника.

— Сотников, мне абсолютно не интересно, что ты скажешь дальше. Всё, давай, опаздываю на важную встречу.

Дима больно схватил меня за запястье, удерживая на месте.

— Жалеть потом будешь, если не выслушаешь.

Да ладно? Прямо-таки жалеть?

Все вокруг знали, что Дима с Никитой лучшие друзья с самой гимназии. Подставят плечо, впишутся, прикроют со всеми вытекающими. Пожалуй, единственное хорошее качество у этих прожжённых мажоров. Но, впрочем, легко дружить, когда всё в шоколаде. По мне, друзья познаются в беде, а не возникают из воздуха, когда у тебя просто бабок вагон и маленькая тележка.

— Не поверишь – жалею, — вздохнула и подняла на парня свой взгляд. — Ты ещё не начал, а уже дико утомил.

Несколько шагов в сторону выхода, но у Сотникова сегодня напрочь крышу снесло. Потому, что иного объяснения его странному поведению я найти не могу, да даже и не буду. Зачем мне оно нужно?

Парень заслонил собой выход, не давая пройти ни моей скромной персоне, ни всем остальным. Дело доходит до абсурдного, вы не находите? Вот только массовки в этом спектакле одного актёра для полного счастья не хватало.

— Дура, да он на тебе помешался! — едва ли не кипит от ярости Дима. — Не заигралась ли ты, часом?

Заигралась? Ну, ни в какие ворота не лезет! Молчал бы, сам хорош. Какого труда стоило сдержать эмоции и не высказать самодовольному мажорчику всё, что я о нём думаю.

Не Мирослава затеяла это пари, одно из многих. Мальчикам стало скучно? Развлечься хотели? П-ф-ф! А я, получается, виновата с какого-то перепугу.

— Помешался? — задумчиво протянула. — Так это вам в больничку надо, Дима. На машинке с мигалками. Ко мне какие претензии?

И пока он замешкался, улучила момент и проскользнула на улицу. Настроение было безнадёжно испорчено. Ощущение, что всего несколько часов назад в моей груди был большой воздушный шарик, а сейчас он лопнул со всей дури.

Дорога до издательства заняла не очень много времени, на проходной оказалась за целые двадцать минут до начала собеседования. Записалась у охраны, получила разовый пропуск и следуя указаниям, поднялась на лифте на двадцатый этаж. Фиговенько, конечно, с моей боязнью высоты.

Большая приёмная пустовала. Кожаная мебель, журнальные столики с книгами и журналами, на стенах афиши новинок «Астры» и картины в стилях современного минимализма и абстракционизма.

За ресепшеном тоже никого не обнаружилось. Полукруглая стойка из бордового дерева, с виртуозно размещёнными на ней листовками, файлами с документами и цветными бумажками для записей. Она создавала впечатление, что её хозяйка поддерживает здесь идеальный творческий беспорядок. Так сказать, гений господствует над хаосом.

Уже хотела позвонить в звоночек, но внезапно откуда-то снизу вынырнула рыжая девушка миловидной внешности. Признаться, сначала не заметила ничего, кроме её больших круглых очков в тёмной оправе.

— Добро пожаловать в издательство «Астра»! — расплылась в улыбке. — Анастасия, к вашим услугам. Вы по записи?

Она достала огромный ежедневник и принялась что-то увлечённо в нём искать. В целом, создавала образ очень добродушного человека.

— Я на собеседование, Мирослава Князева.

— Точно-точно, собеседование, — Анастасия открыла блокнот на нужной странице. — Шестнадцать десять, ассистент художественного редактора. Нужно немного подождать, там другая кандидатка сейчас. Опоздала на целые полчаса и чуть ли не силой в кабинет ворвалась, представляете?

А в следующий момент из коридора выплывает Регина Филатова, моя одногруппница. Кхм… а она что здесь делает?

— Ну, как у вас прошло? — по-доброму интересуется Анастасия.

Регина кинула на неё беглый взгляд, потом на меня. Такие, как она смотрят на окружающих людей только с презрением, словно на маленьких, ничтожных букашек под своими ногами. Вежливости не хватило, чтобы просто поблагодарить. Вот коза дранная!

Ну и работка у Анастасии, не позавидуешь. Придёт этакая цаца с понтами вроде Филатовой, терпи потом её выкрутасы.

— Наверное, у неё что-то произошло, — наивно предположила девушка и улыбнулась. — Присаживайтесь, а я пока узнаю, когда Эльвира Рудольфовна будет готова вас принять.

Случилось, ага! Что там могло в жизни у Регины Филатовой произойти? Не успела купить туфли из лимитированной коллекции? Папочка карманные деньги урезал? До чего противная, не могу. Они с Ником были бы идеальной парой.

«Эльвира Рудольфовна»

Повторила про себя несколько раз, чтобы запомнить, как обращаться к возможной начальнице. Мне очень нужна была эта работа. Всегда мечтала работать в издательстве, а тут ещё всё связано с моим любимым делом – рисованием. Пусть, первое время мне придется носиться за кофе и чаем, дорабатывать чужие эскизы и прочее, прочее. Зато это престижно и первый шажок по лестнице моей карьеры.

Когда входила в кабинет художественного редактора, немного нервничала. Даже руки начали дрожать от волнения. Приказала себе успокоиться и подошла вплотную к большому стеклянному столу, за другим концом которого сидела строгая женщина лет сорока-пятидесяти.

Длинные тёмные волосы уложены в прическу, глаза подведены карандашом, а губы покрыты вишнёвой помадой. Выглядит очень роскошной и ухоженной.

— Здравствуйте, я на собеседование, — достала из сумки толстую папку со своим портфолио. — Мирослава Князева.

— Добрый день, — Эльвира Рудольфовна махнула рукой, приглашая присесть. — Ну, рассказывайте, Мирослава. Опыт работы ассистентом в арт-студиях или издательствах имеется?

— Нет, — покачала головой и опустилась в мягкое кресло. Портфолио разместила перед собой. — Учусь на последнем курсе факультета журналистики. Проходила практику в нескольких журналах, на городском телеканале, три года работала в книжном магазине…

— Достаточно, — редактор то ли улыбнулась, то ли усмехнулась и пододвинула к себе моё портфолио.

Наверное, когда она начала его листать и то и дело хмуриться, у меня чуть ли удар не случился. Ни то чтобы я была какой-то неуверенной в себе девицей, но попасть в штат самого популярного в Петербурге издательства буквально предел моих мечтаний. И это точно не просто, как два пальца об асфальт. Тем более, что у меня даже ещё и диплома нет.

— Сами рисуете? — донёсся до меня голос Эльвиры Рудольфовны. — Что ж, очень недурно. Много сертификатов о прохождении сложных художественных курсов. Безусловно, прекрасно, но вы в курсе, чем занимается ассистент?

— В курсе, — положительно кивнула. — Мне сказали, что работа на семьдесят процентов удаленная. А после учёбы могу приходить хоть каждый день.

— Каждый день не надо, — рассмеялась редактор. — Итак, я готова дать вам шанс, Мирослава. Хотя у нас есть уже один вполне достойный претендент на должность ассистента. Предлагаю пройти стажировку, вследствие которой будет принято окончательное решение.

Кто первый, того и тапки, значит.

— Согласна, — тут же ответила. — Когда нужно будет прийти?

— Давайте послезавтра в пятницу, у нас как раз сдача макета новой книги. И оставьте свой номер телефона и все данные Анастасии, чтобы оформить временный пропуск.

В приёмной я задержалась ещё на полчаса, у бедной девушки был настоящий завал. То все четыре телефона поочереди разрывались, то прибегали серьезные дяди и тёти, и просили какие-то документы, а она бедная пыталась их найти среди жуткого хаоса.

— Господи, как Мамай прошелся! — выдохнула Анастасия и плюхнулась на табурет. — Какой беспорядок.

Действительно. Не мешало бы генеральную уборку провести, я считаю.

— А как у вас дела? Успешно?

— Ну, мне предстоит пройти стажировку. Выберут между мной и второй девушкой. Говорить пока рано.

— Главное, не бойтесь, — она заговорщески мне подмигнула. — А я помогу, обращайтесь. Ева Игоревна, добрый день!

— Добрый день, Настенька, — раздался больно знакомый голос, а дальше я увидела ЕЁ.

Передо мной стояла мачеха Тарасова во всей своей красе. Я видела эту женщину всего один раз, но такую забыть сложно, знаете ли. Одета, словно только что с подиума сошла. Правда сейчас без каблуков. Лодочки на шпильках заменили туфли на небольшой платформе.

— Мирослава? — она выразительно приподняла одну бровь. — А что ты тут делаешь?

— На работу пришла устраиваться, — ответила нерешительно. — Ассистентом художественного редактора.

—А учиться как же? Последний курс. Никита тоже никого не слушает, в офисе вечерами сидит, как неприкаянный.

— О, вы знакомы! Славно! — прервал наш разговор голос Анастасии. — А Ева Игоревна, кстати, наш главный художник. В эту субботу состоится презентация её работ в новом арт-пространстве.

Ага, славненько.

Работать с мачехой бывшего особенно!

Глава 23 – Шах и Мат

Мирослава

— Да ладно! — выдохнула Савельева. Что, так и сказал? Жалеть будешь?

