Глава 35

− Красивая сорочка, но я точно помню, что ты уходила в другой. Выглядишь так, будто за тобой толпа озабоченных мужей гналась, − хмыкает Иса, когда я выбегаю из лифта в наших апартаментах. Окидывает меня выразительным взглядом: – Хотя нет, подожди, так, будто они тебя поймали.

− Не смешно. Вот совсем, − фыркаю, направляясь к ней, чтобы взять на руки Рэя.

− Что, правда, поймали? – округляет глаза подруга. Кажется, даже принюхивается, встревоженно навострив уши. Выдаёт задумчиво: − Хм.

− Что «Хм»? – прищуриваюсь я, невольно краснея.

− Кому-то, кажется, совсем недавно хорошо было, − усмехается Иса. − И я не твоих мужей имею в виду. Что они тебе такого интересного показывали?

− Спроси у Ми-ичана, он тебе тоже покажет, − парирую смущённо. И, аккуратно взяв Рэй-адана, целую пухлую тёмненькую щёчку. – Привет, мой хороший. Спас мамочку, мой лапочка. Не спится тебе, да?

Малыш, улыбнувшись и что-то гукнув, взмахивает ручками и ножками. На сердце медовым теплом разливается щемящая нежность. Усевшись в дайрат вместе с сыном, качаю его на коленях, целуя маленькие ручки.

− Вот ещё, − ворчит тем временем моя подруга. – Не буду я ничего у этого вашего Ми-ичана спрашивать. Он мне даже не нравится.

Ну конечно. То-то она так прихорашивается каждый раз, как лекарь к нам приходит. А приходит он, кстати, слишком часто. С учётом того, что мы с детками здоровы, возникает вполне закономерный вопрос, что именно тут его так притягивает.

− Почему? Он на тебя смотрит так, что кажется, вот-вот съест, − с улыбкой поддразниваю подругу.

− Потому и не буду, − не поддаётся она. − Ты от темы не увиливай. Что с тобой случилось? Куда тебя твой тёмненький увёл?

Говорить, или нет? Может хоть так разберусь сама в себе?

− В свою комнату, − признаюсь всё-таки. – А там нас уже ждали А-атон и Сэтору. Они решили втроём показать мне, что могут не ревновать друг к другу. Так сказать, на практике.

− И как? Показали? – с нескрываемым интересом спрашивает Иса, усаживаясь в соседний дайрат.

− Да, − вздыхаю, не в силах убрать из этого вздоха томную мечтательную нотку. Снова улыбаюсь в ответ на улыбку сына. – А потом они ещё долго и обстоятельно объясняли мне, как я неправа, принимая решения за нас всех, лишая их права выбора и не слушая, что они пытаются мне донести. В общем, заявили, что это их выбор помириться друг с другом ради меня, и не мне решать. И обещали, что даже если между ними снова возникнут конфликты, меня это не коснётся.

− Звучит неплохо. А ты что? – подперев подбородок рукой, смотрит на меня Иса.

− А я не знаю, что делать. Мне до сих пор страшно. Но и отказаться от надежды, что всё может наладиться, я не могу, − тяжело вздыхаю.

− Знаешь, в подобных случаях помогает только один способ.

− Какой? – с надеждой смотрю на неё.

− Спроси себя, что ты будешь чувствовать если действительно откажешься от них? Спустя месяц, год, много лет. Сможешь жить с осознанием, что могла попробовать всё вернуть и наладить, но струсила и даже не попыталась?

− Я пыталась раньше, − поджимаю губы. – На всё была готова ради них и их любви. Но тогда им это было не нужно.

− Я знаю, Лин. Я на твоей стороне, − подаётся ко мне Иса. – Тебе не нужно что-то мне доказывать. И я понимаю, как сложно довериться после боли и предательства? Просто… Я вот о чём думаю. Этот твой Морад сказал, что придёт, когда наступит время. Когда ты восстановишься, как я поняла. Верно?

− Да, − киваю. Правда, я уже действительно не уверена в том, стоит ли полагаться на его слово.

− Так используй это время на то, чтобы понять, действительно ли ты этого хочешь? Действительно ли тебе это нужно? А вдруг… они не врут, не переоценивают себя и на самом деле смогут ужиться втроём рядом с тобой? Вот представь, что это возможно, а ты от этого откажешься?

