Глава 47

− Лина, душа моя, просыпайся, − касаются моего виска мужские губы. Бархатный с хрипотцой шёпот нежной лаской пробегается по моей коже, даже во сне вызывая толпу мурашек.

И если в этот голос я готова укутаться, как в одеяло, уплывая обратно в сон, то детское нетерпеливое хныканье, вторящее ему наоборот заставляет разлепить глаза и сфокусировать взгляд на фигуре мужа, склонившегося надо мной.

− Не хотелось тебя будить, но будущий тёмный Повелитель желает кушать, − хмыкает Сэтору. – Его светлый брат тоже не прочь присоединиться к трапезе.

− Угу, − бурчу я сонно, перекатываясь на бок, чтобы можно было уложить сына у груди. Кажется, я ночью так и уснула на животе после не знаю какого по счёту крышесносного оргазма, пережитого в руках Сэтору. – Давай его сюда. Уже утро?

− Скоро рассвет, − укладывает муж рядом со мной Рэя. – Сейчас принесу Эш-наира.

Сонно щурясь, я устраиваю сына удобней и вскоре ощущаю, как сжимают грудь маленькие ручки, и жадный ротик обхватывает сосок. Раздаётся удовлетворённое сопение и причмокивание. Проголодался маленький.

− Сладкий мой, − улыбаюсь, гладя малыша по черноволосой головке. Любуюсь тем, с каким сосредоточенным видом сын ест. Как смотрит на меня своими внимательными чёрными глазками, сжимает грудь сильнее, сопя и причмокивая громче. Сразу понятно, что своё он точно никому не отдаст. Весь в папу. И в отчимов.

В комнату возвращается Сэтору. Садится на кровать, держа у плеча вполне бодрого Эша. Наблюдает за мной с задумчивым, отсутствующим видом.

– Ты случайно не знаешь, куда помчался твой бывший хранитель? – задаёт он мне совершенно неожиданный вопрос.

– А он куда-то помчался? – поднимаю я удивлённый взгляд на мужа.

– Да. Пару часов назад, как мне доложили. Улетел из дворца на личном шаттле. На связь не выходит.

Хм. Странно. Чотжар мне ничего не говорил о том, что куда-то собирается. Может у него какие-то внезапные дела появились, и он решил смотаться по-быстрому, пока я с мужем, и за мной не требуется присмотр? Или у него тайное свидание? Ведь он свободен сейчас. Думаю, скоро вернётся.

Однако мои предположения не оправдываются. Проходит час, два, три, дворец просыпается, остаётся позади завтрак, мне наконец доставляют новый торобраслет, а Чотжара всё ещё нет.

– Может, его А-атон куда-то послал? – встревожено кусаю губы, пока Сэтору помогает мне настроить обновку.

– Вот сейчас и спросишь у него сама, – задумчиво бормочет мой красноволосый супруг, набирая код вызова А-атона на моём браслете.

Перед нами вспыхивает проекция светлого Повелителя, сидящего на очень знакомом мне дайрате, в очень знакомых апартаментах. Мой супруг явно находится на своём личном межзвёзднике.

− Доброе утро, муж мой, − улыбаюсь я, не пряча своей радости от того, что вижу его.

− Доброе утро, душа моя, − получаю в ответ тёплую улыбку. Они что, все трое теперь меня так называть собираются? – Сэтору, − кивает приветственно А-атон сидящему рядом со мной третьему мужу.

Тот отвечает рассеянным кивком:

− Доброе. Я подключаю по параллельной волне Са-оира. Нам нужно совместно обсудить кое-что, − сообщает он, набирая на моём браслете новый код вызова.

И действительно, через несколько секунд перед моим взором появляется ещё одна проекция. На этот раз уже моего тёмного супруга.

− Что-то произошло? – интересуется А-атон после очередного обмена приветствиями.

− Да, кое-что странное, − кивает Сэтору. – Вы отправляли Чотжара из дворца с каким-либо срочным заданием?

− Нет, − хмурится мой светлый супруг.

Мы все смотрим на Са-оира, но тот тоже отрицательно качает головой. Сердце тревожно сжимается.

− Его приоритетное задание охранять Лину. Я был уверен, что он сейчас во дворце, − сообщает хмуро. – Куда он делся? Что говорит Тэ-атсур?