— Ага, — хмыкнула в ответ. — Именно так и сказал, Маш.

И снова пересказала лучшей подруге занимательный разговор с Димой Сотниковым.

Мы сидели в столовой на большом перерыве между парами английского и зарубежной литературы. Народа было очень много, все шумели и галдели, так что я абсолютно не боялась оказаться услышанной.

В четверг, что Дима, что Ник отчего-то на меня смотрели злыми дикобразами, словно я лично разрушила их идеальные, роскошные жизни, в которых и намёка на временную облачность не наблюдалось прежде. Умеют же некоторые все свои косяки и проблемы на других свалить. Уму просто непостижимо!

Ладно Тарасов, допустим. Задела хрупкое, по-настоящему хрустальное мужское самолюбие и бросила его раньше, чем это сделал он. Наверное, мне стоило подождать, пока мальчик наиграется в куклу Мирославу и разом выложит мне все свои карты. Как и три года назад.

На физкультуре, того больше, половина ребят против ополчилась. Вернее, девчонок. Филатова и компания вечно подрезали меня на разминке, один раз Регина подставила мне подножку, я неуклюже растянулась, ободрав коленки. Машка почти была готова кинуться на этих кур с кулаками, еле отговорила. Сам же Ник полировал влажными взглядами каждую мимо проходящую девицу. Конечно, там ведь такое меню – выбирай не хочу! И на первое, и на второе, на десерт и вместо компота.

Соответственно, лучшая подруга потребовала рассказать, что происходит. Кое-как от неё вчера отвязалась, потому что торопилась к маме с дядей Андреем, а после нужно было начать готовиться к сегодняшней стажировке в издательстве.

Но сейчас Машка буквально клещами вытянула из меня все последние события. Начиная со знакомства с Даней и заканчивая столкновением в «Астре» с самой госпожой Филатовой.

— Знаешь, либо она имеет какие-то виды на твоего Тарасова и подсуетиться решила, — задумчиво сказала Савельева, с опаской оглядываясь по сторонам. — Либо ей нужно место ассистента.

А кому оно не нужно? Можно подумать, Машка бы сама отказалась от такой возможности.

Впрочем, определенная логика есть. Зачем это потребовалось Филатовой? Она про слово «работа» вряд ли вообще слышала. Всё и всегда в своей жизни однокурсница получала буквально по щелчку пальчиков с идеальным маникюром. Да чтобы Регина до по издательству носилась на своих высоченных шпильках с кофе и списком указаний? П-ф-ф! Бред какой-то.

— С Тарасовым пусть делает, что её душеньке угодно, — пожала плечами. — Фиолетово, Маш.

— Ну-ну, — хохотнула подруга. — Или тебе уже Данечка настолько сильно в душу запал?

Данечка! Брр!

Умеет же, всего одним словом человека довести до точки кипения.

— Не выдумывай, мы просто друзья с ним, соседи, — принялась раскладывать всё по полочкам. — Между прочим, он там от неразделённой любви страдает, его невеста бросила прямо перед свадьбой.

— Бедняжка, — продолжает издеваться подруга. — А ты решила утешить? Ну, тебя послушай, хороший, добрый парень. Просто мечта. Не каждый станет терпеть ноющую по другому мужику девчонку. А тебе надо как-то забыть своего Тарасова, Мир.

— Маш, — отрицательно покачала головой. — Нет, я не стану с Даней встречаться. Использовать другого человека ради собственной выгоды – это очень низко. Чем буду лучше этих золотых деток?

— Эх, — вздохнула Савельева. — Разумеется, ты полностью права. Но так за тебя переживаю. Хотя выглядишь уже лучше.

— Ну, спасибо! Поддержала. А ещё лучшая подруга называется.

— А кто тебе правду скажет, если не я?

Мы дружно рассмеялись, а в следующий момент за соседний столик приземлилась компания девчонок и парней, которых здесь быть точно не должно. Никита, Дима, несколько ребят из футбольной команды, Регина с подружками и Настя, капитан чирлидеров.

Дура!

Я же тогда застукала Ника вместе с ней в раздевалке, только Ник после навешал лапши на уши. А Мира и поверила, наивная идиотка. А сейчас сидит, самым пошлым образом к себе её прижимает, у меня внутри от всего этого холодеет и кровь в жилах стынет. Но нужно держать планку. И виду не подам!

— Когда у тебя стажировка? — громко спросила Машка, пытаясь отвлечь.

— Сегодня, — благодарно ей улыбнулась. — После последней пары сразу побегу. Так что можешь пожелать мне удачи.

— К чёрту удачу, ты обязательно справишься. Я в тебя верю.

— Многовато сахара, — раздался голос Регины совсем рядом. Девушка оперлась о наш столик обеими руками, оттопырив при этом накачанную задницу. Короткие шортики мало чего прикрывали, но, очевидно, Филатову данное обстоятельство совсем не напрягало. — Разговор у меня короткий. Мира, я хочу, чтобы ты отказалась от стажировки.

Чего-чего?

Выражение лица Савельевой было в аккурат – «А в бубен ты не хочешь случайно?»

В отличие от подруги, большинство проблем старалась решить мирным путем, не раздувая конфликтов, но кажется, случай был именно с вышеупомянутым бубном.

— Ау! — Регина щелкнула пальцами прямо перед моим носом. У меня даже нервный тик начался от неожиданности. — Слышала, Князева? Или, может, повторить для особенно одарённых?

— Слышала, — подняла на неё взгляд. — Если на этом всё, то мы уже уходим.

— Ты не поняла, — процедила Филатова сквозь зубы. — Это место моё!

— Купила его что ли? — усмехнулась и технично принялась собираться. — Ну, а раз нет, то честная конкуренция, Регина.

— Сама напросилась! — коротко бросила она в ответ. Затем круто развернулась на каблуках, откинув назад гриву наращённых волос и вернулась за столик, где собралась местная элита.

— Кажется, это война, — протянула Маша. — Уверена, что справишься?

— Да, — кивнула. — Что она мне сделает? Пустые угрозы.

Знала бы я только, как сильно ошибалась.

***

До конца учебного дня времени на разговоры уже не было. Мы носились с аудитории в аудиторию. Не смогли даже перекинуться парой слов на перерыве после пары по политологии. Дружно завалились в библиотеку, взяли нужные книги и рванули на следующую лекцию. На философии препод решил устроить внеплановый зачёт, так что весь курс взвыл, словно стая диких степных койотов. Вот только от сдачи это никого не избавило.

От препода мы с Машкой ушли одними из первых, но были вымотанными до жути. Перед физкультурой успели купить кофе и немного перекусить булочками с корицей.

— Адский день! — недовольно простонала Машка. — А сейчас ещё и бегать придется, я на ногах еле стою.

— Ага, — поддержала подругу. — Мне вообще на стажировку нужно топать в темпе, тебе хорошо – домой поедешь.

— У моей мамы сегодня книжный клуб собирается, — Савельева перекрестилась. — Так что раньше девяти я даже одной ногой на порог не ступлю. Ладно бы эти старые кошелки Баратынского читали или Ахматову, так они своё творчество друг другу в уши льют. И в сумерках наступит вечер, как же день наш быстротечен!

Как ни странно, на занятиях Филатова и близко ко мне не подошла. Ни разу не зацепила, что не могло не насторожить. Но к концу последней пары мне стало настолько плевать, ноги начали заплетаться, хотелось упасть на скамейку и больше не шевелиться.

В душе немного полегчало. Долго простояла под тёплыми струями, тщательно намыливая тело. Даже взбодрилась немного. Воду выключила, отжала волосы и закрутила их в гульку на затылке. Сама обернулась полотенцем и вышла. В помещении уже почти никого не было. Машка тоже убежала. Она говорила, что хочет переговорить с куратором насчёт диплома. Неугомонная баба.

Несколько девчонок сидели на скамейке и о чём-то негромко шушукались. Не сразу поняла, что моя одежда куда-то исчезла, а когда дошло, то сразу стало как-то неприятно, не по себе. Куда же могла её засунуть? Вот растяпа.

— Катя, — обратилась к одной из девушек. — Вы вещи мои тут не видели?

— Нет! — в голос отозвались девчонки и тут же отвернулись.

Странно.

Боже, но как же всё невовремя! Я на стажировку опоздаю!

— Не это ищешь? — к моим ногами приземлился ворох тряпок, иначе и не назвать.

В них незамедлительно узнала свою одежду, только вот она была вся мокрая и изрезанная ножницами.

— Нечего бросать свои лохмотья без присмотра, — едко повторила Регина и усмехнулась.

Змея! Просто кобра двухголовая!

— Надо же как ты отчаялась, раз пошла на такие крутые меры, — старалась говорить спокойно, но внутри еле сдерживалась, чтобы не вцепиться этой гадине в волосы. — У страха глаза велики, да, Филатова?

Прошла мимо неё, гордо подняв голову. Адреналин бушевал в крови, понятия не имела, что делаю и куда иду. В одном полотенце.

В спортзале позволила себе на секунду прислониться к прохладной стене и приказала успокоиться. Нельзя паниковать и показывать, как мне на самом деле горько и обидно.