Я понимаю, о чём она. И не раз представляла, как буду жить дальше, одна. Пыталась представить, смогу ли полюбить ещё кого-то. Впустить в свою жизнь.

Кажется, что нет. Что никогда больше. Но…

Бить кулаком в грудь, заявляя, что никогда в жизни больше не подпущу к себе мужчину, наверное глупо… Вот только уже сейчас я понимаю, что любовь к этим троим выжгла меня для остальных. Никто не вызовет во мне столько чувств, как мои супруги. Столько любви, страсти, боли, тоски, жажды, злости, нежности, обиды, всего. Они переполняют меня. До сих пор.

И я осознаю, что разорвав с ними связь, скорее всего вырву себе сердце окончательно, уничтожу часть себя. Во мне останется только любовь к детям. Смогу ли я исцелиться, чтобы насладиться столь дорогой свободой? Не знаю.

А теперь, когда они меня нашли, когда дали новую надежду, когда я поняла, что не смогу разлучить своих сыновей с их отцами, а значит, мне придётся жить где-то рядом, даже если связь будет разорвана. Что я буду видеть своих бывших супругов, видеть их новых избранниц, знать, что возможность всё же была, но я её упустила…

− Ты права, Иса, я буду всю жизнь сожалеть, − киваю потерянно. − Но как мне забыть всё то, что между нами было? Как избавиться от обиды? Дело ведь не только в моём страхе и недоверии. Не только в их ревности. Они меня очень сильно ранили, заставили почувствовать себя преданной. Обидели. Это глупо, эгоистично… но мне обидно и больно до сих пор. И отпустить их тоже больно. Как мне быть?

− Ну вот и скажи им это. Что обидели. Что больно. Что не можешь вот так вот просто взять и всё забыть. Но готова дать им шанс всё исправить, раз уж они так уверены, что это возможно, − настойчиво смотрит мне в глаза Иса. − Если ты будешь и дальше отмалчиваться и шарахаться от них, это точно ничего не решит. Отношения так не выясняют.

Что-то слишком многие стали требовать от меня искренности. Не представляю, как я всё это им скажу. Как откроюсь настолько. Но подруга права. Кажется, без этого никак. Либо жечь мосты, либо говорить и разбираться.

− Я вообще не умею их выяснять, − зябко передёргиваю плечами. – Обычно я предпочитаю отойти в сторону и по возможности избежать конфликта. Никогда не умела отстаивать саму себя. Особенно, если чувствовала себя обязанной за что-то. Ради близких могу горы свернуть, а ради себя… ничего. Наверное, поэтому Повелители так ко мне и относились.

Ведь действительно, я растворилась в своих супругах. К чему им было разбираться в моих потребностях, если казалось, что я живу только для них. Если я делала вид, что меня всё устраивало. Впрочем, почему вид? Я реально в это верила. Почему-то вспоминается, как А-атон с Са-оиром злились, что я не могла ничего попросить для себя. Словно мою личность определяло то, что они мне дают и позволяют. Но это ведь не так.

− Лин, можно личный вопрос? – задумчиво сводит брови Иса.

− Смеешься? – хмыкаю. – А до этого были не личные?

− До этого были о мужчинах. Я о тебе хочу спросить. Ты себя любишь? Только честно.

В груди почему-то больно сжимается. Словно подруга ступила на запретную территорию. Мне неприятно думать над этим вопросом. Словно я расписываюсь в эгоизме. Но ведь любить себя вроде как правильно и нужно. Так все земные психологи говорят.

− Я… не знаю, − качаю головой.

Никогда об этом не задумывалась. Всегда больше переживала, как относятся ко мне другие, не приношу ли я слишком много хлопот, заслужила ли всё то, что мне дают. Заслужила ли любовь… Но разве она не должна быть безусловной?

Ведь чувства либо есть, либо нет.

Мои вот есть.

Подруга так выразительно на меня смотрит, будто читает все мои мысли. Качает сокрушённо головой.

− Как всё запущенно. Будем учить. Но сначала мне интересно услышать, что ты решила. Дашь им шанс?