− Что Чотжар перепоручил ему присмотр за системами безопасности императорских покоев, сказал, что должен срочно отлучиться по неотложному делу, взял свой личный джэт и улетел в неизвестном направлении. Покинув силовой периметр дворца, он исчез из систем слежения. И на связь теперь не выходит.

Дослушав его, А-атон тут же принимается набирать вызов на своём браслете. Уж ему-то Чотжар просто обязан ответить.

В комнате повисает напряжённая тишина, пока мы все ждём результата. Кусая губы, я едва сдерживаюсь, чтобы не вскочить на ноги, выплескивая нервозность хотя бы в движении. Ну же, Чотжар, миленький, ответь.

Но результат опять отрицательный. Мужчины обмениваются мрачными взглядами.

− Какова вероятность, что он может предать вас и Лину? – внезапно спрашивает Сэтору, заставив меня поражённо вздрогнуть.

Нет! Они же не могут так думать на самом деле? Только не Чотжар. Он же абсолютно предан Повелителям.

− Вероятность есть всегда. Вопрос цены, − выдаёт вполне ожидаемый ответ А-атон. – Но Чотжар, по моим оценкам, из всех наших приближённых наиболее преданная и надёжная личность. Он имеет твёрдые убеждения и связан с нами клятвами. У него практически нет уязвимых мест, либо я о них не знаю. Порог его предательства довольно высок.

− Но не непреодолим, − роняет мой красноволосый супруг.

− Верно, − кивает светлый. Смотрит на меня: – Поэтому я и хотел, чтобы он снова принёс клятву хранителя Лине.

Ну конечно. Чтобы на-агар опять был связан по рукам и ногам… точнее, хвосту.

− Я не верю, что он может стать предателем, − упрямо мотаю головой. – Должно быть какое-то другое объяснение. Может, у него что-то случилось? Какая-то личная проблема… Ну мало ли? Почему вы сразу предательство предполагаете?

− Личная проблема? – скептически хмыкает Са-оир.

− А почему нет? – вскидываю я подбородок. – Он же живой, и у него вполне может быть личная жизнь. Может, в семье у него что-то случилось?

В семье, с которой он не поддерживает никаких отношений, насколько я знаю. Я вообще о них практически ничего не знаю. Но мало ли? Отсутствие общения, не значит разорванные связи.

− Не будем тебя разубеждать, Лина, − спокойно произносит А-атон. − Ты единственная из нас, кто может точно узнать, что происходит и куда делся твой хранитель.

− Вы хотите, чтобы я посмотрела? – округляю глаза. – А вдруг я его застану в какой-то личный и интимный момент. Как я потом ему в глаза смотреть буду?

Один раз уже подсмотрела. Притом за мужем. Несколько месяцев не могла отойти.

− Если тебя это так беспокоит, скажешь, что мы велели, − настойчиво смотрит на меня светлый супруг.

− Ну, хорошо. Если вы считаете, что так нужно… − соглашаюсь я, чувствуя, что уровень моей тревоги подскочил ещё на несколько отметок.

Внутреннее чутьё всё сильнее царапает нарастающим беспокойством, и мне уже тоже кажется, что Чотжар исчез не просто так. Я не верю в то, что он может предать. Но мне страшно, что с ним могло что-то случиться.

Выпрямившись на дайрате, я делаю глубокий вдох и тянусь сознанием к своей силе. Сосредотачиваюсь мысленно на образе Чотжара. На вопросах, которые меня беспокоят. Где он? Что с ним? Почему не отвечает? Что происходит?

Мой уже натренированный разум послушно проваливается в трансовое состояние. Я тянусь всё дальше и глубже, пытаясь рассмотреть то, что нам нужно. Увидеть. Узнать.

Но что-то мешает мне, не позволяет дотянуться до друга, прячет его от моего взгляда. Я чувствую его, кажется, вот-вот дотянусь, но неизменно натыкаюсь на пустоту. Как я не пытаюсь проломиться, как не тычусь в разные стороны, ничего не получается. Глухо. Как это вообще может быть?

− Я не могу, − шепчу растерянно, возвращаясь в реальность. – Кто-то закрыл мне доступ к нему.

− Ты Око Абсолюта, − хмурится Сэтору. − Закрыть тебе доступ к кому-либо могут только богары.

− Я так полагаю, Абсолют не стал бы этого делать, − мрачно роняет Са-оир. – Остаются ещё два варианта. Если только не появился кто-то новый, чему я уже тоже не удивлюсь.