— Да, пап, я просто ключи от тачки забыл в разде…

Сердце грозило остановиться, когда я только услышала голос Тарасова и забилось чаще, когда он остановился всего в нескольких шагах и откровенно залип на моё тело, завернутое в не такой уж и большой кусок ткани.

— В раздевалке забыл ключи, — он засунул телефон в карман джинсов и окинул меня беглым взглядом. — Ты в курсе, что тут не сауна, Князева?

— Спасибо, капитан очевидность. Иди куда шёл.

Сдвинулась с места и почти полетела в сторону кабинета препода и тренера футбольной команды по совместительству. Надо же было встретить именно Ника, блин!

— Стой, — его голос почему-то до очаровательного мягкий, одним движением разворачивает лицом к себе и снимает с себя пиджак. — Надень, а то у тебя сзади слово не очень хорошее написано.

И тут в голове что-то щёлкнуло. Один плюс один получается два. Идеальная арифметика, чтоб её! Конечно же, Ник оказался здесь совершенно случайно. Именно в тот момент, когда его ядовитая подружка оказала мне такую неоценимую «услугу». Небось, по его указке действовала. А он такой приходит, а-ля благородный рыцарь! Просто тошнит от того, какой он внутри.

Бросила на него взгляд, полный холодного равнодушия и усмехнулась.

— Думаешь, приму от тебя помощь? Мне противно даже дышать с тобой одним воздухом, Никита.

Решительно двинула в сторону кабинета и плотно прикрыла за собой дверь. Физрук вылупился на меня, словно баран на новые ворота. Ну, что? В шоке бедный мужик. И говорить нечего. Нечасто к нему студентки полуголые заходят.

— Денис Витальевич, у вас нет запасной формы? — умоляюще на него посмотрела. — Просто моя одежда намокла, а мне уйти срочно нужно.

— Намокла? — прищурился мужчина, явно не доверяя моим словам. — Мира, с тобой точно всё в порядке?

— Определённо, — положительно закивала.

Чтобы там не выкинула Филатова в компании Тарасова и остальных, стучать ни на кого я не собиралась.

— Смотри мне, — Денис Витальевич встал и принялся перерывать шкафчики, один за другим. — Тут только мальчишеская, утонешь в ней. О, нашёл! Костюм чирлидера сгодится?

— Сгодится, — вздохнула. — Всяко лучше, чем так.

Домой вернуться уже не успею, а вот в магазин по пути заскочу и куплю какую-нибудь блузку и юбку простенькие, чтобы не опозориться на стажировке.

— Спасибо огромное, я завтра всё привезу.

— Давай в понедельник, — усмехнулся преподаватель. — Выходные всё-таки, Князева.

А дальше у меня был настоящий марш-бросок. Рванула в раздевалку. Быстро нацепила на себя короткий топ и шорты, обула сапоги и понеслась в гардеробную за пальто. Благо, народа почти в универе не было. Только один охранник остался. А времени уже пятый час.

После побежала во всю прыть до ближайшего торгового центра и выбрала симпатичную юбку-карандаш и белую рубашку с высоким воротником. Переоделась там же и уже с чистой совестью отправилась в издательство. Блин, десять минут до начала. Ужасно опаздываю!

На проходной меня почему-то не хотели пускать, мол пропуск уже просрочился, но, видимо, в конце им стало жалко несчастную девицу, махнули рукой и дали добро.

— Фух, успела! — остановилась возле ресепшена, чтобы отдышаться. — Здравствуйте, Анастасия. А где будет проходить стажировка?

Девушка почему-то сочувствующе мне улыбнулась и пожала плечами. Зато появившаяся Регина Филатова в компании художественного редактора почти всё расставила по своим местам.

Змея!

— Обязательность и пунктуальность, вот что я ценю в своих сотрудниках, — жестким, холодным тоном произнесла Эльвира Рудольфовна. — А вы, Мирослава, умудрились опоздать на полтора часа. Могли хотя бы оповестить о задержке.

Как полтора часа? Я не могла!

Посмотрела сначала на огромный циферблат часов на стене, а затем на свой телефон. Вот только в издательстве «Астра» было девятнадцать тридцать, а на моих – начало шестого. Ничего не понимаю…

Регина мстительно мне улыбнулась, откровенно издеваясь. Вот коза! Значит, время на телефоне перевела, стерва крашенная.

— Ну зачем же вы так строги к девочке, Эльвира? — раздался неожиданно голос Евы. — На учёбе задержали, наверное. Вон как запыхалась, бежала из-за всех сил.

— Ева Игоревна, — редактор натянуто улыбнулась. — Вы, как всегда, до неприличия добры. В любом случае, ассистент у нас уже есть.

— И очень удачно, — тут же ответила мачеха Ника. — Потому, что в моём новом проекте понадобится дополнительный помощник, который хоть немного справится с графическим и цифровым дизайном. И, насколько мне известно, у Мирославы прекрасное портфолио. Давайте обсудим?

— Хорошо, — на удивление быстро сдалась Эльвира Рудольфовна. — Пойдёмте в ваш кабинет. Регина, будь любезна, организуй нам кофе. Анастасия тебя скоординирует.

Боже мой, надо было видеть выражение лица Регины Филатовой в этот момент.

Шах и мат!

Глава 24 – Клинический случай

Никита

— Ну, и сколько это ещё будет продолжаться? — с хмурым видом осведомился Сотников, принимая вид матери пятерых детей. — Катился бы ты уже к своей Князевой по-хорошему.

Лучший друг называется. Нет бы дельное что предложить, а он мне снова про эту невыносимую девчонку в уши льёт. А, собственно, где не там свернул? Когда успел так нагрешить, что Мирослава Князева стала моим кошмаром и во сне, и наяву?

Казалось бы, ничто не предвещало беды. Нормально же общались! А всё началось с очередного глупого пари. Ребят, запомните раз и навсегда – если вам вдруг станет скучно, не ведитесь! Потому что это начало конца.

Порочный замкнутый круг. Надо было только затащить её в постель и тут же разбежаться, а мне отчего-то играть в отношения приспичило. Самое интересное, она ни о чём таком не просила. Не наседала, как другие девчонки любят после секса. Вообще гнала меня поганой метлой и плакала, как не в себя.

Тогда в осадок выпал. Без понятия, что делать с ревущими девчонками и где у них находится кнопка «отключить драму». Хотя бабские истерики в жизни не трогали. Взять хотя бы тот раз, когда Миру за дверь выставил едва одетую. Получил желаемое, она мне была более не интересна. Да, помнил теперь это. По неизвестной причине. Сейчас что изменилось? Старею, видимо. На ностальгию потянуло.

Носился за ней, словно голодный мартовский кот, а потом и слезть с неё не смог.

Завис, чёрт побери!

Самая обычная кукла с первого взгляда. Симпатичная, умная, да только всё равно снова в мои сети попала, как глупая рыбка. Наверное, где-то там и стоило мозгами пораскинуть.

Хорошие девочки обладают одним весьма неприятным качеством – они мстят. И мстят очень красиво.

Идиот!

Она смеялась надо мной каждую нашу встречу. Над прогулками, над тем, что звоню ей среди ночи, как сидел у парадной с тем дурацким кошаком.

Врала, но до восхищения изумительно! Смотрела влюблёнными глазками. Прижималась так, словно больше никого в этом мире не надо. Есть только я и она. Это было мило. Чертовски.

Не знал, сколько это сладкое безумие продлится между нами. «Долго и счастливо» в моём словаре не существует, но… малышка сделала Никиту Тарасова в лучшем виде, надо просто признать. И, возможно, заслуженно. Закон бумеранга работает и бьёт тогда, когда мышцы расслабились, прямо под дых.

Первое время откровенно не понимал, что происходит. Секс был очень хорош, но поиграли и хватит, пора и честь знать. Тем более, когда вокруг такой цветник. Девочки только и жаждали, когда же обращу своё внимание и на них. Вечеринка за вечеринкой. На учёбе не появлялся около двух недель, зная наверняка, что любой каприз мне спустят. Сейчас не в состоянии грызть гранит науки. Хотел сбросить пар, забыться. А по итогу – бежал от самого себя в неизвестном направлении. Потому что в реальности скучал по ней.

Первый день учёбы после моего затянувшегося крестового похода по ночным клубам и заезжаю в кофейню, чтобы купить кофе. По привычке беру два. Себе и ЕЙ. Тревожный звоночек прозвенел, а под рёбрами почему-то болезненно заныло. Вроде микстура была зачётная, элитного класса, а толку никакого, придётся перейти на сильные антибиотики, чтобы излечиться от этого волшебного недуга.

Совершенно точно был уверен, что она мне не нужна. Плевать на пари, разок проиграю, пусть парни почувствуют себя на коне. Но, учитывая, как сильно ненавидит Сотникова Маша, то мы оба обречены на эпический провал. И я свой уже принял. По крайней мере, очень постарался. Никитка-дурачок! Когда смеешься судьбе в лицо, стоит учитывать, что последний ход за ней.

В универе узнал, что Мира болеет, лежит дома с ангиной. Сначала выдохнул, а потом началась ломка. Искал её глазами, доставал телефон, чтобы написать, а затем сжимал зубы и терпел. Соберись, тряпка! На тренировках превратился в ходячий овощ, а Дима всё узнать пытался, почему такой хмурый и кислый. Но мы оба знали её имя.