− Дам. Но на своих условиях

Знать бы ещё, как правильно сформулировать эти правила. Ведь многое они мне и так обещали.

Как ни странно, но на весь остаток дня меня оставляют в покое. Никто не приходит, не буравит пристальным выжидающим взглядом, не предлагает свою помощь, не давит своим присутствием. Словно… мне дают время подумать.

Вот я и размышляю целый день. И какие только мысли в голову не приходят. Под вечер и вовсе начинаю думать, что мой сегодняшний побег, моя неспособность дать вразумительный ответ на вполне конкретное и обоснованное предложение, всё это задело, оскорбило, или даже разозлило моих супругов, вот они и прекратили свои попытки достучаться до меня, окончательно потеряв терпение. И от этого становится ещё обидней.

Знаю, что глупо. Но ничего не могу с собой поделать.

Но как раз к вечернему укладыванию малышей двери лифта вдруг открываются и оттуда появляется Сэтору. Увидев, что мы с Исой возимся с детьми, молча приветливо кивает и занимает свой обычный выжидательный пост на одном из дайратов. Притом выглядит каким-то уж больно торжественным.

Иса награждает меня выразительным взглядом. Усмехается многозначительно. Она в отличие от меня даже не сомневалась, что предоставленная мне сегодня передышка точно временное явление.

Покормив обоих сыновей и уложив их в кроватки, я давлю в себе привычное желание отсидеться в спальне, спрятав голову в песок, и выхожу в гостевую. Сэтору плавно поднимается мне навстречу. Красивый до безобразия.

− Здравствуй ещё раз, Лина, − чувственные губы изгибаются в лукавой улыбке. Заставляя невольно вспомнить, как ощущался его рот на моей груди.

Чувствуя, как приливает кровь к щекам, едва сдерживаю шумный вдох. Что ж… как минимум, один муж, кажется, точно ни на что не сердится.

− Здравствуй, Сэтору, − пытаюсь удержать маску бесстрастности. Даже руки на груди складываю, отгораживаясь эмоционально. И пряча напрягшиеся соски.

− Позволишь пригласить тебя пройтись вместе со мной? – вскидывает он бровь.

− Мне опять нужно что-то срочно увидеть в комнате управления? – не удерживаюсь от подначки.

− Кстати, да. Ты сегодня так быстро убежала, что мы не успели тебе это показать, − уже откровенно улыбается мой красноволосый супруг.

− Да что ты говоришь?

− Угу. После ужина обязательно отведём тебя туда, − с самым невозмутимым видом кивает Сэтору.

− После ужина? – переспрашиваю недоумённо.

− Да. Мы с А-атоном и Са-оиром приглашаем тебя разделить с нами трапезу. Меня, как видишь, прислали парламентёром.

Значит, действительно давали время подумать и сейчас наверняка ожидают услышать мой ответ. Что ж… пожалуй, я готова его дать. По крайней мере, мне так кажется.

− Опять собираетесь мне что-то… демонстрировать? – прищуриваюсь подозрительно.

− Только если ты сама захочешь, − вкрадчиво обещают мне.

Хм. А ведь он рассчитывает на это. Вот только у меня другие планы.

− Хорошо, я поужинаю с вами. Подождёшь немного?

− Конечно, − в мимике Сэтору мне даже чудится облегчение. Словно он не был уверен в моём согласии.

Но Иса права, шарахаясь и прячась от них, я ничего не решу. Супруги у меня пока-что есть, и я должна понять, хочу ли, чтобы они были в моей жизни и дальше.

Они сделали много шагов навстречу. Пора и мне сделать ответный.

Чувствуя себя так, будто меня пригласили на первое свидание я поспешно направляюсь в очистительный отсек, чтобы по новой причесаться, переодеться и привести себя в порядок после целого дня возни с Рэем и Эшем. По пути щипая себя за запястье и всячески напоминая себе, что мне ни в коем случае нельзя растекаться лужей. Я не хочу, чтобы всё вернулось на круги своя. А построить что-то новое невозможно, если вести себя по-старому. У меня не получится добиться настоящего уважения от супругов, если я сама не научусь ценить и отстаивать себя.