− Я думаю, что Мораду незачем убирать от меня Чотжара. В прошлый раз он со мной даже здесь во дворце свободно общался, и мой хранитель ему никак не помешал, − бормочу, потирая ноющие виски.

− Кроме того, всё то, что знает Чотжар о тебе, Морад мог узнать от тебя лично за четыре месяца вашего тесного общения, − согласно кивает мой красноволосый супруг. Притягивает меня к себе и принимается нежно массажировать голову, убирая малейшие отголоски болезненных ощущений. – Я тоже думаю, что за этим, скорее всего, стоит Хамана. И, к слову, у меня есть основания полагать, что именно она могла помочь моему отцу обрести силу, посулив что-то очень важное для него. Так что, он вполне может быть её сателлитом, либо союзником. Если Морад это не Менетнаш, исключать такую возможность тоже не стоит. И раз уж мы теперь знаем, что ты не связана клятвами, расскажи нам больше о вашем с ним общении.

− Он не связал тебя клятвами?! – удивлённо подаётся ко мне А-атон.

− Представьте себе, нет, − вместо меня отвечает Сэтору. – И мы зря впустую потратили столько времени, по крупицам собирая ту информацию, которую напрямую могли узнать от Лины.

Теперь они все трое осуждающе смотрят на меня. Ну а я что?

− Вы меня не спрашивали, − поджимаю губы, виновато опустив глаза.

− Действительно, − хмыкает Са-оир. – Наше упущение. Теперь спрашиваем. Рассказывай. Всё. С самого начала.

В другой ситуации я бы возможно ещё поспорила. Потому что мне, наивной, не хочется верить в злой умысел Морада. Не после того, как я наблюдала его одержимое желание снова увидеть любимую, пусть даже в другом воплощении. Не после того, как он терпеливо учил меня, направлял, рассказывал о богарах и разных вселенных, не после наших долгих разговоров и его слов об ответственности за меня и нежелании причинять боль. Даже тот факт, что он позволил мужьям забрать меня теперь не воспринимается мною как предательство. Потому что это дало мне то, чего я действительно хотела, но боялась.

Но я понимаю и то, что в этой ситуации умалчивать что-либо, руководствуясь своими чувствами, которые вполне могут меня и обманывать, я не имею права.

Вдруг это будет стоить Чотжару жизни? Эта мысль вспыхивает на краю сознания и обжигает душу настоящим страхом.

Поэтому я принимаюсь рассказывать всё с самого начала. С того первого раза, когда я услышала голос Морада. Всю ту часть, которая предшествует нашему воссоединению в Маран-Дэш, мужья слушают молча. Так как уже знают это всё. Тем не менее я вижу, что каждое моё слово тщательно анализируется.

А вот потом я перехожу к тому, как Морад заговорил со мной здесь, во дворце.

− Я впервые слышала его не шелестящим, отдалённым голосом, а так, как обычно слышу Чотжара. Так, будто он находился рядом и общался со мной мысленно, − признаюсь, восстанавливая в памяти события пятимесячной давности. – Он велел мне отослать хранителя, чтобы мы могли поговорить наедине. Тогда Морад и рассказал, что ему нужна моя помощь, чтобы найти кого-то в другой вселенной. И впервые предложил освободить меня от нашей с вами брачной связи в качестве платы за эту услугу. Но я отказалась.

Не решаясь поднять взгляд на супругов, я вкратце пересказываю случившийся тогда разговор. И уже собираюсь продолжить, но меня вдруг останавливает отрывистое ругательство, долетевшее от Са-оира.

− Бездна, так он был во дворце! – рычит муж. − Сэтору, ставь на уши службу безопасности. Пусть проверят каждую песчинку, но найдут лазейку, через которую этот богаришка тогда пробрался. Когда вы сговорились о твоём побеге? – требовательно смотрит он на меня.

− В твоём особняке, − признаюсь я. – Когда прилетел А-атон.

− Ты ощущала его присутствие?

− Нет. Его голос снова звучал отдалённо и шелестяще, будто он находился где-то далеко. Морад поблагодарил, что я позвала его, хотя, на самом деле, я всего лишь очень нервничала, и подумала, что готова общаться даже с ним, лишь бы сократить время. Я спросила, почему он раньше мог говорить со мной без моего разрешения, а в этот раз оно ему понадобилось. Морад ответил, что ты, − я бросаю взгляд на тёмного супруга, − слишком надёжно меня спрятал, и он может дотянуться до меня только ментально, если я открыта к общению.