Несколько дней держался, как только мог, а на четвёртый решил поехать к ней. Плевать! Пусть в лицо кричит, как сильно меня ненавидит, но мне нужно было её увидеть.

Вот скажите, разве можно притворяться, что сходишь с ума по человеку? Улыбаться так, как никому другому?

А, возможно, просто мазохист и копал для себя глубокую-глубокую могилу. Летел к ней. Чтобы она меня в очередной раз убила, но на этот раз – пулей двадцатого калибра и прямо в самое сердце.

Я и сейчас вижу её перед глазами с другим. Фантазирую себе непонятно что и как сам себя терплю – не представляю. И дело даже не в этом сладеньком мальчике-зайчике по имени Даня. Будь кто другой на его месте, точно так же бы спятил от душераздирающей ревности. Мирослава била, жестко и холодно. Возвращала весь тот яд, каким я сам затопил её, словно Нева Питер.

А мне… она была нужна.

Раньше думал, что любовь для слабаков. Романтическая чушь, которой полно в лирике поэтов и в ванильных женских романах со счастливым концом. Только в моей истории не было хэппи энда. Безответные чувства – самые паршивые на свете. Когда ты точно знаешь, как сильно тебя ненавидит та, кто полностью заняла твоё сердце. Падать больно, но ещё сложнее идти, когда всё внутри беспощадно кровоточит.

Но чтобы не сделал, даже если бы очень сильно постарался – ничего бы не изменилось. Она тянулась ко мне для удара, а после перешагнула и сделала вид, словно нас никогда не было.

Но мне оказалось до ничтожного мало застать её с парнем. Я должен был убедиться на всю тысячу процентов, что каждое слово этой девушки концентрированная, неразбавленная правда. Долго сидел в машине у парадной, а потом дождался на свою голову! Вышла с ним под ручку, вся светится, словно рождественский фонарь, болтает без умолку. Думаете, хватило? Нет, пожелал вишенку на тортик. Принялся следить за ними, поехал следом и таскался, словно побитая собака, пока не увидел всё, что нужно и даже больше. Как моя Мирослава склонилась к нему, как их губы соприкоснулись в поцелуе.

Без понятия, почему сдержался тогда. Но накрыло меня хорошо. Так что пару дней я просто не понимал, где я, кто я, что я. Хотелось придушить Миру. И поцеловать. Спятил, совершенно точно спятил!

Какой невыносимой пыткой было видеть её каждый день, но ещё сложнее было не полировать взглядом любимый, желанный образ. Чёртова Князева!

— Приём, Юпитер! — Дима щёлкнул пальцами перед моим носом. — Как слышно, Никитос?

— Отвянь, — отмахнулся от лучшего друга и упал на скамейку.

— Старик, фигово ты выглядишь. Так и собираешься ныть, или вернёшь уже свою зазнобу?

Ага, как её вернешь-то? Ладно, если бы там чувства были, но между нами лишь выжженная пустыня – её ненависть, моя любовь.

В спортзал заходит толпа девчонок. Маша с Мирой в самом конце. Моя смотрит, словно сквозь пространство, никого не замечает, губы кусает. Когда так делает, то начинаю сомневаться, что смогу держаться от неё на расстоянии. Ведьма натуральная! И в этой юбке она умопомрачительна хороша.

Проводил Миру взглядом до раздевалки, потому и не ожидал, что в один прекрасный момент мне прилетит неплохой такой хук справа. Зачётный. Челюсть аж свело.

Савельева? У этой бабы тараканы с белками в голове, но, чтобы ни с того, ни с сего по роже кому-то въехать – слишком и для неё.

— Маша, ты чего? — первым опомнился от шока Сотников.

— За дело! — разъяренной гарпией прошипела девчонка. — Будь мужиком, Тарасов. Удали видео, которое вы со своей подружкой залили в чат.

— Какой чат?

— Мда, — Маша закатила глаза. — Тупой и ещё тупее, что называется.

Демонстративно развернулась и громко зашагала в сторону раздевалки.

Задумчиво потёр щеку ладонью и попытался сложить «а» плюс «б».

— У тебя телефон рядом?

— Уже там, — коротко кивнул Дима. — На, смотри.

Да жесть какая-то!

Регине хватило мозгов снять Миру на камеру и выложить в наш общий чат. Я уже и забыл про тот случай, когда застал Князеву в спортзале полуголой и с обидной надписью на пятой точке. Она меня тогда послала в пешее эротическое, но Филатова до такой степени увлеклась… взрослая девка, фигней страдает. Да и что с Мирой могли не поделить? Мало того, они ещё и обсуждали Миру в чате. Прямо говоря – практически устроили травлю. Надо с этим завязывать. Не позволю никому её обижать.

А Мирослава подумала, что главный виновник – я. Логика есть. Да и доказать свою непричастность будет нелегко.

— Мои соболезнования, — усмехнулся Дима. — Влип ты Никитос, да по самые помидорчики.

— Никуда я не влип, — коротко отрезал. — Ты, что предлагаешь так оставить? Пусть девчонку дальше опускают?

— Ну, ты прямо прынц! — расхохотался Сотников.

Дебил…

А видео из чата удалили. Регина знала, кому переходить дорогу, а кому нет. Тем более, у Димы на неё было крайне много компроматов, куда более интимных, чем мокрая Князева в полотенце.

И лучше бы на этом успокоился, но мне же больше всех надо, ага! Нафига вообще к Мире пошёл? Набирался смелости до конца дня, а потом просто подсел к ней в столовой. Она даже глаз не подняла, технично поглощая овощной суп. Будто я человек-невидимка.

— Привет.

Снова ледяное молчание, от которого хочется на стену лезть.

— Мира, — накрыл её руку своей, но она тут же оттолкнула меня, выплеснув немного супа на стол.

— Тарасов, что непонятного во фразе: «ты ме противен?»

— Почему, всё предельно ясно. Хотел лишь убедиться, в порядке ли ты.

Не знаю, на что рассчитывал. Увидеть хоть какую-то эмоцию, ту же ненависть, злость, но ответом мне было только холодное равнодушие, которое с каждой секундой пустотой расползалось по всему моему существу.

Только встала, молча подобрала свой рюкзак и ушла. Тишина — оружие, которое уничтожало меня сейчас верно и планомерно.

И понимал, что она не лгала. Эта девушка не хочет видеть рядом с собой такого, как я. Ирония… потому, что я продолжал тянуться к ней и строить воздушные замки.

Замки, что снёс сильный порыв ветра под названием «ненависть».

***

Потянулись бесконечные дни и недели, когда всеми силами пытался сбежать от самого себя, а главное от девушки, которая вытащила на свет нового Никиту Тарасова. И плевать она хотела, что об этом апгрейде никто её не просил.

Погрузился с головой в учёбу и работу, вечерами и ночами зависал в офисе с отцом. Уходил только тогда, когда родитель пинком под зад выставлял. А он ещё решил на старости лет меня жизни учить. Мол, молодость-то проходит, Ник. Хватит штаны просиживать за столом, с девочками гуляй, с друзьями развлекайся. Угу, нагулялся уже! Спасибо, пап. Хватило по горло. Так время дошло и до нового года. Впервые за всё время учёбы сдал сессию одним из первых и теперь был свободен, как птица в небе.

— Слушай, Тарасов, ты мне не нравишься, — Сотников скрестил ручки на груди, словно собирался прочитать мне очередную лекцию. — Давай сегодня с нами, а?

— Не, — отрицательно покачал головой. — Другие планы.

Шумные вечеринки, девочки и танцы давно уже не помогали. После них становилось в сто крат хуже. А я и так уже был из-за Мирославы ни живой и ни мертвый. Чёртово привидение!

— Ник, да забудь ты уже эту девку! Ну, или верни её назад.

«Девка» … меня даже Дима сейчас выбесил, как сдержался, сам не понимаю. Это слово категорически Князевой не подходило.

— А мир не черно-белый, Димочка.

— Настолько всё фигово?

Настолько…

Для Мирославы Князевой такого парня банально не существовало. Перешагнула и забыла, оставив одного на самом дне. Она не обращала на меня ровным счётом никакого внимания. Смеялась, улыбалась, наслаждалась жизнью на полную катушку. С каждым днём словно становилась ещё красивее и видеть её так близко, но не иметь возможности прикоснуться стало самой настоящей пыткой. Согласен был на любые эмоции – злость, ненависть, ярость, но только не на это холодное равнодушие. Снежная королева, вооруженная маленькими ледяными кинжалами. Бросала их в моё сердце, они застывали, навсегда застревая в грудной клетке.

Жизнь без неё стала другой. Пустой, бессмысленной, наполненной тьмой и одиночеством. Она была моим светом, но, как это часто бывает, мы понимаем всю ценность других людей только тогда, когда они уходят.

— Шансов нет, — отрицательно покачал головой и двинул к раздевалке. — Она меня ненавидит, Сотня. Презирает. Ты видел, как она смотрит?

— Ну так она и не смотрит, — рассмеялся Дима. — Вообще. Слишком много стараний для той, кому всё равно, не находишь? Слушай, я тут подумал…

— Что? — стянул с себя влажную после тренировки майку, а вместо неё натянул белую футболку. — Ты меня так не пугай, старик. Ещё чего не хватало, чтобы ты о моих проблемах сидел и философствовал.

