Глава 44

Кира сомневалась, согласятся ли дети довериться Эмилю, но совершенно заслужено Эм их очаровал.

В итоге ему рассказали даже то, о чём Кира и не подозревала.

— А за что сидит твой брат? — приподнял густую чёрную бровь Эмиль, когда разговор зашёл о том, что Полина поступила в юридический, хотя её место где-нибудь в рядах программистов.

— За убийство, — вздохнула девушка. — Но он его не совершал.

Эм кивнул, ни один мускул не дрогнул на его лице.

— И я это докажу, — сглотнула Полина. — Вот выучусь, стану адвокатом и докажу.

Пока они с Эмилем говорили о деле её брата, Кира убирала посуду, и Артём пришёл к ней на кухню.

— Кир, я тут ещё документы в том чемодане нашёл, — держал он в руках пакет.

— Какие документы? — удивилась Кира.

— Может, насчёт этого ты что-нибудь знаешь?

Он вытащил обычную картонную папку. Дёрнул тряпочные завязки.

— У отца что, была сестра? Тут написано Анна Елагина.

Кира выронила из рук тарелку, и та разлетелась на куски.

Что-то много она била посуды в последнее время.

— Где ты это взял? — забрала она у него папку.

— Ну я же сказал: в чемодане. Вместе с ружьём. Так у отца была сестра?

— Да, Артём, она была старше Глеба на два года и умерла в тринадцать лет во время операции на сердце. Можно сказать, именно благодаря ей он и стал кардиохирургом.

— Нужна помощь? — стоял в проёме Эмиль. Они с Полиной прибежали на звук.

— Нет, нет, всё в порядке, сейчас всё уберу, — ответила Кира.

Она судорожно листала бумаги.

Глеб искал их всю жизнь, но так и не нашёл, а здесь было всё: и заключение патологоанатома, и карта его сестры из стационара, и карта из поликлиники, где она наблюдалась. Все назначения, все диагнозы. Здесь было всё.

Она очнулась, когда Артём уже собрал осколки, подмёл и поставил на место мусорное ведро.

— Всё в порядке? — нахмурился Эмиль, когда Кира подняла на него глаза.

Он стоял, опираясь спиной о подоконник, и сверлил её взглядом.

— Да, но я должна… — она прижала к груди папку. — Мне нужно срочно кое-куда съездить.

— Ну, во-первых, никуда ты не поедешь по такому снегу, а во-вторых, что бы там ни было, нельзя принимать поспешных решений, — ответил Эм.

— Ты не понимаешь, — покачала головой Кира. — Он всю жизнь… Он же в кардиохирурги пошёл, потому что хотел узнать правду. А она… — Кира сжала папку. — Она здесь.

— И думаю, она подождёт ещё несколько дней, — встал Эм. — У детей не такие большие каникулы, чтобы откладывать поездку. Я же тебя правильно понял? То место, куда мы едем — Сочи?

Он улыбнулся. Кира улыбнулась в ответ.

— Спасибо, Эм, — отложив папку, Кира обвила его шею руками.

«Когда-нибудь я привыкну, обязательно привыкну, — сказала она себе, вдохнув его терпкий «чужой» запах. — Я буду очень стараться».

Как же много Кире ещё предстояло узнать об Эмиле.

Но вовсе не о его работе, делах и доходах, хотя начали они именно с этого.

Эм рассказал, что, по сути, занимается решением проблем других людей. У него юридическое образование, огромный опыт и большие связи. Плюс владеет недвижимость и несколькими компаниями, странным образом не связанными между собой: одной высокотехнологичной — это разработка нейроморфных чипов, а вторая по сути карьер, в которой открытым способом добывают породу, содержащую диатомит — органический минерал, который используют в сельском хозяйстве, строительстве, водоочистке и даже фармации (применяют как фильтровальный материал при производстве антибиотиков.

Кира была уверена, про фармацию он уточнил умышленно, чтобы ей было что добавить. И ей было. Хотя нейроморфные чипы её заинтересовали больше. Того, что они действуют по типу головного мозга и в отличие от обычных процессоров могут хранить и обрабатывать данные в одном месте, за счёт чего снижаются энергозатраты и повышается производительность устройств, ей было достаточно.

Неожиданностью стало, что Эмиль был женат дважды (Кира почему-то думала, что один): первая жена и мать его сына умерла (трагическая случайность), со второй он развёлся (бывает, что тут скажешь).

Куда больше интересного ей предстояло узнать о его привычках, складе жизни, предпочтениях.

Например, Кире и в голову не пришло, что кто-то может настолько не любить гостиницы, что предпочитает в них не останавливаться при любой возможности.

Эм не любил. Он снял квартиру. Огромную, с панорамным видом на море со всех окон. С тремя спальнями, вместительной столовой, пальмами в кадках и обеденным столом в полукруглой нише.

Конечно, не так они планировали провести отпуск, но Эм не сказал ни слова против, не высказал недовольства, скорее наоборот, с удовольствием готовил завтрак на всю их неожиданно большую «семью», пока Кира нежилась в постели в лучах восходящего солнца и просматривала почту.

Если хоть на секунду задуматься, насколько странная у них была компания: неродной сын любовника, его подружка, что была для него «вне закона», любовница отца, её «друг», но дело, по которому они приехали, было ещё страннее.

— Я узнал, где живёт вдова Сиденко, — сказал Эмиль, когда они уже допивали кофе и доедали свои тосты с яичницей. — Можем поехать сразу к ней.

Вряд ли без Эмиля, они вообще её нашли и сделали, как он сказал.