− И ты об этом молчала. До сих пор, − прожигает меня сердитым взглядом Са-оир. – За это, душа моя, точно отшлёпаю, как только доберусь до тебя.

− Прости, − бормочу виновато.

− Странно это, − задумчиво тянет А-атон. – Твой особняк, брат, конечно, очень хорошо защищён и надёжно закрыт от нежелательных поползновений, но защита нашего дворца ничуть ему не уступает. Я бы даже сказал, наоборот.

− У дворца и дома есть одна существенная разница, − возражает Сэтору. – Это количество визитёров и обслуживающего персонала. Мне не раз удавалось внедрить в ваш дворец своих лазутчиков. А вот в личные особняки – ни разу. Ваших шпионов у себя я тоже не единожды устранял.

− Сэтору прав, − мрачно хмыкает Са-оир. – И снова всё сводится к тому, что во дворце был, или до сих пор есть, предатель и лазутчик Морада. А может, и Хаманы.

− А почему вы не рассматриваете версию, что кто-то посторонний ему помог? – смотрю на них по очереди.

− Все визиты посторонних в императорский дворец чётко фиксируются системой безопасности, − терпеливо объясняет мне А-атон. – За всеми визитёрами тщательно следят. Вероятность того, что Морада во дворец пропустил кто-то из немногочисленных гостей гораздо ниже, чем вероятность того, что это сделал кто-то из огромного количества служащих.

Боже, представляю какие проверки и чистки сейчас начнутся среди дворцовых слуг и рабов.

− Так можно очень долго искать, − замечает Сэтору, откинувшись на спинку дайрата. – Было бы неплохо понять, как именно Морад попал во дворец. Думаю, это многократно сократит количество подозреваемых. Вариант с тем, что он просто пересёк защитный контур вместе с кем-то из гостей, я так понимаю, мы сразу отбрасываем?

− Да, этот вариант исключён, − уверенно отрезает Са-оир. – Система бы засекла несоответствие. Лично я вижу только один способ, как он мог попасть во дворец. Скорее всего, он прошёл через недоступные нам слои подпространства. Те, которыми ходят богары.

То есть через те слои, на которые Морад пустил меня, когда помогал сбежать?

− Да, это звучит логично. Но тогда ему нужен был якорь. Запечатлённая точка выхода, позволяющая ему попасть в нужное место, − подаётся вперёд Сэтору.

− Наподобие той метки, которая была нанесена в зале Совета, − хищно вспыхивают глаза А-атона. – Ты абсолютно прав. И это всё меняет, сужая круг подозреваемых до тех, у кого была возможность это сделать и во дворце, и в Совете.

− А если ещё соотнести этот список со списком личностей, имеющих хоть какое-то влияние на вашего Чотжара, и способных взломать его разум, то очень интересные выводы напрашиваются. Я уж молчу о возможных родственных связях с богаром, − кривится мой красноволосый супруг.

Я теперь едва поспеваю мысленно за нитью их разговора. А когда до меня доходит, о ком именно они сейчас могут говорить, душа уходит в пятки.

На-агары, в отличие от ашаров, не поклоняются Абсолюту. Они признают его силу и влияние в империи, только и всего. Он не их Праотец. Соответственно богары вообще не имеют над хвостатыми большой власти. Не могут беспрепятственно забраться в головы к этим прирождённым менталистам, разве что к самым слабым, как мне однажды объяснял Чотжар.

Но если предположить, что разум моего бывшего хранителя, который слишком много всего знает, попытается взломать более сильный менталист, чем он сам, с родственной силой, то последствия могут быть катастрофичными. Не только для нашей семьи, для всей империи.

Боже, никогда я не думала, что буду жалеть, что освободила Чотжара. Если бы он был связан со мной клятвой хранителя, то ни за что бы не улетел от меня. Клятва бы стала ещё одной защитой для его разума.

− Я теперь практически уверен, что вся эта шумиха, внезапно организованная Дагрой вокруг Ранвии, вполне может быть отвлекающим манёвром, чтобы выманить нас с братом за пределы империи, − мрачно цедит Са-оир. – Лина, тебе придётся сегодня поднапрячься и постараться увидеть, что именно затевается. Надо просчитать все возможные варианты действий наших врагов. А-атон, начинай переговоры с Ранвией с корабля. Сэтору, за Лину головой отвечаешь. Я передаю командование нашими армадами Аракешу. Мы возвращаемся.