Ржёт.

— Вдруг Мира как-то про наше пари узнала и теперь просто мстит тебе? Обиженная девочка, ну.

На секунду задумался, но тут же отмёл это безумное предположение. Узнала, ага! Будь это так, она бы живьем меня в землю закопала.

— Исключено, — ответил через некоторое время. — Кстати, о пари. Надо рассказать.

Дима от шока аж подавился и долго откашливался, пытаясь прийти в себя.

— Что ты там бормочешь? Совсем мозги ванилью заплыли? Рассказать… правда, что ли влюбился?

— Три месяца давно истекли, да и я давно забил на это дело.

— И как давно? — хитро прищурился. — Когда тебя выкинули на улицу, словно шкодливого котенка? Давай, начни заливать, что ещё три года назад втюрился в свою Князеву.

Нет, не три года назад. Хотя тогда она стала для меня глотком свежего воздуха. Миленькая, хорошенькая, так не похожая на других девушек, которые окружали меня. Настоящая, искренняя, живая.

Время, проведенное с ней, я не ценил ни тогда, ни сейчас. Не вспоминал её смех, улыбку, ту большую зелёную шапку, которая вечно съезжала по самые глаза. Она стала первой девочкой, с которой так долго ходил за ручку без всяких пошлых намеков на горизонтальную плоскость. Там даже пацаны начали надо мной ржать во главе с Сотниковым, что втюрился. Да и сам привязался. Но отношения, целомудренные поцелуи и скромные свидания – не мой конек. Взял то, что хотел и прогнал. Мира ничем от других девушек не отличалась, только зачем-то лезла в душу, а мне это было нужно меньше всего на свете. И кто знает, как бы сложилось дальше, если бы не это проклятое пари? Я ведь даже не сразу вспомнил её при первой встрече…

А теперь, пожалуйста, загибаюсь от недуга под названием «любовь». И в моём случае диагноз железобетонный. Может быть, однажды и смогу вырвать чувства к ней из сердца вместе с мясом, но не сейчас.

Этот токсичный яд уничтожает меня, топит, погружает на самое дно адской бездны. Но отказаться? Я чёртов мазохист!

— Не три года назад, — уклонился от ответа. — Забил на пари после осеннего матча. Решил, что мне там ничего не светит.

После тренажерки мы с Димой разошлись, он поехал на вечеринку, которую Филатова устраивала в коттедже на Финском заливе, а я в офис к отцу. Папаня был не в себе, явно думал о чем угодно, но только не о работе. Надо отдать моей мачехе должное. Ушла, спалила все мосты дотла, ни звоночка, ни единого сообщения. Вообще, как свозь землю провалилась. Одно время я считал, что она на деньги отца позарилась, но, как оказалось, в них Ева совершенно не нуждалась.

— Пап, как дела? Где на новый год будешь?

— К крёстному твоему поеду, — на секунду отвлёкся он от бумаг. — Всяко лучше, чем одному. А ты как сам? Небось, с друзьями рванешь на отдых?

— Нет, я дома.

А в моей голове это звучало не так паршиво.

— Один? — удивился отец. — Поехали вместе к Алферовым. Твой крестный только рад будет. Тем более, там и компания подходящая будет. Мирославу по дороге подхватим, а то она на такси собралась ехать. Ты знаешь, как дядя Андрей к ним относится.

От одного звука её имени сердце забилось чаще, а мысли закрутились, словно сумасшедшие шестеренки. Сильнее, быстрее, стремительнее!

Новый год. С ней. Разве мог отказаться?

— Па, а можно тебя попросить?

— Мм?

— Я хочу сам привезти Мирославу.

Возможно, вколотил в крышку своего гроба последний гвоздь, но не мог не воспользоваться подвернувшейся мне возможностью.

Клинический случай!

Глава 25 – Мой персональный Ад

Ты меня вдребезги разбила,

На мелкие, острые куски.

Ты когда-нибудь вообще любила?

Или просто затягивала крепче

тиски?

Никита

Вот и настал день «Х». 31 декабря, нервничаю, словно прыщавый пятнадцатилетний пацан у парадной своей любимой девушки. Как только отец согласился на мою авантюру без понятия, но он даже выделил мне машину своего водителя, чтобы сильно не палиться перед Князевой. Знал бы мой старик, как сильно я в этой жизни накосячил, не поступил бы так опрометчиво.

Мысли превратились в вязкий кисель, тело словно налилось свинцом, стало тяжелым, совершенно чужим.

Где-то на задворках сознания, голос разума твердил, что я закапываю себя глубже и глубже, но не слушал его. Дима тоже не в восторге от моей затеи. Сказал, что новый год просто не переживу. Даже, если так, то оно точно того стоит. Она стоит.

Села в машину, захлопнула за собой дверь и посмотрела на меня. Прямо в глаза.

— Что…

Но поздно, нажал на кнопку автозапуска и автомобиль сорвался с места, словно за нами гонится сама тьма во плоти.

Мира шумно сглотнула, пристегнулась и вытащила из сумочки телефон. Нервные движения не могли от меня укрыться. Испугалась, наверное. Не каждый день её на тачке посреди дня увозят в неизвестном направлении. Да и она обо мне не самого лучшего мнения. Чудовище, именно так она сказала.

— Тарасов, ты совсем чокнутый? — гаджет ей мало помогал, на звонки никто не отвечал. Новый год же, не до телефонов людям. Оливьешку кто строгать будет? — Выпусти меня отсюда немедленно.

— Успокойся, — стараюсь говорить, как можно увереннее, а сам вдыхаю её запах снова и снова, накачивая себя им. Кажется, поездка с ней в одной машине, в такой близости друг от друга действительно не лучшая идея.

—Что ты устроил? — откинулась на спинку кресла.

— Крёстный сказал, что тебя некому привезти.

— Ты теперь у него шофёром подрабатываешь, значит? — нахмурилась, совершенно точно не веря ни одному моему слову.

— Мира…

— Мне не интересно, Никита. Просто поехали.

Сжал руль обеими руками, так что все костяшки побелели. Самое главное, что она здесь со мной и никакой Данечка на горизонте не отсвечивает.

— Мира, — повторил упрямо. — Нам нужно поговорить.

Ноль эмоций, только игнор врубила на полную катушку. В довершение и того больше, достала наушники и погрузилась в какой-то сериал, словно ей действительно откровенно плевать на всё, что я ей скажу дальше.

И может быть, вполне это заслужил, но сдаваться настолько просто не собирался. Потому даже обрадовался, когда на горизонте раньше времени замаячила заправка. Топливо я предусмотрительно залил по минимуму, на тот крайний случай, если Князева на мировую не пойдёт.

— Зачем мы сюда приехали? — хмурит лобик и вытаскивает из уха один наушник. — Вообще-то нам в другую сторону.

— Бензин на нуле.

Сопит, словно злобный пёсик, губы сердито сжимает. До черты совсем чуть-чуть.

— Ты это специально, да?

— Что?

— Ник, тебе не идёт быть идиотом. Давай уже, поиграли и хватит, поехали. Я меньше всего на свете хочу встретить новый год с тобой.

Знала бы она, что я об этом мечтал.

С чего начать?

Ни то чтобы у меня были трудности в общении с девушками, если только конкретно с этой и именно сейчас. Сижу и не знаю на какой козе подъехать к неприступной Мирославе Князевой, лишь бы выслушала, позволила высказаться. Про шанс молчу. Вероятность потепления в сердце Снежной Королевы стремительно снизилась к нулю.

Чёртово пари!

— Помнишь три года назад? — и повернулся к ней вполоборота.

— Тарасов! — голос Миры звенит от злости. — Как человека тебя прошу, заканчивай спектакль. Заправляемся и едем, хорошо?

— Дай мне пять минут, большего не прошу.

Мне хотелось увидеть в её глазах хоть крохотную капельку интереса, но она только раздражённо вздохнула и махнула рукой. Мол, говори убогий, и оставь уже в покое со своими душевными терзаниями.

— Три года назад, на первом курсе. Помнишь историю с пари?

«Помнишь историю с пари?»

Надо же быть таким конченным дебилом, чтобы начать наш разговор именно с этого. Ничего лучше не придумал, да?

Мира же спокойно листала ленту в вк, разглядывая какие-то смешные картинки и спойлеры к сериалам. Слушает ли она меня? Очень надеюсь, что да!

— Я повёл себя тогда, как мудак.

— Очень рада за тебя, всё? — бросила равнодушный взгляд и вновь уткнулась в свой гаджет.

И так бесила её отстраненность, словно мы никогда не были с ней по-настоящему близки. Хотелось банально схватить её, прижать к себе и гори оно синим пламенем. Почувствовать ещё хотя бы раз вкус любимых, сладких губ и заполнить эту зияющую пустоту в сердце. Ею одной!

Но это не путь к спасению, а дорога в никуда. Билет в один конец без возможности на возвращение.

— Мира…

— Часики тикают, Никита.

Да чтоб вас!

Неужели она настолько не выносит меня? Если даже один безобидный разговор сравним с натуральной адской пыткой. Каждая секунда с ней одновременно прекрасна и ужасна. Без Миры мне плохо, но рядом… рядом во сто крат хуже. Когда понимаю, что не достоин вообще ничего от любимой девушки. Пустое место.

— Осенью, когда вернулся в Питер, мы с парнями заключили ещё одно пари, — сказал, как выдохнул. Сам себе стал противен, но сжал зубы и опускался на дно вместе с этой неприглядной правдой. — Дима, Егор и я. Да, именно на это Авдеев и намекал тебе при любой подвернувшейся возможности.

— И как? — усмехнулась, впервые за всё время, не сводя с меня глаз.

— Как, что? — в горле пересохло от затянувшегося зрительного контакта.

Нервно сглотнул, словно не здоровый двадцатилетний амбал, а наивный, глупый мальчишка на своём первом свидании. С той самой девочкой, от которой мурашки по коже и сердце ходуном ходит.

И, кажется, так оно для меня сейчас и было. Душа нараспашку и чувства наизнанку, но беда в том – ей совсем не нужна моя искренность и честность. Не интересно. Я вижу это по её стеклянным глазам, по плотно сжатым губам, по равномерному дыханию.

Да идите вы! Не может быть всё настолько паршиво!

— Ну, пари своё выиграл? — откровенно смеётся надо мной Мира.

— Нет, я…

— Ясно, — пожала плечами и отвернулась к окну.

— Мирослава, прости меня! — придвинулся к ней, так что между нами было теперь всего пара сантиметров. — Мне плевать на пари, давно тобой одной одержим. Мне ничего больше не нужно, только ты, понимаешь?

— Мне тоже.

Что?

Глупое сердце радостно забилось, едва не проломив дыру в грудной клетке от этого запредельного счастья.

Вот так и разбиваются сердца. Внезапно.

— Мне тоже плевать на пари, Ник, — продолжает Мирослава и вбивает в аккурат под рёбра старый тупой нож, по самую рукоять, а потом проворачивает его против часовой стрелки. — Пари – не пари, вообще фиолетово. Если момент откровений закончен, поехали. Я уже сказала, проводить новый год с тобой не намерена.

Но мне этого оказалось мало, да!

Аргументы закончились, осталось дикое, неукротимое желание вернуть любимую девушку. Понимал, что если сейчас не дожму до конца, то это всё. Финита ля комедия.

Обхватил за шею одной рукой, второй за талию и впился в любимые губы поцелуем. Крышесносный запах яблочных духов, вкус клубничных губ, мягкие шелковые волосы…

Пьяный, очарованный ею. В какой-то бешеной, неукротимой эйфории. Кажется, что этого просто не бывает в жизни. Не может всего один поцелуй показать рай на земле.

Я по ней так скучал!

Мычит мне в губы и колотит кулачками по плечам. Сильно. До меня не сразу доходит, что она сопротивляется. Ты хотел эмоций? Получай тройную дозу отвращения от Князевой!

— Тарасов, — вытерла губы ребром ладони, словно пыталась избавиться от моих прикосновениях к ней. — Я хочу одного – уехать. Это ясно?

Кивнул, а сам медленно и уверенно распался на атомы. Если раньше и существовал где-то на границе между жизнью и смертью, теперь настал окончательный Ад. Первый и бесконечный порочный круг.

— Сейчас поедем, — каким-то чужим голосом сказал. — Надо заправиться.

— Схожу за кофе.

Она вылезла из машины, чтобы только держаться подальше от меня и двинула к круглосуточному магазинчику на заправке. На часах уже половина двенадцатого. Надеюсь, успеем домчаться до дома Алферовых до полуночи.

Наверное, идея заранее была бесперспективной и лишенной здравого смысла. В очередной раз налажал. По-крупному.

Мира долго не возвращалась. Пришлось идти следом. Наверняка, сидит там и выжидает, когда же мы наконец отсюда уедем и она сможет навсегда избавиться от Никиты Тарасова.

Со своим позорным поражением смирился и готов был дать ей эту возможность. Каковы мои шансы? Ноль целых ноль десятых. Иногда нужно отпустить другого человека, чтобы сделать счастливым.

Мира заслуживает нормальной жизни. Пусть там для меня совсем нет места, а всё внутри переворачивается от одной только мысли, что навсегда потерял любимую девушку. Но это не кино, а суровая реальность.

Реальность, в которой потерял её.

Князева сидела за столиком со стаканом кофе и с кем-то активно переписывалась. Стоило мне подойти, как подняла глаза и заблокировала гаджет.

— Можешь общаться со своим парнем спокойно.

— Ты снова намерен болтать или мне лучше вызвать такси?

Думала она, ишь ты…

Сам виноват. Накинулся на девушку, как изголодавшийся пёс и рассчитывал на то, что она спокойно останется со мной наедине. Ой, идиот!

— Мира, я больше не стану приставать. Понял, не дурак.

— Ладно, — она откинулась на спинку стула, закинув ногу на ногу. — Хочешь поговорить? Хорошо. Расставим точки над «и». Никита, мне плевать на ваш глупый спор. Пожалуйста, больше не поднимай эту тему. Мы с тобой неплохо провели вместе время, но дальше всё… я решила, что мне такие отношения не нужны. Надеюсь, мы друг друга поняли.

— Да, — сухо кивнул и направился к выходу. — Идём, иначе опоздаем и придётся встречать новый год вместе.

Без понятия, как вообще дошел до машины. Потому, что задыхался, а внутри всего ломало и выворачивало, словно при гриппе. А может, я действительно болен? Этой бессердечной, равнодушной девчонкой…

Сколько раз сам разбивал чужие сердца, смеялся над теми, кто терял от меня голову. Сейчас прочувствовал на себе всю силу волшебного бумеранга сполна. Карма, чтоб её!

Любить больно. Безответно, жестоко и беспощадно. Гореть той, кто никогда не посмотрит с интересом в твою сторону – настоящий ад.

Ад, в котором я буду вариться снова и снова, и снова.

Глава 26 – Просто катастрофа

Мирослава

— Веришь ему? — прищурилась Машка, не сводя с меня внимательных глаз.

— Нет, — не задумываясь, ответила. — Такое не лечится, Савельева.

Просто сказать «прости», когда не понимаешь истинного значения этого слова.

И какими бы сладкими не были извинения Никиты, я не верила им. Увольте! А казалось, жизнь только начала играть новыми яркими красками.

В ней появилось что-то помимо беспросветной тьмы. Я обожала свою новую работу в издательстве «Астра». Даже постоянно маячившая перед глазами Регина Филатова не могла ничего испортить. Впрочем, она очень пыталась.

Однокурсница за что-то меня невзлюбила и это факт.

Отравляла мою жизнь любыми способами, но действовала очень хитро, так что не подкопаешься.

В универе, стоило мне появиться в зоне видимости Филатовой и Ко, сразу все начинали смеяться, шептаться, чуть ли пальцами не тыкали. На работе же Регина вечно устраивала какие-то подлянки. То эскизы все в папках перепутает, то кофе «случайно» выльет, то в подсобке запрет в самый ответственный момент… потом правда охрана намекнула ей, что нельзя так делать, пальчиком погрозили. Вот эта стерва и подуспокоилась.

Но до сих пор откровенно не понимала, с чего вдруг мажорка решила объявить мне войну. Из-за работы? Так вот она и получила себе место ассистента худреда, какие проблемы?

Проводила много свободного времени с Даней, вечерами мы собирались либо у меня, либо у него, смотрели фильмы или сериалы, а потом обсуждали их. Никакой романтики, мы стали хорошими друзьями. Но Савельева не была бы собой, если бы не шутила по этому поводу. Остальное свободное время тоже старалась забить по максимуму – ездила к маме и отчиму, нянчилась со своей маленькой сестрёнкой, которая росла невероятно быстро. Полностью погрузилась в учёбу и написание диплома. И в этом новом мире совершенно точно не было места для Тарасова и его жестоких, хитрых игр. Почему бы не оставить меня в покое и не переключиться на какую-нибудь другую влюбленную идиотку? Уверена, желающих вагон и маленькая тележка.

Первое время напоминала собой робота. Техничная, выполняющая сложные команды так, словно это заложено в мою систему. Стиснула зубы и запрятала мудака в своём сердце в самые тёмные и далекие закоулки собственной души.

Мне обязательно станет легче. Когда-нибудь…

Оставаться хладнокровной, беспристрастной и равнодушной в обществе Никиты было невероятно сложно. Если бы он просто перестал пытаться построить мосты ко мне! Но, видимо, самолюбие у мальчика больно сильно пострадало. В те периоды, когда он ошивался рядом, мне хотелось банально высказать ему всё, что о нём думаю, по физиономии наглой надавать, чтобы Никита Тарасов хотя бы на самую малость почувствовал себя на другой стороне пропасти.

Всего разочек…

Упивалась каждой своей маленькой победой. Наслаждалась тем, как Никита реагирует на холодную войну между нами. Наверное, мне было нужно сделать это и понять, что я совсем не такая. Подлость, хитроумные махинации, тонкая и изощренная ложь… мне было противно играть по его же нотам. Становиться похожей на кого-то вроде Регины Филатовой.

Пыталась его забыть. Почти безрезультатно. Выкинуть из головы наши встречи, прогулки, разговоры. Но возвращалась сама к этим злым, но прекрасным воспоминаниям, словно отчаянная мазохистка. Болезненная, по-настоящему адская пытка, на которую я добровольно подсела. Спросите меня – зачем? Сама не знаю!

С Даней мы могли часами обсуждать наших бывших. Но, надо отдать должное бывшей невесте друга, она не отсвечивала лишний раз в его жизни. С концами свалила за бугор, ни ответа, ни привета. Зато сосед полировал её фотки двадцать четыре на семь.

Маша писала ни то диплом, ни то диссертацию, совместного времени у нас осталось крайне мало. Докатились, живём в одном городе и учимся на одном курсе, а почти не видимся. Собственно, только на учёбе мы с Савельевой и пересекались. Вот сегодня кое-как вырвались и то, благодаря длинным новогодним каникулам.

Конечно же, как на духу рассказала о своём небольшом предновогоднем приключении с Никитой Тарасовым в главной роли. Блокбастер, блин!

Иначе и не скажешь, учитывая, что этот придурок устроил настоящий спектакль. И ради чего? Типо поговорить, ну-ну! Небось рассчитывал, что растекусь безвольной лужицей у его ног после первого же лживого «прости». Что сказать, поздравляю. Слово новое выучил.

Наверное, самый большой шок было услышать от Ника про пари. Зачем эта откровенность? Почему именно теперь? Боже, каких адских трудов стоило играть до конца в Снежную Королеву! Особенно, когда этот гад руки свои распустил. И губы. Прежде всего, губы. У меня тогда крыша форменно поехала, буквально сбежала из машины, типо за кофе. А у самой сердце колотится, словно сумасшедшее, руки трясутся, как у припадочной и успокоиться не могу.

— Целовались, значит? — с ехидством протянула Машка. — И совсем не дрогнула?

— Если только очень глубоко внутри.

— Ага, — хмыкнула подруга. — Врёшь, как дышишь, Князева.

Вру…

— И в первую очередь самой себе, — Маша откинулась на спинку стула, задумчиво накручивая на палец платиновый локон. — Странно ведёт себя твой Тарасов, знаешь.

— Это в каком смысле?

— Ну, не сходится у меня. Слушай, я ему готова зад за тебя надрать, но зачем говорить про это пари тебе, извиняться? Может быть…

Бред какой-то!

— Господи, Маша! Пора вызывать экзорциста, в тебя вселилась другая девочка. Ты серьёзно считаешь, что Никита Тарасов о чем-то искренне переживает?

— Нет, — рассмеялась Савельева. — Разумеется, нет. Слушай, ребята на следующей неделе вечеринку устраивают, мы пойдём?

— Что за повод?

— В честь окончания каникул.

— Посмотрим, если не будет работы, то давай сходим.

— Ну ты и зануда стала, Князева!

***

На вечеринку нашего курса в честь окончания зимних каникул Савельева все-таки меня затащила, буквально силой. И когда она только стала их любить?

Проходил праздник в коттеджном посёлке, в шикарном трёхэтажном домике, на территории которого была огромная баня со спа-комплексом, лыжная горка и каток.

Конечно, приехали все, кто только мог. В частности, заядлые тусовщики Тарасов и Сотников. Два сапога пара, блин! Я старалась не обращать внимания на Ника. Взгляд свой от него отрывала с мясом, внутри всё горело и кровоточило, но другого варианта просто нет. Никаких послаблений, Мира. Сейчас тяжело, но завтра или послезавтра, может быть, через неделю, но дышать обязательно станет легче.

— Регина точно что-то задумала, — выдала Машка, сверля взглядом спину Филатовой. — Ты посмотри на неё. Кобра натуральная!

— Думаешь? — мгновенно насторожилась.

Мне вот только разборок на отдыхе не хватает для полного счастья. Я вообще, честно говоря, про нашу ядовитую однокурсницу забыла. Последние дни в универе стало спокойно, словно интерес Филатовой к моей скромной персоне внезапно перегорел…

Действительно, это не к добру!

Не было печали. Мы с Машей на славу покатались на коньках, хотя я чаще падала, чем на лёд вставала. Зато Савельева такие пируэты выписывала, завораживающее зрелище. Парни с неё на льду глаз не сводили. Особенно Сотня.

Подозрительно, не находите?

Потом пошли в баню. Хорошо напарились, поплавали в холодном бассейне и в домик вернулись уже неспособными к активным действиям. В то время, как остальные только начали веселиться. Старость, ты ли это?

— Смотри, к нам чешет, гарпия, — прошипела Маша.

Регина в ту же секунду опустилась в кресло напротив нас и натянула на физиономию фальшивую улыбку.

— Привет, девочки.

— Регина, что тебе нужно? — устало выдохнула.

— Извини.

Что-что?

Мало того, Филатова в принципе такого слова никогда знала, да и не считала необходимым распинаться перед теми, чьи родители не имеют внушительной суммы на счёте.

— Глухая, Князева? Второй раз повторить? — она встала, словно по команде и бросила на нас с Машкой взгляд, полный откровенной неприязни. — В общем, можешь быть спокойна, конфликт исчерпан.

И вот уже стих стук её каблуков, я недоверчиво провожаю Филатову глазами, но не могу понять, что происходит. Чтобы она да прощения снизошла попросить за свои выходки? Другая реальность!

Регина остановилась рядом с Тарасовым, что-то бросила ему и скрылась в глуби дома. Там, где играла чересчур громкая музыка.

Да не может этого быть!

— Ты тоже это видишь? — наконец ожила Савельева.

Вижу…

Маша была уверена на всю тысячу процентов из ста, что всё это дело рук Никиты. В смысле, новая версия Регины Филатовой. Стерва 2.0.

Вот только, как в принципе понимать происходящее? Тарасов ни с того, ни с сего решил закончить игры своей подружки? Уж неспроста она вечно возле него ошивается.

Ни стыда, ни совести у этих мажоров. Шведская семья какая-то. Сначала Регина за Димой хвостиком бегала, а потом за его лучшим другом начала активную охоту, когда с первым не срослось. А парням много надо? Есть бесплатная подстилка, грех не воспользоваться. Но, если у Сотникова хватило мозгов бортануть ядовитую заразу, то у Ника с серым веществом явная напряженка.

Хорошо, допустим Филатова прогнулась под Тарасова, правда сути вещей это нисколько не меняет. По-вашему, идиотка круглая? Конечно, не верила и на секунду сомнительному белому флагу в руках одногруппницы. Скорее, она подняла ещё выше над головой красное знамя.

Конфликт исчерпан…

Так-то ни с кем не ссорилась! Мне вообще на Филатову и всю её команду поддержки плевать с высокой колокольни. Главное, чтобы отвалила наконец и не отсвечивала на горизонте.

Три курса спокойно учились. Почти что душа в душу. В том смысле, что не общались от слова «совсем». С самого первого дня в универе…

***

Санкт-Петербург,

осень 2019 года

— Ну, так что? — парень улыбнулся во все тридцать два зуба. — Кофе, кино, парк?

Боже мой, он всегда такой наглый?

У меня не было плана встречаться с мальчиками или ходить на свидания. С учёбы домой – занести вещи, потом бежать на автобус, чтобы успеть в книжный на вечернюю смену.

Мечты о весёлой студенческой жизни с грохотом разбились об асфальт. Не было в запасе такой роскоши, как беззаботная молодость. Мы с мамой жили от зарплаты до зарплаты после того, как папа нас выгнал. Первое время перекантовались у тёти, папиной сестры.

Они с мамой со школы лучшими подружками были. Вот тётя Жанна ей и всыпала по первое число, что вообще замуж за отца пошла. Одна радость – дочка.

А сейчас жизнь постепенно вошла в своё русло. У нас появилась своя небольшая квартирка на севере города. Только денег, вырученных за продажу салона красоты в Москве, не хватило и пришлось влезть в долги. Остальное имущество оказалось на отца записано. Он завёл новую семью и до бывшей жены с дочерью ему дела никакого не было.

Тётя Жанна, как услышала про кредит, снова пропесочила мать по полной программе. Денег одолжила. Сказала вернёте, когда сможете. Вот мама и нашла работу в шикарном салоне в элитном районе города, брала сверхурочные, с охотой выходила в дополнительные смены, ещё и на дому клиентов принимала. И пусть, в книжном платили не сильно много, но брать деньги у мамы на учёбу, одежду или иные нужды не могла и не хотела. Ей, конечно, категорически это не нравилось. Вечерами за ужином мы частенько ссорились. Мама настаивала, чтобы я бросила работу и спокойно училась. Особенно после того случая поздним вечером, когда Никита Тарасов спас меня от хулиганов.

Короче говоря, на свидания у меня банально не было времени. Да я и отчётливо понимала самое главное – такие, как этот парень не созданы для серьёзных отношений. Ника провожала влюблённым взглядом каждая вторая девушка в университете, молоденькие практикантки краснели, словно маков цвет, стоило ему лишь появиться в зоне видимости. Да и Машка рассказала много «интересного» про двух лучших друзей – Тарасова и Сотникова. Оказывается, все трое учились в одной гимназии.

Избалованные мальчишки, у которых всегда всё было. Он точно не моего поля ягода. Стоит о нём забыть, отшить по полной программе и больше никогда не заглядываться. Только сердце стучало, словно бешеное и сама вселенная замирала рядом с ним.

— Мир, соглашайся, не разбивай моё сердце, — продолжает напирать Ник. — Выпьем по чашечке кофе, потом домой отвезу. Видела погоду? А ты без зонта.

— Я же сказала, что не могу, — упрямо повторила, застёгивая пальто на все пуговицы. Потом шарфом обмоталась, как следует, чтобы не продуло шею. — Мне на работу нужно.

Цокот каблуков, фальшивый девчачий смех, а потом к Нику почти прижимается одна из моих одногруппниц – Регина Филатова. Крайне неприятная особа. Надменная, кроме своего отражения в зеркале никого и ничего не замечает. Разве только ребят, которых она считает достойными себя. Вроде Никиты и Димы.

С девчонками Регина почти не дружит. Смотрит свысока, раздраженно и с отвращением, словно сама Царица Египетская.

Наверное, её можно назвать красивой. Высокая брюнетка с сексуальной фигурой и плевать, что губы искусственные, грудь и попа подкачанные, ногти и ресницы с волосами наращенные. Парни с неё глаз не спускали. Может быть, всё дело в коротких платьях и юбках, которые едва тело прикрывают? Чёрт их разберёт.

Регина громко лопнула пузырь из жвачки и облизала накрашенные красной помадой губы.

— Ник, мы собираемся на вписку у меня дома. Выезжаем сейчас, — она улыбнулась, коготками ведя по плечу парня. — Как и договаривались.

Брр! Меня аж передернуло, не руки, а щупальца какие-то.

— У меня сегодня плюс один, — ответил Ник. — Норм?

Чего-чего? Я ведь даже не соглашалась.

— Эта? — недоверчиво переспросила Филатова и бросила на меня беглый взгляд. — Вообще-то я думала…

Думала она, ага. Было бы чем!

— Регина, вообще-то я здесь, — водрузила на голову шапку и с вызовом посмотрела на девушку.

Но Филатова упорно не обращала на меня внимания, словно я пустое место. Машка бы точно все космы ей выдернула, но ссориться с одногруппниками меньше всего на свете хотелось.

— Ник, — надула губки местная стерва. — Разумеется, ты можешь взять кого хочешь. Не вопрос, но…

Шок-контент! Благодарю Ваше королевское Величество, снизошли-таки до простых смертных.

— А я что-то не горю желанием, — глаза в глаза и Тарасов переводит на меня свой колдовской взгляд. Иначе сказать нельзя, ибо дальше сотворила настоящую чушь! — Ты говорил про кофе? Я согласна.

И вот мы с Ником уже направляемся к выходу из гардеробной, а в спину зло дышит и пыхтит Филатова.

— Эй! — с трудом догоняет нас, семеня следом на высоченных шпильках. — Ник, мы же договорились! Брось эту девку, никуда не денется твоя простушка.

Вот химера ядовитая!

— Фу, — покачала головой. — Как грубо, Регина.

— Рот закрой, насекомое! — прошипела Филатова. — Я твоего мнения не спрашивала!

И это был первый и последний раз, когда мы с Региной о чём-то говорили. Пока однажды Никита Тарасов не вернулся…

***

Машка ушла за напитками и, как сквозь землю провалилась. Уже было далеко за полночь и глаза начали слипаться, я вовсю уже клевала носом.

На первом этаже коттеджа и на улице ребята отрывались на полную катушку. Не смотря на позднее время, кто-то лепил снеговика, другие устроили снежные бои, третьи заняли каток. Больше орали и пели, чем катались, но не суть.

Внутри же дом заполонили целующиеся парочки. Некоторые правда пытались танцевать, другая компания достала настольные игры. Не понятно, как они там общаться умудрялись, при таком-то адском шуме.

Решила подняться на второй этаж, где располагались спальни, чтобы уже отрубиться без всяких мыслей, а утром вернуться в город на первом же автобусе.

Дверь в ближайшую комнату оказалась приоткрыта и до моих ушей донёсся до боли знакомый голос.

Ник.

Совершенно не знаю ответа на собственный вопрос. Почему остановилась? Зачем решила подслушать? Во-первых, это дурной тон, а, во-вторых, ну для чего оно мне нужно? Сама себе проблемы придумываю на ровном месте.

— Нет, Катя. Давай ты успокоишься, тема закрыта.

Что ещё за Катя, простите? Вот и накрылись все его извинения медным тазом. Ни то чтобы верила ему изначально или настроила ментально воздушных розовых замков, а вот Савельева – очень даже да!

— Но почему, Никита? — откровенно ноет какая-то девчонка. — Почему нет? Давай попробуем! Сходим на свидание, хоть в кино или в музей, или…

— Катя, — жёстко перебил Тарасов. — Между нами ничего не может быть. Всё.

Из комнаты, как ошпаренная вылетает длинноногая девица, на ходу вытирая слёзы. Несётся, не разбирая дороги, меня в упор не замечает. Я даже свободно выдохнула. Не хватало ещё, чтобы Ник увидел или ещё кто-нибудь.

Тихонько, буквально на цыпочках развернулась и нос к носу столкнулась с Димой.

Без объявления войны, Сотников втолкнул меня в ту самую спальню и запер дверь прямо перед носом. Еще и подмигнул, давая двусмысленный намёк.

Нет, я не так не играю!

— Эй! Выпусти меня! Немедленно открой дверь, слышишь?!

Ноль эмоций. Вернее, ответной реакции от Сотникова не последовало. Потом и вовсе, раздался шум удаляющихся шагов парня. Придурок!

Но не отчаялась. Дверь, конечно, выбивать не стала, да и вряд ли бы с моими физическими способностями данное действо увенчалось успехом. Просто достала из кармана смартфон и набрала номер Машки.

Гудок, ещё один и ещё… не отвечает, блин!

— Маша, возьми трубку! Маш!

— Мне кажется, она не слышит, — раздался голос Никиты совсем рядом.

Током по венам. Адреналином в кровь. Ударом в солнечное сплетение.

Это всё он подстроил! Опять! Гад ползучий!

— Ты! — развернулась и окинула парня самым ненавидящим взглядом, на который только была способна. — Снова за своё взялся? И где Маша?

А этот малахольный только вздохнул устало, словно я ему уже вот здесь, осточертела, одним словом. Молча рванул дверь на себя, ломая замок и кивнул в сторону выхода.

Не хотела думать о том, почему он так поступил. Не воспользовался ситуацией, а просто выпустил. Не могу даже и мысли допустить, что Никита может быть другим. Сделать что-то не ради самого себя.

Потому, что иначе… иначе, вся моя идеально выстроенная система сломается ко всем чертям и канет в небытие!

Мне плевать. Органически!

Надо Машу найти – это важно. Мало ли, куда Сотников додумался запихнуть её. По ходу, надо вызывать такси и валить из этого гиблого места. Зачем вообще поехали на дурацкую вечеринку? Всё Савельева, развлечься приспичило, блин. Ну, поздравляю!

— Эй, девочки, Машу не видели?

— Кажется, она улицу вышла, — ответила Настя с экономического. — Минут пятнадцать назад.

— Спасибо, — подхватила плед, чтобы не замерзнуть сильно и покинула дом, озираясь по сторонам в поисках подруги. — Маша!

Вот только Савельевой нигде не было видно, зато Регина нарисовалась в сопровождении своих главных подпевал. Двойняшек-чирлидерш Кристины и Ани Довлатовых. Их еще частенько Филатовскими шестерками называют. А так оно и есть, собственно. В рот Регине заглядывают, словно верные собачонки, и тут же бегут поручения исполнять. А негласный лидер, то и дело ноги о них вытирает. Офигенная дружба!

— Надо же, какие люди, — усмехнулась моя врагиня номер один, а Аня направила на нас камеру своего смартфона. Кристина же включила переносную кольцевую лампу, чтобы видно было получше картинку.

Чтоб вас! Только этого мне для полного счастья и не хватало.

— Филатова, какая муха опять тебя укусила? Мы же всё выяснили. Давай, расходимся.

— Стой на месте, — процедила сквозь зубы эта змеюка и одна из двойняшек тут же метнулась к двери, запечатывая ловушку с другого конца. — Я с тобой ещё не закончила, Князева. Или думала, что это мини-представление действительно правда?

Она издевательски рассмеялась, явно на камеру работает. П-ф-ф, это уже слишком!

— Регина, что тебе нужно? Давай выясним причину нашего конфликта и мирно решим.

Ага, по глазам её вижу – не будет никакого мира, только война.

— Мне? От тебя? — хохочет Филатова. — Мира, ты просто… не нравишься мне, раздражаешь, словно блошка. Такая вся правильная, хорошенькая, невинная типо. Я уже говорила – не стоило переходить мне дорогу, букашка.

Блошка, букашка…

Ничего против насекомых не имею, но и оскорблять себя не позволю. И без того уже слишком много терпела эту невыносимую выскочку.

Хватит!

— Впрочем, — Регина зло усмехнулась. — Встань на колени и извинись, тогда, так уж и быть, позволю наслаждаться твоей скучной, размеренной муравьиной жизнью.

Муравьиной…

— Пошла ты, Филатова, — рассмеялась, глядя прямо в глаза нахальной девчонке. — Кто извиняться должен – это ты.

— Ты ничего не перепутала? — Регина сжала руки в кулаки и сделала один шаг в мою сторону. — Ещё слово и…